Пребывание в лагерях регулировалось инструкцией Военного министерства от 2 декабря 1920 г., согласно которой в интернированных войсках разрешалось сохранить прежнюю воинскую организацию: дивизии, бригады, полки, батареи; в них поддерживалась воинская дисциплина, воинский дух и порядок. В первом же приказе, отданном генералом Матвеевым, предписывалось всем частям сохранить свое тактическое деление. После завершения обмена военнопленными между Советской Россией и Польшей в октябре 1921 г. остатки двух армий численностью до 4500 чел. были переведены в лагерь Тухола. Кроме того, небольшие контингенты разместились в лагерях Стшалково, Калиш, Щепиорно.
Анализируя ситуацию, сложившуюся на родине к зиме 1920-1921 гг, Б. В. Савинков не мог не обратить внимание на то, что бывшая Российская империя покрыта тайными обществами и «зелеными отрядами». Иными словами, в Советской России наблюдалось неорганизованное, необъединенное единой программой, но все нарастающее народное движение, независимое от политических партий дореволюционного периода и не состоящее ни в какой связи с эмиграцией. Поэтому в декабре 1920 г. РПК поставил перед собой следующие задачи: объединить «зеленых» крестьян программой и создать организационный центр «зеленой» борьбы. С этой целью была восстановлена деятельность Народного Союза Защиты Родины и Свободы (НСЗРиС), созданного в 1918 году в Ярославле38.
При РПК учредили Информбюро, во главе которого встал Б. В. Савинков и его брат В.В. Савинков. Программа НСЗРиС была выработана Северо-западным областным комитетом «Народного Союза» в Гомельской и Смоленской губерниях и утверждена на съезде представителей тайных организаций и «зеленых» в июне 1921 г.39. Основные ее положения сводились к следующему:
«1. Непримиримая борьба с советской властью, враждебной народу и не дающей ему свободы выявить собственную волю к устроению жизни.
2. Борьба с большевиками силами русского народа, а не призывом к вооруженному вмешательству иностранцев.
3. Решительная борьба с царистами, мечтающими вернуть старые порядки, и с теми помещиками, которые хотят отобрать у крестьян землю.
4. Укрепление в собственность крестьян земли, перешедшей к ним во время революции, а также обращенной в советские хозяйства.
5. Установление демократического правового строя на началах народовластия.
6. Установление в России республики через Русское Учредительное собрание, избранное на основе всеобщего, равного, прямого и тайного избирательного права.
7. Признание государственной самостоятельности за всеми народами, входившими ранее в состав Российской империи и создавшими или создающими собственную государственность и тесный государственный и хозяйственный союз»40.
Таким образом, «третья Россия» должна была стать крестьянской демократической республикой, ибо огромное большинство страны составляли крестьяне.
Практически деятельность НСЗРиС свелась к печатанию и распространению листовок, созданию тайных организаций и ведению партизанской войны. Однако надеждам на массовое крестьянское восстание в Советской России не суждено было сбыться. Сам Б. В. Савинков сделал такие неутешительные выводы из борьбы за «третью» Россию: «И я уже в судорогах, собственно говоря, пошел в это зеленое движение, которое выродилось в бог знает что, а после зеленого движения - в подпольную работу, которая тоже результатов не дала»41.
После высылки из Польши в октябре 1921 г Б. В. Савинкова и его сторонников среди интернированных активизировали свою работу монархисты. Причем, вопрос о материальном их обеспечении часто приобретал политическую окраску. Так, в конце ноября 1921 г. в лагерь Тухола прибыл генерал Новиков как представитель Красного Креста с тюками белья. Собрав состав 3-х дивизий, он призвал перейти их под покровительство Врангеля, а себя объявил его представителем в Польше. Такая агитация, подкрепленная раздачей белья, дала свои результаты: «дивизия смерти» и стрелковая дивизия заявили о своей поддержке Новикова42. В свою очередь, савинковский НСЗРиС, действовавший нелегально, пытаясь сохранить влияние, особенно среди казаков, добился перевода около 400 чел. в лагерь Щепиорно, где находились украинцы. В январе 1922 г. в лагере раздали по 100 марок наиболее нуждающимся членам союза43.
Польские власти внимательно следили за активностью монархистов, считая, что реализация их целей (по восстановлению «единой и неделимой») угрожает польской государственности. В апреле 1922 г они пресекли нелегальную деятельность Русского монархического объединения, во главе которого стоял В. Г. Гершельман. Соответствующие польские органы провели аресты и привлекли к суду 57 офицеров. Несмотря на то, что суд их оправдал, Гершельман, Любимов и Махров были высланы из страны44.
Несомненный интерес, в связи с изложенными выше событиями, представляет анализ политических симпатий среди интернированных в наиболее крупном лагере Тухола. Согласно данным, приводимым З. Кар-пусом, здесь находилось три военных соединения. Он же попытался, проанализировав имеющиеся документы, определить процентное соотношение приверженцев той или иной политической ориентации в их рядах. Группа С.Б. Булак-Балаховича, известная как «Дивизия смерти», насчитывала в мае 1922 г около 1500 человек. Командиром являлся полковник Дуленко. Благодаря его деятельности, в дивизии усилилась монархическая, проврангелевская ориентация, объединявшая примерно 60% интернированных. Сторонников Б. Савинкова насчитывалось до 30%; остальные 10% стремились вернуться на родину45. Финансовую помощь на политическую деятельность в лагере монархистов выделяли соответствующие организации, существовавшие в Польше, а также в Берлине и Гданьске. Вторую по численности группу в лагере составлял отряд Б. Перемикина (1238 чел. на май 1922 г). Наибольшим политическим влиянием среди них пользовалась монархическая идеология - 85%; затем «немецкая» - 10% личного состава; связанных с Б. Савинковым - 3%, и только 2% желали вернуться в Советскую Россию. Третью по численности группу в лагере составляли казаки, входившие в «Вольную казачью дивизию», которая в мае 1922 г насчитывала 853 человек. Командовал ею монархист есаул А. Сальников, но среди казаков преобладала савинковская ориентация46.
Таким образом, в бывших русских формированиях, оказавшихся на территории Польши в 1920-1922 гг, велась борьба между монархистами и республиканцами за привлечение солдат и офицеров на свою сторону. Причем, на изменение настроений среди интернированных и их политическую ориентацию оказывали влияние финансовые и материальные факторы. В целом же можно констатировать, что, несмотря на усилия Б. Савинкова, основная масса интернированных оставалась на монархических позициях. После закрытия польскими властями лагерей бывшие российские военнослужащие получили т.н. карты Азиля, т.е. стали политическими эмигрантами. Им предоставили возможность выехать на новое место жительства в центральные и западные воеводства. Въезд на территорию «восточных крессов», за редким исключением, был запрещен.
русский воинский польша политический
Сноски
1. Pilsudski, I. Pisma Zbirowe. T. 2. Warczawa, 1937, s. 253.
2. Пайпс, Р. Русская революция. Кн. 3: Россия под большевиками. М., 2005, с. 116.
3. Матвеев, Г. Пилсудский. М., 2008, с. 253.
4. Karpus, Z. Wchodni sojusnicy Polski w wojne 1920 roky. Torun, 1999; Materski, W. Na Widecie. II Reczpospolita wobec Sowietow. 1918-1943. Warczawa, 2005; Симонова, Т. М. Белые формирования в Польше (Отряд русских беженцев) в 1918-1921 гг. // Новая и новейшая история. - 2012. - № 4. - С. 39-57.
5. Дюррант, Д. По материалам архива Д. В. Философова // Лица. Биографический альманах. М.- СПб. - 1994. - № 5. - С. 451.
6. Государственный архив Российской Федерации (далее - ГАРФ), ф. 5866, оп. 1, д. 171, л. 1.
7. Karpus, Z. Jency i intemirowani rosyjscy i ukrainscy w Polske w latach 1981-1924. Torun, 1991,s. 81.
8. ГАРФ, ф. 5784, оп. 1, д. 36, л. 92.
9. ГАРФ, ф. 5866, оп. 1, д. 10, л. 15.
10. Karpus, Z. Jency i intemirowani rosyjscy..., s. 81.
11. ГАРФ, ф. 1886, оп. 1, д. 8, л. 13; Karpus Z. Jency i intemirowani rosyjscy..., s. 62.
12. ГАРФ, ф. 5866, оп. 1, д. 171, л. 3.
13. Karpus, Z. Wschodni sojusnicy Polski w wojne 1920 roky. Torun, 1999, s. 126.
14. Документы и материалы по истории советско-польских отношений (ДМИСПО). Т. 3. М., 1965, с. 401-404.
15. Karpus, Z. Wschodni sojusnicy Polski..., s. 126.
16. Там же.
17. Там же, с. 68.
18. Karpus, Z. Traktat Ryski a poisky sojusznicy zokres wojny poisky-bolshewickiej 1920 roky // Trak- tat Ryski 1921 roky po 75 latach. Torun, 1988, s. 232.
19. Свобода, 1920, 3 октября.
20. Артишевский, А. Острог, Дубно, Броды. М.-Л., 1928, с. 13.
21. Karpus, Z. Wschodni sojusnicy Polski..., s. 146.
22. Симонова, Т. М. Белые формирования в Польше (Отряд русских беженцев), с. 48.
23. Karpus, Z. Wschodni sojusnicy Polski..., s. 154.
24. Авксентьев, Н. «Patriotica» / Литература русского Зарубежья. Т. 1. Кн. 1. М., 1990, с. 364-367.
25. ДМИСПО. Т. 3. М., 1965, с. 448-449.
26. ГАРФ, ф. 5784, оп. 1, д. 36, л. 113.
27. ГАРФ, ф. 5866, оп. 1, д. 171, л. 4.
28. Там же.
29. Свобода, 1920, 23 декабря.
30. Дриновський збірник, т. VII
31. Красноармейцы в польском плену в 1919-1922 гг. Сб. док. и материалов. М.-СПб., 2004, с. 8.
32. Михутина, И. В. Так сколько же советских военнопленных погибло в Польше в 1919-1921 гг. // Новая и новейшая история. - 1995. - № 3. - С. 66.
33. Симонова, Т. После белых крестов. Русские военнопленные в польском плену // Родина. - 2001. - № 4. - С. 53.
34. Матвеев, Н. Ф. О численности пленных красноармейцев во время польско-советской войны // Вопросы истории. - 2001. - № 9. - С. 120-126.
35. ГАРФ, ф. 5866, оп. 1, д. 25, л. 2.
36. ГАРФ, ф. 5866, оп. 1, д. 171, л. 6.
37. ГАРФ, ф. 5866, оп. 1, д. 125, л. 2.
38. ГАРФ, ф. 6851, оп. 1, д. 190, л. 1-2.
39. ГАРФ, ф. 5866, оп. 1, д. 121, л. 6-7.
40. Там же.
41. За свободу, 1921, 23 февраля.
42. Дело Бориса Савинкова. М., б/г., с. 73.
43. ГАРФ, ф. 5866, оп. 1, д. 123, л. 1-2.
44. ГАРФ, ф. 5872, оп. 1, д. 38, л. 5.
45. ГАРФ, ф. 5784, оп. 1, д. 38, л. 66.
46. Karpus, Z. Oboz internouanych № 7 w Tucholi // Mniejszosci narodowe w wojewodstwe Pomor- skim wokresie miedzywoje nnym (1920-1939). Torun, 1991, s. 150-151.
47. Там же.