Материал: Zatelepin_O_K_Kvalifikatsia_prestupleniy_protiv

Таким образом, в гл. 33 УК РФ охраняется в первую очередь военная безопасность государства, а также порядок прохождения военной службы, через нарушение которого и причиняется вред интересам военной безопасности.

Родовой объект преступлений против военной службы в гл. 33 УК РФ можно определить как порядок прохождения военной службы, обеспечивающий военную безопасность государства <25>.

--------------------------------

<25> Для удобства представляется возможным для обозначения объекта преступления против военной службы в гл. 33 УК РФ использовать термин "порядок прохождения военной службы (военная безопасность)".

Порядок прохождения военной службы (военная безопасность) подразделяется на виды, которые непосредственно связаны с составляющими боевой готовности как главного показателя военной безопасности государства: укомплектованность соединений, частей, кораблей и подразделений личным составом, вооружением и боевой техникой; наличие необходимых запасов материальных средств; содержание в исправном состоянии и готовым к применению оружия и боевой техники; высокий уровень боевой подготовки войск; твердая воинская дисциплина и т.д. Каждый такой элемент боевой готовности обеспечивается определенной "стороной" порядка прохождения военной службы, которая, как правило, нарушается несколькими однородными преступлениями. Эти ценности являются групповыми объектами уголовно-правовой охраны. В соответствии с ними формируется система составов преступлений против военной службы: 1) преступления, нарушающие порядок воинских уставных взаимоотношений (ст. ст. 332 - 336 УК РФ); 2) преступления, нарушающие порядок пребывания на военной службе (ст. ст. 337 - 339 УК РФ); 3) преступления, нарушающие порядок несения специальных (охранных) видов военной службы (ст. ст. 340 - 344 УК РФ); 4) преступления, нарушающие порядок несения военной службы в особых условиях (ст. 345 УК РФ); 5) преступления, нарушающие порядок сбережения военного имущества (ст. ст. 346 - 348 УК РФ); 6) преступления, нарушающие порядок эксплуатации военно-технических средств (ст. ст. 349 - 352 УК РФ) <26>.

--------------------------------

<26> В юридической литературе также принято разделять порядок прохождения военной службы на общий и специальный. При этом под общим порядком (общими воинскими отношениями) понимается порядок, единый для всех военнослужащих, который урегулирован преимущественно УВС ВС РФ. Такой порядок нарушают воинские преступления, предусмотренные в ст. ст. 332 - 339, 346 - 348 УК РФ. Специальный правопорядок (специальные воинские отношения) - это специальные отношения, устанавливаемые в особых сферах военно-служебной деятельности, связанные с решением определенных задач, их субъектами являются не все, а отдельные категории военнослужащих. Такие отношения регулируются не только УВС ВС РФ, но и иными нормативными правовыми актами (УГ и КС ВС РФ, отдельными наставлениями, руководствами, приказами и т.п.). К преступлениям специального характера относят деяния, предусмотренные в ст. ст. 340 - 344, 345, 349 - 352 УК РФ (см.: Преступления против военной службы: Учеб. для вузов. С. 7 - 8).

Групповые объекты преступлений против военной безопасности, как правило, подразделяются на видовые. Например, порядок несения специальных (охранных) видов военной службы включает в себя порядок несения боевого дежурства (ст. 340 УК РФ), порядок несения пограничной службы (ст. 341 УК РФ), порядок несения караульной службы (ст. 342 УК РФ), порядок несения службы по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности (ст. 343 УК РФ), порядок несения внутренней службы и патрулирования в гарнизоне (ст. 344 УК РФ).

Отдельное преступление против военной службы посягает на непосредственный объект, который выделяется внутри видового объекта. Например, для лица, входящего в состав пограничного наряда, самовольно ушедшего с участка границы, в результате чего произошло незаконное пересечение этого участка бандформированием, непосредственным объектом посягательства будет признан порядок несения службы в пограничном наряде на конкретном участке государственной границы.

В некоторых составах преступлений против военной службы могут выделяться основные и дополнительные непосредственные объекты <27>. Это обусловлено тем, что военнослужащие, посягая на порядок прохождения военной службы (военную безопасность), в отдельных случаях одновременно причиняют ущерб и иным ценностям, охраняемым уголовным законом. Это обстоятельство должно учитываться при квалификации таких воинских преступлений. Так, если составом преступления против военной службы охватывается причинение вреда и иному (невоинскому) объекту уголовно-правовой охраны, то содеянное по общему правилу должно квалифицироваться только по соответствующей статье гл. 33 УК РФ. Например, в п. "д" ч. 2 ст. 335 УК РФ говорится о нарушении уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности, совершенном с причинением средней тяжести вреда здоровью, что исключает необходимость дополнительной квалификации таких действий по ст. 112 УК РФ. Это положение разделяется и практическими работниками органов военной юстиции <28>.

--------------------------------

<27> Н.Ф. Кузнецова такую классификацию объектов преступлений критикует, хотя признает само наличие преступлений с двумя объектами, называя такие объекты сложными (Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений: Лекции по спецкурсу "Основы квалификации преступлений" / Науч. ред. и предисл. акад. В.Н. Кудрявцева. М., 2007. С. 300 - 303).

<28> Обзор судебной практики по делам о преступлениях против военной службы и некоторых должностных преступлениях, совершаемых военнослужащими // Обзоры судебной практики военных судов Российской Федерации по уголовным делам (1996 - 2001 гг.). М., 2002. С. 32.

Конструкции отдельных составов преступлений против военной службы исключают в качестве признака посягательство на другой, кроме воинского, объект. В этом случае содеянное должно квалифицироваться по совокупности преступлений. Например, дежурный (дневальный) по роте, похитивший оружие, сданное ему под охрану, несет ответственность за нарушение уставных правил внутренней службы по ст. 344 УК РФ и одновременно за хищение оружия по ст. 226 УК РФ.

Направленность деяния против порядка прохождения военной службы (военной безопасности) определяется различными способами. В так называемых специальных (или типичных) воинских преступлениях основным показателем являются характер самого деяния, а также другие объективные обстоятельства его совершения. Так, дезертирство, нарушение правил несения боевого дежурства, пограничной службы и некоторые другие правонарушения по своей природе являются воинскими правонарушениями и никакими иными преступлениями быть не могут.

В других составах объект посягательства определяется указанием на те или иные признаки различных элементов состава преступления. Эти признаки могут относиться, к примеру:

- к субъективной стороне преступления - насильственные действия в отношении начальника (ст. 334 УК РФ) образуют преступление против военной службы, если насилие было совершено в связи с исполнением начальником обязанностей военной службы (мотив);

- к объективной стороне - оскорбление одним военнослужащим другого (ст. 336 УК РФ) будет воинским преступлением при условии, что унижение чести и достоинства в неприличной форме совершается во время исполнения либо виновным, либо потерпевшим обязанностей военной службы (время).

Отдельные составы преступлений против военной службы, наряду с объектом, содержат признаки предмета преступления, под которым понимаются различные материальные образования, по поводу которых или в связи с которыми устанавливается определенный порядок военно-служебных отношений. Предметами в воинских преступлениях могут быть оружие, боеприпасы, предметы военной техники (ст. ст. 346, 347, 348 УК РФ), радиоактивные материалы, взрывчатые и иные вещества и предметы, представляющие повышенную опасность для окружающих (ст. 349 УК РФ), боевые, специальные или транспортные машины (ст. 350 УК РФ), военные летательные аппараты (ст. 351 УК РФ), военные корабли (ст. 352 УК РФ). Установление признаков этих предметов является необходимым условием правильной квалификации соответствующих преступлений против военной службы.

При отсутствии в совершенном деянии специально указанных признаков, характеризующих направленность на порядок прохождения военной службы (военную безопасность), оно не может рассматриваться в качестве воинского преступления. При наличии соответствующих оснований возможна его квалификация по другим главам Особенной части УК РФ.

В некоторых составах преступлений против военной службы направленность деяния на воинский объект определяется путем установления взаимосвязи признаков данного преступления с понятием преступления против военной службы в ст. 331 УК РФ. Например, нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности по своим объективным признакам совпадает с рядом преступлений против здоровья. Для квалификации подобных деяний как воинских преступлений необходимо прежде всего устанавливать в них наличие особых видовых признаков: объекта, субъекта и специальной противоправности в их совокупности. Так, по одному из уголовных дел Военная коллегия Верховного Суда СССР указала на то, что физическое насилие одного военнослужащего в отношении другого может быть признано воинским преступлением лишь в случаях, когда оно посягает на установленный порядок прохождения военной службы <29>.

--------------------------------

<29> Определение Военной коллегии Верховного Суда СССР от 30 июля 1985 г. N 1н-о332/85 // БУВТ и ВК ВС СССР. 1985. N 1 (124). С. 48 - 49.

В некоторых преступлениях против военной службы важное значение для установления объекта преступления имеет лицо, пострадавшее от совершения преступления, которое признается потерпевшим. Личность последнего имеет такое же значение для правильной квалификации, как и предмет преступления. Например, в соответствии со ст. 334 УК РФ потерпевшим может быть только начальник. В случае равенства виновного и потерпевшего по служебному положению либо нахождения их в отношениях старшинства содеянное виновным подлежит квалификации по другим статьям гл. 33 УК РФ, так как оно не направлено на нарушение отношений воинской подчиненности. Приведем пример из судебной практики. Органами предварительного следствия рядовой Ц. обвинялся в том, что с целью продемонстрировать мнимое превосходство и подчинить своему влиянию другого военнослужащего избил младшего сержанта С., причинив последнему кровоподтеки лица и шеи, не повлекшие расстройства здоровья. Эти действия Ц. были квалифицированы по ч. 1 ст. 334 УК РФ как насильственные действия в отношении начальника. При рассмотрении данного уголовного дела военный суд гарнизона установил, что рядовой Ц. и младший сержант С. являлись военнослужащими разных частей, в связи с чем потерпевший начальником для подсудимого не являлся, и, соответственно, в отношениях подчиненности они не состояли. С учетом изложенного военный суд обоснованно переквалифицировал содеянное подсудимым на ч. 1 ст. 335 УК РФ <30>.

--------------------------------

<30> Обзор судебной практики по делам о преступлениях против военной службы и некоторых должностных преступлениях, совершаемых военнослужащими. С. 20.

Свойство объекта преступления против военной службы наиболее точно выражать социальную и юридическую сущность посягательства определяет его особую роль при квалификации совершенных воинских общественно опасных деяний. Правильное определение объекта - необходимый этап процесса квалификации, дающий первоначальный ориентир для выбора той группы составов, среди которых следует искать необходимую норму.

Квалификацию по объекту необходимо осуществлять последовательно, по этапам, в соответствии с которыми протекает (или должен протекать) весь процесс квалификации преступлений против военной службы. При этом на первом этапе определяется, совершено ли преступление против военной службы или дисциплинарный проступок, на втором - выясняется принадлежность преступлений к гл. 33 УК РФ (так называемая родовая принадлежность), на третьем - устанавливается групповая принадлежность преступлений против военной службы, на четвертом - уточняется их видовая принадлежность, на пятом - конкретизируется непосредственный объект совершенного воинского общественно опасного деяния. Определенные трудности в выявлении объекта преступления против военной службы возникают фактически на каждом этапе квалификации, в связи с чем необходимо выработать правила обнаружения объекта преступления против военной службы на каждом из этапов квалификации.

На первом этапе квалификации путем всестороннего анализа совершенного общественно опасного деяния необходимо решить исходный вопрос - в данном случае совершено преступление против военной службы или дисциплинарный проступок. При этом необходимо учитывать следующее.

Преступления против военной службы и дисциплинарные проступки <31> военнослужащих представляют собой разновидности воинских правонарушений. С формальной стороны суть всех воинских правонарушений заключается в нарушении требований, установленных в различных военно-правовых актах (Законы об обороне, о воинской обязанности и военной службе, о статусе военнослужащих, общевоинские уставы и т.д.) <32>. Однако по характеру общественной опасности одни воинские правонарушения являются преступлениями, другие - дисциплинарными проступками. Преступления против военной службы всегда обладают более высоким (криминальным) уровнем общественной опасности, чем дисциплинарные проступки <33>. Вместе с тем по своим внешним и внутренним признакам они зачастую во многом совпадают. Например, самовольное оставление части на срок до двух суток образует грубый дисциплинарный проступок, а свыше этого срока (например, двое суток и два часа) - воинское преступление. В связи с этим на практике нередко возникает вопрос о разграничении сходных воинских преступлений и грубых дисциплинарных проступков <34>.

--------------------------------

<31> В ст. 28.2 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" дисциплинарный проступок определяется как противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

<32> Видный представитель дореволюционного военно-уголовного права В.Д. Кузьмин-Караваев полагал, что разграничить воинские дисциплинарные проступки и воинские преступления по их сущности теоретически не представляется возможным. Все воинские преступления, по его мнению, есть прежде всего дисциплинарные нарушения. Поэтому "весь кодекс о воинских преступных деяниях и воинских наказаниях будет уставом, преимущественно дисциплинарным" (Кузьмин-Караваев В.Д. Военно-уголовное право. Часть Общая. СПб., 1895. С. 109). Такой позиции придерживались С.А. Друцкой и В.М. Савинков (см.: Друцкой С.А. Военно-уголовное право: его современное состояние и задачи // Журнал Министерства юстиции. 1902. N 5. С. 256; Савинков В.М. Краткий обзор исторического развития военно-уголовного законодательства. СПб., 1869. С. 114).

<33> Некоторые авторы полагают, что непреступные нарушения не обладают вообще общественной опасностью либо характеризуются свойством общественной вредности, но не опасности (Манчев Н. Преступление и противообщественная проява. София, 1967. С. 261).