Европейская конвенция об отмывании, выявлении, изъятии, конфискации доходов от преступной деятельности и финансировании терроризма 2005 г. и другим международными актами наемничество отнесено к преступлениям против мира и безопасности человечества и названо опаснейшим военным преступлением.
Наемник отличается от добровольца тем, что является специально завербованным для участия в вооруженных действиях, фактически принимает в них участие из соображений личной выгоды (т.е. ему выплачивается вознаграждение за участие в боевых действиях существенно превышающее вознаграждение комбатантов). Как правило, наемники не являются гражданами воюющих стран или проживающим на территории военных действий.
Таким образом, наемники не входят в вооруженные силы воюющих сторон и не являются лицами, посланными для выполнений официальных обязанностей.
Доброволец входит в личный состав вооруженных сил государства. При этом, воюющая сторона ответственна за все действия, совершенные лицами из состава ее вооруженных сил.
Что же касается схожих положений в правовом статусе наемников и добровольцев, то здесь можно говорить об:
отсутствии правовой связи с государством, находящимся в конфликте (т.е. гражданство или постоянное проживание на территории государства). Данный критерий является обязательным для наемников, и, в то же время, доброволец может быть гражданином иного государства;
ни наемники, ни добровольцы не направлены государством для выполнения официальных функций, что позволяет их отличить от военных советников. Последние действуют на основании межгосударственных соглашений.
Не признаются наемниками военные советники, официальные лица, направляемые на службу в иностранные вооруженные на основе межгосударственного соглашения.
Кроме вышеперечисленных участников военных действий особый статус признается за парламентерами. В соответствии с IV Гаагской конвенцией парламентером является лицо, уполномоченное военным командованием на проведение переговоров с военным командованием противной стороны. Отличительным знаком парламентера является белый флаг. Как сам парламентер, так и лица, его сопровождающие, обладают неприкосновенностью, нарушение которой признается военным преступлением.
Командир части, к которому прибыл парламентер, может отказать во встрече, перенести ее или отсрочить. При приеме парламентеров могут приниматься любые меры для обеспечения сохранности военной тайны, информации о подготовке и ведении боевых действий. Это может выражаться в завязывании глаз, провозе в закрытой машине, запрете на использование радиостанций, средств связи, проведении личного досмотра либо иных других действий, не нарушающих честь и личное достоинство парламентера.
В случае, если парламентер злоупотребляет своим статусом, позволяет себе поведение, которое унижает честь и достоинство принимающей стороны, он может быть задержан. При несомненном доказании злоупотребления своим статусом, парламентер лишается своего статуса и права неприкосновенности. Также парламентер теряет право неприкосновенности в случае совершения измены, за что может быть привлечен к уголовной ответственности задержавшей его стороной.
Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что военные разведчики и добровольцы признаются комбатантами и, следовательно, обладают юридическим иммунитетом, а также при пленении пользуются статусом военнопленного. Наемники и военные шпионы комбатантами не являются и в случае пленения не могут рассчитывать на статус военнопленного. Особый статус признается за парламентерами. На них распространяется право неприкосновенности. Однако, данного статуса парламентер может лишиться в случае злоупотребления им.
2.2 Комбатанты при морской и воздушной войне
Война на море обладает определенной спецификой. Понятие комбатантов при ведении войны на море содержится в VII Гаагской конвенцией 1907 г. Согласно данному документу в качестве комбатантов признаются лица, составляющие личный состав военно-морских сил воюющих сторон. К ним приравниваются лица, составляющие личный состав военных судов, а также невоенных судов, официально обращенных в военные, а также летательных аппаратов, входящих в состав морской авиации.
Не является комбатантами личный состав судов, входящих в состав военно-морских сил государства, однако, предназначены исключительно для оказания помощи раненым, больным и лицам, потерпевшим кораблекрушение. Это личный состав различных госпитальных судов, санитарного транспорта, санитарных летательных аппаратов.
В доктрине международного гуманитарного права предусматривается, что торговые суда могут быть вооружены на время военных действий, однако это не превращает их в военные, а, следовательно, личный состав таких судов не может считаться комбатантами. Оружие они могут использовать только при самообороне.
На основании VII Гаагской конвенции 1907 г. данные суда должны быть задействованы лишь на той воюющей стороне, чей флаг носит судно. Также данные суда должны иметь внешние отличительные знаки, аналогичные военным судам своей воюющей стороны. Командовать таким судном должен офицер, состоящий в рядах военно-морского флота воюющей стороны. При этом на личный состав судна распространяется статус комбатантов при соблюдении норм и обычаев войны и принципов международного гуманитарного права.
Так как подводные лодки приравниваются к военным судам, то их личный состав признается комбатантами и на него распространяются все права и обязанности комбатантов.
Военная деятельность подводных лодок специально регламентируется Правилами о действиях подводных лодок по отношению к торговым судам в военное время 1936 г. Подводные лодки вправе остановить и подвергнуть осмотру неприятельское торговое судно, потопить его в случае отказа остановиться, предварительно обеспечив безопасность пассажиров и команды, захватить его в качестве приза.
В настоящее время в доктрине международного гуманитарного права распространены споры по поводу характера использования подводных подлодок в морской войне. Подводные лодки признаются допустимым средством ведения войны, а значит на их личный распространяется статус комбатантов. Однако, подводные лодки часто нарушают приемлемые методы ведения войны, что связано, например, с нарушением нейтрального судоходства, а, следовательно, личный состав подводной лодки может быть привлечен к ответственности за применение таких методов (при этом статуса комбатантов они не лишаются и в случае пленения имеют статус военнопленных).
При этом особо отмечается, что личный состав подводной лодки, напавшей без предупреждения на торговое судно, несет ответственность как за акт пиратства.
В отличие от сухопутной войны, где частная собственность в принципе не подлежит захвату (кроме случаев реквизиции), в морской войне она может быть захвачена. Важное место в морской войне занимает вопрос о призах. Приз представляет собой неприятельскую государственную и частную собственность (торговое судно и грузы), захваченную в морской войне, а также нейтральную собственность, если она составляет военную контрабанду или если нейтральное государство нарушает правила нейтралитета. При этом частная собственность не может становиться призом до тех пор, пока компетентный суд не вынесет решение о том, что захват является обоснованным и законным [23, c. 155].
В международном гуманитарном праве отсутствуют специализированные акты, посвященные статусу комбатантов в воздушной войне. На них распространяются общие правила.
В воздушной войне комбатантами признаются личный состав воздушных судов всех видов и наименований, входящих в состав военно-воздушного флота воюющих государств и имеющих их опознавательный знак. Также к ним приравниваются личный состав судов гражданского флота, открыто выполняющих военные задания (например, транспортных самолетов).
Основным ограничением ведения воздушной войны является запрет на бомбардировку мирного населения и невоенных объектов. Также запрещено к применению оружие, неизбирательно поражающее и военные, и невоенные объекты.
Некомбатантами в воздушной войне являются экипажи санитарных самолетов, а также госпитальных воздушных судов, используемых воюющими государствами и национальными обществами Красного Креста для эвакуации, лечения раненых и больных. Санитарные и госпитальные суда должны иметь ясно видимый отличительный знак, а в установленных случаях - также отличительную эмблему Красного Креста. Государствам, находящимся в конфликте, запрещается использовать санитарные летательные аппараты для обеспечения неприкосновенности военных объектов, сбора разведывательных данных, а также для перевозки личного состава и военных грузов в целях оказания помощи воюющим [23, с. 159].
Таким образом, можем сделать вывод, что статус комбатантов в морской войне распространяется на личный состав военно-морских сил воюющих сторон, личный состав военных судов, а также невоенных судов, официально обращенных в военные, а также летательных аппаратов, входящих в состав морской авиации. В воздушной войне комбатантами признаются личный состав воздушных судов всех видов и наименований, входящих в состав военно-воздушного флота воюющих государств и имеющих их опознавательный знак. Также к ним приравниваются личный состав судов гражданского флота, открыто выполняющих военные задания.
2.3 Правовой статус частных военных компаний
В научной литературе немало споров вызывает статус частных военных компаний. О.А. Черных определяет, что частные военные компании приравниваются по статусу к комбатантам и пользуются их юридическим иммунитетом в процессе вооруженных столкновений [22, с. 66]. При этом Л.А. Бурачевская, напротив, акцентирует внимание на наемническом характере отношений частной военной компании и нанявшего ее государства [2, с. 58].
К частным военным компаниям относят специализированные коммерческие организации, которые осуществляют деятельность в форме предоставления услуг по военному обучению и тактическому планированию, техническому обслуживанию систем вооружений, тыловому снабжению сторон конфликта, получению разведданных, участию в боевых операциях и др.
Правовое положение сотрудников частных военных компаний напрямую зависит от того, принимают ли они непосредственное участие в военных действиях или нет. При этом современное международное гуманитарное право, к сожалению, не дает однозначного ответа на вопрос, что понимается под «непосредственным участием в военных действиях». В международных актах употребление терминов «непосредственное» или «активное» участие служит единой цели реализации принципа проведения различия между гражданским населением и комбатантами. Оба понятия используются для определения участия в конфликте, как комбатантов, так и гражданских лиц, однако, если для первых такое участие является правом, то для гражданских лиц - основанием для лишения иммунитета от нападений и привлечения к уголовной ответственности в случае совершения преступлений.
Частная военная компания является юридическим лицом. Если нанимателем является государство, то возникает пересечение норм внутреннего, международного публичного и международного частного права.
С одной стороны, частные военные компании можно отнести к сфере международного частного права, но их деятельность связана с поддержанием мира и безопасности, что относится к сфере международного публичного права. То есть возникает пересечение национальной юрисдикции с нормами международного публичного права.
Получается, что частные военные компании не являются субъектом международного права, но принимают непосредственное участие в процессе поддержания мира и безопасности. Усугубляется положение частных военных компаний тем, что, находясь в неспокойных регионах, они могут быть вовлечены в вооруженный конфликт. И здесь встает вопрос определения правового статуса сотрудников частных военных компаний: отнести их к статусу комбатанта или наемника.
С одной стороны, сотрудники частных военных компаний фактически выполняют свою работу в пользу государства, которое их наняло, с другой стороны, данные лица не входят в списочный состав регулярных вооруженных сил государства, соответственно, не могут быть приравнены к статусу комбатанта.
К статусу добровольца данную категорию лиц также не представляется возможным отнести, т.к. добровольцы участвуют в вооруженном конфликте исходя из личных убеждений. Сотрудники же частных военных компаний выполняют обязанности в пользу государства на коммерческой основе.
Особенность правового положения сотрудников частных военных компаний заключается в том, что наемниками их можно считать только тогда, когда они непосредственно участвуют в конфликте. Однако в ситуации действующего конфликта порой весьма затруднительно отделить участие таких лиц от неучастия. Соответственно, нет возможности привлечь к ответственности государство за нарушение норм международного гуманитарного права сотрудниками частных военных компаний, в отличие от деятельности классического комбатанта.
Международное право запрещает сотрудникам частных военных компаний участвовать в боевых действиях при вооруженном конфликте, носить военную форму одной из противоборствующих сторон, применение оружия разрешено только в порядке самообороны. Рабочая группа ООН при Совете по правам человека в ближайшее время предполагает внесение предложений по урегулированию деятельности частных военных компаний (задачи, статус, вооружение и т.д.), учитывая их возрастающую роль в регионах со сложной военно-политической обстановкой.
Проблемами статуса сотрудников частных военных компаний в зонах военных конфликтов занимается ICRC (Красный крест). Авторитетная международная организация признает возрастающую роль частных военных компаний в условиях непрекращающихся вооруженных конфликтов, активно участвует в разработке необходимых положений для внесения изменений в законодательство ряда государств.
Таким образом, мы можем сделать вывод, что правовой статус частных военных компаний в международном гуманитарном праве является предметом споров. Международное право запрещает сотрудникам частных военных компаний участвовать в боевых действиях при вооруженном конфликте, а, следовательно, и не признает за ними статус комбатантов.
Заключение
Таким образом, рассмотрев правовой статус комбатантов в международном гуманитарном праве, мы сделали следующие выводы.
Комбатантами считаются лица, входящие в состав вооруженных сил конфликтующих сторон (кроме медицинского и духовного персонала...) и имеющие право принимать непосредственное участие в военных действиях. Основными признаками данной категории лиц являются: организованность, наличие отличительного знака, открытое ношение оружия и соблюдение в своих действиях законов и обычаев войны.
Лишь за комбатантами признано право применять военную силу. К ним же самим допускается применение в ходе боевых действий всех мер насилия, вплоть до физического уничтожения. Комбатанты, которые оказались во власти противоположной стороны, вправе требовать обращения с ними как с военнопленными.
Права и обязанности комбатантов основаны на принципах международного гуманитарного права. Основные права и обязанности комбатантов в период военных действий прописаны в Гаагских конвенциях и происходят из норм и обычае войны. При этом в процессе военного столкновения предусмотрен ряд ограничений действий комбатантов. Для командиров, как особых комбатантов, накладываются особые обязанности. Их правовой статус обременен ответственностью за действия подчиненных им лиц.
В процессе военных действий комбатанты могут попадать в плен. Тогда статус комбатанта изменяется на статус военнопленного и подпадает под юрисдикцию Женевских конвенций.
Военные разведчики и добровольцы признаются комбатантами и, следовательно, обладают юридическим иммунитетом, а также при пленении пользуются статусом военнопленного. Наемники и военные шпионы комбатантами не являются и в случае пленения не могут рассчитывать на статус военнопленного. Особый статус признается за парламентерами. На них распространяется право неприкосновенности. Однако, данного статуса парламентер может лишиться в случае злоупотребления им.