Характеристика процессуальной формы была бы неполной, если не указать на свойственную судопроизводству обрядность. Например, при входе состава суда присутствующие должны встать, приговор суда должен выслушиваться всеми присутствующими стоя и т.п.
Таким образом, «процессуальной формой является установленный законом, юридически определенный порядок уголовного судопроизводства, характеризующийся совокупностью указанных признаков и обеспечивающий осуществление задач правосудия» .
Подводя итог вышеизложенному, можно дать следующее определение правосудию:
Правосудие - это регламентируемая законом деятельность специального органа государственной власти - суда, выражающаяся в защите и охране судами общей юрисдикции нормального функционирования общественных отношений, складывающихся с участием граждан, предприятий и организаций, и включающая механизм судебного разрешения споров о праве и иных конфликтов путем отправления конституционного, гражданского, уголовного и административного судопроизводства по правилам, предусмотренным процессуальным законом, и применения именем государства норм права к установленным в судебном заседании фактам и отношениям, а в необходимых случаях и мер государственного принуждения в целях восстановления и охраны интересов человека и всего гражданского общества .
Государство делегирует процессуально-правовые гарантии, содержащиеся в нормах права правовые средства, обеспечивающие всем субъектам уголовно-процессуальной деятельности возможность выполнять обязанности и использовать предоставленные права.
Государственным органам (должностным лицам) правовые гарантии обеспечивают возможность выполнять свои обязанности и использовать свои права для достижения задач уголовного судопроизводства, а гражданам - реально использовать предоставленные им процессуальные средства для защиты и охраны прав и законных интересов.
В современных условиях роль правосудия значительно возросла в качественном и количественном плане. Достаточно констатировать тот факт, что компетенция судебной власти постоянно расширяется, а в орбиту правосудия попадает все большее число граждан, коллективов, организаций; правосудие становится последним прибежищем для тех, кто отчаялся в поисках справедливого разрешения спора или конфликта.
В демократическом обществе именно на правосудие возлагается задача по контролю за исполнением действующего законодательства и по гарантированию соблюдения прав каждого из членов общества.
§ 2. Судебная власть в системе разделения властей
состязательность уголовный суд власть
Ранее функция правосудия осуществлялась лично фараонами, императорами, царями, королями, шахами и др. правителями, поэтому судебные решения выносились их именем. Они самолично разрешали дела, как правило наиболее важные, сами же осуществляли и надзорную функцию. Таким образом, суд был лишь инструментом в их руках, которым наряду с правосудием принадлежала законодательная и исполнительная власть. Это означало, что все функции государственной власти были соединены в одном лице - самодержце, и о самостоятельной и независимой судебной власти не могло быть и речи.
Идея выделить из сферы единой государственной власти различные ветви, на которые возлагались бы обязанности осуществлять соответствующие функции, зародилась достаточно давно и получила теоретическое обоснование еще в древние времена. Затем она была концептуально обоснована гуманистами-энциклопедистами 17-18 вв. (Монтескье, Локком, Дидро и др.).
В России концепция самостоятельной власти суда получила официальное признание в 1990 г. после принятия Съездом народных депутатов РСФСР «Декларации о государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики» , в которой было провозглашено, что разделение законодательной, исполнительной и судебной властей является ведущим принципом функционирования РСФСР как правового государства (ст. 13). Год спустя Верховный совет одобрил представленную Президентом России концепцию судебной реформы , одной из главных задач которой было определено утверждение судебной власти в государственном механизме как самостоятельной и независимой силы. В качестве важнейших направлений такой реформы, в частности, намечалось:
создание федеральной судебной системы;
введение суда присяжных заседателей;
расширение юридических возможностей для обжалования в суд неправомерных действий должностных лиц;
установление судебного контроля за законностью применения мер пресечения и других мер процессуального принуждения;
организация судопроизводства на принципах состязательности, равноправия сторон, презумпции невиновности, дифференциация форм судопроизводства;
совершенствование системы гарантий независимости судей и подчинения их только закону;
закрепление принципа их несменяемости.
По мнению ряда авторов, теоретическое исследование судебной власти, включая вопрос о ее наличии или отсутствии, затрудняется необходимостью избежать отождествления этой ветви власти с судебной системой.
На эмпирическом уровне в государственно-организованном обществе судебная власть предстает в виде системы органов (должностных лиц), разрешающих юридически значимые споры и официально санкционирующих возможность применения государственного насилия. Такого рода органы существовали и существуют в любой из форм организации государственной власти. Поэтому само по себе наличие судов, а также тех или иных правил разрешения возникающих в обществе конфликтов еще не свидетельствует о наличии феномена судебной власти. Другими словами, система судебных органов и судебная власть понятия не тождественные. Судебная власть не возможна без судебной системы, однако наличие судебных органов еще не говорит о том, что в данном государстве есть судебная власть. Судебная система становится судебной властью тогда, когда она наделяется определенными возможностями воздействия на другие ветви власти, «включается» в систему сдержек и противовесов, препятствующих узурпации всей государственной власти какой-либо из ее ветвей .
Поскольку Конституция РФ не дает определения судебной власти, наполнение этого понятия конкретным содержанием - задача науки. Однако принципиальная новизна понятия, отсутствие его в юридическом обиходе и науке советского периода затрудняет четкое определение его содержания и порождают неоднозначную трактовку .
Некоторые из авторов исходят из ее организационной формы - системы судебных органов, продолжая тем самым традицию, свойственную не только советскому, но и дореволюционному периоду отечественной истории. По определению И.Я. Фойницкого, «судебная власть образует систему подчиненных закону органов, призванных к применению закона в порядке судебного производства» .
В наше время определение судебной власти через систему органов также достаточно распространено в отечественной литературе. Например, Ю.А. Дмитриев, Г.Г. Черемных определяют «судебную власть как систему государственных и муниципальных органов, обладающих предусмотренными законом властными полномочиями, направленными на установление истины, восстановление справедливости и наказание виновных, решения которых обязательны к исполнению всеми лицами, которых они касаются» .
Подход, который можно назвать функциональным, также был известен дореволюционным российским юристам. С.В. Познышев определял судебную власть как «ветвь власти государственной, осуществляемой отдельными органами, не несущими функций административных или законодательных, призванную осуществлять закон, утверждать его господство в жизни, бороться с произволом и насилием, всесторонне рассматривать дело» . Аналогичные по смыслу определения судебной власти даются российскими юристами и после принятия Конституции РФ. В частности, судебная власть рассматривается как «предоставленные специальным органом государства - судам - полномочия по разрешению отнесенных к их компетенции вопросов, возникающих при применении права и реализации этих полномочий путем конституционного, гражданского, уголовного, административного, арбитражного судопроизводства с соблюдением процессуальных норм» . В.В. Лазарев определяет судебную власть как «специфическую независимую ветвь государственной власти, осуществляемую путем рассмотрения и разрешения в судебных заседаниях споров о праве» .
Стремясь объединить структурный и функциональный подходы, а также более четко выразить сущность судебной власти, В.А. Лазарева определяет судебную власть как «исключительное правомочие специальных органов государства, состоящее в рассмотрении и разрешении в особой процессуальной форме социальных конфликтов правового характера, направленное на защиту и восстановление прав и свобод человека и гражданина» .
Наличие различных подходов к определению судебной власти вызывает в теории разногласия и в толковании других терминов, в частности затрудняет правильное определение функций и форм судебной власти.
По мнению В.П. Божьева, функцией судебной власти является правосудие, а судебный контроль, формирование судейского корпуса, руководство судебной практикой - полномочия судебной власти, виды ее реализации .
В.В. Скитович относит к функциям судебной власти некоторые из видов судебной деятельности - правосудие, юрисдикционный контроль, формирование судейского корпуса и руководство судебной практикой .
В.А. Ржевский и Н.М. Чепурнова называют правосудие, надзор за судебной деятельностью нижестоящих судов со стороны вышестоящих, судебное управление, судебный контроль в области исполнительной власти, судебный конституционный контроль формами осуществления судебной власти.
Приведенная позиция вызывает существенные возражения. Прежде всего нельзя ставить в один ряд правосудие и судебное управление, поскольку последнее является обязательным атрибутом любой социальной системы - организации и не имеет принципиальных отличий от управления в организационных структурах других ветвей власти.
В.А. Ржевский и Н.М. Чепурнова полагают, что у судебного надзора двойственная сущность: с одной стороны, он является средством пересмотра судебных решений в процессе осуществления правосудия, с другой - составляет самостоятельную форму деятельности, которая включает в себя изучение и обобщение судебной практики, анализ судебной статистики, дачу руководящих разъяснений судам по вопросам применения российского законодательства, возникающим при рассмотрении судебных дел .
Здесь мы также видим, что выделяемый в особую форму вид деятельности судебной власти представляет собой искусственное соединение элементов основной функции (правосудия) с некоторыми обеспечивающими функциями (прежде всего информационно-аналитической).
В.А. Лазарева считает необоснованным и мнение об отнесении к функциям судебной власти деятельности по толкованию правовых норм, руководству судебной практикой и формированию судейского корпуса, так как судебная власть существует не для самоорганизации, а для упорядочения общественных отношений, установления гражданского мира, гармонизации интересов . Следовательно, по мнению автора «руководство деятельностью нижестоящих судов, судебное управление, формирование судейского корпуса могут и должны рассматриваться как виды деятельности отдельных звеньев судебной системы. Каждое звено последней имеет свои полномочия, а следовательно, и свои функции, но эта деятельность имеет лишь косвенное отношение к реализации судебной власти, не связанное прямо с полномочиями по разрешению социальных конфликтов, осуществляемыми судом с использованием особой процедуры» .
Можно согласиться с рядом процессуалистов, которые выделяют следующие характеристики судебной власти: полнота, единство, справедливость, самостоятельность и независимость .
Полнота судебной власти состоит в том, что Конституция РФ гарантирует каждому лицу судебную защиту его прав и свобод (п.1 ст.46 Конституции РФ), а решения и действия (бездействия) органов государственной власти, местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (п.2 ст.46 Конституции РФ). Эти конституционные положения очерчивают роль и место судебной власти в государственном устройстве.
Судебная власть прежде всего должна быть справедливой, что неоднократно провозглашается в положениях Конституции РФ и других законов, так или иначе реализуется в процессе гражданского и уголовного судопроизводства и достигается или нет при исполнении судебных решений. По мнению С.В. Бородина и В.Н Кудрявцева, справедливость решений судебной власти в значительной мере зависит от кадрового состава, а также от хорошо продуманных форм ее построения и деятельности .
Самостоятельность судебной ветви власти означает прежде всего то, что отношения между всеми ветвями власти должны строиться только на основании и в рамках закона. Ни Президент РФ, ни законодательная, ни тем более исполнительная власть не вправе помимо установленного законом порядка изменять статус судей: повышать или понижать заработную плату, приравнивать их по положению к каким-либо другим должностным лицам и т.д. Равным образом исполнительная власть ни в центре, ни на местах не вправе принимать какие-либо решения, связанные с материальным или иным поощрением судей. Все эти вопросы (порядок их решений) должны быть урегулированы федеральным конституционным законом.
Независимость судебной власти (судей) означает невмешательство кого-либо в принятие решений по любым делам, которые рассматриваются в судах. В уголовном законе на этот счет имеются определенные (хотя и недостаточные) гарантии. Но это только половина проблемы, а может быть, и того меньше. По мнению С.В. Бородина и В.Н. Кудрявцева, существенную опасность для независимости судей представляют чиновники всех уровней, пытающихся добиться выгодных для них приговоров . В связи с этим независимость нередко оказывалась фикцией. До отмены п. 6 ст. 13 «Закона о судебной системе РФ», в ряде регионов Российской Федерации средством незаконного влияния на судебную систему были также и правовые нормы согласования с законодательными (представительными) органами субъектов Федерации кандидатов для назначения их на должность судей.
В настоящее время проявляются рецидивы старых форм влияния на судей при рассмотрении ими дел, появляются новые методы незаконного воздействия с целью вынесения неправосудных решений. Если вмешательство в судебную деятельность через так называемое «телефонное право» стало весьма редким явлением, то на смену ему приходят не менее, а более опасные формы давления на судей - «полицейское право», «газетное право», «телевизионное право», «митинговое право», «варварское право», «депутатское право» и т.д. Так, в недавнем прошлом в ряде регионов России спецслужбами были проведены акции психологического воздействия на участников судебных процессов, по существу посягающие на независимость судебной власти. Вооруженные и экипированные работники спецподразделений без соответствующего разрешения приходили в суды и в нарушении установленного порядка прямо в залах судебных заседаний задерживали и уводили оправданных судом и освобожденных из-под стражи граждан .
В современной России появился и такой изощренный способ оказания давления на судебную систему, как угрозы, насилие и убийства судей, взрывы зданий судов. В связи с этим, на наш взгляд, требуются дополнительные меры правового, организационного и экономического характера для усиления личной охраны судей и членов их семей, обеспечения охраны зданий судов, их технической оснащенности.