Материал: Лингвистика и межкультурная коммуникация. Аспекты изучения художественного текста, лингвокультурология, межкультурная коммуникация, концептология. Проскурин Д.К., Рудаков О.Б

Лингвистика и межкультурная коммуникация Выпуск №4(23), 2016

Сумарокова, раскрывающим себя на языке мифа и – реже – аллегории. Не упуская из виду эту принципиально значимую особенность сумароковского одического слова [См., например, утверждение М.Л. Гаспарова: «…тропы, то есть слова в несобственном значении, у Ломоносова возникают в 90 % строк, а у Сумарокова в 50 %» [2, с. 238]. – Е.А., О.А.], сосредоточим внимание на тех элементах поэтической системы его торжественных од, которые либо все-таки сохраняют метафорический характер [Мы имеем в виду, что генеральная для художественного мира Сумарокова тенденция к аллегоризации предполагает более высокую степень абстрагирования художественного языка, нежели та, на которой существует и действует метафора. – Е.А., О.А.], либо обнаруживают зависимость от метафорических моделей, задаваемых на естественном или риторическом уровне его художественного языка в целом. Таким образом, нас интересует зачастую скрытый от авторского сознания, неотрефлексированный уровень поэтического мышления, те когнитивные модели, которые стоят за аллегорическими декорациями, либо поддерживая их, либо незаметно для художника их разрушая.

Одический космос Сумарокова выстроен по вертикали. Движение в этом пространстве – закономерно для торжественной оды – направлено снизу вверх и сверху вниз. Герои од Сумарокова, в соответствии с риторикой торжественной оды, взлетают,

возносятся, восходят, взирают вверх: «Мой дух и сердце возлетают / Туда, где музы обитают… [4, с. 18], «А мы, быв адом поглощенны,/ В жилищи райски восхищенны…»

[4, с. 69], «Взлети со мной на Геликон…» [4, с. 22], а также нисходят, ниспадают, падают, тонут, утекают, роняют/бросают какие-то предметы, взирают вниз: «Нисходит Ис-

тина святая…» [4, с. 51], «Тритоны в океане тонут…» [4, с. 41], «Злодейство в про-

пасть утекает…» [4, с. 51]. При этом Сумароков не описывает движение в его деталях, а лишь фиксирует его посредством называния. Движения по вертикали, организующей мир торжественной оды, у Сумарокова не происходит.

Столь же умозрительно и само пространство сумароковских од, маркированное не столько конкретными физическими, сколько аллегорическими или мифологическими образами, четко распределенными между мифологическим низом (как правило, это ад, представленный фуриями, драконами, гидрами, Тартаром, Стиксом, Тифоном, Плутоном, Тифеем, аллегорической фигурой Неправды и т.п.) и мифологизированным физическим верхом (это эфир, небесная область, соотнесенная с Всевышним и, как правило, занятая императорами [и в первую очередь – Петром Первым, который напрямую называется «Божеством» и «Богом». – Е.А., О.А.]). Появление каждого персонажа подготовлено и оформлено в соответствии с театральной культурой сумароковского времени: в центре и вверху находятся положительные персонажи (Петр I в облаках, Екатерина II – на троне или так же в облаках, богиня Паллада открывает императрице Екатерине двери в храм мудрости), внизу же, потрясенные и трепещущие, пребывают персонажи отрицательные.

Независимо от того, описывает ли Сумароков пространство рая, ада или земли, он не создает их образ, а лишь перечисляет их «составляющие»: он прилежно называет горы, леса, моря, отдавая предпочтение не столько конкретным географическим реалиям, сколько самим номинативам «понт», «гора» («горы»), «луг», «долины» и т.д. В этом перечислительном ряду особое место занимают реки. Зачастую описываемые как «ис-

точники» и «струи»: «Источник гору украшает, / Места приятны орошает / И в чистые бежит луга: / По мелким камышкам катится / В зеленых муравах крушится / И бьет, играя, в берега» [4, с. 19], «Прозрачные струи катятся / В долы, с высоких гор журча, / По мелким камушкам крутятся, / Зелены муравы моча…» [4, с. 70], «Струи

96

Научный вестник Воронежского государственного архитектурно-строительного университета

крутясь, играя плещут» [4, с. 87], реки в поэтическом мире Сумарокова наиболее индивидуализированы. Связанные с аллегорико-мифологическим планом (так, реки являются атрибутами райских адских областей; Эдемским рекам (Эвфрату, Тигру) уподобляется Нева как имперская река), реки не теряют своей физической природы в глазах поэта. Так, Сумароков может описать реку, и описание направлено на выражение чувственно-конкретных особенностей различных водных источников (к примеру, Сумароков отмечает «быстрый» ток Невы, температуру и звучание воды: «Не шумите,

льдисты воды…» [4, с. 3], «Ревет великий океан…» [4, с. 27], удары волны о камни: «Близ пещер вода играет…» [4, с. 5], размеры волны: «Вижу на валах высоких / Нового Нептуна я. [4, с. 7], движение водных потоков, или, как поэт их называет, «источников» и «струй» и т.д.

Космос Сумарокова существует в перспективе, заданной эсхатологическим мифом. И в его одах 1760 – 1770-х годов особое значение приобретает контраст золотого века и конца света. Век Екатерины осознается как век золотой, екатерининская Россия осознается как Эдем, правление Екатерины уподобляется правлению Августа: «Вос-

станет истина из гроба / И возвратится райский век…» [4, 63], «Нисходит истина святая…» [4, с. 51], «Погибла горесть и унылость…» [4, с. 38], «Цветет приятность райска крина, / Взошла на трон Екатерина» [4, с. 98].

Традиционный для одического мира мотив торжества России у Сумарокова сопряжен с апелляцией к эсхатологическому мифу и атрибутирован преимущественно глаголами, описывающими движение вниз в отверстый ад: «Так ужасно будет время /

Смертным в грозный судный день, / В час, когда несчастно племя / В преисподню снидет тень, / Ад разверст и бездна жаждет, / Враг российска трона страждет… [4, с. 6]. Как видим, Сумароков разворачивает действие торжественной оды в условном мире идей, совмещая физические атрибуты с готовыми – аллегорическими и мифологическими – образами. Однако если мы обратимся к материалу, использованному при создании этих аллегорий – своеобразному каркасу этой великолепной декорации – мы сможем предположить существование чувственного опыта, не отрефлексированного автором (и, возможно, поэтому обеспечивающего ее художественную убедительность), «вдыхающего жизнь» в этот грандиозный космический конструкт. В первую очередь мы имеем в виду метафорический план движения и действия. Переходы между зонами одического космоса (преисподняя – земля – небо), равно как и их взаимодействие описываются чувственно-конкретным метафорическим языком. Особенно выразительным чувственно-конкретный план становится при описании угрозы – в момент, когда конструкция мироздания рискует потерять устойчивость: «Земля трепещет и багреет, /

Весь воздух превратился в дым, / мглой подсолнечную кроет, / Колеблется, ревет и воет, / И блещуш молнии под ним. / Азовские валятся стены, /Горит Очаков, Крым дрожит…» [4, с. 67]; «Трепещут горы, лес и понт…» [4, с. 93], «Трепещет море, небо тмится / Земля колеблется, дрожит…» [4, с. 116] или «Земля под их ногами ноет:/ Не зрят ни солнца, ни небес: /Трепещут горы, стонет лес…» [4, с. 103]

Характерно, что трепет земных пространств (гор, леса, понта, моря) получает специфическое акустическое сопровождение (которое особенно выделяется в чувственно обедненном мире Сумарокова: земля ноет, лес стонет, воздух ревет и воет). Движение в мировом пространстве открывает у Сумарокова еще один чувственноконкретный план. Его преисподняя атрибутирована отверстыми ртами, гортанью, зу-

бами: «Невежество власы терзает, / Гортань широку разверзает / Ужасны зубы, ал-

чен зев» [4, с. 61]. Группа риторически закрепленных, стершихся метафор «зев» ада, «пасть» ада особенно выразительны в бедном на метафоры мире Сумарокова. Они дос-

97

Лингвистика и межкультурная коммуникация Выпуск №4(23), 2016

таточно часты для того, чтобы говорить о специфической для данного автора фиксации на отверстиях.

Итак, Сумароков выстраивает стройную риторическую картину одического космоса. Но картина его мироздания скорее номинативна, чем описательна, скорее отвлеченно схематична, чем чувственно-конкретна. Поэт сориентирован на уже сложившийся риторический канон одической похвалы, а не на поиск своего художественного пути. При этом индивидуальным, не заимствованным из опыта прочих поэтов-одописцев в его произведениях оказывается чувственно-конкретное переживание провала в пропасть, сопровождаемого стонами, ноющими звуками, воем, ревом и движением через пространство, атрибутированного источниками влаги – морями, реками. Пространство од Сумарокова перенасыщено движущейся влагой. На наш взгляд, метафорический комплекс чувственно воспринимаемых объектов позволяет говорить о том, что за алле- горико-мифологическим комплексом одического мира Сумарокова стоит когнитивная программа, определяемая опытом ее создателя либо в чувственно-сексуальным плане, либо созависимым от сексуально-чувственного опытом страха смерти: самые отвлеченные аллегорико-символические модели космического масштаба, по-видимому, зависят от очень архаичных когнитивных программ, следы которых обнаруживаются на уровне предпочитаемого метафорического материала естественного и риторического уровня, на основе которого и выстраивается общая аллегорическая картина.

Библиографический список

1.Гаспаров М.Л. Стиль Ломоносова и стиль Сумарокова – некоторые коррективы // Новое литературное обозрение. 2003. № 1 (59). С. 238.

2.Лакофф Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живем. М.: УРСС Эдиториал, 2004. 256 с.

3.Ломоносов М.В. Избранные произведения. Л.: Советский писатель, 1986. 560 с.

4.Полное собрание всех сочинений в стихах и прозе Александра Петровича Сумароко-

ва. М., 1787. Ч. 2.

5.Ходасевич В. Стихотворения. Л.: Советский писатель, 1989. 464 с.

6.Turner M., Fauconnier G. Metaphor, Metonymy, and Binding // Metaphor and Metonymy at the Crossroads: A Cognitive Perspective / Ed. A. Barcelona. Berlin; New York, 2000. 356 p.

References

1.Gasparov M. L. the Style of Lomonosov and Sumarokov style – some adjustments Novoe literaturnoe obozrenie. 2003. No. 1 (59). P. 238.

2.Lakoff J., Johnson M. Metaphors that we live in. M.: URSS EDITORIAL, 2004. 256 p.

3.Lomonosov M. V. Selected works. L.: Soviet writer, 1986. 560 p.

4.Complete collection of all the works in verse and prose of Alexander Petrovich Sumarokov. M., 1787. Part 2.

5.Khodasevich V. Poems. L.: Soviet writer, 1989. 464 p.

6.Turner M., Fauconnier G. Metaphor, Metonymy, and Binding // Metaphor and Metonymy at the Crossroads: A Cognitive Perspective / Ed. A. Barcelona. Berlin; New York, 2000. 356 p.

98

Научный вестник Воронежского государственного архитектурно-строительного университета

Правила оформления статей в Научном вестнике

Уважаемые авторы, пожалуйста, следуйте правилам оформления статей для опубликования в Научном вестнике.

Статьи представляются в электронном виде. Объем статей должен составлять не менее 4 и не более 10 страниц формата А4. Статья должна включать:

1)УДК;

2)Сведения об авторах на русском и английском языках (оформляются в виде таблицы без видимых границ, шрифт Times New Roman высотой 12, курсив): место работы, должность, ученая степень (если есть), фамилия и инициалы, страна, город, телефон;

3)Инициалы и фамилии авторов (шрифт Times New Roman высотой 12, обычный, выравнивание по центру);

4)Название статьи на русском и английском языках (шрифт Times New Roman высотой 12, жирный, прописные буквы, выравнивание по центру, переносы не допускаются);

5)Аннотацию на русском и английском языках (шрифт Times New Roman высотой 10, выравнивание по ширине);

6)Ключевые слова на русском и английском языках (шрифт Times New Roman высотой 10, выравнивание по ширине);

7)Основной текст (шрифт Times New Roman высотой 12 пунктов с одинарным интервалом);

8)Библиографический список на русском и английском языках (шрифт Times New Roman высотой 12 пунктов).

Поля слева и справа – по 2 см, снизу и сверху – по 2 см. Выравнивание текста – по ширине. Для обеспечения однородности стиля не подчеркивайте текст. Отступ первой строки абзаца – 1 см. Не допускается для оформления статьи использовать Open Office. Просим, при наборе текста используйте клавишу «ПРОБЕЛ» только по основному назначению – для отделения одного слова от другого, для этого достаточно нажать клавишу «Пробел» 1 раз. Пожалуйста, не используйте клавишу «Пробел» для создания абзацных отступов (используйте меню «Абзац» на панели инструментов), а также для выравнивания текста (для этого используйте функцию «Выровнять по ширине» на панели инструментов).

Иллюстрации выполняются в векторном формате в графическом редакторе Corel Draw либо в любом из графических приложений MS Office. Графики, рисунки и фотографии монтируются в тексте после первого упоминания о них в удобном для автора виде. Название иллюстраций (10 пт., обычный) дается под ними по центру после слова Рис. c порядковым номером (10 пт., обычный). Если рисунок в тексте один, номер не ставится. Точка после подписи не ставится. Между подписью к рисунку и текстом – 1 интервал.

Все рисунки и фотографии должны иметь хороший контраст и разрешение не менее 300 dpi. Избегайте тонких линий в графиках (толщина линий должна быть не менее

0,2 мм).

Рисунки в виде ксерокопий из книг и журналов, а также плохо отсканированные не принимаются.

Слово Таблица с порядковым номером размещается по правому краю. На следующей строке приводится название таблицы (выравнивание по центру без отступа)

99

Лингвистика и межкультурная коммуникация Выпуск №4(23), 2016

без точки в конце. После таблицы – пробел в 1 интервал. Единственная в статье таблица не нумеруется.

Ссылки на литературные источники в тексте заключаются в квадратные скобки [1; с. 54–67] с указанием страниц.

Библиографический список приводится после текста статьи на русском и английском языках в соответствии с требованиями ГОСТа. После слов Библиографический список точка или двоеточие не ставятся. Шрифт 12 пт., обычный, выравнивание по ширине страницы, красная строка 1 см. Оформлять в алфавитном порядке библио-

графический список необходимо по ГОСТу Р 7.05-2008.

Водном номере публикуется не более двух статей одного автора.

Суважением, редакционная коллегия серии.

ПРИМЕР ОФОРМЛЕНИЯ СТАТЬИ

Н.С. Морозова

ОБРАЗ ПЕРВОГО СНЕГА В РУССКОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ МОДЕЛИ МИРА

В статье рассматривается один из значимых фрагментов русской художественной картины мира – первый снег. На материале поэзии XIX – начала XXI вв. выявляются образы, созданные по моделям

«первый снег как объект, обладающий определенными признаками» и «некий объект как первый снег»,

тем самым устанавливается эстетическое значение сочетания первый снег и определяется круг реалий, при описании которых актуализируется образ первого снега.

Ключевые слова: художественная модель мира, художественный образ, художественная концептуализация, признаки образа, повторяющееся поэтическое сочетание.

N.S. Morozova

IMAGE OF THE FIRST SNOW IN RUSSIAN POETIC MODEL OF THE WORLD

The article deals with one of the important fragment of Russian aesthetic picture of the world – the first snow. The images created according to the models «the first snow as an object having certain features» and «an object like the first snow» are described on the basis of poetry from the 19th to the early 21th c. It helps to reveal the aesthetic meaning of «the first snow» and to determine the range of objects whose descriptions contain actualized images of the first snow.

100