Проблема происхождения Второй мировой войны в польской историографической традиции
Ирина Владимировна Грибан,
кандидат исторических наук, Уральский государственный педагогический университет (620017, Россия, г. Екатеринбург, пр-т Космонавтов, 26),
Проблема происхождения Второй мировой войны, ставшей ключевым событием в истории ХХ века, на протяжении десятилетий остаётся значимой для историков всех стран, принимавших непосредственное или косвенное участие в войне. В преддверии юбилейных дат и годовщин (70-летие окончания Второй мировой войны в 2015 г, 75-летие начала Великой Отечественной войны в 2016 г.), в условиях обострившейся в связи с украинским кризисом международной обстановки, события 1939-1941 годов и история их интерпретации приобретают особую актуальность и политическую остроту. В статье проанализирован процесс развития польской историографии предыстории и начального периода Второй мировой войны. Выделены этапы изучения проблемы происхождения войны польскими историками. Определены ключевые для польской исторической науки вопросы: насколько оправданной была политика руководства Польши в условиях международного политического кризиса 1939 года; могла ли Польша в 1939 году избежать катастрофы - очередного раздела; какие альтернативы были у польских дипломатов? Сделан вывод о том, что современная польская историография происхождения Второй мировой войны имеет ярко выраженную национальную специфику, а истоки формирования этой историографической традиции были заложены ещё польскими историками-эмигрантами. Для Польши события 1939-1941 годов значимы до сих пор, что находит отражение как в процессе формирования исторической памяти, так и в реализуемой исторической политике.
Ключевые слова: Вторая мировая война, политика умиротворения, международный политический кризис 1939 года, советско-германские отношения 1939-1941 годов, национальные историографические традиции, историческая память, историческая политика
Irina V. Griban,
Candidate of History, Ural State Pedagogical University (26 pr. Kosmonavtov, Yekaterinburg, 620017, Russia),
The Origin of the Second World War in the Polish Historiographical Tradition1
The beginning of WWII, which is the main event of the 20th century, has been topical for scholars in the field of history for several decades. It is especially interesting for those scientists whose countries took an active part in it. Facing its anniversaries (in 2015, we celebrated the 70th anniversary of the end of WWII and in 2016, we celebrated the 75th anniversary of the beginning of the Great Patriotic War) and dealing with the Ukrainian crisis, the events of 1939-1941 and their interpretation are especially important today. The paper describes the development of Polish historiography of the background and the beginning of WWII. The stages in the study of the genesis of the War by Polish historians are singled out. The key issues of the Polish history of war are revealed, among them: justification of the Polish policy in international political crisis in 1939; the questions of territorial partition for Poland which was the disaster; the alternatives Polish diplomats had. A conclusion is made that contemporary Polish historiography.
Вводная часть. Вторая мировая война - одно из ключевых событий XX века, - оставила свой след в исторической памяти всех европейских народов. В предыстории и истории войны для каждой страны, принявшей в ней косвенное или непосредственное участие, были свои значимые сюжеты, которые необходимо было сохранить в исторической памяти и передать грядущим поколениям, и те вопросы, осмысление которых было наиболее болезненным и затянулось на долгие годы. Одной из ключевых тем в отечественной и зарубежной историографии кануна и начального периода Второй мировой войны была и остаётся проблема происхождения самого масштабного и кровопролитного конфликта в истории человечества. Интерес к этой теме и в настоящее время не только не ослабевает, но приобретает особые политическую остроту и актуальность в условиях украинского кризиса, оказывающего влияние на всю современную систему международных отношений: политологи, историки, журналисты, общественные деятели нередко проводят исторические аналогии, обращаясь к событиям конца 1930 - начала 1940-х годов, сравнивая современную Украину с Польшей в 1939 году [43; 46] Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (проект № 1501-00339 «Начало Второй мировой войны: национальные историографические традиции и историческая память»). Президент Польши сделал «заявку на кусок Украины» и мечтает о границах 1939 года? [Электронный ресурс]. - (дата обращения: 30.12.2016); Шамир И. Украина: а не отказаться ли от договора Молотова - Риббентропа? [Электронный ресурс] // Комсомольская правда. - 2013. - 24 нояб. - (дата обращения: 30.12.2016).
Методология и методы исследования. В рамках данной статьи мы исходим из того, что на современном этапе развития историческая наука всё дальше отходит от «традиционного» историографического подхода, описания и «инвентаризации» исторических концепций, направлений и школ и стремится перейти к анализу, основанному на принципах культурно-исторической антропологии и «новой культурной истории» [14; 15]. При таком подходе предметом анализа становятся не только (и не столько) результаты профессиональной деятельности историка, но и факторы, которые влияют на его историческое сознание, ценностные установки. На наш взгляд, можно говорить о том, что в настоящее время существуют чётко определяемые «национальные историографические традиции» изучения предыстории и начального периода Второй мировой войны. Понятие «историографическая традиция» возникло в рамках зарубежной (прежде всего, германской и британской) исторической науки, и в последнее время последовательно применяется в исследованиях российских учёных [8; 21; 25; 27; 28; 45; 48].
Особый интерес представляет историографическая традиция, получившая развитие в Польше - стране, для которой события 1939-1941 годов значимы до сих пор, что находит отражение как в процессе формирования исторической памяти, так и в реализуемой исторической политике. Под исторической политикой в современной литературе понимается «качественно иное, намного более интенсивное, чем обычно, вмешательство в трактовку истории той части политической элиты, которая контролирует власть в данный момент, для борьбы с внутренней оппозицией и для достижения определённых целей в деле “нациестроительства”, а также для получения определённых преимуществ в международных отношениях» Миллер А. И. Историческая политика и её особенности в Польше, Украине и России [Электронный ресурс] // Отечественные записки. - 2008. - № 5. (дата обращения: 30.12.2016)..
Результаты исследования. Наряду с вопросами, которые привлекали внимание учёных других стран (какова роль «политики умиротворения» в развязывании Второй мировой войны, на ком лежит ответственность за срыв англо-франко-советских переговоров 1939 года, вынужденным ли шагом было советско-германское сближение и подписание пакта Молотова - Риббентропа, по чьей инициативе произошло это сближение двух противоположных с точки зрения идеологии режимов и кому оно было выгодно и т. д.), для историков Польши особую актуальность приобрели вопросы о том, оправданной ли была политика руководства Польши в условиях международного политического кризиса 1939 г.; могла ли Польша в 1939 г. избежать очередного раздела и сохранить суверенитет; были ли альтернативы у польских дипломатов?
Анализ трудов польских историков, посвящённых проблеме происхождения Второй мировой войны, позволяет выделить несколько этапов развития историографической традиции. До 1989 года в Польше, как и в других странах социалистического блока, интерпретация событий 1939-1941 годов практически совпадала с официальной советской версией, изложенной в опубликованной в 1948 году брошюре «Фальсификаторы истории» М.: Wydawnictwo Literatury w J$zykach ОЬсуф 1948. - 63 р.. В 1990 году польский журналист и историк А.Кравчук писал: «Сорок лет польская историография повторяла советские тезисы, критиковала польскую внешнюю политику 1939 года и отрицала наличие секретного протокола к пакту Молотова - Риббентропа. До середины 1980-х годов действовал категорический запрет на публикации по этой теме» [37, с. 57]. польский мировой война советский
В советское время при анализе международной ситуации накануне Второй мировой войны в польских исследованиях в обязательном порядке повторялось: «Целью дипломатии СССР было создание в Европе системы коллективной безопасности, и этой цели служила советская стратегия мира» [10, с. 767]. Англо-франко-советские переговоры были сорваны вследствие «английского и французского саботажа» [36, с. 48]. Советская дипломатия не имела другого выхода, кроме как сближение с Германией и подписание договора о ненападении от 23 августа 1939 года. Польские историки должны были избегать формулировок «Пакт Молотова - Риббентропа» или «Пакт Гитлера - Сталина», этот документ назывался в литературе «советско-германским договором о ненападении», о секретных протоколах умалчивалось, советская интерпретация событий закреплялась в официальных изданиях [44; 30].
А.Кравчук отмечал, что ситуация в течение всех этих десятилетий была феноменальная: «Весь народ знал не только о договоре, но и о содержании секретного протокола. Назло пропагандистской машине и усилиям правительственных историков общественность знала всё» [37, с. 57]. М. Корнат отмечает, что некоторая либерализация, наступившая в польском обществе после 1956 года, была вряд ли ощутима для исторической науки, которая продолжала оставаться «вспомогательной наукой на службе политики», и не коснулась истории Польши предвоенного времени [36, с. 285].
В отдельное направление необходимо выделить эмигрантскую историографию - труды историков польского происхождения, живших в эмиграции и посвятивших свои исследования истории Польши и международных отношений в период между мировыми войнами. Особую роль в развитии этого направления историографии, не подверженного влиянию коммунистической идеологии, сыграли публиковавшиеся в Париже издания - ежемесячный журнал “Kultura” и основанный в 1962 году квартальник “Zeszyty historyczne”. Взгляды представителей эмигрантского направления (К. Клохович, Т Комарницки, З. Симашко и др.) значительно отличались от официальной советской точки зрения и развивались под влиянием англо-американской традиции изучения международного кризиса 1939 года и причин Второй мировой войны [32; 33; 47]. В среде польской эмиграции уже к концу 1940-х годов зародились негативные оценки советского внешнеполитического курса 1939-1941 годов. Бывший премьер-министр польского эмиграционного правительства С. Миколайчик в 1948 году издал на английском языке книгу «Насилие над Польшей: модель советской агрессии». Осуждая политику СССР, автор обвинял в трагичной судьбе Польши и западные страны, которые своим бездействием привели Польшу к катастрофе и новому разделу [42].
Вопросам внешней политики СССР в конце 1930-х годов и начальному периоду Второй мировой войны была посвящена работа польского журналиста и писателя А. Брегмана1 «Лучший союзник Гитлера: исследование германо-советского сотрудничества в 19391941 гг.», опубликованная впервые в 1958 году в Лондоне, и впоследствии многократно переизданная (в последний раз - в 2009 г.). Автор подробно проанализировал процесс англо-франко-советских и советско-германских переговоров августа 1939 года. В распоряжении Брегмана был сборник документов “Nazi-Soviet Relations 1939-1941”, опубликованный в 1948 году Госдепартаментом США, поэтому при интерпретации событий он опирался, в том числе, и на секретные протоколы к советско-германским договорам Брегман А. (1906-1967) - польский публицист. Получил образование в Вене, Париже и Женеве. Воевал во Франции. После поражения Франции был эвакуирован в Великобританию, где остался и после окончания Второй мировой войны. Автор многочисленных публикаций по вопросам международной политики, активный участник движения за независимость Польши. Nazi-Soviet Relations 1939-1941. Documents from the Archives German Foreign Office. - Washington: Department of State, 1948. - 402 p.. Брегман приходил к следующему выводу: «На совести Сталина много преступлений и много ошибок. Но величайшим из этих преступлений, ошибкой с наиболее чреватыми последствиями был пакт с Гитлером и последующая политика. Взаимодействие СССР и Германии в 1939-1941 гг., но особенно в первый год после заключения пакта, было сотрудничетвом союзников. Не будет преувеличением сказать, что в течение длительного времени Сталин был наилучшим союзником Гитлера. Более того, он играл ведущую роль, и только летом 1940 г. инициатива перешла к Гитлеру» [23, с. 152]. Таким образом, в рамках эмигрантской польской историографии вина за развязывание войны и трагическую судьбу Польши возлагалась в равной степени на двух врагов - Германию и СССР
Новый этап в развитии польской историографии связан с возникновением в 1980 году движения «Солидарность». В это время активизировалось изучение событий 1939-1941 годов, началась их постепенная переоценка. Характеризуя историографическую ситуацию в этот период, польские исследователи говорят о «взрыве памяти» [34, с. 286]. В 1980-е годы были изданы труды таких историков, как Х. Батовский, В. Матерский, М. Лечик, Л. Гросфельд [18; 19; 41; 39; 29]. Поскольку эти труды были написаны на основе доступных польских документов, то они в основном не отступали от традиционной советской историографии событий 1939 г. Однако к концу 1980-х годов интерес к проблеме происхождения Второй мировой войны и судьбе Польши в 1939 году был «подогрет» событиями, происходящими в СССР. Начавшийся процесс «ликвидации белых пятен истории», переработки прошлого стимулировал процесс изучения сложных вопросов истории, к которым, безусловно, относились и события 1939-1941 годов. Существенную роль в этом процессе сыграла подписанная 21 апреля 1987 года М. Горбачевым и В. Ярузельским «Декларация о советско-польском сотрудничестве в области идеологии, науки и культуры», на основе которой была создана Совместная комиссия учёных СССР и ПНР по истории отношений между двумя странами [17, с. 739]. Среди основных тем, которые рассматривала двусторонняя комиссия, был советско-германский договор о ненападении и его последствия - в первую очередь, вступление советских войск в Польшу 17 сентября 1939 года.
Историкам, привыкшим придерживаться в своих трудах «партийной линии», приходилось переосмысливать и своё собственное положение. Интересно высказывание Э. Дурачински, сказавшего в 1987 году в интервью журналу “РоМука”: «История в глазури - не история». Спустя 2 года, в 1989 году, он опубликует статью «7 дней до войны», в которой впервые напишет, что по немецким источникам, к советско-германскому договору о ненападении прилагался секретный протокол, который предусматривал разделение сфер влияния в Восточной Европе [34, с. 287].
Характерной чертой польской историографии предыстории и начального периода Второй мировой войны в начале 1990-х годов стало то, что большое внимание историками уделялось вопросу о согласии Польши на проход Красной Армии через её территорию в случае войны (вопрос, который стал поводом для срыва англо-франко-советских военных переговоров в августе 1939 г.). Традиционно советская (а вслед за ней - и российская) историография негативно оценивала позицию Польши по данному вопросу [12, с. 57]. В современной польской историографии преобладает мнение, что независимо от позиции Польши переговоры не имели шансов на успех. Так, Х. Батовский в статьях, опубликованных после 1989 года, доказывал, что «стремление Германии и СССР убрать Польшу с карты Европы было задачей, глубоко укоренившейся в политике обеих держав в межвоенный период». Советско-германский пакт о ненападении стал всего лишь инструментом для реализации плана, который имел длинную предысторию [20, с. 532].