УЧЕБНАЯ ЛИТЕРАТУРА ПО ИСТОРИИ (ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XVIII - НАЧАЛО XIX В.) О ПРОИСХОЖДЕНИИ ВАРЯЖСКОЙ РУСИ И ОБРАЗОВАНИИ ДРЕВНЕРУССКОГО ГОСУДАРСТВА
С.В. Соколов
Проанализированы концепции учебной литературы второй половины XVIII - начала XIX в. по вопросам этнического происхождения варяжской Руси и роли варягов в образовании Древнерусского государства. Автор приходит к выводу, что в учебниках нашли отражение все значимые версии происхождения варяжской Руси, бытовавшие в научной литературе того времени. Несмотря на то, что во второй половине XVIII в. было написано множество новых учебников, наибольшую популярность сохранял «Синопсис» и его видение ранней истории Древней Руси.
Ключевые слова: историография, учебная литература, Древняя Русь, варяжский вопрос.
учебная литература варяжская русь
В последнее время в исторической науке возрос интерес к учебной литературе по отечественной истории как к предмету для историографического изучения [См., напр., 1]. Т.А. Володина указывала, что еще в XIX в. сформировались два противоположных взгляда на учебную литературу по истории. В соответствии с первым учебники рассматривались «как отражение основных достижений исторической науки и утвердившихся в ней концепций». Другая позиция состояла в том, что учебники считались «воплощением всего самого отсталого и догматического, ибо они всегда испытывают давление посторонних, не имеющих отношения к науке факторов» [2. С. 104]. Какое из этих положений ближе к истине и каким образом конкретные научные проблемы презентовались в учебной литературе?
Одной из наиболее дискуссионных проблем с самого зарождения исторической науки в России являлась варяго-русская. Она сводилась к нескольким основным вопросам: этническая принадлежность первоначальных носителей имени «русь» и семантика этого имени, соотношение Руси и варягов, роль варягов в образовании государственности у восточных славян. В конце XVIII - начале XIX в. происхождение государственности тесно увязывалось с происхождением династии (поскольку предполагалось, что возникновение верховной власти и есть признак образования государства) [3. С. 171; 4. С. 47]. Благодаря этому интерес именно к этническому происхождению призванных в 862 г. варягов был необычайно высок. Возник термин «варяжская русь» для обозначения той этнической группы варягов, которую привел с собой Рюрик. В исторической науке второй половины XVIII в. по вопросу о происхождении варяжской руси было сформулировано несколько концепций. Можно выделить скандинавскую (Г.Ф. Миллер, Ф.Г. Штрубе де Пирмонт) [5; 6.], славянскую (М.В. Ломоносов, Ф.А. Эмин, В.К. Тредиаковский, М.М. Щербатов) [7, 8, 9, 10], готскую (Г.Ф. Миллер) [11], финскую (В.Н. Татищев, И.Н. Болтин) и сарматскую (Екатерина II) [12, 13, 14]. Насколько востребованы были эти концепции в учебной литературе конца XVIII - начала XIX в.? Следует оговориться, что под учебной литературой в данной статье понимаются издания, имевшие в заглавии фразу «для употребления учащегося юношества», «на пользу российского юношества» и т.п. Кроме того, при отборе историографических источников учитываются исследования и сообщения о реальном использовании книг по истории в учебном процессе [2; 15. С. 7-65].
Одним из первых написанных отечественным автором учебников был «Краткий российский летописец» М.В. Ломоносова. Это издание, которое задумывалось как справочное пособие для обучающихся, содержало хронологическую таблицу князей с указанием основных событий их правления, а также предисловие. В нем была изложена схема, согласно которой варяжская Русь происходит от упоминаемого античными историками и географами племени роксолан. Эти роксоланы, по мнению Ломоносова, к IX в. переселились из Северного Причерноморья на южный берег Балтики, откуда и были призваны новгородцами на княжение в 862 г. Роксоланы являлись славянами, что облегчало взаимопонимание между ними и жителями Новгорода. Таким образом, династия Рюриковичей рассматривалась как славянская, таким же было и государствообразующее начало [16].
К идеям «древней российской истории господина Ломоносова» отсылал Х.А. Чеботарев, дополнивший свой перевод «Краткой всеобщей истории» И. Фрейра разделами по русской истории [17. С. 259-261]. Причина подобного пиетета по отношению к концепции Ломоносова скрывалась, вероятно, в том, что Х.А. Чеботарев начал работу над переводом по поручению академии наук еще будучи студентом [15. С. 61], соответственно, значительное влияние на него тогда оказывал авторитет ведущих профессоров академии. Небольшое отступление от концепции Ломоносова заключалось в том, что Чеботарев отводил чуди значительную роль в процессе складывания Древнерусского государства. Мнение Ломоносова разделял и Ф.Г. Дильтей, первый профессор права в Московском университете, представивший всеобщую историю «в пользу обучающегося российского дворянства». Причем Дильтей соглашался также с датировкой появления славян, предложенной Ломоносовым. Русскую историю следовало начинать, по их мнению, с III тыс. до н.э., когда был основан Новгород [18. С. 317].
Несколько иначе история призвания варягов представлена в учебнике учителя истории и естественной географии из Киева М. Берлинского. Сходство с концепцией Ломоносова заключалось в том, что государствообразующим для Берлинского также выступало славянское начало. В то же время основание Новгорода он относит к V в. н.э. Варягов Берлинский рассматривал как народ «разноплеменный, многочисленный и беспокойный», который нападал на славян, и наложил на них «тяжкую дань». Варяги были изгнаны, начались междоусобицы для прекращения которых «по совету вельможи некоторого Гостомысла, отправили новгородцы к варягам послов за Финским заливом и Ладожским озером обитавшим». Другим существенным отличием концепции М. Берлинского было то, что он не считал роксолан предками варяжской Руси [19. С. 5-9].
Учитель истории будущего императора Александра I М.Н. Муравьев соотнес варягов с норманнами, но вместе с тем не забыл о других версиях, в силу чего его учебники не чужды некоторого синкретизма. Среди варягов, по мнению Муравьева, было особое «племя варягов-руссов», из которого избрались «три брата нормандских... Рюрик, Синеус и Трувор», они «учреждают единоначалие в Новгороде и сообщают земле Славенской имя племени своего, руссов» [20. Т. I. С. 365- 366]. Не совсем ясно, имел ли в виду Муравьев под норманнами (и, соответственно, варягами) только скандинавов. В «Кратком начертании российской истории» он пишет, что варяги составляли «более воинство разноплеменное, нежели единый народ». Весьма характерно, что и роксоланская версия не осталась в стороне, правда, упоминал ее Муравьев с некоторой неуверенностью. «От самой глубокой древности, указывал он, и от времен писателя Тацита известно имя роксолан, в которых скрывается, кажется, название россов» [20. Т. II. С. 5-6].
В учебники попала также финская концепция В.Н. Татищева, которую проводил в своем «Зерцале российских государей» Т.С. Мальгин. Он, как и Татищев, предполагал, что Рюрик княжил в землях финнов, откуда и был призван. Возможно, первоначальная поддержка Мальгиным концепции Татищева была вызвана тем, что императрица Екатерина II высказала близкое к ней мнение о происхождении варяжской руси. Вместе с тем Мальгин отдавал дань славянской концепции. Следуя В.Н. Татищеву, он рассказывал о древней династии славянских князей, правивших в Новгороде. «Итак, - заключал Мальгин, - да не мнит себе кто-либо из чужеземных или и из соотчичей наших… будто бы правление Российского государства, порядок и верховная государей наших власть начало свое восприяла только от Рюрика». Рюрик, будучи потомком древней славянской династии, «нашел в России великокняжеский престол и титло, нашел в ней действительно многие уже укрепленные города, непременные законы и по оным основательное и твердое правление» [21. С. 9-10].
Полностью повторена сарматская концепция, изложенная в сочинении Екатерины II, в учебнике И. Нехачина. У него сохраняется соотнесение сарматов и руси, которое было и у Татищева, однако отвергается тождество руси и финнов. Руссы, согласно Нехачину, - это народ, живший «около Ильменя по Волхову, также по Шалоне, по Мсте, Ловате и Пале». Указывая местообитание руссов, Нехачин делает ссылку почему-то непосредственно на «преподобного Нестора», хотя, судя по всему, заимствует данные о расселении их из сочинений И.Н. Болтина или В.Н. Татищева (Иоакимовская летопись). От них же и толкование слова «руссы», которое «означает на сарматском языке имеющего русые волосы». По представлению Нехачина, «варягами назывались только шведы, датчане и норвежцы, и что назвали их так руссы, по причине разбойничества их на море; ибо на тогдашнем русском языке «варас» значило «разбойник», как и до днесь на эстонском и финском языке тож значит». Эти варяги разделялись «на варяго-руссов и просто на варяг; первые жили по северо-западному берегу Ладожского озера и по берегу Финского залива, отделяясь от руссов Ладожским озером и Невою… от варягов же рекою Кименью». Варяги стали называться варяго-руссами по двум причинам: они «издревле руссам были подчинены» и «руссов между ними было много», т.е. варяги были смешаны с руссами. Из этих варяго-руссов и был избран на княжение Рюрик [22. С. 8-16].
Весьма осторожно поступил в «Истории российского государства» И.М. Стриттер. Периоду до 862 г. он посвятил всего несколько страниц своего объемного труда, заметив, что древняя история «большею частию темна и неизвестна» [23. С. 1]. Краткость в изложении древнейшей истории была предусмотрена «Планом сочинения российской истории для народных училищ», составленным в 1783 г. Ф. Янковичем. Там предлагалось «вкратце описать древнейшую историю России до времен Руриковых… рассуждая о тех токмо народах, которые способствовали к основанию Российского государства» (имеются в виду восточнославянские и угро-финские народы, перечисленные в ПВЛ) [24. С. 142-143].
Тем не менее некоторые соображения о происхождении варяжской руси И.М. Стриттер высказывал. «Варяги, - писал он, - не было имя особливому племени, но название от рода жизни, и значило военных или морских людей, почему и были варяги шведские, датские, аглинские и другие». Те варяги, которые приходили в земли восточных славян, «названы от Нестора рускими варягами, чрез что, однако ж, происхождение их еще не объясняется». Далее Стриттер указывает на существование мнения Татищева о том, что «варяги сия были финны». Однако это мнение кажется Стриттеру неправдоподобным, поскольку источник (Иоакимовская летопись), на который опирался Татищев, недостоверный, а, кроме того, «варяжские имена, попадающиеся в мирных договорах при Олеге и Игоре никакого сходства с финским языком не показывают». При этом Стриттер указывает, что, по его мнению, «о имени «русь» и жилищах сего народа… основательнее и вероятнее всех исследовал покойный Струбе де Пирмонт» [23. С. 15-16, 22].
Интересно, что в первоначальном варианте учебника Стриттера древняя российская история излагалась гораздо подробнее, однако его взгляды подверглись критике со стороны Екатерины II, которая знакомилась с учебником перед публикацией. По-видимому, И.М. Стриттер первоначально (очевидно, следуя за В.Н. Татищевым) отождествил варяжскую русь с финнами. Императрица выразила свое неприятие подобного взгляда в нескольких пунктах: «1) Соблазнительно (здесь - оскорбительно. - С.С.), писала она, покажется всей России, аще примите толкование г. Стриттера о происхождении российского народа от финнов; 2) Самое отвращение и соблазн не малое доказательство, что происхождения разные. 3) Хотя россияне со славяны разного происхождения, конечно, но отвращение не находится между ими… 5) Сравните российского крестьянина с финским: похожи ли друг на друга? похож ли язык?» [25. С. 141].
Некоторая неопределенность в суждениях о происхождении варяжской руси присуща и И.С. Баркову, который отметился не только стихами весьма фривольного содержания, но также и «Краткой российской историей», включенной в издание «Сокращенной универсальной истории» г. Кураса 1762 г. Барков начинал изложение событий российской истории c конца I тыс. н.э., в основном следуя за ПВЛ. При этом вопрос об этническом происхождении варяжской руси, а, соответственно, и о роли варяжского элемента в складывании Древнерусского государства остается у него не разъясненным [26. С. 337-338].
Таким образом, учебная литература вобрала те концепции, которые присутствовали в отечественной исторической науке второй половины XVIII в. В учебниках они были представлены почти все, кроме готско-роксоланской и скандинаво-готской. Отсутствие последних можно объяснить их малой популярностью. Следует отметить, что учебная литература предлагала менее однозначные решения, чем научная, и более тяготела к смешению различных версий. Какая из версий оказалась наиболее популярной у российского юношества? Парадоксально, что более популярной была версия, изложенная в «Синопсисе», историческом сочинении, впервые опубликованном в 1674 г. «Синопсис» оставался наиболее издаваемой книгой по истории в течение XVIII в. Именно по нему в основном занимались в учебных заведениях [15. Ч. II. С. 13-15]. Варягов, призванных в 862 г., автор «Синопсиса» считал славянами. При этом, опираясь на польскую историографию XVI в., он рассматривал в качестве предков славян античных сарматов и роксолан. Славян автор «Синопсиса» считал чрезвычайно древним народом [27. С. 49-69].
О популярности «Синопсиса» с явным неприятием писал А.Л. Шлецер, упоминая, что к началу 1760-х гг. эта книга выдержала уже пять изданий (на самом деле - больше) [28. С. 50-51]. Причем «Синопсис» издавался в академической типографии. Историограф и археолог А.А. Формозов приводил данные о том, что, рассуждая «о необходимости иметь историю Отечественной войны 1812 года», декабрист Ф.Н. Глинка в числе образцов называл и «Синопсис», а в 1837 г. в перечне главных книг по русской истории другой декабрист - М.С. Лунин - упомянул «Синопсис», забыв о труде Н.М. Карамзина [29. С. 134, 138]. Однако к 1830-м гг. «Синопсис» уже не был частью обязательного чтения образованных русских. Вероятно, решающую роль в вытеснении «Синопсиса» сыграло появление «Истории государства российского» Н.М. Карамзина, где Русь Рюрика выводилась от скандинавов, после чего и в школьных учебниках начала преобладать скандинавская концепция происхождения варяжской Руси (М.П. Погодин, Н.Г. Устрялов).