Адыгейский государственный университет
Отражение национальных особенностей манеры речевого поведения в русской фразеологии
Баранова А.Ю.
Кандидат филологических наук,
доцент кафедры общего языкознания
Архипова И.В.
Кандидат филологических наук,
доцент кафедры русского языка
Аннотация
Выявляются и анализируются фразеологические единицы русского языка, характеризующие манеру общения, с точки зрения отражения в них ментальных особенностей коммуникации. Исследование основано на изучении авторитетных источников и реферируемых периодических изданий, посвященных проблематике межкультурной коммуникации, ментальности и фразеологии. Материалом послужили фразеологические единицы, характеризующие манеру общения, извлеченные методом сплошной выборки из фразеологических словарей русского языка. Анализ семантических признаков, отражающих понятийные и оценочные компоненты, позволяет утверждать, что анализируемые единицы являются эффективным средством при решении коммуникативных задач, отражают национально-культурные ценности русского народа. Полученные данные могут быть успешно применены для теоретического развития когнитивной семантики, а также выявления лингвокультурных характеристик коммуникации в картине мира. Практическая значимость работы состоит в том, что полученные результаты могут быть использованы при чтении спецкурсов по когнитивной лингвистике, в лекционных курсах по лингвокультурологии.
Ключевые слова: Ментальность, коммуникация, национально-культурные особенности, национальная идентичность, фразеологическая единица, гендерная фразеология.
Baranova A.Yu.
Candidate of Philology, Associate Professor, General Linguistics Department, Adyghe State University
Arkhipova I.V.
Candidate of Philology, Associate Professor, Russian Language Department, Adyghe State University
Reflection of national features of speech behavior in Russian phraseology
Abstract
The study identifies and analyzes phraseological units of the Russian language characterizing the manner of communication in terms of reflecting the mental features of communication. The research is based on the study of authoritative sources and refereed periodicals on intercultural communication, mentality and phraseology. The material was represented by phraseological units characterizing the manner of communication. They were extracted by a continuous sampling from phraseological dictionaries of the Russian language. Analysis of semantic features reflecting conceptual and evaluation components makes it possible to assert that the analyzed units are an effective tool in solving communicative problems and in reflecting the national-cultural values of the Russian people. The obtained data can be successfully applied for the theoretical development of cognitive semantics, as well as for the identification of linguistic and cultural characteristics of communication in the picture of the world. The practical significance of the work is that the results can be used in reading special courses in cognitive linguistics and in lecture courses in linguoculturology.
Keywords: Mentality, communication, national-cultural characteristics, national identity, phraseological unit, gender phraseology.
Последние десятилетия в центре внимания лингвистов оказался дискурс. Несмотря на многочисленные работы, посвящённые этому феномену, единой трактовки понятия «дискурс» по-прежнему нет. Но несомненно, что в лингвистическом понимании дискурс - это коммуникация между индивидами. В настоящее время особый интерес вызывает межкультурная коммуникация, изучается ситуация общения между представителями разных культур. Трактуя термин «межкультурная коммуникация», Л.Г.Ковальская ссылается на мнение Р.Сколлон и С.У.Сколлон: «Культуры не разговаривают между собой, разговаривают индивиды. «Китайская культура не может разговаривать с «японской культурой» кроме как через дискурс между индивидом-китайцем и индивидами-японцами». При таком понимании термина «межкультурная коммуникация» в качестве конкретного объекта исследования может выступать речь как индивидов - представителей разных национальных культур, так и представителей одной национальной культуры с разными этническими, возрастными, гендерными, профессиональными и тезаурусными характеристиками» [1: 118].
Теоретические посылки таких исследований тесно связаны с антропологической лингвистикой, так как «каждый язык представляет собой нечто большее, чем простой механизм для обмена идеями и информацией. Человек в большей степени склонен видеть и слышать то, к чему его делает чувствительным грамматическая система его языка» (К.К.Клакхон). Таким образом, человек воспринимает свой родной язык как неотъемлемую часть окружающей его природы вещей и склонен интерпретировать свой опыт в рамках, которые определяет его язык [Там же: 118].
Система языка существует для того, чтобы сделать возможной речевую деятельность, по мнению многих учёных, утверждающих, что правила, по которым функционируют языковые единицы, принадлежат языку, но реализуются в речи. Языковая система предоставляет в распоряжение носителя того или иного языка некоторый набор правил, которыми он может воспользоваться. Понятно, что право выбора того или иного речевого средства остаётся за носителем языка. Этот выбор обусловлен прежде всего типом речевого акта (речевой ситуации).
Таким образом, «речевая деятельность есть активный, целенаправленный, мотивированный, содержательный процесс выдачи и / или приёма сформированной и сформулированной посредством языка мысли (волеизъявления, выражения чувств), направленный на удовлетворение коммуникативно-познавательной потребности человека в процессе общения» [2: 51].
Языковая единица как часть дискурса реализует коммуникативные стратегии адресанта. Следовательно, в центре коммуникативной концепции языка находится человек как субъект речевой деятельности, социального общения, как лицо, воспринимающее и осмысливающее мир.
Коммуникативный аспект изучения языка и речи включает рассмотрение средств и способов актуализации лексики, грамматики и т.д. в различных коммуникативных ситуациях для достижения определённых иллокутивных целей.
Следует отметить, что фразеологические единицы являются одним из основных параметров коммуникативных стратегий. «Человек любого пола, социального статуса слышит и употребляет в разнообразных коммуникативных ситуациях речевого общения фразеологизмы с иллокутивным намерением изменить поведение речевого партнёра, применяя при этом коммуникативные стратегии и тактики» [3: 99].
Ч.У.Моррис эти речевые приёмы реализации фразеологизмов (правда, учёный ссылается на паремии, но принимая во внимание широкую точку зрения на состав фразеологизмов, можно пользоваться этой классификацией применительно к нашему материалу) в речевом общении сводит к трём аспектам семиотики: семантическому, синтаксическому и прагмалингвистическому. Именно семантический аспект выявляет особенности стереотипного отражения окружающей действительности в семантической структуре фразеологических единиц [4: 40].
Национально-культурные особенности речевого общения ярко представлены в корпусе фразеологических единиц русского языка, отражающих менталитет народа. Эти фразеологизмы отличаются высокой степенью распространённости и универсальности, так как активно используются в речевой деятельности и передают особенности общения представителей этноса, а по мнению В.Н. Телии, будучи важнейшими составляющими национальной идентичности, при контакте представителей разных культур эти различия мгновенно высвечиваются и являются маркерами положения партнеров по коммуникации на оси «свой/чужой».
В отражении особенностей русской ментальности значительную роль играют фразеологические единицы, характеризующие манеру речевого общения. Выборка таких языковых единиц из фразеологических словарей русского языка под редакцией А.И. Молоткова и А.Н. Тихонова (около 200 фразеологизмов) позволила сделать вывод, что они ярко демонстрируют речевые национальные особенности русского человека. С точки зрения семантики такие фразеологизмы делят на три группы: со значением осторожности в высказываниях, нежелания вступать в разговор или продолжать его (набрать в рот воды, клещами тащить (вытягивать), давать волю языку, держать язык за зубами, держать язык на привязи, срываться с языка), особенности ведения беседы (язык хорошо подвешен, говорить скороговоркой, остёр на язык, плетение словес, закричать благим матом, разводить вавилоны, разводить антимонии, петь дифирамбы, играть словами), бессмысленность разговора (нести ахинею, бросать на ветер слова, разводить тары-бары, врать с три короба, метать бисер перед свиньями).
Такие фразеологизмы, как язык хорошо подвешен, иметь язык (быть с языком) отмечают красоту и правильность речи; плетение словес - говорить вычурно; язык плохо подвешен, изрыгать (изливать) хулу, поднять хай подчёркивают неумение говорить, осуждают речь, насыщенную руганью. Темп речи, умение говорить быстро или медленно характеризуют фразеологические единицы шамкать губами (ртом), говорить скороговоркой, язык заплетается, каша во рту, говорить под нос или сквозь зубы, закричать благим матом.
Манеру ведения разговора презрительным тоном народ осуждает, о чём свидетельствуют фразеологизмы прошипеть по-змеиному, разевать рот. В то же время позитивное отношение чувствуется во фразеологических единицах, характеризующих людей находчивых, умеющих вести беседу бойко, каламбурить: за словом в карман не лезет, остёр на язык, играть словами.
Негативное отношение заложено в семантике фразеологизмов, характеризующих бессмысленность, неправдивость речи, пустословие: разводить тары-бары (растабары), помозолить язык, нести ахинею (околесицу, галиматью, чушь, ерунду, вздор), а также речь надрывную, иступлённую: надсаживать глотку, закричать благим матом, базарная баба. Такая черта народа, ккк гвво- рить осторожно, находит отражение во фразеологизмах, хотя и не столь часто: держать язык за зубами, держать язык на привязи (ср. антонимичные фразеологизмы: давать волю языку, распускать язык, язык чешется). Осуждается в народе и бессмысленность речи, её нецелесообразность и, конечно, лживость: метать бисер перед свиньями, бросать слова на ветер, высасывать из пальца, наврать с три короба, врёт как сивый мерин.
Трудность в использовании того или иного фразеологизма, характеризующего манеру говорения, заключается в правильном выборе конкретной единицы. Выбор этот, безусловно, определяется тонким разграничением семантики идиом и уместностью их употребления в определенной сложившейся ситуации. Можно, к примеру, вспомнить американского журналиста Майкла Бома, выступающего экспертом на политических шоу, например, Первого канала: «Время покажет», «Право голоса». Майкл очень любит русские пословицы и фразеологизмы. Надо ему отдать должное, употребляет он их иногда удачно, но зачастую не чувствует, что в той или иной ситуации выглядят они нелепо и даже смешно. Рассуждая о духовности русского народа, вспоминает: «Не в деньгах счастье, а в их количестве». Понятно, что вторая часть в этом случае неуместна. Или: «Я думаю, что я не открываю Америку, что уровень жизни и улыбка - это связанные вещи».
Непонимание различий в сфере употребления подобных фразеологизмов говорит о неспособности устанавливать семантическую противоречивость и осуществлять на основе знаний языковой семантики различные операции обыденной логики со стороны адресата. Сюда же относится недостаток общего уровня интеллекта, энциклопедичности, фоновых знаний (что особенно сильно проявляется при наличии интертекстуальности, реминисценций). Чем выше степень интеллекта, тем больше точек пересечения в семантической сети, возникающей при восприятии и понимании смысла произведения и интенций его автора между адресатом и адресантом. Следует также отметить, что разница во внеязыковой компетенции у адресата и адресанта может привести к затруднению понимания фразеологизмов, обладающих национальнокультурной спецификой.
Незнание семантики слов, входящих в состав фразеологических единиц, приводит к непониманию всего выражения в целом. Не являются и исключением и фразеологизмы, отражающие манеру говорить: изрыгать хулу, поднять хай, точить лясы, говорить без обиняков, городить околесицу, нести галиматью.
Коммуникативные намерения говорящего способствуют тому, что иногда фразеологизмы с фиксированной пейоративной оценкой употребляются с противоположной оценочностью: Ах, дядя, язык у тебя без костей! - в досаде воскликнула покрасневшая девушка. Язык у неё, что говорится, без костей, и он часто выручал нас в подобных ситуациях (Н.Задорнов. «Амур-батюшка»). В данном случае одна и та же фразеологическая единица употребляется с разной коннотацией: в первом примере ярко выражена негативная реакция говорящего, а во втором уже чувствуется позитивная оценка.
Во фразеологизмах обычно отмечаются отрицательные стороны человека. В таких случаях демонстрируется или негативное, или ироничное отношение к недостаткам человека. Хорошее всегда ценится, но зачем об этом говорить? А вот на плохое надо обратить внимание, чтобы высмеять с целью избавиться от таких пороков. Не вызывают у русского народа симпатию и одобрение люди легкомысленные, несерьезные, любящие много болтать, говорить глупости и вздор, что находит отражение в таких фразеологизмах, как: переливать из пустого в порожнее, чесать язык, досужие языки, разводить бодягу, сморозить чепуху, трепать языком, язык без костей.
В художественных произведениях мы часто встречаем эти фразеологические единицы. Так, у А. Островского в пьесе «Не было ни гроша, да вдруг алтын»: Вот язык-то у тебя без костей, вот уж без костей; так и болтает, так и болтает. А.П. Чехов «Жених и папенька»: Ходил сюда целое лето, ел, пил, обнадеживал, балясы тут с девчонками от зари до зари точил, и вдруг на тебе, уезжаю!