Варварские вторжения и военное положение киренаики в IV - начале V вв. (по письмам Синезия Киренского)
А.А. Гречухина
«Средняя общеобразовательная школа № 1 с углубленным изучением отдельных предметов» г. Губкина Белгородской области
Аннотация
В фокусе настоящего исследования - военное положение Киренаики, набеги варваров на провинцию по данным из писем Синезия Киренского. Синезий стал непосредственным очевидцем варварских набегов, а также казнокрадства, коррупции, которые привели к развалу военного аппарата и, как следствие, к гибели провинции. В статье приводятся фрагменты писем, в которых Синезий открыто беспокоится о положении дел в провинции. Изучение писем, иных материалов, выяснение особенностей социально-экономического развития Киренаики помогут лучше понять процессы, которые обусловливали переход от античного общества к средневековому на уровне региона . синезий киренаики провинция варвар
Ключевые слова: Поздняя Античность, Синезий Киренский, письма, варвары, набеги, Киренаика, военное положение, кочевые племена, пограничные войска.
BARBARIC INVASION AND THE MILITARY SITUATION OF CYRENAICA IN THE 4TH - THE BEGINNING OF 5TH CENTURIES (ON THE BASIS OF SYNESIUS' LETTERS)
A. A. Grechukhina
«Secondary school No. 1 with in-depth study of individual subjects»
Abstract
In the focus of this study, the martial law of Cyrenaica, the barbarians' raids on the province according to data from the letters of Synesius of Cyrene. Synesius became an eyewitness to the barbaric raids, as well as embezzlement, corruption, which led to the collapse of the military apparatus, as a result, to the death of the province. The article contains letters in which Synesius openly writes about his anxiety about the state of affairs in the province. The study of letters, materials, clarification of the characteristics of the socio-economic development of Cyrenaica will help us to better understand the processes that caused the transition from the ancient society to the medieval. The letters of Sinesia shed light on many questions concerning the provincial life of the empire, agriculture, the social composition of the population, occupations and trades; these are questions that still have not received widespread attention in research circles. In this article we are interested in a separate aspect of Cyrenaica`s life, namely the martial law and the attitude of Sinesia to the raids of the barbarians, as well as the barbarization of some institutions of society.
Keywords: Late Antiquity, Synesius of Cyrene, letters, barbarians, raids, Cyrenaica, martial law, nomadic tribes, border troops.
Одним из важнейших достоверных источников, позволяющим составить глубокое представление о жизни в провинции Киренаика, а именно варварских набегах и военном положении, являются письма Синезия. Конечно, сведения, переданные епископом, отражают конец IV - начало V вв., что совпадает с хронологическими рамками жизни Сине- зия. Изучение писем, других материалов, выяснение особенностей социальноэкономического развития Киренаики помогут нам лучше понять процессы, которые обусловливали переход от античного общества к средневековому. Письма Синезия проливают свет на многие вопросы, касающиеся провинциальной жизни империи, земледелия, социального состава населения, занятий и промыслов; это вопросы, которые до сих пор не привлекли широкого внимания в исследовательских кругах.
В данной статье нас интересует отдельный аспект жизни Киренаики, а именно военное положение и отношение Синезия к набегам варваров, а также варваризации некоторых институтов общества. Во многом отношение епископа к данной проблеме можно отыскать в изучении самой биографии Синезия и тех событий, которые стали катализатором написания писем и речей.
Из исследований XX века следует упомянуть достаточно обширную работу Уильяма Крауфорда [Crawford, 1901], посвященную тщательному анализу трактатов Синезия, а также исследование Ганса Кристиана Тори [Thory, 1920], описавшего жизнь и особенности развития Киренаики в IV веке на основе писем Синезия, что является для нас наиболее важным исследованием.
Из наиболее глубоких исследований данной проблемы следует выделить труд Кристиана Лакомбрэйда «Синезий Киренский: эллин и христианин» [Lacombrade, 1951], в котором подробно анализируется жизнь Синезия после его прибытия в Кирену. Монументальная работа Джея Брэгмана [Bregman, 1982] основана как на изучении биографии Си- незия, так и на обобщенном анализе его трудов. Последнее исследование по-прежнему является наиболее актуальным и фундаментальным. В нем не только анализируются богословские взгляды, но и дается подробная характеристика тем событиям, что происходили в регионе во время жизни Синезия.
В отечественной историографии в настоящее время существуют переводы сочинений Синезия (писем, гимнов и трактатов) со статьями и комментариями Т.Г. Сидаша [Си- даш, 2012, 2014], перевод речи «О царстве» М.В. Левченко [Левченко, 1951, 1956]. Также важны статьи О.В. Пржигодзкой [Пржигодзкая, 2012, 2013, 2014], в которых объектом исследования выступают речи Синезия. Они являются непосредственным фундаментом для изучения не только полной биографии Синезия, но и отдельных ее аспектов.
Следует также упомянуть статью Е.А. Мехамадиева [Мехамадиев, 2014], в котором рассматривается вопрос о войсковых подразделениях позднеримской Киренаики в IV-V вв. в контексте данных Синезия Киренского. Автор рассматривает более ранний период организации и использует данные как писем Синезия, так и других источников, что для нас является хорошей возможностью увидеть причину складывающегося обострения военного положения в Киренаике.
Нельзя оставить без внимания и работы Г.Л. Курбатова [Курбатов, 1991], А.Ф. Лосева [Лосев, 1992], отдельную статью С.Г. Меленко [Меленко, 2013], в которых Синезию уделяется лишь небольшое место в контексте изучаемой проблемы, либо производится локальное исследование его политических и религиозных взглядов.
К сожалению, в отечественной науке развитие Киренаики по данным писем Синезия затрагивалось лишь эпизодически, а специального монографического исследования пока нет.
Киренаика, заселенная подданными Восточной Римской империи, занимала область в северной части Восточной Ливии у Большого Сирта. Граничила с проконсульской Африкой (Карфаген) на западе, а на востоке - с Египтом; на юге была пустыня.
Во времена своего расцвета Кирена была одним из крупнейших городов классического греческого мира. Торговля и сельское хозяйство были хорошо развиты, и вся страна была процветающей. Но уже при жизни Синезия Киренаика начинает переживать упадок. Налоги были угнетающими; неэффективные и беспринципные правители усугубляли положение, и в своих письмах он снова и снова ссылается на бедствия, такие как землетрясения, разрушения, налеты саранчи, мор, война, огонь и голод (Ep. 58).
По мере упадка главного города - Кирены - первенство в регионе заняла Птоле- маида, которая в конце концов стала главным городом провинции. Упадок и депопуляция Киренаики были ускорены последствиями восстания евреев, многие из которых были поселены в стране во время правления Траяна. Об этом задолго до событий писал Синезий, показывая ненависть, которая царила между евреями и греками, отмечая, что евреи - это «коварная раса, которая считает, что действует благочестиво, если приводит к гибели как можно большего числа греков» (Ep. 4) (пер. Т.Г. Сидаша).
В 405 году Синезий, после пребывания в Александрии, возвратился в Киренаику. На родине - в Кирене или в своем имении Ангимахе - Синезий вел аристократический образ жизни, ни в чем себе не отказывал, занимался хозяйством, литературными и философскими трудами. В письме другу Олимпию (Ep. 147) Синезий рассказывает о жизни в деревне. По словам епископа, в деревне живут свободные земледельцы, которые помогают друг другу в работе на поле, в разведении скота. Но их кругозор узок и ограничен, они не интересуются новостями за пределами своего округа, большинству из них даже не знакомо имя императора.
В целом Синезий был доволен своей жизнью. Подробную характеристику ее он дает в длинном письме «против Андроника». «С детства считал я, что досуг и легкость жизни суть блага божественные... проводил свою жизнь, словно бы справляя величественный всенародный праздник, будучи на протяжении всех моих дней радостен и лишен душевных волнений» (Ep. 41) (пер. Т.Г. Сидаша).
Однако самым серьезным злом в провинции было опустошение, вызванное постоянно повторяющимися набегами варварских племен с юга. Вследствие недостаточности военной охраны провинции, Синезий сам должен был заботиться о безопасности своих владений и вести постоянную войну с нападавшими на его земли кочевниками. Эти варвары были простыми разбойниками, мародерствующими бандами кочевников, которых Синезий характеризует как воров и грабителей, которых нельзя назвать врагом, которые убивали и грабили робких и незащищенных, «но бежали в пустыню, как только жители оказали сопротивление» (Ep. 131).
Серьезным вторжением было вторжение макетов около 405 года. «Женщины уведены в плен, мужчины истреблены беспощадно. Раньше они хотя бы оставляли жизни детям ... и никто из нас не возмущается ... ждут помощи от солдат ... дрянных, даже в мирное время с их алчностью и продовольственными деньгами ... Неужели мы не положим конец болтовне?! Неужели никогда не войдем в разум?! Неужели не соберем крестьян, надрывающихся на земле, в единый кулак.» (Ep. 125) (пер. Т.Г. Сидаша). В этом письме Синезий сообщал брату, что он собрал отряд из местных жителей и начал военные действия против варваров.
В корреспонденции Синезия есть ряд писем, в которых указывается о существовании небольших гарнизонов, в которых имелся разный этнический и территориальный состав воинов (Ep. 5, 78, 87, 95, 110). Скорее всего, для быстрого и точного управления этими гарнизонами была введена должность дукса двух Ливий (Нижней и Верхней) между 395 и 399 годами.
Синезий упоминает четыре военных отряда, постоянно принимавших участие во всех боевых операциях против местных кочевых племен: когорта далматинцев, балагриты, маркоманы, части фракийской конницы и уннигарды.
Большинство военнослужащих демонстрировали слабый и трусливый дух перед лицом варваров. Некоторые даже прятались в расщелинах гор при приближении врага (Ep. 122). Синезий с подозрением относился к иностранным войскам на службе. Он безуспешно пытался принять закон об исключении иностранцев из армии (Ep. 94).
На содержание солдат жители провинции уплачивали aurum tironicum, а также поставляли в части натуральное продовольствие. Содержание одного солдата стоило 30 солидов в год, иногда больше. И не всегда провинция могла полностью обеспечить солдат поставками провизии.
Письма Синезия свидетельствуют, что война с авсурианами велась непрерывно в течение 405-409 годов (Ep. 56, 57, 107, 113 Catastasis 1,11). Они являлись кочевниками, но были более многочисленными и гораздо грозными, чем более ранние захватчики. Синезий в письмах указывает, что после возращения в Птолемаиду в 411 году дукс Анисий восстановил военную оборону провинции. Уннигарды, как пишет Синезий, были более полезными для провинции, чем местные войска.
Три поражения от рук Анисия и его сорока всадников-уннигардов привели в замешательство тысячи варваров и сократили их вторжения до нескольких разрозненных набегов, которые мгновенно были подавлены. Синезий выражает благодарность Анисию, и просит продлить пребывания дукса в провинции. «Невозможно оказать большую пользу Пентаполю, нежели предпочесть уннигардов - порядочных людей и храбрых мужей - как солдат всем другим солдатам. Приложи к моему прошению и свою просьбу: пусть к этим сорока храбрецам будет прибавлено еще сто шестьдесят... будет достаточно для Царя, чтобы с Божьей помощью под твоим руководством положить конец войне?» (Ep. 78) (пер. Т.Г. Сидаша).
Ходатайство это было направлено египетским властям, но Анисий должен был уехать, а вместо усиления отряда власть уменьшает их жалование, отнимает лошадей, тем самым подрывает боевое рвение наемников, которые так много сделали для защиты страны.
На смену Анисию пришел Иннокентий, старец, у которого была длительная болезнь и которому мешали некоторые из его офицеров, уроженцы Александрии.
Однако в следующем году авсурианы вернулись и захватили всю страну. Отъезд Анисия, кризис и разложение наемной и местной армий, стихийные природные бедствия и неспособность нового дукса Иннокентия руководить сразу же повлекли за собой тяжелые последствия.
Ни одна крепость не была для варваров непреступной. В районе Барсы они разграбили гробницы; сожгли церкви, осквернили и унесли священные сосуды. Взятые в плен мужчины перевоспитывались так, чтобы потом вернуться и напасть на свою родину. Пленников, по словам Синезия, было в три раза больше, чем варваров. Пять тысяч верблюдов уносили добычу (Ep. 131).
В письме к Гипатии Синезий указывает о том, что тяжело переносит бедствия военного времени. «Страдание моего отечества обступило меня со всех сторон, и я едва сношу его: каждый день вижу я оружие врага, бойню, людей, зарезанных словно жертвенный скот ... дышу воздухом, отравленным смрадом гниющих тел, и сам ожидаю подобных страданий - на что надеяться, если воздух темен от теней плотоядных птиц? Но и такой я люблю свою землю.» (Ep. 124) (пер. Т.Г. Сидаша).
В письме Феофилу (Ep. 69) Синезий пишет: «Все гибнут, все рушится. Сейчас, когда я пишу, полисы еще держатся; что будет завтра, знает Бог».
В обращении, сделанном в то же самое время, он говорит: «Пентаполь погиб, он был извлечен, уничтожен, его конец, он закончен, он мертв» (Catastasis I).
О необходимости прислать помощь Синезий пишет и Феофилу.
Впоследствии положение изменилось. Уже в письме (Ep. 57) Синезий говорит о менее критичном военном положении. Марцеллин, который сменил бездарного Иннокентия, взял в свои руки руководство операциями и прославился своими военными способностями.
По оценке Синезия, войско в провинции не представляло серьезной военной силы. Причина этого - не только отсутствие дисциплины. Негодность солдат, по мнению Сине- зия, - следствие негодности начальников, которые покупали должности за деньги.
В письме Ep.110 ярко иллюстрируется этот эпизод: «Гилас, побывав при дворе, вернулся с приказом принять командование над доблестнейшими маркоманами. Они были и прежде добрыми солдатами, теперь же обзавелись и соответствующим их доблести командиром, так что ничто не отделяет теперь их от деяния доблестного и великого» (пер. Т.Г. Сидаша). По письму Си- незия, этот человек не заботился о доброй славе, был невоспитанным, подкупным.