Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова
Московская школа социальной организации
А.И. Кравченко
В статье рассматривается Московская социологическая школа, которая существовала в 1960-- 1970-е гг. и объединяла вокруг главного проекта «Социальная организация» талантливых московских социологов и философов. Под руководством Н.И. Лапина они совершили методологический прорыв, который не был правильно понят в те годы и не оценен по достоинству сегодня. Понятие «трудовой коллектив», при помощи которого подавляющее большинство советских ученых описывало персонал промышленного предприятия или рабочую бригаду, несло в себе огромный идеологический потенциал и было политически ангажированным. С его помощью не столько объясняли получаемые эмпирические данные, сколько демонстрировали высокую социалистическую мораль трудящихся и сплоченность вокруг руководящей роли партийной ячейки. Созданный в 1968 г. сектор изучения трудовых коллективов через год был преобразован в отдел, сотрудники которого следили за всеми новинками мировой науки. Именно благодаря основательному знакомству с ее достижениями понятие «трудовой коллектив» постепенно эволюционировало в более плодотворное и открывающее новые перспективы понятие «социальная организация» предприятия. Такой методологический ход позволил использовать модный в те годы системный подход, опереться на разработки западной социологии, прежде всего, структурно-функциональный анализ, и мотивационные модели социального взаимодействия, созданные в рамках менеджмента. Всего за пять лет участники проекта провели 28 эмпирических исследований на 100 объектах. Общее число респондентов -- около 25 тысяч. Список публикаций сотрудников проекта включает 35 монографий, 10 проблемнотематических сборников и более 50 статей. А всего на счету участников проекта свыше 600 публикаций. Коллектив ученых был распущен по политическим мотивам.
Ключевые слова: социальная организация; научная школа; управление; социология; трудовой коллектив; экологические факторы; человеческий потенциал; социотехническая система
MOSCOW SCHOOL OF SOCIAL ORGANIZATION
A.I. Kravchenko
Lomonosov Moscow State University
GSP-2, Leninskie Gory, Moscow, 119992, Russia
The article considers Moscow Sociological School of the 1960s -- 1970s, which originated on the basis of the research project “Social Organization” developed by talented Moscow sociologists and philosophers. Under the leadership of N.I. Lapin, they made a methodological breakthrough that was not correctly understood at that time and is still underestimated. The concept “labor collective” used by the overwhelming majority of Soviet scientists to describe personnel of an industrial enterprise or a working team had a huge ideological potential and was politically engaged. This concept helped not to explain the empirical data, but rather to demonstrate the high socialist morality of the working class and its solidarity with the leading party cell. The sector for the study of labor collectives was established in 1968, and in 1969 it was transformed into a department focusing on the world science achievements. Due to the thorough study of such innovations, the concept “labor collective” gradually evolved into a more fruitful and promising concept “social organization”. Such a methodological move allowed to use the system approach that was popular at that period, to rely on the findings of Western sociology, mainly on the structural-functional analysis, and on the motivational models of social interaction developed in management. In just five years, participants of the project conducted 28 empirical studies of 100 objects. The total number of respondents was about 25 thousand. The list of publications of the project participants consists of 35 monographs, 10 thematic collections and more than 50 articles (more than 600 publications in total). The team of scientists was dismissed for political reasons.
Key words: social organization; scientific school; management; sociology; labor collective; environmental factors; human potential; socio-technical system
Наряду с Ленинградской и Новосибирской школами Московская социологическая школа была в 1960--1970-е гг. самой многочисленной и плодотворной. Конечно, существовали и другие, региональные научные школы, в том числе таллиннская (социология профессий), одесская (мотивация труда), минская (культура труда), уральская (рабочий класс). Но Московская школа социальной организации, сформировавшаяся на исходе хрущевской оттепели (1968) и погибшая в начале брежневского застоя (1973), занимает особое место.
Объединительной почвой для формирования научной школы послужила работа социологов над грандиозным проектом «Социальная организация промышленного предприятия: соотношение планируемых и не планируемых (спонтанных) факторов социальных процессов» (СО), проходившая в четыре этапа:
С июля 1968 г. по февраль 1969 г.: подготовлена и утверждена дирекцией Института конкретных социальных исследований (ИКСИ) предварительная программа проекта.
С марта 1969 г. по март 1971 г.: выполнен полный вариант проекта, а основные идеи специальных программ проекта доложены и обсуждены на Всесоюзном рабочем совещании, в котором приняли участие 110 человек, представлявших 28 научных организаций из 11 городов страны.
С апреля 1971 г. по апрель 1972 г.: с учетом замечаний, высказанных на рабочем совещании, доработана теоретическая часть программы, подготовлено значительное число методик, многие из которых апробированы в пилотажных исследованиях на ряде предприятий страны.
С мая 1972 г. по июнь 1973 г.: безуспешные попытки спасти проект от разгрома новой дирекции ИКСИ. В июне 1973 г. проект формально перестал существовать [1. С. 34--35].
За кратким взлетом и падением московской школы стоит драма не только отдельного коллектива ученых, но и отечественной социологии в целом, оказавшейся не в состоянии протестовать против власти, бороться с всесильным ЦК КПСС, беспомощность советской интеллигенции, успевшей расправить крылья в краткий период политической свободы, но не научившейся ими пользоваться. В 1968 г. после долгих мытарств и скитаний по коридорам Кремля удалось учредить ИКСИ, набрать плеяду молодых и очень одаренных ученых буквально со всех концов страны, выслушать и обсудить их амбициозные научные проекты, а в 1972 г., когда к руководству ИКСИ пришел новый директор, ставленник ЦК КПСС, лучших сотрудников разогнали, проекты приостановили, а социологическую мысль загнали в подполье.
Только спустя 30 лет из этого самого подполья извлекли секретные материалы (и это не гипербола: именно под грифом «секретно» первый вариант проекта был издан мизерным тиражом при советской власти) и опубликовали в книге «Социальная организация промышленного предприятия» (2004) [1]. Ныне уже можно говорить, что она значит для российской науки ничуть не меньше, чем знаменитая книга ленинградцев «Человек и его работа» (1967).
С возникновением ИКСИ (1968) был создан сектор изучения трудовых коллективов (12 человек), который в 1969 г. был преобразован в отдел (25 человек). Отделом первое время руководил Г.В. Осипов, затем -- Н.И. Лапин. Он и стал вдохновителем, а затем руководителем проекта СО. Вспоминая о том периоде,
Н.И. Лапин писал «...как видение предмета исследования эволюционировало от понятия трудовой коллектив к понятию социальная организация предприятия. Первое было традиционным для советского обществоведения, и я от него не отказывался. Но второе оказалось теоретически более богатым и методологически более продуктивным. Оно позволяло, используя системный подход, вобрать также и новейшие проблемы, которые разрабатывались западной социологией, прежде всего на основе структурно-функционального анализа» [1. С. 10--11].
Действительно, увлечение системным подходом в те годы было чуть ли не поголовной модой. Им «переболели» все -- социологи, экономисты, психологи, философы, математики, физики и др. Как и положено модному увлечению, оно пришло с Запада, но очень быстро ему нашли «правильные» истоки -- некоторые высказывания К. Маркса из учения о диалектической логике и «Тектологию» А.А. Богданова. Без этого легализовать новое теоретическое поветрие в обществознании той поры было невозможно -- за всеми процессами бдительно следила идеологическая цензура. Разработчики проекта с гордостью заявляли: «Новизна состояла в том, что в качестве гносеологической модели было взято представление из кибернетики о производстве как об управляемом процессе, у которого есть входы, выходы, цели и обратная связь. На входе производственного процесса, который был тогда и остается сейчас кибернетическим «черным ящиком», две разные по своей природе переменные: промышленный и социальный потенциал, т.е. хорошо спланированная и организованная материально-техническая база и склонные к спонтанности люди, работники разной квалификации, жизненного и производственного опыта, с разными интересами и ценностными ориентациями, определенным образом организованные» [1. С. 79]. Никогда раньше и никогда позже отечественные социологи уже не злоупотребляли кибернетической терминологией и системными метафорами.
Смена названия -- с трудового коллектива на социальную организацию -- весьма примечательное событие. На мой взгляд, дело вовсе не в том, что, как пишет Н.И. Лапин, второе понятие оказалось «теоретически более богатым и методологически более продуктивным». Социальная организация -- понятие ничуть не богаче, ни теоретически, ни методологически, чем понятие «трудовой коллектив». Но оно, во-первых, в идеологическом и ценностном смысле более нейтральное, во-вторых, принятое в мировой социологии, а потому позволяющее использовать в научном поиске накопленный за рубежом опыт, в-третьих, оно более понятно зарубежным социологам, а потому годится как средство научной коммуникации в отличие от весьма специфического марксистского термина «трудовой коллектив». Наконец, от него меньше «отдает нафталином», если можно так выразиться. Идейный пафос трудового коллектива восходит к положениям французского утопического социализма, возникшего 200 лет назад.
Советские социологи-шестидесятники, в массе своей более продвинутые и прогрессивно мыслящие, нежели их коллеги-философы, активно стремились к международным контактам и интеграции в мировое сообщество. Откровенно признаться в этом они тогда не могли, но мысли и идеи они высказывали очень близкие к тому, о чем говорили и писали, скажем, Т. Парсонс и М. Крозье (с которыми Н.И. Лапин лично встречался). Приходилось выражаться эзоповым языком, о чем впоследствии в своих воспоминаниях оговаривались практически все корифеи нашей социологии. Социальная организация -- понятие из этого ряда. Как теперь оказалось, прием был выбран правильный и своевременный. Кто ныне читает книги о трудовом коллективе? Практически никто. А книги о социальной организации и социологии организаций? Фактически все, включая и самое молодое поколение. Вот почему в своих воспоминаниях о проекте СО Н.И. Лапин,А.В. Тихонов, В.Н. Шаленко, А.И. Пригожин справедливо утверждают, что ими была открыта новая страница в отечественной социологии -- социология организаций, социология управления (названия разные -- суть одна).
Правда, с течением времени содержательный и исторический контекст употребления термина «социальная организация» сильно изменился. Ныне он почти всегда связывается с менеджментом и социологией организаций. В 1970-е гг. никакого менеджмента в СССР не существовало: было народно-хозяйственное управление, а идеологию менеджеризма полагалось критиковать. И по делу, ведь управление отражает плановую экономику, а менеджмент -- рыночную, т.е. капиталистическую. Да и идейная база у менеджеризма «гнилая» -- чуждая советскому строю буржуазная идеология. Хотя в публикации 2005 г. авторы знаменитого проекта утверждают, что он являлся первой страничкой новой дисциплины -- социологии управления, относиться к этому, на мой взгляд, необходимо с определенными историческими уточнениями.
Никакой социологии управления или менеджмента под социальной организацией, как ее тогда понимали, не скрывается. Что сегодня изучает социология управления или менеджмента? Вот круг проблем: управленческое консультирование, кадровый аудит, управление персоналом, структура организации, планирования персонала и построения должностной карьеры, виды и распределение должностных полномочий, делегирование полномочий, регламентация должностных прав и обязанностей, пути рационализации должностной структуры, долгосрочный и краткосрочный планы работы с персоналом, анализ и формирование организационной структуры, ее оптимизация, оценка эффективности организационного строительства, эффективность процесса построения организационной структуры, организационная культура, мотивация поведения и потребности, миссия организации, процесс принятия решений, адаптация персонала и др. Социальная организация наполовину, а то и на треть своих замыслов примыкала к современному управлению. Большей же своей частью она оставалась в области традиционной социологии труда, хотя разработчики проекта СО говорили о коммуникации и управленческих решениях, социальных инновациях и культуре промышленного предприятия. И тогда, и ныне объектом социологии управления выступал и «выступает некоторый регулятивный механизм в жизни общества, который не сводится ни к проявлению власти, ни к спонтанной самоорганизации членов общества. Управление -- это цивилизационное изобретение...» [1. С. 69].
Подготовительная работа по проекту «Социальная организация промышленного предприятия» началась вскоре после создания ИКСИ -- уже в июле 1968 г. состоялись несколько «мозговых атак» на квартире и на даче Г.В. Осипова. У истоков проекта на первом этапе стояли: Г.В. Осипов (руководитель), Н.И. Лапин (заместитель руководителя), М.И. Бобнева, В.Г. Васильев, В.В. Колбановский, Н.Ф. Наумова. Затем в авторский совет проекта вошли: Б.З. Кононюк, Э.М. Кор- жева, В.Б. Ольшанский, А.И. Пригожин, О.И. Шкаратан; В.Г.Васильев отошел от коллектива, организовав собственный проект по проблемам молодежи. Впоследствии совет проекта стал более компактным: Н.И. Лапин (руководитель), В.В. Кол- бановский, Н.Ф. Наумова, А.И. Пригожин, которых дополняли авторы и разработчики шести специальных программ [1. С. 12]. Такой коллектив мог решать очень масштабные задачи. Впрочем, так они и были сформулированы. Ученым предстояло выявить, ни много ни мало, соотношение факторов стабилизации и факторов изменения социальной организации промышленного предприятия. Под стать им были и гипотезы: 1) социальная организация предприятия достаточно устойчива и плохо поддается изменениям; 2) ее изменения возможны лишь как комплексные; 3) растут требования к самостоятельности действий работников и их групп, но условия их действий остаются прежними; 4) требуется сознательное и энергичное создание новых условий.