Материал: Sovetskaya_Rossia_Aravia_i_Persidskiy_zaliv

ЧАСТЬ II. ДИППРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО СОВЕТСКОЙ РОССИИ В ДЖИДДЕ 295

становления прямых советско-саудовских контактов. Предложил обратить особое внимание на «очень аккуратное, осторожное, но тем не менее настойчивое и целеустремленное продвижение военного сотрудничества» со странами Залива. Отметил, что они могли бы стать «источником финансовой поддержки» работ по «совершенствованию советской военной техники». Поставил вопрос о создании «Ассоциации экономического сотрудничества со странами Залива» (43).

С учетом политики «нового мышления», которую во второй половине 1980-х годов стала проводить Москва, начали менять свои подходы к отношениям с Советским Союзом и монархические страны Аравии. В 1985 г. на встрече глав внешнеполитических ведомств Советского Союза и Султаната Оман, Йусуфа ибн Алауи и Эдуарда Шеварднадзе, проходившей в Нью-Йорке во время 40-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, стороны заключили соглашение об установлении дипломатических отношений (действуют с 26 сентября 1985 г; советское посольство в Маскате открылось в 1987 г.). В октябре 1986 г. первый советский посол, Феликс Николаевич Федотов (1929–1997), прибыл в Абу-Даби (дипломатические отношения СССР с ОАЭ были установлены, напомним, еще 8 декабря 1971 г., но реализованы, как видим, намного позже). В 1989 г. послами обменялись СССР и Катар (на основании договоренностей о дипломатических отношениях от 2 августа 1988 г.; первым советским послом в Государстве Катар стал Владимир Иванович Водяхин). Дипломатические отношения между Королевством Бахрейн и Советским Союзом вступили в силу 29 сентября 1990 года (советскую дипмиссию возглавил посол Анатолий Николаевич Гаврюшенко). Раньше всех из монархий Аравии в дипломатические отношения с Советским Союзом вошел Кувейт (11 марта 1963 г.; первый советский посол в Кувейте, Михаил Фролович Черкасов, проработал в этой стране с 1963 по 1966 гг.). Но вот Саудовская Аравия, как указывает в своем исследовании «Монархии Персидского залива: этап модернизации» И. А. Александров, «не торопилась форсировать события, предпочитая отслеживать “эксперимент” на расстоянии» (44). Вместе с тем, и в Эр-Рияде уже к концу 1980-х годов отношение к Москве стало заметно меняться.

296И. П. СЕНЧЕНКО. СОВЕТСКАЯ РОССИЯ, АРАВИЯ И ПЕРСИДСКИЙ ЗАЛИВ

Вянваре 1988 г. Москву для проведения бесед по ирано-ирак- ской войне и ближневосточному урегулированию посетил министр иностранных дел Саудовской Аравии Са’уд ибн Файсал. 29 января во время встречи с министром иностранных дел Э. А. Шеварднадзе обсуждались также вопросы урегулирования афганского кризиса и нормализации двусторонних отношений.

Следует сказать, что в 1980-х годах афганская проблема являлась одной из приоритетных во внешнеполитической деятельности Саудовской Аравии, да и большинства других стран-членов Совета сотрудничества. Их повышенное внимание к событиям в Афганистане определялось целым рядом факторов географического, религиозного и политического характера. В правящих кругах монархических стран Аравии вызывала опасения перспектива утверждения в Афганистане «прокоммунистического режима» и связанного с таким развитием событий усиления советско-американского соперничества в Персидском заливе со всеми вытекающими из этого последствиями в плане дальнейшего роста напряженности в данном районе мира.

Саудовская Аравия выступала одним из главных политических сторонников афганской вооруженной оппозиции, ее ключевым финасовым донором и крупнейшим поставщиком оружия. В марте 1989 г. Саудовская Аравия и Бахрейн признали «переходное правительство моджахедов». Места для фигуры Наджибуллы в правительстве «неприсоединившегося исламского Афганистана» в Эр-Рияде не видели.

Вноябре 1898 г. Вашингтон и Саудовская Аравия договорись совместно предоставить силам оппозиции в период с декабря 1989 г. по конец марта 1990 г. военную помощь на сумму в $715 млн. (45). В апреле 1990 г. Саудовская Аравия дополнительно выделила моджахедам $ 500 млн. для продолжения борьбы с правительством Наджибуллы (президент Афганистана в 1987–1992 гг.). Саудовские инструкторы принимали активное участие в подготовке и формировании специальных вооруженных отрядов для переброски на территорию Афганистана. Свои действия на афганском направлении Эр-Рияд тесно координировал с Вашингтоном и Исламабадом.

ЧАСТЬ II. ДИППРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО СОВЕТСКОЙ РОССИИ В ДЖИДДЕ 297

Советско-саудовские контакты по афганскому вопросу начались в 1988 г., на завершающем этапе подготовки женевских соглашений. После переговоров Э. А. Шеварднадзе с Са’удом ибн Файсалом в Москве Саудовскую Аравию в феврале 1988 г. посетил начальник Управления стран Ближнего Востока и Северной Африки МИД СССР Владимир Порфирьевич Поляков (1931–2002). Это был первый визит в королевство советского официального лица за прошедшие 50 лет со времени упразднения советского полпредства в Джидде. Состоялись встречи с Са’удом ибн Файсалом и наследным принцем ‘Абдаллой ибн ‘Абд ал-‘Азизом Аль Са’удом (1924–2015). Члены королевской семьи высказывались в том плане, что урегулирование афганской проблемы позитивно сказалось бы и на политической атмосфере в данном районе мира в целом, и способствовало бы поискам путей для развязывания других узлов напряженности.

В ноябре 1988 г. Саудовская Аравия довела до сведения советской стороны, что готова была бы сыграть роль «честного посредника» между Москвой и афганскими моджахедами – организовать на своей территории встречу их представителей. Такая встреча состоялась, в декабре 1988 г., в Та’ифе. Советскую делегацию на ней возглавил заместитель министра иностранных дел СССР Юлий Михайлович Воронцов (1929–2007). Во время пребывания в Саудовской Аравии советскую делегацию принял король Фахд. Он положительно оценил конструктивную настроенность СССР на то, чтобы добиться нормализации обстановки в Афганистане. Обещал продолжить миротворческие усилия в деле решения афганского кризиса. Говорил, что установление мира в Афганистане – это священный долг мусульманских государств, что афганскому урегулированию может и должно способствовать объединение усилий

СССР, Саудовской Аравии, США и Пакистана.

Следующими шагами на пути к созданию благоприятной атмосферы для нормализации советско-саудовских отношений стали вывод в 1989 г. советских войск из Афганистана и позиция, занятая Советским Союзом во время иракской агрессии против Кувейта.

Ввод «ограниченного контингента» Советских Вооруженных Сил в Афганистан начался, напомним, 27 декабря 1979 г., а вывод их состоялся в феврале 1989 года (15 февраля генерал Борис Всево-

298 И. П. СЕНЧЕНКО. СОВЕТСКАЯ РОССИЯ, АРАВИЯ И ПЕРСИДСКИЙ ЗАЛИВ

лодович Громов, главнокомандующий советскими войсками в Афганистане, последним перешел мост через Амударью). Контингент советских войск в Афганистане в 1988 г. насчитывал примерно 120 тысяч. Ежегодные расходы на их содержание составляли порядка 5–6 млрд. рублей.

Что касается иракской агрессии против Кувейта, то Москва осудила вооруженное вторжение Ирака в Кувейт (август 1990 г.), и выступила, несмотря на союзнические отношения с Багдадом, на стороне Кувейта.

Именно вторая половина 1980-х годов стала временем заметного оживления советско-саудовских контактов. Так Эр-Рияд реагировал на «свежую линию» Советского Союза в международных делах, на деидеологизацию внешней политики Москвы, а также на улучшение климата в отношениях СССР с США, главным внешнеполитическим партнером Саудовской Аравии. Во второй половине 1980-х годов Эр-Рияд стал чаще обмениваться мнениями с Москвой по таким актуальным в то время вопросам международной политики, как прекращение ирано-иракской войны и урегулирование афганской проблемы, решение арабо-израильского конфликта и ливанского кризиса. Все это свидетельствовало о настроенности Эр-Рияда на то, чтобы использовать политико-дипломатический потенциал СССР в целях стабилизации обстановки в Персидском заливе и на Арабском Востоке в целом. СССР, в свою очередь, также был заинтересован в развитии диалога и в нормализации отношений с Саудовской Аравией, одним из влитятельнейших представителей исламского мира, авторитетным членом ОПЕК, ЛАГ и ОИК.

Визиты Москву министра нефти Саудовской Аравии Х. Назира (январь 1987 г.) и министра иностранных дел Са’уда ибн Файсала в качестве представителей ОПЕК и Совета сотрудничества соответственно достаточно рельефно отразили и определенную корректировку, произошедшую в позиции Эр-Рияда относительно контактов с СССР на двусторонней основе. Они наглядно показали, что в Эр-Риде пусть медленно, но набирала уже силу тенденция в пользу восстановления отношений с СССР в полном объеме.

ЧАСТЬ II. ДИППРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО СОВЕТСКОЙ РОССИИ В ДЖИДДЕ 299

1990-е годы

Иракская агрессия и оккупация (1990–1991) Кувейта стали для этой страны самым тяжелым испытанием в её современной истории. Иракские войска вторглись в Кувейт в ночь с 1 на 2 августа 1990 года. Официально Багдад мотивировал свои действия оказанием поддержки братскому кувейтскому народу, поднявшемуся, дескать, против изжившего себя правящего в Кувейте семейства Аль Сабах и обратившегося за помощью к соседу, братскому Ираку.

Спустя неделю после оккупации Кувейта Багдад выступил с заявлением о присоединении Кувейта к Ираку (8 августа). Территория Кувейта была разделена на две части – северную и южную. Первую из них, включавшую в себя месторождение нефти Ратка (Ratqa), а также острова Варба и Бубиян (Бубийан), режим Саддама Хусейна присоединил к иракской провинции Басра. Вторую, южную, получившую название Казима, объявил новой, 19-ой провинцией Ирака.

Среди «обвинений», которые Багдад предъявил Кувейту, значилось и такое, как «развязывание экономической войны» Кувейтом против Ирака, выразившейся в «хищении нефти» с его территории (на сумму более $89 млрд.) путем использования наклонного способа бурения скважин. Что же касается иракского $13-миллиардного долга Кувейту, то Багдад недвусмысленно давал понять, что Кувейту о нем вообще стоит забыть. Ибо это – не долг, а а оплата услуг Ирака по защите Кувейта от Ирана.

Следует отметить, что, стягивая войска к границе с Кувейтом, власти Ирака всячески пытались успокоить мировое общественное мнение. Во время встреч и бесед с послами иностранных государств убеждали их в том, что ни помыслов, ни намерений насчет вторжения в Кувейт у Ирака, дескать, нет. Что все происходящее на границе с Кувейтом – это всего лишь войсковые учения.

Москва действия Багдада квалифицировала как «неспровоцированную агрессию», как «аннексию соседнего суверенного государства». Выступая с трибуны 45-ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН (26 сентября 1990 г.) министр иностранных дел СССР

Э. А. Шеварднадзе заявил, что, вторгшись в Кувейт, «Ирак вызывающим образом нарушил Устав ООН, принципы международного