В последнее десятилетие распространение стало получать понятие общественной (гражданской) экспертизы. Если традиционно экспертиза понимается как оценка специалистами самой проблемы или способов ее решения на основе профессиональных знаний в определенных предметных областях, то содержание понятия общественной экспертизы преимущественно связывается с функциями контроля. Это обстоятельство обусловлено Федеральным законом от 21 июля 2014 г. № 212-
ФЗ «Об основах общественного контроля в Российской Федерации». По указанному федеральному закону общественная экспертиза фактически сводится к субъективному оцениванию объекта экспертизы на предмет удовлетворения тех или иных потребностей без учета аналитической составляющей экспертной деятельности. Но возможность реализации функции общественного контроля экспертиза приобретает лишь потому, что в ее основе лежит оценка конкретных решений. В противном случае она становится лишь видом общественной, а не экспертной деятельности.
В связи с этим, на наш взгляд, необходимо переходить к формату общественно-профессиональной экспертизы. Отталкиваясь от положения о том, что экспертиза -- это не разновидность научно-познавательной, научно-исследовательской деятельности, «а процесс, задачей которого является всестороннее рассмотрение, оценка и систематизация конкретной узкопрофильной информации в целях облегчения принятия ответственных решений уполномоченными на это лицами» [11], сформулируем свое понимание общественно-профессиональной экспертизы. Общественно-профессиональная экспертиза -- комплексное аналитическое рассмотрение и оценка представителями заинтересованных сторон конкретной информации по общественно значимым проблемам в целях повышения обоснованности принятия решений. В зависимости от характера оценок стейкхолдеров можно разбить на шесть групп: независимые эксперты (эксперты исследователи); ответственные должностные лица; должностные лица функционеры; инвесторы; специалисты-практики; конечные потребители (благополучатели) [13]. К числу стейкхолдеров можно отнести большинство из них, но это превышает потребности процесса принятия управленческого решения. Поэтому важным становится вопрос привлечения представителей заинтересованных сторон к каждому принимаемому решению. Одним из вариантов является рандомный (случайный) их отбор по определенным заранее параметрам. В определенном смысле этот подход сопоставим с отбором присяжных из круга дееспособных граждан определенного возраста.
Результатом экспертизы выступает экспертное заключение по результатам оценки проблемы и возможным способам ее решения с учетом возможных негативных последствий, а также прав и интересов заинтересованных сторон. Такое заключение в дальнейшем используется уже в процессе разработки и реализации решений органов власти, их переводе в конкретные постановления, распоряжения, проекты, программы и т. д.
Во-вторых, развитие цифровых и информационно-телекоммуникационных технологий привело к тому, что властные структуры постоянно генерируют, собирают и накапливают большие массивы оцифрованных данных. К таким мероприятиям по сбору данных относятся, например, переписи населения и иные обследования, проводимые государственными статистическими учреждениями; социологические опросы по актуальным проблемам общества; постоянный мониторинг состояния различных систем: окружающей среды, здравоохранения, образования [19]. Вдобавок к этому органы власти работают с информационными потоками при реализации своих управленческих функций -- это сбор обязательных данных о текущей деятельности органов, данные учета и проверок. Согласно Федеральному закону № 149-ФЗ от 27.07.2006 «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», для автоматизации процесса обработки статистической и иной документированной информации, ее хранения и предоставления потребителю создаются государственные информационные системы (ГИС). Источниками информации для этих систем выступают граждане (физические лица), организации, государственные органы, органы местного самоуправления.
В 2018 г. было объявлено о запуске специализированного инструмента по работе с обращениями граждан «Инцидент Менеджмент», разработанного компанией «Медиалогия». С 2019 г. он был внедрен во всех регионах России. Такая система мониторинга и анализа социальных медиа в режиме реального времени позволяла отслеживать информационные поводы и реакцию сетевых сообществ на действия властей в пяти социальных сетях. На сегодня, после официальной блокировки в России Facebook* и Instag ram* * -- соцсети, принадлежащие организациии Meta Рlatforms Inc., деятельность которых признана экстремистской и запрещена на территории России. ** -- 4 марта 2022 г. Роскомнадзор заявил о блокировке «Твиттер» на территории Российской Федерации., падения популярности Twitter**, в основном мониторинг ведется в двух социальных сетях: «ВКонтакте» и «Одноклассники». Система выявляет и распознает негативные сообщения, жалобы, вопросы, отзывы, благодарности, поступающие от пользователей социальных сетей, и направляет их для фактического разбирательства в соответствующие государственные или муниципальные инстанции. Результаты мониторинга попадают к региональному администратору (Центр управления регионом), который сортирует сообщения в зависимости от масштаба проблемы и передает в структурные подразделения администрации региона и администраций муниципалитетов. Представители структурных подразделений должны отвечать на них в социальных сетях. Ответы автоматически приходят и в систему «Инцидент Менеджмент». Все поступившие сообщения и реакция на них статистически обобщаются. Доступ к статистике предоставлен сотрудникам как администраций субъектов РФ, так и Администрации Президента РФ.
В результате всего вышеперечисленного идет накопление огромного количества цифровых данных, что дает возможность их использовать в экспертно-аналитической деятельности. Очевидно, использование больших данных и систем искусственного интеллекта позволит преодолеть недостатки традиционной экспертизы, проводимые специалистами, но это лишает принимаемые решения человекоразмерности и включения в процесс человека-эксперта. На наш взгляд, успех принятия решений по общественно значимым проблемам будет определяться социотехнической конвергенцией, представляемой как объединение возможностей человека и цифровых технологий для более эффективного осуществления экспертно-аналитической деятельности. Это ведет к созданию общего социотехнического сетевого пространства взаимодействия людей с интернет-сервисами, в основе которого лежат цифровые сетевые платформы.
В сложившихся условиях государству необходимо адаптировать под новые реалии процесс экспертной деятельности. Решение подобных задач требует применения специализированных цифровых сервисов для организации работы экспертов в распределенной сетевой среде [1; 3; 17]. Таковыми, по мнению Д. С. Тобина, являются сетевые экспертно-аналитические платформы. Согласившись с их наименованием, считаем, что содержание данного понятия не стоит сводить к возможности «экспертизы программных и инновационных проектов (в том числе междисциплинарных и межведомственных), планируемых к реализации и реализуемых в интересах обеспечения обороны и безопасности страны» [17, с. 233].
Такая платформа предоставляет организаторам общественно-профессиональной экспертизы возможность сформировать реестр представителей заинтересованных сторон, а также выбрать методы анализа проблемной ситуации и принимаемого управленческого решения, организации и проведения экспертизы, анализа экспертных оценок. Кроме того, сетевая экспертно-аналитическая платформа выступает в качестве системы поддержки принятия решений при проведении экспертной оценки общественно значимой проблемы и подготовки и экспертизы вариантов решений.
С помощью такой платформы можно обеспечить возможность автоматизации процессов определения компетенций представителей заинтересованных сторон, рекрутинг представителей заинтересованных сторон для проекта, ведение базы данных экспертов. Платформы могут формировать экспертные пулы из представителей заинтересованных сторон для данной предметной области, используя алгоритмы искусственного интеллекта для анализа профилей экспертов и сопоставления с требованиями к конкретной задаче, формируя оценку релевантности. Основой согласования позиций может стать критическая эвристика проектирования социальных систем В. Ульриха [22]. Данная методика благодаря специально сконструированной анкете позволяет учитывать нормативные ценности и установки «заинтересованных лиц» при проектировании новой или модернизации существующей социальной системы. В терминологии концепции В. Ульриха ответ на каждый вопрос анкеты является «граничным утверждением», что концентрирует внимание отвечающего на отграничении системы от среды, то есть концентрации внимания только на проблеме и факторах, ее определяющих. По мнению В. Ульриха, таким способом лучше проявляется и наиболее ярко подчеркивается расхождение во взглядах различных групп, вовлеченных в исследуемую проблему. Это позволяет на следующем этапе организовать диалог между представителями заинтересованных сторон с двумя типами мышления: практическим (обыденным) и экспертным (системным). Такого рода обсуждения должны обеспечить системную целостность анализируемой проблемной ситуации, всесторонность рассмотрения принимаемого управленческого решения и, самое существенное, сформировать определенный уровень взаимопонимания заинтересованных сторон, без которого воплощение принимаемых решений в жизнь недостижимо.
В этом случае цифровые сетевые платформы объединяют экспертов в конкретной предметной области единым контентом, коммуникациями и аналитико-прогностической деятельностью. Они предоставляют базы данных и базы знаний экспертам, которые ценны со стратегической, аналитической и технологической точек зрения, одновременно предоставляя фактическую базу для обоснования принимаемых решений.
В-третьих, в этих условиях меняется содержание публичного управления. Если попробовать систематизировать предлагаемые в настоящее время концепции публичного управления, то их можно условно расположить в континууме: «умное управление» (smart government) и «участвующее управление» (participatory governance). В основе «умного управления» лежат цифровые технологии, прежде всего технологии анализа больших данных и искусственного интеллекта. В этом случае алгоритмическое управление на основе анализа больших данных позволяет решать оптимизационные задачи управления на оперативном и тактическом уровнях (например, на уровне управления транспортными потоками в городах в рамках «умного города»). Концепция участвующего (партисипативного) управления, напротив, предусматривает процесс вовлечения граждан в обсуждение, разработку и реализацию публичной политики, гражданских инициатив. Партисипативное публичное управление как форма электронной демократии является «ответом на потребность управляемости, возникающей в условиях дифференциации интересов и роста конфликтности в обществе» [15]. На наш взгляд, публичное управление в цифровом обществе следует организовывать как умное конфигурирование (smart configuring), использующее системы искусственного интеллекта для организации оптимизационных моделей разработки вариантов общественно значимых управленческих решений с учетом консолидации интересов и участия всех стейкхолдеров. Отметим, что аналогичную идею высказывал Ю. П. Князев, который отмечает, что для проведения оценки эффективности деятельности государственных служащих необходимо создание сетевых платформ, «основанных на специальных алгоритмах системы поиска экспертов, позволяющих хранить базы экспертов, предлагающих социально-сетевые инструменты экспертной оценки, а также программы анализа экспертного знания» [10].
Одним из центральных элементов такой системы станет умное конфигурирование стейкхолдеров общественно-профессиональной экспертно-аналитической деятельности. Объектом конфигурирования служит система взаимодействия между основными заинтересованными сторонами (в виде определенной релятивной сети). В общем случае «под релятивной сетью следует понимать сеть отношений, определяющуюся взаимодействием акторов публичного пространства в рамках конкретного вида совместной деятельности» [7], а в данном конкретном случае это сеть отношений стейкхолдеров в рамках экспертной деятельности. Реализация конфигурирования релятивных сетей базируется на включении как экспертов, так и других представителей заинтересованных сторон в систему коммуникаций, способствующей решению общественно значимых проблем. Главная идея конфигурирования релятивных сетей представителей заинтересованных сторон -- это создание их позитивной взаимозависимости. А поскольку представители государственных структур находятся внутри определенной релятивной сети представителей заинтересованных сторон в качестве участника совместного поиска решений общественно значимых проблем, то в процессе коллективного рассмотрения проблем он может аргументировать свою позицию исходя из имеющихся ресурсных ограничений и общих перспектив социально-экономического развития.
Заключение
Экспертно-аналитическая деятельность является одним из наиболее эффективных инструментов увеличения объективности и обоснованности принимаемых управленческих решений при решении органами власти общественно значимых проблем. Повышение обоснованности принятия решений по общественно значимым проблемам достигается через общественно-профессиональную экспертизу -- комплексное аналитическое рассмотрение и оценку представителями заинтересованных сторон конкретной информации по проблемной ситуации. Объединение стейкхолдеров не существует в физическом пространстве, а создается и функционирует на определенных интернет-ресурсах. В данном случае сетевая экспертно-аналитическая платформа выступает центром консолидации и самоорганизации стейкхолдеров, ориентированных на решение общественно значимых проблем. Осуществление умного конфигурирования процесса коммуникации позволяет дать толчок для диалога и сотрудничества между основными заинтересованными сторонами. Для этого необходимо создание умного приложения (интеллектуального конфигуратора релятивной сети). В этом случае экспертно-аналитическая деятельность будет востребована государством.
Литература
1. Армашова-Тельник Г. С. Проблематика принятия управленческих решений в условиях цифровизации экономики России // Инновационная наука. 2020. № 4. С. 96-100.
2. Бабинцев В. П., Надуткина И. Э., Сапрыка В. А. Экспертное сообщество как субъект гражданского участия в регионе // Власть. 2015. Т. 22. № 7. С. 5-9.
3. Богомолов А. В., Климов Р. С. Автоматизация обработки информации при проведении коллективных сетевых экспертиз // Автоматизация. Современные технологии. 2017. Т. 71. № 11. С. 509-512.
4. Василенко Л. А., Зотов В. В., Захарова С. А. Использование потенциала социальных медиа в становлении участвующего управления // Вестник Российского университета дружбы народов. Сер.: Социология. 2020. Т. 20. № 4. С. 864-876. DOI: 10.22363/2313-2272-202020-4-864-876.
5. Василенко Л. А., Вронская М. И. Взаимодействие органов государственной власти и местного самоуправления с институтами гражданского общества. М.: ООО «Проспект», 2010. 290 с.
6. Долженко Р. А., Долженко С. Б. Профессиональные экспертные сообщества и их роль в решении социально-экономических задач // Вестник Омского университета. Сер.: Экономика. 2019. Т. 17, № 3. С. 77-87. DOI: 10.25513/1812-3988.2019.17(3).78-87.
7. Зотов В. В. Конфигурирование как процесс управления капитализацией социально-сетевого пространства // Коммуникология. 2019. Т. 7. № 4. С. 15-31. DOI: 10.21453/23113065-2019-7-4-15-31.