Он никогда не боялся ни мыслей, ни слов, в выражениях не стеснялся, наибольшее удовольствие получал от разрухи жеманства и лжи, отвечая тем самым настрою своего поколения («уязвленная брань -- доказательство чувства»). Колоссальнейшая эпоха! Ходят на поэзию, как в душ Шарко, даже герои поэмы «Плохо!» требуют сложить о них «Хорошо!». «Разговор с эпиграфом» Руками ешьте даже суп, но с музыкой -- беда такая! Чтоб вам не оторвало рук, не трожьте музыку руками! «Правила поведения за столом» Одним это неслыханно интересно, другим -- скучно. Первых явное большинство. Со стороны критики доносились упреки в пошлости, в разболтанности стиха, в отсутствии вкуса -- хорошего, конечно. Но вот что поразительно: несмотря на крайнюю необычность формы («меня пугают формализмом»), перегруженность ее избыточными метафорами, напряженными инверсиями, путь этой поэзии к читателю короток, прям и насущен, как железная дорога и Аэрофлот. «Автопортрет мой, реторта неона, апостол небесных ворот -- Аэропорт!»
У любви нет опыта, нету прегрешения, только целомудренность отношения. Замечательны эпиграфы к отдельным главам поэмы и комментарий. Сюжет хронологически далек от современности, но ближе близкого психологически, и опять-таки автобиографичен -- не потому, что речь идет о непосредственном предке поэта, а потому, что такова сила этой поэтической манеры с ее незамаскированностью, без фиги в кармане, без невнятной аморфности. «Живу я, как пою, -- пою я, как умею». Плох тот поэт, который не обманул ожиданий и дал точно то, что обещал в юности. Значит, он лишен сильнейшего чувства -- чувства пути. Точка зрения поэта -- не традиционная система, а исключительно личный опыт. Тем более мастерство поэта. Физический и духовный мир поэзии Андрея Вознесенского насыщен мощными биотоками на всем пластическом пространстве -- от конкретной, телесной природы («во сне надо мною дымился вспоротый мощный кишечник Сикстинского потолка») до абстрактных узоров час пик и видений австралийского аборигена.
1.2 Способы перевода окказионализмов
Окказиональные слова представляют собой создание нового значения и новой формы, и это, несомненно, ведет к определённым сложностям при переводе. Значение окказионального слова представляет собой некую комбинацию содержательных ассоциаций. Новый смысл заключен в форму, новую для данного языка. Бархударов Л.С. Язык и перевод. М. 2001 - С. 245
Окказионализмы образуются по моделям, уже существующим в языке или потенциально возможным в данном языке. Так действует универсальный закон аналогии (выражение неизвестного через известное). При переводе на стадии восприятия и понимания исходного текста, и на стадии порождения текста перевода присутствуют автоматизм и творчество.
Переводчики отталкиваются от формы окказионального слова, от той словообразовательной модели, по которой оно было построено, пытаясь дать объяснение новообразованию. Используя знания о грамматическом значении частей слова, его можно расчленить на составляющие компоненты и построить своего рода предположение о значении слова, исходя из грамматической структуры. Однако, это касается, в основном, окказионализмов с четко членимой структурой. Среди лексических единиц, созданных в произведении специально, могут быть как известные любому читателю, уже не считающиеся окказиональными слова, так и слова, присутствующие только в одном произведении.
Создание окказионализмов автором связано с той картиной мира, которую он пытается описать. Появление новых лексических единиц, в том числе окказиональных, помогает читателю «вжиться» в реальность произведения.
Окказиональные слова и словосочетания, как правило, не имеют и не могут иметь соответствий в языке перевода. Переводчик вынужден либо заменять их словами, уже существующими в языке перевода, либо придумывать свой собственный окказионализм.
Благодаря ситуации «неуверенности» творческое начало активизируется. Переводчику приходиться уточнять свое предположение о правильности перевода с помощью контекста и своих собственных экстралингвистических знаний. Не будучи уверенным в правильности своего понимания значения того или иного окказионального слова и не имея возможности проверить свои догадки по словарю (окказиональные слова, как правило, не могут иметь словарных эквивалентов). Переводчик оказывается в своеобразной ситуации выбора, где ему приходится принимать решение в пользу того или иного варианта значения окказионального слова.
Принципиальная возможность переводимости основывается на общности логического строя мысли, а также на наличии в языке семантических универсалий. Существующие между языками семантические расхождения нейтрализуются в речи, благодаря языковому и ситуативному контексту. Семантическая эквивалентность, необходимая при переводе, достигается между текстами в целом, а не между отдельными элементами.
Функциональные параметры текста определяются разной потенциальной возможностью их передачи при переводе. В большей степени передается рационально-информационное содержание. Но адекватный перевод подразумевает не только исчерпывающую передачу содержания подлинника, но также и воспроизведение его прагматического потенциала. Для чего переводчику приходиться вносить в текст перевода соответствующие изменения, с учетом экстралингвистических факторов. Переводимость текстов в целом и отдельных их элементов различается.
В любом художественном произведении есть не поддающиеся формальному переводу элементы текста. Однако отсутствие эквивалентов в языке перевода не означает невозможность передачи значения лексических единиц в тексте перевода. Для этого создаются окказиональные соответствия. Отклонения от общей нормы языка можно считать действительно непереводимыми элементами. Непереводимым текст может стать, если количество коммуникативно существенных элементов содержания, не поддающихся воспроизведению в переводе, больше количества воспроизводимых элементов.
Сложность процесса перевода окказионализмов состоит в том, что переводчику приходится иметь дело с несколькими смыслами, которые носят скорее субъективный, нежели объективный характер. Кроме того, невозможно или, по крайней мере, очень сложно перенести текст литературного произведения с одной культурной почвы на другую. В этом смысле сложность процесса перевода носит объективный характер. Сложность передачи окказионально слова на другой язык, с точки зрения, межъязыковой коммуникации, заключается в отсутствии его эквивалента в языке перевода, и основной проблемой при передаче окказионализма на другой язык будет необходимость передать его «культурный фон». Винокур Г.О. Маяковский - новатор языка. М., 2000 - С. 188
1.3. Структурная классификация окказионализмов
1). Фонетические окказионализмы - слова, представляющие собой не зарегистрированные в языке сочетания фонем - "массаракш", "слег";
Фонетические окказионализмы рождаются в том случае, когда автор предлагает в качестве новообразования какой-либо звуковой комплекс, считая, что этот комплекс передает, содержит некую семантику, обусловленную фонетическими значениями звуков, его составляющих. Классические примеры фонетических окказионализмов находим в экспериментальном стихотворении В. Хлебникова: Винокур Г.О. Маяковский - новатор языка. М., 2000 - С. 188
Бобэоби пелись губы,
Вээоми пелись взоры,
Пиээо пелись брови,
Лиэээй пелся облик,
Гзи-гзи-гзэо пелась цепь.
Так на холсте каких-то соответствий
Вне протяжения жило Лицо.
2). Лексические (словообразовательные) окказионализмы создаются в большинстве случаев комбинацией различных узуальных основ и аффиксов в соответствии со словообразовательной нормой или в некотором противоречии с ней. Менее частотно образование лексических окказионализмов лексико-синтаксическим и морфолого-синтаксическим способами. При образовании лексических окказионализмов действует исторически сложившийся механизм словопроизводства. Новообразование компонуется из морфем, уже существующих в языке, при этом “...истинно новым ... в слове, которое только что создалось, является скрещение координат, а не координаты как таковые”. В качестве иллюстрации сказанного приведем строфу из стихотворения А. Вознесенского
Обольстительная сеть,
золотая ненасыть.
Было нечего надеть,
стало - некуда носить
Как видим, лексический окказионализм ведет себя так, как это свойственно слову поэтического языка: не моносемантизируется, а реализует сразу несколько сложно переплетающихся значений, почерпнутых из внутренней формы, значения лексемы-образца, порождающего контекста. О. Мандельштам писал: “Любое слово является пучком, и смысл торчит из него в разные стороны... Поэзия тем и отличается от автоматической речи, что будит нас и встряхивает на середине слова. Тогда оно оказывается гораздо длиннее, чем мы думали...”. Сказанное поэтом может быть в полной мере отнесено к окказионализмам, прежде всего - к лексическим.
3). Грамматические (морфологические) окказионализмы представляют собой образования, в которых, с точки зрения узуса, в конфликте находятся лексическая семантика и грамматическая форма. Невозможное в системе языка оказывается возможным в авторском контексте благодаря творческому развитию лексического значения слова. Например,
К великой цели двигались народы.
Век философии расцвел, отцвел;
Он разум обострил, вскрыл глуби зол
И людям вспыхнул маяком свободы.
4). Семантические окказионализмы являются результатом появления семантических приращений (иначе говоря “обертонов смысла”, “контекстуальных значений”, “эстетических значений”), которые существенно преобразуют семантику исходной узуальной лексемы, употребленной в художественном контексте. Заметим, что круг семантических окказионализмов очертить значительно труднее, чем лексических или грамматических, поскольку практически каждое эстетически нагруженное слово образного текста характеризуется смысловыми приращениями, но работать с ними необходимо, так как они - “неотъемлемая часть идиолекта писателя, текстов художественных произведений...”. Примером семантического окказионализма может служить прилагательное лазорев в стихотворении И. Северянина “Нерон”:
Мучают бездарные люди, опозорив
Облик императора общим сходством с ним.
Чужды люди кесарю: Клавдий так лазорев,
Люди ж озабочены пошлым и земным.
В семантическом окказионализме лазорев актуализированы смыслы, традиционно входящие в импликационал узуального прилагательного “лазоревый”. Коннотацией саркастичности окрашен весь текст стихотворения, соответственно и семантический окказионализм лазорев характеризуется отрицательной экспрессией.
5). Окказиональные (необычные) сочетания слов представляют собой стечение лексем, сочетаемость которых в узусе невозможна, поскольку противоречит закону семантического согласования вследствие отсутствия общих сем в их лексических значениях. Благодаря возникновению конт екстуально обусловленных семантических сдвигов в зависимом компоненте словосочетания общие семы появляются. Так, окказиональным является словосочетание давнопрошедшие позы в стихотворении С. Кирсанова “В Лондоне”:
... Он - город часовых
в давнопрошедших позах,
подстриженной травы,
живых головок Греза,
ораторов в садах,
седеющих спортсменов
и стрелок, что всегда
дрожат на “переменно”...
Опорный компонент словосочетания - существительное “поза”, денотат которого может быть охарактеризован с точки зрения пластики, комфортности, но не может иметь временной характеристики. В контексте стихотворения “давнопрошедшие” означает “традиционные, остававшиеся неизменными в течение веков, свойственные старинным временам, неосовремененные, архаичные”. Семы “архаичности” и “традиционности” доминируют в контексте стихотворения и делают приемлемым сочетание слов “позы” и “давнопрошедшие”.
Глава II. Окказионализм как объект изучения в лингвистике
2.1 Понятие окказионализма
Приступая к рассмотрению предмета исследования, перечислим в качестве вводных, установочных сведений основополагающие положения теории окказиональности:
* Окказиональное (слово, значение, словосочетание, звукосочетание, синтаксическое образование) - "не узуальное», не соответствующее общепринятому употреблению, характеризующееся индивидуальным вкусом, обусловленное специфическим контекстом употребления". Земская Е.А. Современный русский язык. Словообразование. М.: Просвещение, 2004 - С. 214
* Окказионализм как факт речи задан, тем не менее, системой языка, проявляет и развивает семантические, словообразовательные и грамматические возможности этой системы, прорицает тенденции ее развития. "То, что живет в языке подспудной жизнью, чего нет в текущей жизни, но дано как намек в системе языка, прорывается наружу в ... явлениях языкового новаторства, превращающего потенциальное в актуальное".
* Окказионализмы могут быть созданы по нормативным словообразовательным моделям (так называемые потенциальные слова) и с нарушением в той или иной степени деривационной нормы (собственно окказионализмы).
* Всякое слово (языка или речи) реализует свое значение в контексте, но казуальные (канонические) слова требуют так называемого воспроизводящего контекста, а окказиональные - формирующего, созидающего.
* Анализ окказионализмов разных типов является по преимуществу семантическим и проводится главным образом посредством семного и контекстуального методов с привлечением таких приемов исследования, как анализ словарных дефиниций, словообразовательный анализ, функционально-грамматический анализ.
* Высокохудожественные, эстетически ценные окказионализмы являются важным текстообразующим средством, отличаются исключительной семантической емкостью.
2.2 Причины, побуждающие художников слова к созданию индивидуально-авторских образований, таковы
Необходимость точно выразить мысль (узуальных слов для этого может быть недостаточно);
Я на болотной тропе вечерней
встретил бобра. Он заплакал вхлюп.
Ручкой стоп-крана торчал плачевно
красной эмали передний зуб. Земская Е.А. Словообразование и текст// Вопросы языкознания. 2000 - С. 163