Классификация окказиональных слов в целом коррелирует с классификацией неологизмов, хотя частично может отличаться от нее. Типы окказиональных слов (лексических словообразовательных окказионализмов) выделены и описаны, прежде всего, в работах Р.Ю. Намитоковой. Автор не использует термин окказионализм, хотя анализирует именно их, заменяя его термином новообразование.
Р.Ю. Намитокова предлагает следующую типологию новых слов.
1. Новые слова:
2. Неологизмы
3.Новообразования
4.Авторские:
5.Художественные
6. Научные
7. Неавторские
8.Разговорные
9.Детские
Окказиональную лексику можно рассматривать со многих точек зрения. Вот возможные подходы и параметры классификации:
1.Степень окказиональности. По этому признаку окказионализмы различаются в широких пределах: от слов, практически уже не воспринимающихся как окказиональные ("бластер", "космолет", вспомним также классический пример со словом "робот", ставшим теперь уже общеупотребительным, нейтральным словом), до слов резко индивидуальных, привязанных к определенному автору, произведению и даже определенному контексту ("алаец", "капес", "левиум").
Следует различать разные степени окказиональности:
а) окказионализмы первой степени - это стандартные, потенциальные образования, созданные в полном соответствии с деривационными нормами современного русского литературного языка (передоверяться; наинепоправимо).
б) окказионализмы второй степени - частично нестандартные образования, причем отступления от деривационной нормы, произошедшие при образовании окказионализма, не порождают трудностей семантической интерпретации. Например, прилагательное “ магометанство” несколько не соответствует узуальной деривационной модели “основа существительного + основа существительного + нулевой частеречный суффикс имени существительного” (по этой продуктивной модели образованы существительные типа “христианство”, “язычество”, “конфуцианство”), поскольку первая основа окказионального композита - основа имени нарицательного существительного (“Магомет”), а не именного. Но выявленное отступление от нормы не затрудняет дешифровку новообразования: магометанство - религия Магомета.
в) окказионализмы третьей степени - это сугубо окказиональные, полностью нестандартные образования, семантическая интерпретация которых достаточно трудна, а отступление от деривационной нормы существенно. Такие образования часто не имеют аналогов даже среди окказионализмов. Например, окказионализм А.Вознесенского тюрьмым-тюрьма в строке “в душе - тюрьмым-тюрьма” деривационно не соответствует отчасти структурно подобным “темным-темно”, “белым-бело” и др., так как мотивирован не прилагательным, а сушествительным, которое от лексем-образцов наследует аффикс -ым, чуждый существительному. Только исследование семантики существительного “тюрьма”, круга устойчивых ассоциаций, рождаемых этим словом, при учете “накала” состояния, подчеркиваемого повтором мотивирующей основы, и семантики лексем-образцов типа “темным-темно”, “черным-черно” позволяет прийти к истолкованию названного окказионализмом состояния души как “тягостного, мрачного, безнадежного одиночества”, как “мучительного чувства внутренней несвободы”.
2. Окказиональность в плане выражения - "массаркш", "слег"; и в плане содержания (семантические окказионализмы, по терминологии Эр. Ханпиры) "ускоритель", "галоша", "уолдо" (Азимов).
3. Окказионализмы, созданные на материале того языка, на котором произведение написано, и образованные путем заимствования слов (или морфем) из других языков. Для русского языка примерами окказионализмов первого типа являются "репа" (К. Булычев), "вертячка", "этак" (Стругацкие); примеры второго типа -распространенное в фантастике словечко "флаер", "сталкер" (Стругацкие). Возможны примеры смешанного типа - сочетание заимствованной основы с исконным аффиксом - "некротка" (Лем).
При любом, широком или узком, понимании окказиональности (окказионализм = неологизм - любое неузуальное слово, появившееся в речи носителя языка; окказионализм - индивидуально-авторское речевое образование, явление, отличное и от языковых неологизмов, и от потенциальных речевых слов) принято выделять следующие типы окказионализмов:
1. Фонетические окказионализмы рождаются в том случае, когда автор предлагает в качестве новообразования какой-либо звуковой комплекс, считая, что этот комплекс передает, содержит некую семантику, обусловленную фонетическими значениями звуков, его составляющих. Классические примеры фонетических окказионализмов находим в экспериментальном стихотворении В. Хлебникова. Чаще всего фонетические окказионализмы появляются в художественной речи, и текстах СМИ. Новообразование «Супер-думс-думс-думс-танцевальный проект». однозначно отнести к фонетическим окказионализмам нельзя, хотя звуковой комплекс думс-думс-думс в данном сложном новообразовании, несомненно, передает звучание современной молодежной музыки. Этот окказионализм можно назвать фонетико-лексическим.
2. Лексические окказионализмы создаются в большинстве случаев комбинацией различных узуальных основ и аффиксов в соответствии со словообразовательной нормой языка. При образовании лексических окказионализмов действует исторически сложившийся механизм словопроизводства.
Иллюстрацией может служить, например, словообразовательный окказионализм атомность (Сейчас атомная станция представляет собой опасность не из-за своей «атомности»… // который относится к словообразовательному типу существительных с суффиксом -ость, обозначающих отвлеченный признак, названный мотивирующим прилагательным атомный.
3. Грамматические (морфологические) окказионализмы представляют собой образования, в которых, с точки зрения узуса, в конфликте находятся лексическая семантика и грамматическая форма. Например, при образовании форм множественного числа от слов singularia tantum типа *мусоры мусор (устн.) или несчетных существительных типа *неоны неон. Невозможное в системе языка оказывается возможным в авторском контексте благодаря творческому развитию лексического значения слова.
4. Семантические окказионализмы являются результатом появления семантических приращений (иначе говоря «обертонов смысла», «контекстуальных значений», «эстетических значений»), которые существенно преобразуют семантику исходной узуальной лексемы, употребленной в художественном контексте. Заметим, что круг семантических окказионализмов очертить значительно труднее, чем лексических или грамматических, поскольку практически каждое эстетически нагруженное слово образного текста характеризуется смысловыми приращениями, но работать с ними необходимо, так как они - неотъемлемая часть идиолекта писателя, текстов художественных произведений. Примером семантического окказионализма может служить прилагательное лазорев в стихотворении И. Северянина «Нерон»:
Мучают бездарные люди, опозорив
Облик императора общим сходством с ним.
Чужды люди кесарю: Клавдий так лазорев,
Люди ж озабочены пошлым и земным.
В семантическом окказионализме лазорев актуализированы смыслы, традиционно входящие в периферию лексического значения узуального прилагательного лазоревый. Коннотацией саркастичности окрашен весь текст стихотворения, соответственно и семантический окказионализм лазорев характеризуется приобретенной в данном контексте отрицательной экспрессией.
5. Окказиональные сочетания слов представляют собой стечение лексем, сочетаемость которых в узусе невозможна, поскольку противоречит закону семантического согласования вследствие отсутствия общих сем в их лексических значениях. Благодаря возникновению контекстуально обусловленных семантических сдвигов в зависимом компоненте словосочетания появляются общие семы. Так, окказиональным является словосочетание давнопрошедшие позы в стихотворении С. Кирсанова “В Лондоне”.
... Он - город часовых
в давнопрошедших позах,
подстриженной травы,
живых головок Греза,
ораторов в садах,
седеющих спортсменов
и стрелок, что всегда
дрожат на “переменно”...
Опорный компонент словосочетания - существительное поза, денотат которого может быть охарактеризован с точки зрения пластики, комфортности, но не может иметь временной характеристики. В контексте стихотворения давнопрошедшие означает `традиционные, остававшиеся неизменными в течение веков, свойственные старинным временам, неосовремененные, архаичные'. Семы «архаичности» и «традиционности» доминируют в контексте стихотворения и делают приемлемым сочетание слов позы и давнопрошедшие.
6. Фразеологическими окказионализмами называет Э. Ханпира особую группу окказиональных словосочетаний, которые мотивированы устойчивым сочетанием слов и построены на обыгрывании соотношения фразеологической производящей основы и производного окказионального словосочетания [127]. К таким необычным словосочетаниям относятся, например, окказионализмы: Жизнь спустя, горячо приветствую такое умолчание матери (М. Цветаева) - ср. «спустя годы»; Поживем - услышим (Л. Ленч) - ср. «Поживем - увидим». Интересен окказионализм «акуленок пера» («…человек хочет получше узнать «акуленка пера». Слово акуленок - потенциальное, но его окказиональность усиливается тем, что оно образовано не на базе прямого, а на базе переносного значения фразеологизма «акула пера». Таким образом, при образовании данного окказионализма можно выявить двойные окказиональные связи: от потенциального слова - к усилению окказиональности вследствие мотивированности новообразования фразеологизмом.
7. Э. Ханпира выделяет и так называемые синтаксические окказионализмы, относя к этому типу новообразований конструкции с окказиональным управлением: «Иду, и холодеют росы и серебрятся о тебе» (А. Блок); окказиональный порядок слов: «Рабочего громады класса враг» (В. Маяковский).
8. Особое место среди разных видов окказиональных слов занимают словообразовательные окказионализмы, словообразовательная норма в которых может нарушаться в различной степени. В связи с этим некоторые ученые предлагают различать разные степени окказиональности новообразований:
а) окказионализмы первой степени - это стандартные потенциальные образования, созданные в полном соответствии с деривационными нормами современного русского литературного языка. Часто такие окказионализмы называют потенциальными словами (см. приведенное выше существительное атомность);
б) окказионализмы второй степени - частично стандартные образования, причем отступления от деривационной нормы, произошедшие при образовании окказионализма, не порождают трудностей семантической интерпретации. Например, прилагательное эхоголосые в строке С. Кирсанова «мхидиалектов эхоголосых» несколько не соответствует узуальной деривационной модели (ср. прилагательные типа звонкоголосый, большеглазый, темноволосый), поскольку первая основа окказионального композита - основа имени существительного (эхо), а не прилагательного. Но выявленное отступление от нормы не затрудняет дешифровку новообразования: эхоголосые - то есть «доносящиеся до нас из глубины веков, как эхо доносится издалека»;
в) окказионализмы третьей степени - это сугубо окказиональные, полностью нестандартные образования, семантическая интерпретация которых достаточно трудна, а отступление от деривационной нормы существенно. Такие образования часто не имеют аналогов даже среди окказионализмов.
Например, окказионализм А. Вознесенского тюрьмым-тюрьма в строке в душе - тюрьмым-тюрьма деривационно не соответствует отчасти структурно подобным темным-темно, белым-бело и др., так как мотивирован не прилагательным, а сушествительным, которое от лексем-образцов наследует суффикс -ым, чуждый существительному. Только исследование семантики существительного тюрьма, круга устойчивых ассоциаций, рождаемых этим словом, при учете «накала» состояния, подчеркиваемого повтором мотивирующей основы, и семантики лексем-образцов типа темным-темно, черным-черно позволяет прийти к истолкованию названного окказионализмом состояния души как тягостного, мрачного, безнадежного одиночества, как мучительного чувства внутренней несвободы.
Типы окказиональных слов
Разнообразные окказионализмы, изучаемые современной лингвистикой, чрезвычайно интересны не только для характеристики потенциальных возможностей языковой системы, но и для анализа речевых явлений, поскольку высокохудожественные, эстетически ценные авторские окказионализмы являются важным текстообразующим средством, отличаются исключительной семантической емкостью.
Способность окказионализма вместить содержание, как правило, требующее для своей передачи несколько слов, делает его удобным объектом для лингвистического анализа. Именно индивидуально-авторское слово подтверждает концепцию А.А. Потебни о том, что масса разнообразных мыслей может замещаться "относительно небольшими умственными величинами. Этот процесс можно назвать процессом сгущения мысли".
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В данной курсовой работе были рассмотрены способы перевода окказиональной лексики, на материале перевода искусственного языка «надцат» в романе Э. Бёрджесса «Заводной апельсин».
Бёрджесс, желая сделать речь садистов-подростков особенной и малопонятной обычному человеку, а также придать ей дополнительную маркированность и экспрессивность, насыщается его жаргонными словами так называемого «надсата», заимствованными главным образом из русского языка. В то время, когда Бёрджесс думал о языке романа, он оказался в Ленинграде, где и решил создать некий интернациональный язык, которым и явился надсат. Основная сложность перевода романа на русский язык состоит в том, чтобы сделать эти слова для русскоязычного читателя столь же маркированными, как и для англоязычного.