В.В. Бартольд упоминает о том, что, с одной стороны, среди рабатов газиев появляются «рабаты аскетов, защищавших своим поклонением родину от бед», а с другой стороны, в Центральной Азии рабаты использовались и для религиозного поклонения и религиозного обучения, стремясь прояснить связь между рабатами газиев, религией и суфизмом [26, с. 201-205]. Здесь он обращает внимание на сведения, которые приводит автор «Шарх ат-та`арруф» Мустамли ал-Бухари (ум. в 434/1043) о последовательнице суфизма по имени Амра, жившей в начале Х века вместе со своим мужем Абу Джафаром в одном из рабатов, расположенных в районе Ферганы на границе с немусульманскими народами [6/3:963-964]. В этот период район Ферганы считался пограничьем с народами, которые жили на границе между державами Саманидов (875-999) и Караханидов (927-1211), но еще не приняли исламскую религию. Этот факт, в свою очередь, подтверждает наше предположение о том, что на путь аскетизма, который был первым проявлением суфизма, вступали газии, проживавшие в приграничных рабатах, по крайней мере определенная их часть. Кроме того, источники приводят сведения о том, что суфии, вышедшие из Хорасана и Центральной Азии, в том числе Шакик ал-Балхи (ум. в 194/810), Хатим ал-Асамм (ум. в 237/851) и Абу Тураб ан-Нахшаби (ум. в 245/834), участвовали в качестве газиев в походах против немусульманских народов [20, с. 314; 7, с. 398].
Роль религиозно-идеологических и философских течений в становлении суфийских движений
Определенную роль в формировании и развитии в Мавераннахре суфийского движения и взглядов сыграло и то, что в этой области проявляли активность различные конфессии и идеологические течения, потому что Саманидская держава, господствовавшая в этом регионе, отличалась от других мусульманских стран тем, что на ее территории существовали различные религии, мазхабы и течения [41, с. 26]. Как пишет историк ал-Макдиси, большая часть населения Саманидской империи придерживалась суннитского ханафитского мазхаба, однако среди жителей Шаша, Илака, Тараза, Бухары, Туса, Нисы, Абиварда, Исфараина, Мерва, Герата и Систана был распространен и шафиитский мазхаб, и кадии избирались только из числа представителей этих двух мазхабов [8, с. 473]. Вместе с тем в областях, входивших в состав империи Саманидов, существовали другие исламские группы, учения и течения. В Систане и Герате были последователи таких направлений, мазхабов и течений, как хариджизм, в Нишапуре - последователи мутазилизма, шиизма и каррамизма, в некоторых районах Хорасана - сторонники кадаризма, в Термезе - джахмиты [8, с. 473-474]. Ал-Макдиси упоминает о том, что у каррамитов были свои обители (ханака) в Хатлоне, Мерве, Самарканде и Фергане [8, с. 474].
Кроме того, Саманидская держава была страной религиозной терпимости, в которой могли спокойно жить и вести свою деятельность представители других религий [41, с. 26]. Например, если автор труда «Ахсан ат-таквим» приводит сведения о том, что в этот период на территории Мавераннахра и Хорасана существовали общины евреев, христиан и зороастрийцев [8, с. 473-474], то в сочинении «Худуд ал- `алам» он упоминает о том, что на восточных границах Хорасана проживали люди, придерживавшиеся буддизма, а в Согде - представители манихейской религии [6, с. 107].
Участие упомянутых религий и мазхабов, религиозно-идеологических и философских течений в общественной жизни Центральной Азии не исключает того, что они могли оказывать влияние на движение аскетизма в этом регионе, с одной стороны, в форме идейной эволюции в результате борьбы с их взглядами и идеями, которая имела целью поддержать исламскую религию или ханафитские убеждения, а с другой стороны - в форме принятия суфизмом имевшихся в них элементов. Кныш А. упоминает не только о том, что Шакик ал-Балхи, который был представителем хорасанской аскетической школы и до принятия аскетического образа жизни поддерживал торговые отношения с Мавераннахром, а в последующем был учителем отдельных центральноазиатских аскетов, в том числе Хатима ал-Асамма, встал на путь аскетизма именно после встречи с буддийским монахом [30, с. 39]. В свою очередь, Шиммель, останавливаясь на том, что другие религии и учения сыграли важную роль в появлении не только центральноазиатского суфизма, но и в целом суфизма в районе Туркестана, обращала внимание на сходства между распространенными в этих краях исламскими и буддийскими рассказами [39, с. 18]. К тому же она упоминает о том, как мусульмане сталкивались в Хорасане и Мавераннахре с буддистами, имевшими определенный аскетический опыт, как манихейская религия, которая была распространена в Центральной Азии, привлекала внимание мусульманских ученых и как отдельных суфиев обвиняли в интересе к этой религии [39, с. 35]. Кроме того, вполне вероятно, что примером для аскетов этого региона послужили обители представителей течения каррамитов, расположенные в различных точках Центральной Азии [8, с. 474].
Идеи суфийских школ и течений, появившихся в других странах исламского мира, также в определенной степени повлияли на эволюцию суфизма, который возник в Центральной Азии. В УП-Х веках целый ряд центральноазиатских суфиев проходил суфийское обучение в таких областях, как Хорасан, Ирак, Сирия, Хиджаз и Египет и способствовал проникновению в центральноазиатский суфизм отдельных элементов идей и доктрин распространенных в этих странах суфийских школ. Например, представитель аскетического движения в Бухаре IX века `Иса ибн Муса ал-Гунджар (ум. в 185/801), обучавшийся у куфийской аскетической школы Суфйана ас-Саури (ум. в 161/777) [18, с. 311], а также Хашид ибн `Абдаллах ас-Суфи (ум. в 246/860), который какое-то время был эмиром Арабского халифата в таких областях, как Сирия и Йемен [11, с. 34-35], могли распространить на Бухару влияние ближневосточных стран, в том числе суфийской среды Сирии и Ирака. К тому же, поездки одного из знаменитых центральноазиатских суфиев Абу Тураба ан-Нахшаби (ум. 245/834) в Балху и Басру [13, с. 473], Хакима ат-Тирмизи - в Багдад, Басру, Куфу, Мекку, Нишапур и Мерв, в ходе которых они знакомились с суфийскими учениями этих стран [36, с. 15-17], влияли на формирование и эволюцию их суфийского мировоззрения. Кроме того, Абу Бакр ал-Васити (ум. в 320/932), обучавшийся в Багдаде у Джунайда ал-Багдади и Абу-л-Хусайна ан-Нури, принес в Центральную Азию идеи багдадской суфийской школы, а ферганский ученик одного из основателей течения маламатийа Абу Усмана ал-Хири (ум. в 298/910), Абу Джафар Мухаммад ибн Абдаллах ал- Фаргани (ГУ/Х в.) [3, с. 350; 1, с. 117] принес на родину учение этого течения.
Упомянутые факторы привели не только к появлению и распространению суфизма в Центральной Азии, но и к формированию самостоятельной центральноазиатской суфийской школы, которая отличалась от суфийских школ других стран исламского мира. Хотя в последующие периоды центральноазиатский суфизм претерпел определенные изменения, а суфийское движение продолжало существовать в Узбекистане, принимая новые формы, главные идеи и принципы деятельности центральноазиатской школы, сформировавшейся в VIII-XI веках, сохранились и послужили в качестве фундамента для суфийских тарикатов, которые стали появляться начиная с XII века.
Заключение
На основе проведенного анализа условий и основных факторов возникновения суфийского движения в Центральной Азии можно прийти к следующим выводам:
1. Одним из важных факторов, формирования в Центральной Азии суфийских взглядов и образа жизни был ханафитский суннизм, который приобрел в этом регионе статус господствующего мазхаба.
2. Деятельность различных конфессий и идеологических течений на территории Мавераннахра оказывала влияние на формирование и эволюцию суфийского движения в регионе, с одной стороны, в форме идеологической эволюции, происходившей в результате борьбы с их взглядами и идеями с целью отстаивания исламской религии или ханафитского вероучения, а с другой стороны, в форме усвоения некоторых имевшихся в них суфийских элементов.
3. Большинство представителей центральноазиатского суфизма на раннем этапе были выходцами из среды исламских ученых, в том числе хадисоведов и факихов, а также торговцев, ремесленников и газиев.
4. Идеи суфийских школ и течений, возникших в других странах исламского мира, способствовали эволюции центральноазиатского суфизма. В УП-Х веках целый ряд центральноазиатских суфиев проходил обучение в таких областях, как Хорасан, Ирак, Сирия, Хиджаз и Египет, что послужило причиной проникновения в центральноазиатский суфизм отдельных элементов идей и доктрин распространенных в этих странах суфийских школ.
Литература
1. Навоий Алишер. Насойим ул-мух,аббат. Мукаммал асарлар туплами [Наса'им ал-махаббат. Полн. собр. соч.]. Йигирма томлик [20 т.]. Ун еттинчи том [Т. 17] / Нашрга тайёровчилар: С. Ганиева, М. Мирзаах,медова. Арабча ва форсча матнларни таржима килиб, нашрга тайёрловчи ва масъул мухдррир: С. Рафиддинов. Тошкент: Фан, 2001. 520 б. (На узб. яз.)
2. Абу БакрМухаммад ибн Джафар ан-Наршахи. Тарих-и Бухара. История Бухары. / пер., коммент. и примеч. Ш.С. Камолиддина; Археолого-топографический комментарий Е.Г. Некрасовой. Ташкент: SMIA-SIA, 2011. 600 с. (На узб. яз.)
3. Ансари Хирави, Шайх ал-ислам Хважа Абдаллах. Табакат ас-суфийа / ред., примеч. и прилож. Абд ал-Хаййя Хабиби]. Кабул: Гос. типография, 1341/1962. 738 с. (На персид. яз.)
4. Парса, Хваджа Мухаммад. Фасл ал-хитаб [Предисловие, подготовка текста и примечания: Джалил Мисгарнижад]. Тегеран: Университетский издательский центр, 1381/2002. 1019 с. (на перс. яз.)
5. Джами Нур ад-дин Абд ар-Рахман ибн Ахмад. Нафахат ал-унс мин хадарат ал-кудс / подготовка текста и предисл. Махмуд Абиди. 4-е изд. Тегеран: Эттелоот, 1382/2003. 1215 с. (На персид. яз.).
6. Худуд ал-`алам мин ал-машрик ила-л-магриб / подготовил к публикации Манучехр Сутуда. Тегеран: Библиотека Тахури, 1983.
7. 77. Кашани, Махмуд ибн Али. Мисбах ал-хидайа ва мифтах ал-кифайа / подготовлено к печати Джалал ад-дином Хумайи]. Тегеран, 1323/1944. 240 с. (на персид. яз.).
8. ал-Макдиси, Абу `Абдаллах Мухаммад ибн Ахмад. Ахсан ат-таквим фи ма`рифат ал-акалим / пер. с араб. Али Наки Мунзави: в 2 т. Тегеран: Компания авторов и переводчиков, 1361/1982. 728 с. (На персид. яз.).
9. ал-Мустамли ал-Бухари, Абу Ибрахим Исма`ил ибн Мухаммад. Шарх ат- Та`арруф ли-мазхаб ат-тасаввуф. 1-руб`. Под редакцией Мухаммада Равшана. Тегеран: Асатир, 1363/1984. (На персид. яз.)
10. ал-Мустамли ал-Бухари Абу Ибрахим Исма`ил ибн Мухаммад. Шарх ат- Та`арруф ли-мазхаб ат-тасаввуф. 3-руб` / под ред. Мухаммада Равшана. Тегеран: Асатир, 1365/1986. (На перс. яз.)
11. Му`ин ал-фукара' Ахмад ибн Махмуд. Та'рих-и Муллазада дар зикр-и мазарати Бухара / предисл., ред., примеч. и прилож. Ахмада Гулчина Ма`ани. Тегеран: Центр иранских исследований, 1370/1991. 112 с. (На персид. яз.)
12. Абу Бакр Мухаммад ибн Исхак ал-Калабази. ат-Та`арруф ли-мазхаб ахл ат-тасаввуф / подготовил к публикации Ахмад Шамс ад-дин. Бейрут: Дар ул-кутуб ал-`илмийа, 2001. 232 с. (На араб. яз.).
13. Абу Абд ар-Рахман ас-Сулами. Табакат ас-суфийа / под ред. Ахмада аш- Шарбаса. Каир: Дар аш-шу`аб, 1419/1998. 180 с. (На араб. яз.).
14. Абу `АбдаллахМухаммад ибн `Абдаллах ал-Хаким ан-Найсабури. Та'рих Найсабур (Табакат шуйух ал-хаким) / ред. и прим. Абу Му`авийи Мазана ибн Абд ар- Рахмана ал-Бахсили ал-Бируни. Бейрут: Дар ул-баша'ир ал-исламийа, 1427/2006. 410 с. (На араб. яз.).
15. Ахмад ибн `Али ал-Хатиб ал-Багдади. Та'рих Багдад / подготовил к печати Мустафа Абд ал-Кадир Ата. 10 т. Бейрут, 1417/1997 (На араб. яз.).
16. Имам Абу Са`д `Абд ал-Карим ибн Мухаммад ибн Мансур ат-Тамими ас-Сам`ани. ал-Ансаб / автор предисл. и прим. Абд ал-Хакк Умар ал-Баруди. Центр культурных исследований. Т. 2. Бейрут: Дар ал-джинан, 1408/1988. 533 с. (На араб. яз.)
17. Имам Абу Са`д Абд ал-Карим ибн Мухаммад ибн Мансур ат-Тамими ас-Сам`ани. ал-Ансаб / автор предисл. и прим. Абд ал-Хакк Умар ал-Баруди. Центр культурных исследований] Т. 3. Бейрут: Дар ал-джинан, 1408/1988. 578 с. (На араб. яз.).
18. Имам Абу Са`д `Абд ал-Карим ибн Мухаммад ибн Мансур ат-Тамими ас- Сам`ани. ал-Ансаб / автор предисл. и примеч. Абд ал-Хакк Умар ал-Баруди. Центр культурных исследований] Т. 4. Бейрут: Дар ал-джинан, 1408/1988. 581 с. (На араб. яз.).
19. Имам Абу Са`д Абд ал-Карим ибн Мухаммад ибн Мансур ат-Тамими ас- Сам`ани. ал-Ансаб / автор предисл. и примеч. Абд ал-Хакк Умар ал-Баруди. Центр культурных исследований] Т. 5. Бейрут: Дар ал-джинан, 1408/1988. 714 с. (На араб. яз.).
20. ал-Имам Шамс ад-дин Мухаммад ибн Ахмад ибн `Усман аз-Захаби. Сийар а`лам ан-нубала'. Т. 13 - Бейрут: ар-Рисала, 1414/1994. 559 с. (На араб. яз.).
21. Абдууалимов Б.А. «Байт ал-кикма» ва Марказий Осиё олимларининг Багдоддаги илмий фаолияти (асрларда аник ва табиий фанлар) [“Байт ал-хикма” и научная деятельность центральноазиатских ученых в Багдаде (точные и естественные науки в ІХ-ХІ вв.)] / масъул мукаррир М.М. Хайруллаев; УзР ФА Абу Райкон Беруний номидаги Шаркшунослик институти. Тошкент: Узбекистон, 2010. 264 б. (На узб. яз.).
22. Асророва Л. Абу Х,афс Кабир Бухорий ва канафий фикки [Абу Хафс Кабир ал-Бухари и ханафитский фикх]. Тошкент: Ислом университета, 2014. 280 б. (На узб. яз.).
23. Комилов Н. Тасаввуф [Суфизм]. Т.: Мовароуннакр, Узбекистон, 2009. 448 б. (На узб. яз.).
24. Усмонов Иброуим. Мовароуннакр тарикатларида акидавий карашлар [Идеологические взгляды в тарикатах Мавераннахра] // Илмий-таклилий ахборот: Узбекистон Республикаси Вазирлар Маккамаси кузуридаги Тошкент ислом университетининг илмий-таклилий ахбороти [Научно-аналитический вестник Ташкентского исламского университета при Кабинете министров Республики Узбекистан]. Тошкент: Тошкент ислом университета» нашриёт-матбаа бирлашмаси, 2017. № 3. Б. 4-11. (На узб. яз.).
25. Арберри А.Дж. Суфизм. Мистики ислама / пер. с анг. М.О. Авдейчик, В.А.Литновская. М.: Сфера, 2002. 272 с.
26. Бартольд В.В. Сочинения. Т. 2, ч. 1. Общие работы по истории Средней Азии / отв. ред. тома Б.Г. Гафуров; 1-я часть II тома подготовлена к изданию В.А. Ромодиным и Б.Я. Стависким]. М.: Изд-во восточной литературы, 1963. 1020 с.
27. Бертельс Е. Избранные труды. Суфизм и суфийская литература. М.: Наука, 1965. 527 с.
28. История Востока: в 6 т. Т. 2. Восток в Средние века / гл. редкол. Р.Б. Рыбаков (пред.) и др.; отв. ред. Л.Б. Алаев, К.З. Ашрафян. М.: Вост. лит., 2002. 716 с.
29. Кеннет Л. Хонеркамп. Суфийские основы традиционных этнических диспутов в Узбекистане // Узбекистоннинг ислом цивилизацияси ривожига кушган хиссаси (Таълим, фан ва маданият буйича ислом ташкилоти - ISESCO томонидан Тошкент шахрининг 2007 йилдаги Ислом маданияти пойтахти деб эълон килинганлигига багишланган халакаро конференцияга йулланган маърузалар ва табриклар тезислари туплами) [Масъул мухаррирлар: Б.А. Абдухалимов, З.И. Мунавваров]. Тошкент-Самарканд: Имом Бухорий республика илмий-маърифий маркази нашриёти, 2007. Б. 63-64.