Материал: Aliroev_I__Saydullaev_M_Chechentsy_Kto_oni

134

России не меньшей болью, чем в свое время горе Афганистана - для Советского Союза. И то бесспорное обстоятельство, что существует огромная вина Дудаева за упущенные возможности решения проблемы миром, не уменьшает вины российских, властей за позорную войну.

Что же те, кто к партии войны себя не относят? Протестовавшая общественность заметно поуспоко-

илась, увидев, что неумелые полевые командиры заменены умелыми и в чисто военном отношении позор уже не так бросается в глаза.

Дума утешилась, сменив былую нелюбовь в Павлу Грачеву на активную неприязнь к Сергею Ковалеву, которую оказалось гораздо легче претворить в дело: Ковалева депутатам удалось снять с должности.

Премьер Черномырдин, глава правительства, ведущего эту замечательную войну, непостижимым образом носит венец почти миротворца - во всяком случае, ответственным за войну никто его не считает.

А демократические политики с удвоенным рвением ведут войну друг с другом. Образец политической близорукости демократических лидеров в этой междоусобице -поведение Григория Явлинского после диалога с Егором Гайдаром в телевизионных "Итогах". Напомню условия сотрудничества с другими близкими партиями, объявленные Явлинским в том диалоге (надежность которых, впрочем, продемонстрирована уже тем, что он от них на другой день отказался): договоренность о распределении мест президента и премьера, согласование пунктов программы. И дополнение к этим условиям, отчасти подразумеваемое Григорием Алексеевичем, отчасти - озвученное его болельщикамипослеегонеловкогоотказа: пустьГайдарпризнает свои ошибки в ходе реформ, да и вообще единство с Гайдаром может помешать Явлинскому одержать победу.

Оно, к слову, занятно само по себе: один из тех, кто в политической безопасности критиковал со стороны немыслимо трудную, казавшуюся сначала невыполни-

135

мой работу реформ, свысока осуждает того, кто действовал, совершая неизбежные ошибки. Оставим историкам оценку справедливости такой критики и подумаем о степени практичности такой политики.

Кажется бесспорным, что позиция Явлинского (и не его одного) - образец прагматизма в наше прагматическое время. Борьба за власть - суть профессии политика, власть нужна ему как непременное условие реализации самых прекрасных идей.

Абстрактно говоря, так оно и есть. Но в конкретных сегодняшних российских условиях до превращения этой абстракции в действительность надо еще дожить. Каждому, кто не витает в эмпиреях думских коридоров (отнюдь не являющихся коридорами власти), ясно, что Россия не отдаст бразды правления Явлинскому или иному подобному ему политику на предстоящих выборах - ни парламентских, при президентских. Девять шансов из десяти за то, что останется у нас та власть, которая есть (я имею в виду не второстепенные детали персональной рассадки по креслам или процентного распределения мандатов между фракциями, а принципиальную характеристику правящей социально-полити- ческой группы). Останется, грубо говоря, группа Ель- цина-Черномырдина. Очень несовершенная власть с очень несовершенной политикой, но все же она неизмеримо лучше былой власти КПСС или власти коммунистов-зюгановцев. Один шанс из десяти, что победят зюгановцы. Если они попытаются выполнить хотя бы половину своих нынешних обещаний избирателям насчет "государственного регулирования" и "социальной справедливости", нормальная жизнь рядового человека в России станет невозможной - в лучшем случае будем жить так, как живут сейчас Украина и Белоруссия. И совсем не просматриваются шансы на победу партий демократического крыла. Им еще надо подождать, когда успех реформ убедит большинство избирателей в исторической правоте реформаторов.

136

По сути дела, нам предстоит сделать выбор между теми, кто собирается НАВОДИТЬ порядок в России, и теми, кто хочет ПРИВОДИТЬ В ПОРЯДОК Россию, -разница между такими похожими на слух понятиями, надеюсь, ясна.

Выходит, первейшая задача демократов на выборах -свести к нулю тот небольшой шанс на победу, который есть у госпатриотов. Вторая задача - обеспечить себе позиции пусть не полной власти, но достаточной силы, чтобы иметь возможность влиять на нынешнюю власть и ограничивать ее очевидные недостатки. Абсолютная непримиримость тут нужна в одном главном вопросе: войне. И пока идет война, имеет право на существование только один вариант политического прагматизма: надежный выбор путей, ведущих кратчайшим путем к миру.

Наконец, еще один очевидный вопрос, в связи с "юбилеем" войны и с годовщиной президентства - вопрос об оценке нынешней политики президента. Вопрос не в том, победит ли Борис Ельцин на выборах, если станет баллотироваться. Сооружаемые в спешке механизмы молодой российской демократии пока еще столь же шатки, как возведенные ударными темпами при "социализме" здания, легко разрушаемые землетрясениями. Выборы по законам, которые сейчас сочиняют и утверждают сами будущие кандидаты в депутаты и президенты, выборы, организуемые губернаторами областей под эгидой черномырдинской "партии власти", имеют отличные шансы обеспечить победу "кому надо". Вопрос не о том, кем станет Борис Ельцин после шестой годовщины российского суверенитета. Вопрос состоит в том, кем он войдет в историю: тем, кто обеспечил успех российских реформ, или тем, кто их погубил.

Две линии политики Ельцина - на продолжение реформ и на продолжение войны - в принципе несовместимы. Чем дольше продолжается попытка вопреки требованиям жизни совмещать их, тем больше на практи-

137

ке милитаристская линия берет верх над реформаторской. Дело не только в военных расходах, которые угнетающе действуют на еще не вышедшую из кризиса экономику. Дело также в характере всего набора применяемых инструментов государственного управления. Откровенно антиреформаторское решение о протекционистских импортных тарифах вполне логично сочеталось с риторикой в стиле брежневских времен во время визита в Дедовск. Но ведь такие уступки "государственникам", как эти тарифы, - неизбежная плата за слабость позиции власти, ввязавшейся в войну.

Вряд ли демократы в силах сейчас изменить эту власть на выборах. Но они в состоянии обеспечить себе такие позиции, чтобы с ними считались. Для ясности сошлюсь на опрос городского населения России, проведенный в конце мая. На вопрос: "Если завтра выборы в Думу, за какую партию вы бы проголосовали?" -10 процентов ответили: за "Яблоко". Это наивысший рейтинг, но явно недостаточный для получения решающего преимущества. 5 процентов высказались за "Демократический выбор России". Если эти партии будут сотрудничать в ходе выборов, то потом в парламенте они будут располагать в сумме 15 процентами мест. Но вот ответы на вопрос: "Какую из коалиций вы поддержали бы?" Здесь за блок демократических сил Гайдар-Явлинский высказался 21 процент опрошенных. Это значительно больше, чем опрошенные дали им порознь, и намного больше, чем получили в опросе блок госпатриотов (Зюганов) и блок Черномырдина (тот и другой - по 12 процентов).

Стремление к личной победе сегодня гарантирует любому из демократических лидеров поражение. Стремление к общему прогрессу обещает им надежные стратегические позиции.

ОтитоЛацис, ("Известия". 09.07.95.)

138

"ВИНОВАТЫ ОКАЗАЛИСЬ ВСЕ..."

Никто лучше самих чеченцев не знает, что происходит в Чечне. Рассказывая о событиях в соседней республике, мы отдаем приоритет очевидцам, будучи уверенными, что читатели сами разберутся, что к чему. Почти месяц назад ("НД", № 5) в интервью "Если Грозный даже будет стерт с лица земли..." представители правительства Д.Дудаева рассказывали нашим читателям о своем понимании чеченского конфликта. А спустя две недели в редакцию зашел еще один гость, который, сославшись на эту публикацию, предложил обнародовать его точку зрения. На вопросы корреспондента "НД" отвечает доктор исторических наук, профессор кафедры истории народов Чечни и Ингушетии государственного университета в Грозном Явус Ахмадов.

-В чем, на ваш взгляд, явные и тайные пружины конфликта?

-Все началось осенью1991 года. На гребне антиком мунистической борьбы в Чечне наиболее приемлемыми оказались самые радикальные лозунги: требование не зависимости, суверенитета республики...

-И большинство эти лозунги поддержало. Так?

-Поддержало не призывотделиться от России, пото мучтолюдипонимали: вобщемэкономическомпростран стве республика не сможет в ближайшие годы стать пол ностьюсамостоятельной. Речьшлаобольшейстепенине зависимости от центра, в таймере, которую Чечня могла получитьреально, чтобыизбавитьсяоткомандованиямос ковской партийной номенклатуры. В этихусловиях груп па Дудаева, которая выдвигала самые крайние задачи, определенную популярность получила. Но в то же время

внашемобществебылитрезвыеслои, которыеискалидру гие подходы к решению существующих проблем.

-Не могли бы вы определить процентное отноше ние тех и других сил?