506
Российское общество являет собой непрерывно устремленное к мо- ральному воспитанию и критике аморализма общество, которое не за- бывает об институционных основаниях морали. В период ельцинского правления призывали к
согласию. При его выборе на второй срок пугали гражданской войной, если его не изберут, и внушали идею о граждан- ском мире, который сохранится только благодаря избранию Ельцина.
Слово «
толерантность» было тогда предложено в качестве панацеи от всех бед. Постепенно его значение превратилось в свою противополож- ность — в отсутствие собственного идеала, собственной позиции, в пас- сивное применение всего, в том числе и всего аморального. Все «…гу- манные» компоненты морального строительства в российском капита- лизме проваливаются и переворачиваются так, что внешне выглядят моральными, а в действительности принимают криминально-корруп- ционную формулу «давайте договоримся».
Что же может стать основой капиталистической этики самых много- образных групп? Что может стать в их коммуникации как автономной
(бескорыстной) основой этики, так и гетерономной частью (обеспечи- вающей успех деятельности, повышение благосостояния, успех в соци- альной и производственной сфере)?
На наш взгляд, основная формула коммуникативной этики такого рода состоит в признании легитимности рационально осознанных и не противоречащих закону интересов различных социальных групп. Как же объединить эти противоречивые интересы? Как мы видели, мир, согласие, толерантность и прочие идеальные конструкты не могли это- го сделать. Практическим осуществлением признания легитимности интересов различных социальных групп является компромисс, т.е. спо- собность этих групп жертвовать частью своих интересов ради проведе- ния в жизнь оставшейся части. Только так, в институциональном закреп- лении компромисса посредством демократических институтов, либо волей и посредством государства там, где еще нет демократии или она незрелая, компромисс может быть достигнут, а вместе с ним и мир, и согласие, и толерантность, но никак не результат их действия. В этих условиях очевидно, что роль государства как держателя социального контракта возрастает. В переходных экономиках роль государства как держателя и гаранта социального контракта не только исключительна важна, но и должна возрастать вопреки неолиберальным идеям. Ин сти- тут доверия в обществе, который просто необходим для эффективно дей- ствующей экономики, не может быть на первых порах сформирован без активного участия государства. Моральные же итоги такой ин сти ту цио- нализации коммуникативной этики — уважение к другому и выдвиже- ние на передний план этики справедливости и этики ответственности.
507
Глава 11. Второе дыхание
Вестфальской системы национальных государств
Третьей современности
Как известно, центр индустриального развития переместился сегодня в
Азию. Здесь имеются капиталистические (Южная Корея, Индия, Ин- донезия) и социалистические стаовящиеся индустриальными общества
(Китай, Вьетнам), осваивающие индустриальное производство и стре- мящиеся к частичному овладению постиндустриальными технологиями.
В Латинской Америке также наблюдается рост экономики. Бразилия вырастает в мирового конкурента среди индустриальных капиталисти- ческих стран. В это же время Запад перешел к постиндустриальному информационному развитию. Ведущую роль здесь играет «экономика знания», и общество превращается в так называемое «общество знания».
Индустриальный сектор на Западе сократился или переместился в Азию.
Посткоммунистические страны в ходе социально-политических преоб- разований разрушили свое индустриальное производство без обретения постиндустриального и сегодня усиленно пытаются восстановить его в рамках капиталистического хозяйствования, а также произвести сдвиг в сторону новых постиндустриальных технологий.
Капитализм на Западе получил ускоренное развитие в XIX веке в свя- зи с начавшимся ростом национализмов, обеспечивающих, по хрестома- тийным ныне словам Э. Геллнера, принцип совпадения политической, эко номической и национальной общности. Хотя Вест фальская система на циональных государств сложилась в XVII веке, в них не вызрели нации как сообщества людей, связанные не только территориальной, культур- ной, социальной, политической, но и экономической общностью. Фран- цуз ская буржуазная революция продолжила формиро вание наций на политической основе, после нее еще долго «в Западной Европе государст- ва создавали нации, а в Восточной Европе нации создавали государства»
1 1
Marody M., Mandes S. On Function of Religion in Molding the National Identi- ty of Poles // International Journal of Sociology.
2005–2006. V. 35. № 4. P. 51.
508
Третья великая трансформация: новая глобализация (
1989 — настоящее время)
Государства создавали нации на основе прежних сложившихся идентич- ностей, но нередко и формируя их. В Восточной Европе этносы, осознав- шие свою идентичность как национальную, стремились к созданию госу- дарств. С образованием буржуазных наций в Европе, т.е. экономически интегрированных сообществ, строящихся на прежних или новых куль- турных и политических предпосылках, процесс расширения местных рынков до общенациональных завершился мировым распространением, называемым первой глобализацией — с
1885 года вплоть до Первой ми- ро вой войны. Эта глобализация характеризовалась свободной торговлей, обменом товаром, идеями и людьми, пока война и системные оппозиции национализма, коммунизма и фашизма не оборвали этот процесс, воз- обновившийся лишь в конце XX века.
Уже в период первой глобализации передовые нации, заинтересо- ванные в распространении капитализма, столкнулись с отставшими нациями, нуждавшимися для своего развития в протекционизме и со- ставившими
«второй эшелон развития», в который входила и Россия.
Сегодня он сменяется
«третьим эшелоном» выходящих вперед новых стран, куда Россия снова входит после посткоммунистической револю- ции вместе с другими странами прежней коммунистической системы и новыми капиталистическими и индустриальными странами Азии и Ла- тинской Америки.
Рассмотреть, какую роль в развития этих стран играют национализм и формирование наций —
уравнение с двумя неизвестными — капита-
лизмом и национализмом, ибо в отношении них имеется много тракто-
вок. Одни считают, что капитализм начинается в средневековых городах
Северной Италии, затухая впоследствии. Другие исчисляют его с XVI века, и среди них К. Маркс, М. Вебер, Ф. Бродель. Для третьих он начина- ется с промышленной революции XIX века. И, наконец, есть те, кто зре- лой фазой капитализма предпочитает видеть вторую половину ХIX века с ее бурным процессом образования наций, объединения Италии, раз- витием национального самосознания в Германии. Авторитет Геллнера, одного из крупнейших исследователей роли национализма в развитии капитализма, делает более принятой ту точку зрения, что капитализм датируется с индустриальной революции, включившей в его развитие национализм и образование буржуазных наций, т.е сообществ, вовле- ченных не только в этнокультурную, политическую, но и экономическую интеграцию
1
Обратимся к проблеме образования наций и роли национальных государств в связи с капиталистическим и индустриальным развитием
1
Gellner E. Nation and Nationalism. Oxford.
1964.
509
Глава 11. Второе дыхание Вестфальской системы
национальных государств Третьей современности
стран «третьего эшелона» в настоящее время. Этот вопрос особенно важен в связи с глобализацией экономики и начавшимся самоутверж- дением этих стран, не бывших прежде и не являющихся а сегодня чем- пионами мирового развития.
а) Политика как третья целерациональная система капитализма
Нами уже было показано, что на этапе Первой великой трансформации, образовавшей Первую либеральную современность, была сформирова- на первая целерациональная система капитализма — экономика, пере- делавшая западное общество, а не только его хозяйственную жизнь, в капиталистическое. На этапе Второй великой трансформации, форми- рующем Вторую организованную современность, капитализм выделил вторую целерациональную систему — технику и организационные сред- ства. На этапе Третьей великой трансформации, преодолев неолибера- лизм ее начальной фазы и выдвинув национально-государственную си- стему на передний план, капитализм сформировал третью целерацио- нальную систему политики.
Принципиально новые задачи, которые вынуждено было решать государство, вели к его более активной роли в формировании социаль- ной, культурной областей и сферы социального познания. Распро стра- нение активно-преобразовательной парадигмы, вызревшей в недрах науки на объекты принципиально иной природы — социальные и куль- турные — привело, в конечном итоге, к «онаучиванию» государственной деятельности. Технократический подход к управлению потребовал при- влечения массы экспертов и уже больше не может обходиться без них.
Рациональность техники повсеместно проникла в управление социаль- ными процессами и в управление массовым сознанием.
Политическая система индустриальных стран, которая включает деятельность различных структур государственно-бюрократического аппарата, преобразовалась в третью систему целерационального дей- ствия, важнейшие функции которой состоят в организации взаимодей- ствия социальной и экономической сфер, а также в перераспределении материальных благ. При классическом капитализме производство ма- териальных благ и, главное, механизм их распределения были преиму- щественно экономическими, в отличие от аграрных обществ, для кото- рых характерен политический принцип распределения. В докапитали- стических обществах власть и статус определяли отношение собствен- ности, они значили несоизмеримо больше, чем отношение к средствам производства.
При капитализме источником собственности объявляется труд и, со- ответственно, отношения к средствам производства, зафиксированные
510
Третья великая трансформация: новая глобализация (
1989 — настоящее время)
в контрактах, формируют механизм распределения общественных благ.
Однако массовое вытеснение производящего человека и специалиста в непроизводственные сферы приводило на практике к необходимости го- сударственного вмешательства теперь уже непосредственно в механизм распределения материальных благ. Проблема «
20:80», состоящая в том, что высокотехнологичному и информационному производству в перспек- тиве нужно только
20% образованного населения, а в остальных 80% населения оно не нуждается, потребовала вмешательства государства для ее решения, что на практике привело к стимулированию государст- вом частного бизнеса, создающего рабочие места. Конкуренция за разме- щение производств между государствами, в которой победитель получал в качестве приза новые рабочие места, приобрела широкий масштаб.
В ситуации «распараллеливания» социальной и производственной сферы роль государств Запада постиндустриального периода все четче и четче обнаруживала себя в деятельности, направленной на предотвра- щение системных угроз.
Общество риска — такой приговор вынесла социология западному обществу конца XX — начала XXI века. В идейном плане место либераль- ной «идеологии свободного обмена занимает программатика возмеще- ния убытков, которая ориентируется на социальные последствия не института рынка, но государственной деятельности, компенсирующей дисфункции процесса свободного обмена. Она соединяет момент буржу- азной идеологии успеха… с гарантией минимума основных благ, пер- спективой сохранения рабочего места и стабильностью доходов», — от- мечает немецкий исследователь Ю. Хабермас
1
Мы показали последовательное доминирование над обществом за- падных стран экономики, а затем техники и, наконец, третьей целера- циональной системы — государства. Система политики возвысилась над экономикой, техникой и обществом.
Но сегодня перед государством стоит задача восстановить ценностно- рациональный мир и, возможно, государство является единственным институтом, которому по силам соединить ценностно-рациональные и целерациональные сферы общественной жизни. Государство, будучи зависимым от экономики, обеспечивая ее функционирование прямым или косвенным образом, и от развития мира техники и технократии само испытало на себе их «рационализирующее» воздействие.
Принципиально новые задачи, которые вынуждено было решать государство, вели к его более активной роли в формировании социаль- ной, культурной областей и сферы социального познания. Рас про стра-
1
Хабермас Ю. Техника и наука как «идеология». М.,
2007. С. 84.
511
1 ... 55 56 57 58 59 60 61 62 ... 69