В 2000-е годы изучение проблемы происхождения Второй мировой войны в Польше продолжалось достаточно активно: вышли в свет монографии М. Корната, С. Дембского, Э. Дурачински [35; 24; 26]. Для исторической науки и польского общества одним из важнейших оставался вопрос о том, могла ли Польша избежать раздела в 1939 году. Как отмечает Э. Дурачински, из польских историков только Е. Лойек утверждал, что Польша могла избежать раздела, приняв требования Берлина в октябре 1938 года и марте 1939 года [40, с. 155].
Изучению событий кануна и начального периода Второй мировой войны способствовало создание в 2002 году «Группы по сложным вопросам, вытекающим из истории российско-польских отношений» [16, с. 6]. Сопредседателем этого межгосударственного коллектива историков с российской стороны стал ректор МГИМО, академик РАН А. В. Торкунов, а с польской - бывший министр иностранных дел Польши и член Совета национальной безопасности при Президенте Республики Польша, председатель международного консультативного комитета при Польском институте международных дел профессор А. Д. Ротфельд Группа по сложным вопросам: российско-польские отношения на новом уровне [Электронный ресурс]. - (дата обращения: 30.12.2016); Российско-польская группа по сложным вопросам [Электронный ресурс]. - (дата обращения: 20.10.2016); Эксперты российско-польской группы по сложным вопросам на заседании в Варшаве [Электронный ресурс]. (дата обращения: 30.12.2016).. Результатом деятельности группы стала публикация двух сборников трудов по проблемным вопросам российско-польской истории, к которым относятся и события 1939-1941 годов.
К 70-летней годовщине начала Второй мировой войны в 2009 году был опубликован сборник «Международный кризис 1939 года в трактовках российских и польских историков» [38]. Во введении авторы-составители заявляли: «Кризис 1939 г. рассматривается как явление комплексное и многоплановое, развитие которого обусловили политические, дипломатические, военные, идеологические и психологические процессы и факторы. Внимание авторов было сосредоточено не только на политике Третьего рейха, Советского Союза, Польши, Великобритании и Франции, но и на более широком контексте европейской политики» [11, с. 6].
В 2010 году коллектив российско-польской Группы по сложным вопросам истории выпустил фундаментальный труд с «говорящим» названием: «Белые пятна - чёрные пятна: сложные вопросы в российско-польских отношениях» [1; 22] В июле 2015 г. в издательстве Питтсбургского университета было опубликовано англоязычное издание этой книги.. Несмотря на то, что позиции польских историков по многим вопросам отличались от взглядов современных российских учёных, безусловно позитивным моментом является стремление к диалогу и поиску интерпретаций, приемлемых для общества обеих стран.
Обсуждение результатов исследования. Среди ключевых тем, получивших освещение в книге, была и проблема происхождения Второй мировой войны. В обобщённом виде позицию современных польских историков по ключевым вопросам кануна и начального периода войны можно представить следующим образом.
Основную ответственность за развязывание войны исследователи возлагают на Германию, подчёркивая, что «к войне привела агрессивная политика канцлера Германии Адольфа Гитлера, поддерживаемая всеми массами немецкого народа» [6, с. 166]. Вместе с тем, польские исследователи отмечают и крайне негативную роль «политики умиротворения»: «Политика Гитлера была направлена на развязывание новой войны; в то же время ответственность за ошибочность выбора методов защиты Европы от все более явной угрозы войны лежит на английских и французских создателях “appeasement policy”» [7, с. 156]. По мнению Э. Дурачински, положение дел в конце 1930-х годов в мире было крайне напряжённым, но не все страны были готовы трезво оценивать ситуацию: «Главными фигурами зреющей европейской, а, может быть, и мировой драмы, должны были стать великие державы. Первыми ее жертвами были Австрия, Чехословакия и Польша... Варшава могла сыграть одну из ключевых ролей в международной игре» [7, с. 157]. В отличие от многих историков бывших стран социалистического блока, Э. Дурачински обращает внимание на значительную роль Мюнхенского соглашения в развязывании Второй мировой войны, отмечая, что Мюнхенский договор, подписанный 29 сентября 1938 года, придал международным отношениям совершенно иное качество, и именно после этого соглашения процесс дестабилизации в Европе преодолел критическую отметку. Мюнхенский договор Дурачински называет «уродливым детищем», «бастардом агрессоров из Берлина, поддержанных фашистами из Рима и тех, кто проводил „политику умиротворения“» [7, с. 157].
Единственным альтернативным вариантом развития событий в 1939 году и способом избежать войны польские историки считают англо-франко-советский союз. Ответственность за срыв англо-франко-советских переговоров польские историки возлагают на советское руководство: «Учитывая развитие политической ситуации в Европе летом 1939 г., сдержать рвущегося к войне с Польшей Гитлера можно было только путем реального англо-франко-советского сотрудничества, основанного на однозначных гарантиях уважения Советским Союзом суверенитета и территориальной целостности всех его соседей. Но Сталин был в этом никак не заинтересован» [6, с. 193]. М. Волос считает, что тройственные переговоры были для Сталина всего лишь инструментом давления на Германию [3, с. 196].
В оценке советско-германского договора о ненападении среди современных польских историков нет единства. По мнению Э. Дурачински, главной целью Сталина было возвращение России статуса великой державы, который у неё был до Первой мировой войны: «От Запада Сталин мог получить много, но от Германии неизмеримо больше» [7, с. 160]. Автор отмечает, что союз с Гитлером давал не только реальные территориальные приобретения у западных границ СССР, но и ослабление союза Берлин - Токио, ликвидировал угрозу со стороны Японии [7, с. 160].
Директор Польского института международных дел С. Дембский подчёркивает, что нельзя сравнивать или ставить в один ряд Мюнхенское соглашение и пакт Молотова - Риббентропа, поскольку при подписании первого участники были намерены спасти мир в Европе, а целью СССР и Германии, заключивших договор о ненападении от 23 августа 1939 года, была война [5, с. 80]. По мнению Дембского, отличаются и результаты: «Мюнхенский договор не смог спасти мир, пакт Молотова - Риббентропа облегчил Гитлеру развязывание войны» [5, с. 80]. Таким образом, ответственность за начало Второй мировой войны возлагается на Германию и СССР. Оценивая последствия советско-германского сближения, Дембский замечает, что не только Германия, но и СССР нарушил международные договоры и совершил акт агрессии против Польши [5, с. 79]. С ним солидарны Я. Войтковяк, М. Волос, А. Гловацкий, М. Корнат, А. Пшевозьник [2; 3; 4; 9;13].
Необходимо отметить, что в трагичных событиях, произошедших в сентябре 1939 года с Польшей, историки обвиняют и польских политиков, критикуя «политику равного удаления», которая «должна была обеспечить Польше стабильное чувство безопасности, сохранения её суверенитета и территориальной целостности» [7, с. 155]. Однако, как отмечает Дембский, «политика мирного соседства и “равного удаления” Польши от Берлина и Москвы оказалась конструкцией настолько непрочной, что при столкновении с имперскими устремлениями Гитлера и Сталина рухнула» [6, с. 160]. Вместе с тем, большинство польских авторов отмечают, что от позиции польского руководства в 1939 году вряд ли что-то зависело, и Польша не могла повлиять на внешнюю политику соседей [34, с. 289].
В целом события 1939-1941 годов остаются значимыми не только для польской исторической науки, но и для исторической памяти современной Польши. Как отмечает М. Корнат, центральное место в памяти поляков о начальном периоде Второй мировой войны занимает пакт Молотова - Риббентропа: во-первых, он символизирует собой конец независимости польского государства и начало нового этапа истории польского народа, во-вторых, является напоминанием о драматичном опыте сентября 1939 года, который связан с бездействием и провалом собственной внешней политики, не имевшей шансов предотвратить катастрофу; в-третьих, пакт остаётся примером нарушения международных договоренностей, а также аргументом, подтверждающим тезис о том, что геополитика в международных отношениях играет большую роль, чем идеология [34, с. 279-280]. Судьба Польши после начала Второй мировой войны является основанием для уравнивания политики Сталина и Гитлера, подчёркивания сходства двух тоталитарных систем [49; 31].
События 1939 года остаются для Польши «актуальной историей», вследствие чего изучение этой темы неизбежно испытывает на себе влияние политики. Так, «потепление» в российско-польских отношениях, позитивно сказавшееся на сотрудничестве историков двух стран, продолжалось недолго. Украинский кризис отразился не только на политических и экономических отношениях России с Польшей, но и на культурной сфере. В 2014 году Варшава в одностороннем порядке отказалась от участия в запланированных на 2015 год «перекрёстных» Годах России в Польше и Польши в России1. Негативно влияет на российско-польские отношения и мемориальная политика польского руководства. Так, по данным МИД Российской Федерации, в 2016 году в Польше были демонтированы 7 памятников советским воинам, кроме того, было зафиксировано 15 случаев вандализма на советских мемориальных объектах Российско-польские отношения (справка) [Электронный ресурс] // Официальный сайт Министерства иностранных дел РФ. (дата обращения: 30.12.2016). Комментарий Департамента информации и печати МИД России в связи с демонтажом Памятника благодарности в польском г. Ланьцут [Электронный ресурс] // Официальный сайт Министерства иностранных дел РФ. (дата обращения: 30.12.2016).. Вместе с тем, в 2015 году, несмотря на напряжённую внешнеполитическую обстановку, при участии Российско-польского центра диалога и согласия и российско-польской комиссии историков был проведён ряд научных мероприятий (презентация коллективной монографии «Россия и Польша. История общая и разобщённая», Международная научная конференция «Россия в польской историографии, Польша в российской историографии») Мастеров В. Историки России и Польши подтвердили научные связи / (дата обращения: 13.10.2016).. Историки обеих стран продемонстрировали готовность к сотрудничеству и стремление к поиску исторической истины, чего, к сожалению, нельзя сказать о политиках.
Анализ трудов польских историков, посвящённых проблеме происхождения Второй мировой войны, позволяет сделать ряд выводов.
Во-первых, процесс развития польской историографии прошёл несколько этапов. В 1940-1970-е годы доминировала версия событий, сформулированная в рамках советской историографии. Вина за развязывание войны возлагалась на западную дипломатию, советско-германское сближение считалось мудрым и неизбежным шагом, а секретные протоколы к пакту Молотова - Риббентропа не упоминались. Отдельно выделяются труды историков в эмиграции, которые заложили основы для формирования национальной историографической традиции. В 19801990-е годы начинается новый этап в развитии историографии, что было обусловлено политическими переменами - возникновением «Солидарности» в Польше и перестройкой в СССР Расширение источниковой базы, признание советским руководством факта существования секретного дополнительного протокола к советско-германскому договору о ненападении, стимулировали процесс изучения причин возникновения Второй мировой войны. В начале XXI века активно развивалось сотрудничество российских и польских историков в изучении событий кануна и начального периода Второй мировой войны. По многим вопросам удалось добиться сближения позиций. Несмотря на сильнейшие анти- российские настроения и активную русофобскую политику в современной Польше, историки готовы к сотрудничеству и диалогу.
Во-вторых, ключевыми для польской исторической науки остаются следующие вопросы: насколько оправданной была политика руководства Польши в условиях международного политического кризиса 1939 года; могла ли Польша в 1939 году избежать катастрофы - очередного раздела; какие альтернативы были у польских дипломатов?
В-третьих, современная польская историография происхождения Второй мировой войны имеет свою национальную специфику, а истоки формирования этой историографической традиции были заложены ещё польскими историками-эмигрантами. Центральное место в этой традиции занимает пакт Молотова - Риббентропа, ставший для поляков «местом памяти», символом национальной катастрофы. Для Польши события 1939-1941 годов значимы до сих пор, что находит отражение как в процессе формирования исторической памяти, так и в реализуемой исторической политике.
Список литературы
1. Белые пятна - чёрные пятна: Сложные вопросы в российско-польских отношениях / В. Г Барановский и [др.]; под общ. ред. А. В. Торкунова, А. Д. Ротфельда; отв. ред. А. В. Мальгин, М. М. Наринский. М.: Аспект Пресс, 2010. 823 с.
2. Войтковяк Я. Советско-польский вооружённый конфликт в сентябре 1939 года // Международный кризис 1939 года в трактовках российских и польских историков. М.: Аспект Пресс, 2009. С. 446-478.
3. Волос М. Внешняя политика СССР в 1938-1939 годах // Международный кризис 1939 года в трактовках российских и польских историков. М.: Аспект Пресс, 2009. С. 182-206.
4. Гловацкий А. Польша между СССР и Германией. 1939-1941 // Белые пятна - чёрные пятна: Сложные вопросы в российско-польских отношениях. М.: Аспект Пресс, 2010. С. 230-280.
5. Дембский С. Мюнхенское соглашение и пакт Риббентропа - Молотова через семьдесят лет: проблемы, интерпретации, влияние // Международный кризис 1939 года в трактовках российских и польских историков. М.: Аспект Пресс, 2009. С. 46-82.
6. Дембский С. Происхождение Второй мировой войны // Белые пятна - чёрные пятна: Сложные вопросы в российско-польских отношениях. М.: Аспект Пресс, 2010. С. 165-201.
7. Дурачински Э. Внешняя политика Польши (1939-1941): условия, возможности, цели и результаты // Международный кризис 1939-1941 гг.: от советско-германских договоров 1939 г. до нападения Германии на СССР: материалы междунар. конф. М.: Права человека, 2006. С. 153-180.
8. Земцов В. Н. Бородинское сражение в современной зарубежной историографии // Бородино в истории и культуре: материалы междунар. науч. конф. Можайск, 2010. С. 26-33.
9. Корнат М. Польша между Германией и Советским Союзом (1938-1939). Политические концепции министра Ю. Бека и международная обстановка // Международный кризис 1939 года в трактовках российских и польских историков. М.: Аспект Пресс, 2009. С. 349-407.