Практика нарушений колхозного права и трудового законодательства в сельском хозяйстве в середине 1960-х гг. (по материалам Ульяновской и Пензенской областей)
Д. В. Иванчук
Аннотация
Актуальность и цели. Значимость исследуемой проблемы обусловлена тем, что крестьянство всегда являлось в нашей стране наиболее бесправной частью общества. В середине 1960-х гг. государство начинает последовательное осуществление переориентации с проводившейся десятилетиями политики нещадной эксплуатации крестьянского труда к всесторонней экономической поддержке развития колхозов и совхозов, укреплению как материального положения, так и правового статуса колхозников и рабочих совхозов. Цель работы - проанализировать наиболее характерные нарушения колхозного права и трудового законодательства в 1960-е гг. в колхозах и совхозах Ульяновской и Пензенской областей, допускавшиеся руководством хозяйств. Материалы и методы. Решение поставленных в работе задач было достигнуто путем применения сравнительно-исторического метода к анализу документов, извлеченных из фондов Государственного архива Ульяновской области, Государственного архива новейшей истории Ульяновской области, Государственного архива Пензенской области. Результаты. Исследованы закрытые отчеты прокуратуры, областных ревизионных комиссий, управлений сельского хозяйства, представленные руководству Ульяновской и Пензенской областей по итогам проведенных в 19651966 гг. проверок, выявивших многочисленные нарушения колхозного права и трудового законодательства. Были выделены, сгруппированы и проанализированы наиболее распространенные из них. Выводы. Изучение характера нарушений колхозного права и трудового законодательства в колхозах и совхозах, допускавшихся их руководителями, позволяет уяснить реальное состояние организации сельского хозяйства на местах, декларируемого колхозного самоуправления, правосознания советского крестьянства. Предпринятое исследование позволяет восполнить пробел в историческом изучении заявленной проблемы, а также представить более полную картину социально-экономической действительности российского села в указанный период. колхозное право трудовое законодательство
Ключевые слова: колхозы, совхозы, колхозное право, трудовое законодательство, Ульяновская область, Пензенская область
The violations of collective farm law and labor legislation in agriculture in the middle of the 1960s (by the materials from Ulyanovsk and Penza regions)
D. V. Ivanchuk
Abstract. Background. The significance of the problem under study is due to the fact that the peasantry has always been the most disenfranchised part of society in Russia. In the middle of the 1960s, the USSR began a consistent implementation of the reorientation from the decades-old policy of merciless exploitation of peasant labor to comprehensive economic support for the development of collective and state farms, strengthening both the material situation and the legal status of collective farmers and state workers. The purpose of this study is to analyze the most typical violations of the collective farm law and labor legislation in the 1960s on the collective and state farms of Ulyanovsk and Penza Regions, admitted by the management of the farms. Materials and methods. The solution of the tasks set in this study was achieved by applying the comparative historical method to the analysis of documents from the funds of the State Archives of Ulyanovsk Region, the State Archives of the Contemporary History of Ulyanovsk Region, and the State Archives of Penza Region. Results. This article brings to light classified reports of the prosecutor's office, regional audit commissions, agricultural departments, presented to the governors of Ulyanovsk and Penza Regions on the basis of inspections carried out between 1965 and 1966, which revealed numerous violations of the collective farm law and labor legislation. The most common violations were identified, grouped and analyzed. Conclusions. Studying the nature of violations of the collective farm law and labor legislation on collective and state farms, committed by their leaders, makes it possible to understand the real state of the organization and management of agriculture, peculiarities of the collective farm selfgovernment, the legal awareness of the Soviet peasantry. The undertaken research makes it possible to fill the gap in the issue of collective farm management, as well as to present a more complete picture of the socioeconomic reality of the Russian countryside in the specified period of time.
Keywords: collective farms, state farms, collective farm law, labor legislation, Ulyanovsk region, Penza region
Следуя решениям мартовского пленума ЦК КПСС 1965 г., «взявшего курс на расширение хозяйственной самостоятельности колхозов и совхозов» [1, с. 812], укрепление демократических начал в их организации и деятельности, переход к гарантированной оплате труда колхозников, в различных регионах СССР областные ревизионные комиссии, управления сельского хозяйства, прокуратура и другие проверяющие инстанции в 1965-1966 гг. провели многочисленные проверки в колхозах и совхозах по вопросам соблюдения демократических основ, законности в целом.
Особенностью правового регулирования деятельности колхозов являлось сочетание государственной и внутриколхозной составляющих, так как они не являлись государственными предприятиями и имели в своей основе колхозно-кооперативный характер собственности. «В процессе деятельности колхозов складывались различные по своей природе и характеру общественные отношения: между колхозом и отдельными его членами; колхозом и семьями колхозников (колхозными дворами); колхозом и входящими в его состав общественными предприятиями и подразделениями; колхозом и другими юридическими и физическими лицами». В совокупности они составляли достаточно «сложный комплекс органически связанных имущественных, трудовых и организационно-управленческих отношений, базирующихся на членстве в колхозе и на уставном характере прав и обязанностей его участников» [2, с. 57]. Регулирование их осуществлялось колхозным правом - отдельной отраслью советской правовой системы, в основе которой находился Примерный устав сельхозартели (с 1969 г. - Примерный устав колхоза) и дополняющие его нормативно-правовые акты. Следует отметить, что в эти годы деятельность колхозов и совхозов все еще регламентировалась Примерным уставом сельскохозяйственной артели 1935 г., Кодексом законов о труде 1922 г. и назрела необходимость принятия новых нормативно-правовых актов для создания необходимых условий укрепления экономической состоятельности хозяйств, сохранения кадрового потенциала.
Проблема нарушений колхозного права, равно как и трудового и иного законодательства в сельском хозяйстве, исследовалась преимущественно в рамках юридической науки (начало чему было положено работами И. В. Павлова). В отечественной историографии данная проблематика в основном рассматривалась исключительно на материале 1930-х - середины 1950-х гг., тогда как поздний советский период (1960-1980-е гг.) затрагивался исследователями крайне недостаточно и лишь косвенным образом, при реализации иных исследовательских задач (в частности, О. Ю. Ельчаниновой).
Осуществленными в 1965-1966 гг. проверками степени соблюдения демократических основ, принципов управления делами и законности при издании правовых актов в колхозах Ульяновской области были охвачены более 80 хозяйств Барышского, Инзенского, Майнского, Мелекесского, Новома- лыклинского, Николаевского, Новоспасского, Радищевского, Сенгилеевско- го, Старокулаткинского, Ульяновского и Чердаклинского районов. В результате проведенных мероприятий были установлены многочисленные случаи нарушения колхозного права, наиболее характерные и распространенные из которых можно разделить на следующие группы: 1) нарушения демократических основ и принципов управления делами артели; 2) принятие незаконных решений, нарушающих права и интересы колхозников; 3) неудовлетворительная деятельность ревизионных комиссий. Рассмотрим их по порядку.
Нарушения демократических основ и принципов управления делами артели. Основной нормативного регулирования всего спектра правоотношений, связанных с колхозной деятельностью в 1960-е гг., продолжал оставаться Примерный устав сельскохозяйственной артели, действовавший с 1935 г. Согласно ему «делами артели управляет общее собрание ее членов, а в промежутке между собраниями - избранное общим собранием правление». В исключительном ведении общего собрания как высшего органа управления артели находилось решение всех основных вопросов жизнедеятельности колхоза, в том числе избрание председателя и правления артели, а также ревизионной комиссии, которая затем утверждается райисполкомом; утверждение различных производственных планов и норм выработки, годового отчета правления (с обязательным заключением ревизионной комиссии), размеров различных фондов, количества продуктов и денег, подлежащих выдаче на трудодень, правил внутреннего распорядка артели Примерный устав сельскохозяйственной артели : [утв. СНК СССР, ЦК ВКП(б) 17.02.1935] // сПс «КонсультантПлюс». URL: http://www.consultant.ru.
Исходя из этого, в Уставах советских колхозов предусматривалось, что общие собрания или собрания уполномоченных проводятся не реже одного раза в квартал, а заседания правления колхоза созываются не менее двух раз в месяц. Однако эти положения во многих колхозах нарушались. «За 8 месяцев 1966 г. в проверенных колхозах было проведено только 155 общих собраний колхозников или собраний уполномоченных, причем в 17 колхозах проведено лишь по одному собранию. Имеются факты, когда важнейшие вопросы колхозной жизни решаются на общих собраниях при отсутствии необходимого числа колхозников, а такие собрания по существу являются неправомочными. Так, в колхозе “Трудовик” Инзенского района, где числится 771 колхозник, на общем собрании колхозников 24 февраля 1966 г., когда избиралось правление и председатель правления колхоза, присутствовало всего 258 человек, или 1/3 членов колхоза. На общем собрании членов колхоза “Заря коммунизма” Новоспасского района 25 марта 1966 г., где рассматривался вопрос об организации откормочного совхоза на базе земель 2-й бригады колхоза, а следовательно, о передаче земель вновь организуемому совхозу, из 450 членов колхоза присутствовало только 157 человек. Такие же нарушения установлены в колхозах “Труд” и “Алга” Барышского района» [3, л. 83]. Нарушались и сроки созыва заседаний правлений колхозов. «В 68 колхозах, где производились проверки, за 8 месяцев 1966 г. в соответствии с Уставами должно быть проведено 1088 заседаний правлений, а фактически проведено всего 733 заседания, причем требования Уставов о сроках созыва заседаний правлений выдержаны только в 11 колхозах. Особенно крайне нерегулярно созываются заседания правлений в некоторых колхозах Николаевского, Старокулаткинского и Чердаклинского районов. Большинство вопросов в них решаются единолично председателем колхоза» [3, л. 84].
В связи с несоблюдением сроков созыва общих собраний многие серьезные вопросы колхозной жизни на них вообще не рассматривались. Обычным явлением было превышение правлениями колхозов своей компетенции, вследствие чего колхозники фактически были отстранены от управления делами сельхозартели. Касалось это, к примеру, «утверждения нормы выработки, расценки и условий дополнительной премиальной оплаты, принятия производственных планов». В нарушение основных уставных положений в ряде колхозов председателям правлений и другим руководящим работникам было предоставлено право единолично решать вопросы о наложении дисциплинарных взысканий, взыскании ущерба и др., отнесенные Уставом к компетенции правления колхоза. Например, «правление колхоза “Рассвет” Радищевского района “в целях укрепления трудовой дисциплины” предоставило право начальникам производственных участков и бригадирам тракторных бригад штрафовать на 2 выхода всех членов колхоза, которые не выполнят их указания» [3, л. 84-85].
Принятие незаконных решений, нарушающих права и интересы колхозников. Председатели, правления и общие собрания колхозов принимали значительное число незаконных решений, нарушающих охраняемые законом права и интересы колхозников. Принимались они в основном по вопросам наложения штрафов и удержаний из заработной платы за простой техники, не произведенную продукцию, потраву посевов и др. В большинстве случаев председатели колхозов сознательно добивались принятия таких решений в целях укрепления трудовой дисциплины. Так, «правление колхоза “имени Дзержинского” Новоспасского района решило удерживать до 30 % зарплаты с бригадиров и заведующих фермами за несвоевременное предоставление нарядов, отчетов и других сведений». «Правление колхоза “Путь Ленина” Белинского района оштрафовало пятерых колхозников в размере 15 руб. за неявку на заседание правления». «Правление колхоза “Красная звезда” приняло решение подвергать водителей автомашин, находящихся на работе в нетрезвом состоянии, денежному штрафу в размере 50 руб., а при повторном нарушении - лишать прав на управление автотранспортом» [4, л. 116-117]. Некоторые правления и общие собрания колхозов принимали решения об изъятии у колхозников кормов, о забое принадлежащего им скота, о продаже в обязательном порядке скота государству. Так, «правление колхоза “Алга” Новомалыклинского района за невыход на работу тракториста С. запретило работать в колхозе всей его семье и решило отобрать у него корма». «Правление колхоза “1-е августа” Майнского района приняло решение, которым обязало членов колхоза продать государству годовалых телят, в противном случае решило взыскивать ежедневно за выпущенного теленка 50 коп.». Были не единичны случаи, когда правления колхозов принимали решения, наносившие прямой ущерб общественному хозяйству. Например, «правление колхоза имени Дзержинского Новоспасского района списало за счет колхоза 375 ц семенного картофеля, испорченного по вине должностных лиц колхоза: агронома, бригадира и др. Решением правления колхоза “Свияга” Кузоватов- ского района от 31 марта 1966 г. был списан за счет колхоза падеж 31 головы поросят, тогда как поросята пали в результате халатного отношения к исполнению служебных обязанностей со стороны свинарок» [4, л. 118].
По мнению представителей Ульяновской областной прокуратуры, многие из указанных нарушений принимались в силу откровенного незнания действующего законодательства. «Наличие такого рода решений объясняется и тем, что некоторые колхозы руководствуются не утвержденными райисполкомами Уставами, а в отдельных колхозах их вообще нет - утеряны. Например, в Барышском районе с 1964 г. не утверждены уставы в колхозах “Луч”, “Пламя революции”, “Труд”, “Новый путь” и “имени 6 Съезда советов”. Утеряны Уставы в колхозах “Путь к коммунизму” и “имени И. Н. Ульянова” Чердаклинского района. В 1965 г. районными прокурорами опротестовано 80 незаконных решений правлений и общих собраний членов колхозов, а за 9 месяцев 1966 г. - уже 91 решение, в том числе по колхозам Радищевского района - 21 решение, Новомалыклинского - 12, Николаевского и Новоспасского - по 10 и Павловского - 8 решений» [4, л. 115].