Как курдянки убедили в своей правоте арабок
Решительная борьба курдского народа убедила меня в важности движения. В 1995 году я присоединилась на 2,5 года к курдской партизанской армии — по итогам я написала две книги о женском движении. В Гамбурге участвовала в учреждении женского совета, а сейчас обсуждаем с немецкими друзьями, как мы можем применять принципы курдского движения здесь, в Европе.
Эркан: Экологическое движение Месопотамии было основано в 2011 году в виде сети в Северном Курдистане. В начале 2015 года оно было реструктурировано в социальное движение: в каждой провинции Северного Курдистана работает свой экологический совет, в котором состоит несколько десятков активных членов. До 12 видов комиссий следят за основной работой на уровне провинций.
Целью является развитие и усиление экологической стороны курдского освободительного движения наподобие того, что происходит с женским движением. Наша работа направлена против разрушительных и эксплуататорских инвестиционных проектов в сельской и городской местностях. Мы работаем над проектами, связанными с заповедниками, использованием местных семян и традиционных методов постройки. Также работаем с прогрессивными городскими службами, помогая им вводить более экологичные стратегии.
Михаель: Я из автономистского движения, но мой первый опыт был связан с курдским движением 1990-х. Я работал в сетях солидарности, но мы относились критически к марк- систско-ленинским взглядам РПК. Тем не менее для дискуссий всегда находилось пространство, и я был впечатлен РПК как сильнейшим движением левого крыла в Германии. Все остальные движения пребывали в состоянии глубокого кризиса, связанного с развалом государственного социализма — даже мы, анархисты.
Развитие демократического конфедерализма и его практики в Северном Курдистане, который я имел возможность посетить, произвели на меня сильное впечатление. Сейчас
121
Аня Флах, Эркан Айбога, Михаель Кнапп
я являюсь частью движения, борющегося за радикальную демократию, и сотрудничаю с TATORT Kurdistan, Комитетом солидарности с Курдистаном, Civaka Azad (стратегический анализ и организация конференций) и NAV-DEM (совещательная система курдской диаспоры в ФРГ).
Это и подтолкнуло вас к решению поехать в Рожаву?
Михаель: Для меня было ясно, что я должен поехать туда, потому что тогда на протяжении достаточно долгого времени я работал с демократическим конфедерализмом как подпольной структурой, и это была великолепная возможность увидеть все вживую. Я приехал в Рожаву впервые в октябре 2013, и мне довелось узнать обо всех несоответствиях и всей той пропаганде, которая использовалась для атаки на проект Рожавы. Так что я хотел увидеть все своими собственными глазами, изучить на практике, понять суть противоречий и исследовать трудности. Мы можем многому научиться на примере Рожавы для осуществления революционных проектов в западных странах.
Аня, какую роль сыграли женщины в революции в Рожаве? Какие самые крупные достижения женского движения, на твой взгляд?
Аня: Эта революция получила международное признание из-за женских отрядов в Кобани — мир был поражен тем, что женщины здесь были командирами и играли ведущую роль в революции. Но очень мало было известно о курдской женской армии — она существовала с 1995 года и за ней стояла целая система. Уже в 1990-х женщины в Сирии начали созда - ние организации — не только в Рожаве, но также и в Дамаске, Алеппо, Хомсе и Ракке. Они ходили от дома к дому и учре - дили низовые организации под эгидой женского движения. В Рожаве на каждой улице есть женский комитет, и в каждом районе есть женский совет, женская академия, женские силы
122
Как курдянки убедили в своей правоте арабок
самообороны и вооруженные единицы. Ни одна револю - ция не может быть успешной, если в ней не хватает облика женщины.
В сообществе Рожавы в целом многие люди все еще находятся под влиянием традиционных гендерных структур. Какими способами действует политическое женское движение в попытках освободить женщин вне движения, включая некурдских женщин?
Аня: Женское движение хотело бы склонить на свою сто - рону и организовать каждую женщину, вне зависимости от того, курдянка ли она. «Kongreya Star», женская зонтичная организация, старается постучаться в каждые двери. Ее позиция в том, что изоляция женщин друг от друга и соревнование между ними — это именно то, что дает власть патриархату. Принципы наподобие двойного (женщина и мужчина) лидерства для многих руководящих позиций и 40-процентная гендерная квота для каждого комитета уже были разработаны партизанской армией в ранних 1990-х с целью противостояния патриархату.
Курдские женщины внимательно изучили примеры революций по всему миру и заметили, что в прошлом, после того как вооруженная борьба заканчивалась, женщины должны были вернуться к традиционным ролям. Вот почему они решили вместо этого создать автономные женские структуры в каждой области. Если женщины создадут сильные организации, их никогда не смогу вновь отправить назад на кухню. Это включает в себя не только оборону, но также и экономику. Они могут быть независимы только на экономических основаниях. Поэтому в Рожаве женские кооперативы создаются повсеместно. Арабские женщины в настоящий момент также участвуют в курдской женской организации — им может потребоваться больше времени, но я уверена, что в конце концов они тоже построят свои соб - ственные организации.
123
Аня Флах, Эркан Айбога, Михаель Кнапп
В книге представлены мнения бойцов YPJ. Какова преемственность между женскими отрядами, которые вы наблюдали в горах в 1990-х, и молодыми женщинами?
Аня: Тогда мне довелось познакомиться с очень сильными женщинами. Например, Рюкен. Она была одним из партизанских лидеров в Бейтюшшебабе (Северный Курдистан), несмотря на то, что ей было всего 17 лет. Патриархат в Курдистане казался мне очень поверхностным, даже в среде кочевых родов. В Рожаве я встретилась со своими прежними товарищами по борьбе вновь. Молодыми девушками они оставили Рожаву, чтобы присоединиться к РПК, и теперь они вернулись, чтобы защищать революцию. На протяжении десятилетий женщины
вPAJK, женской партизанской армии, участвовали в политическом образовании. Частью их каждодневной обыденности является политический анализ, совместное чтение и обсуждение, обдумывание стратегических вопросов. На протяжении нескольких месяцев ежегодно каждая женщина участвует
вобразовательной программе.
Уэтих женщин много опыта — они прочитали и обсудили авторов, варьирующихся от революционерки Розы Люксембург до исследовательницы квир-теории Джудит Батлер. Они изучили матриархат, исследовали собственное общество и практически одновременно с тем применили свои новые знания на практике. Они анализируют историю с точки зрения женщин, потому что они убеждены: каждый должен понимать основания общества, чтобы изменить его
вбудущем.
Что поразило тебя больше всего во время твоего посещения?
Аня: В Рожаве я встретила воплощение своей мечты. Именно за это мы боролись на протяжении всех этих лет — свободное самоуправляемое общество. У меня были сомнения, но когда я встретилась со своими подругами опять,
124
Как курдянки убедили в своей правоте арабок
их вера была заразительной. Я была поражена тем, сколько молодежи работало там в качестве добровольцев, поддерживая революцию. Девушки работали в силах безопасности или в городской администрации по семь дней в неделю без оплаты. Женщины повсюду, и везде они являются неотъемлемой частью.
Был еще один красивый момент, когда командир Рюкен взяла нас на линию фронта в Тель Кочере. Там нам встречались арабские мужчины и женщины, присоединившиеся к отрядам YPG и YPJ. В 1990-х мне доводилось видеть турецкие и ассирийские отряды в горах, но такой подход произвел на меня сильное впечатление — я услышала, как арабские женщины говорят: «Мы станем такими же свободными, как курдские женщины».
В книге подробно и ясно описывается структура коммун и советов. Каковы вызовы, с которыми ей приходится сталкиваться?
Эркан: Народный совет Западного Курдистана (MGRK)
иего координация, Движение за демократическое общество (TEV-DEM), были созданы Партией демократического союза (PYD). После восстания, начавшегося в Сирии, они стимулировали масштабную самоорганизацию курдов в Рожаве. Их подход состоял в том, чтобы организовать сооб - щество и избежать вооруженных конфликтов. MGRK основал систему радикальной демократии — сочетание советов
инизовой демократии.
Временем рождения революции в Рожаве, как и отрядов YPG/YPJ, стал июль 2012 года, когда элементы самоорганизации в обществе были достаточно сильными, а режим партии Баас весьма ослаб. Позже, в январе 2014 года, MGRK учредил Демократическую автономную администрацию, распространившуюся на большую часть территории Рожавы. В Рожаве несколько этнических и религиозных групп и множество политических партий.
125