Статья: Эстонские вкрапления в интернет-дискурсе русскоязычных жителей Эстонии

Эстонские вкрапления в интернет-дискурсе русскоязычных жителей Эстонии

А. Деци

Аннотация

Проявление эстонского влияния на язык русскоязычного населения Эстонии во многом уже описано. Эстонские вкрапления анализируются и систематизируются с разных точек зрения и на разном материале (разговорная речь, жаргон, диалекты, реклама, публицистические тексты и др.). Однако изучено оно не полностью, особенно на основе материала сетевого общения, дающего представление о живых процессах и актуальных вопросах.

Настоящая статья - часть более широкого исследования, в котором планируется сопоставить функции иноязычных вкраплений в интернет-дискурсе русскоязычных диаспор Италии и Эстонии. В данной статье рассматривается влияние эстонского языка на русскую речь в Эстонии, проявляющееся в разных видах эстонских вкраплений. Дается общая характеристика собранного на данный момент материала, представляется формальное и тематическое распределение эстонских вкраплений, обнаруженных в интернет-комментариях. Более детально рассматриваются две функции, выполняемые вкраплениями, а именно:

1) функция идентифицирующей референции

2) функция изобразительности речи

Анализ его показывает частотность в нем эстонских вкраплений. Большое их количество касается бюрократическо-административной сферы, показателей пространства и времени. Подобные вкрапления часто осуществляют идентифицирующую референцию. Более длинные вставки эстонских единиц, как правило, являются очевидными или скрытыми цитатами и выполняют функцию изобразительности речи. Изучение влияния эстонского языка на интернет-дискурс русской диаспоры Эстонии будет способствовать пониманию некоторых формальных и функциональных аспектов эстонского языка, как, например, его морфологических и синтаксических свойств, значимых с точки зрения их адаптации в русской речи, и семантико-прагматических значений определенных эстонских слов и иных единиц. Данное исследование вносит свой вклад и в разработку проблем, связанных с языковыми контактами в целом.

Ключевые слова: языковые контакты, интернет-язык, переключение кода, эстонские вкрапления.

Введение

Влиянию эстонского языка на речь русскоязычного населения Эстонии посвящены многочисленные исследования, авторы которых рассматривают разные аспекты языка диаспоры. Наиболее очевидно это влияние прослеживается на уровне графики, лексики и синтаксиса [Костанди 2013, 15], особенно в виде вкраплений, заимствований, переключения кода, текстов билингва [Костанди 2018, 100].

Результатом иноязычного влияния на речь русскоязычных в Эстонии являются также кальки, полукальки и «кальки-буквализмы» как переводы эстонских сложных слов и словосочетаний [Кюльмоя 2009, 21-22], которые тоже можно рассматривать своего рода иноязычными вкраплениями. Особый вид калек эстонских единиц - это устойчивые атрибутивные словосочетания, часто семантически и формально правильные, однако воспринимаемые как «не совсем русские» [Костанди 2012, 107].

Эстонское культурно-языковое пространство воздействует на русский язык и более «косвенно», способствуя формированию «скрытых» особенностей языка диаспоры, как, например, характер и средства оценки, некоторая специфика языковой рефлексии, пространственно-временной локализации и др. [Костанди 2013, 15].

Как показывают исследования, эстонскому влиянию подвергаются все сферы коммуникации русскоязычных в Эстонии. Их «эстонская специфика» проявляется в устной повседневной речи, в сленге молодежи, в русских говорах Эстонии [Кюльмоя 2004], в речи на телевидении [Евстратова 2011], в письменных текстах разного рода - от рекламы до публицистических, учебных и научных текстов [Костанди 2008, 191].

Влиянию государственного языка подвергается, конечно, и интернет-коммуникация русскоязычных жителей Эстонии, остающаяся до сих пор малоисследованной. Многие авторы обращали внимание на специфику интернет-дискурса, формирующуюся под воздействием особенностей виртуального пространства. Интернет-среда, обладающая такими характеристиками, как интерактивность, гипертекстуальность, анонимность и креативность [Асмус 2005, 20-22], является «катализатором» множества языковых процессов, осуществляющихся в ней и вне ее. В Интернете пользователи, как правило, стараются выражаться по-новому, оригинально и экспрессивно [Асмус 2005, 19], что ведет к формированию своеобразного стиля общения, направленного на то, чтобы завладеть вниманием собеседника.

Специфика интернет-среды приводит к возникновению новых коммуникативных форм, характеризующихся нарушением всевозможных табу, языковых и культурных [Кронгауз 2013, 23]. В частности, данные явления актуализируются в многоязычном интернет-общении, изучение которого - актуальная задача современной лингвистики.

На основе анализа интернет-дискурса разных диаспор в настоящее время исследуются такие аспекты, как выбор языка, гендерные особенности, вопросы глобализации и самоидентификации [Danet and Hering 2007].

Исследование интернет-общения русскоязычной диаспоры Эстонии, являющееся частью более широкой сопоставительной работы по анализу иноязычных вкраплений в речи диаспор, позволит нам определить социокультурное и языковое воздействие эстонского окружения на виртуальную коммуникацию русскоязычных Эстонии в целом, а в частности, описать функции эстонских вкраплений и рассмотреть специфические формальные, функциональные и когнитивные аспекты двуязычного интернет-дискурса. Как отмечалось выше, эта область до сих пор изучена лишь фрагментарно.

Попытка формального и функционального описания эстонско- русского и русско-эстонского переключений кода (далее ПК) на материале соцсети Фейсбук предпринималась в бакалаврской работе Д. Аронии [Арония 2014], где были выделены три основных вида его переключения:

1) вставка слова или словосочетания,

2) переключение на уровне предложения,

3) переключение на уровне текста.

Предложенные автором функциональные варианты ПК следующие:

1) использование этикетных форм,

2) выражение доброжелательности и солидарности,

3) выражение сарказма, недовольства, иронии [Арония 2014, 52-53].

Способы включения эстонских вкраплений в интернет-дискурсе русскоязычных блогеров Эстонии рассматривает А. Вершик [Verschik 2016], подчёркивая важность изучения языковых процессов, происходящих в интернет-языке диаспоры.

Исследователь анализирует эстонские вкрапления в рамках теории Code copying framework [Verschik 2016, 186] и делает вывод о том, что эстонские единицы со специфическим значением копируются в русском языке полностью, в то время как единицы с менее специфическим значением, тяготеющие к интернационализмам, как правило, копируются только частично.

Исследователь предполагает, что существует тесная связь между семантикой и степенью копирования лексем [Verschik 2016, 204]. А. Вершик анализирует также метаязыковую способность русских блогеров Эстонии [Verschik 2017] и выделяет девять функций комментариев, в которых можно наблюдать вкрапления и эстонского языка. Это - объяснение эстонского языка иностранцам, выявление выбора языка и языковой компетентности, внесение эстонского вкрапления и его комментирование, сравнение русского языка Эстонии с русским языком России, обсуждение формальных аспектов эстонского языка, заполнение лексических лакун в русском языке, специальное маркирование морфологических средств эстонского языка, намеренное насыщение текста эстонскими вкраплениями.

Итак, эстонские вкрапления в русскоязычном интернет-дискурсе привлекали внимание исследователей. В настоящей статье центром внимания будут эстонские вкрапления в различных сегментах интернет-коммуникации. Мы предполагаем, что присутствие эстонских вкраплений в интернет-дискурсе русскоязычных Эстонии способствует реализации и ряда других функций. Ниже будут даны общая характеристика собранного материала, а также формальное и тематическое описания вкраплений.

Особое внимание будет уделено двум функциям вкраплений, выполняемых ими в интернет-дискурсе русскоязычных Эстонии:

1) функция идентифицирующей референции и

2) функция изобразительности речи.

Анализируемый материал

Материалом для исследования послужили около 200 комментариев с разных эстонских форумов и из групп общения в Фейсбуке, представленных в таблице 1.

Темы обсуждения на форумах и в группах общения в Фейсбуке разнообразны. В зависимости от конкретной цели в группах обсуждаются проблемы, связанные со здоровьем детей, политические, бюрократические, школьные вопросы, покупка / продажа товаров и др.

Материал для анализа собран методом сплошной выборки и отбора отдельных примеров.

Таблица 1

Источники анализируемого материала

Общая характеристика эстонских вкраплений: формальное описание и тематическое распределение

В нашем материале эстонские вкрапления регулярны, разнообразны по форме и степени развернутости, написаны кириллицей и латиницей. К иноязычным вкраплениям мы отнесли эстонские единицы разного вида, например, отдельные буквы, морфемы, слова, словосочетания, целые предложения, примеры* которых приведены ниже:

Буква (фонемный уровень):

(1) Spasibo za otvet! To est esli mo hotim naprimer garderob zakazat, to oni prijedut na mesto, plan vmeste obsudim, zamero snimut i potom prishljut tsenovoje predlozjenije?

[о: буква эстонского алфавита, обозначает звук [т], воспринимаемый на слух как нечто среднее между «о» и «ы».]

(2) Газопровод надо пролозит по сустсе таак примеерно: эстониа - латвиа - [...]- швет- саариа- пранцузмаа - болсая британия потом беелгиа и поотом узе саксамаа так екологично будет и политицески не мотивировано, германцы получут фигу

[Болсая британия - от эстонского «Suurbritannia»: 'Великобритания' («suur»: 'большой'), калькирование эстонского названия страны.

Болсая = большая - имитация эстонского произношения русского шипящего. Саксамаа - от эстонского «Saksamaa»: 'Германия'. Узе = уже - имитация эстонского произношения шипящего.

Политицески = политически - имитация эстонского произношения шипящего.

Двойные гласные (таак, примеерно и т.п.) - имитация эстонского произношение гласных, имеющих три долготы, что часто на письме передается двойными буквами.]

Во всех примерах сохранено написание оригинала.

Морфема (морфемный уровень):

(3) Прав будет тот, кто больше отмаксует [отмаксует - от эстонского глагола «maksma»: 'платить'.]

Слово (лексемный уровень):

(4) Добрый день, не подскажете какие ластехойды есть в Ласна на месяцок?! Ребенку 3,5. Желательно рекомендации основанные на личном опите. Спасибо.

[ластехойды - от эстонского существительного «lastehoidja»: 'няня'. Ласна - см. пример 9.]

Словосочетание (лексемный уровень):

(5) Там написано, что это pohiline suhtluskeel. если умеешь по-эстонски свободно общаться, как по-русски общаешься, то возьмут без проблем, я полагаю

[pohiline suhtluskeel: 'основной язык общения'.]

Предложение (синтаксический уровень):

(6) Ну вот, - Хороший русский язык от эстонца. Русские, которые эстонский выучили, тоже могут неплохо ответить! Суу кинни пыдера муннь, я мине минема...

[Суу кинни пыдера муннь, я мине минема - от эстонского «Suu kinni, podera munn, ja mine minema»: 'Закрой рот, podera munn, и уходи'. Пыдера - генитив от эстонского «poder»: 'лось', прозвище, употребляемое русскими по отношению к эстонцам с негативной коннотацией. Муннь - от эстонского «munn»: оскорбительное слово.]

Собранный на данный момент материал не показал большого числа вкраплений на морфемном уровне, однако значительное количество эстонских вкраплений встречается на лексемном и на синтаксическом уровнях - это в основном слова, словосочетания и предложения. Очень интересными представляются вкрапления на фонемном уровне, что наблюдается в примерах (1) и (2).

В первом - сообщение пишется латиницей. Для передачи русской буквы ы используется эстонская буква о, обозначающая фонему [т], качественно отличающуюся от фонемы [і], обозначаемой русской буквой.

Пример (2) мы рассматриваем как случай передачи эстонского акцента. Пишущий осуществляет это намеренно, искажая русские слова так, чтобы передать некоторые фонетические свойства эстонского языка, например, степень долготы гласного (см. Шветсаария) и отсутствие в исходно эстонских словах фонем, передаваемых русскими буквами ш (см. болсая), ж (см. узе), и ч (см. политицески).

С содержательной точки зрения вкрапления разнообразны, однако можно выделить основные тематические группы.

На основе собранного материала можно назвать следующие семь групп эстонских вкраплений.

Ниже данные группы представлены по убывающей, в скобках указано количество обнаруженных вкраплений: