Статья: Кросс-культурные и гендерные различия уровня эмпатии, агрессии и тревожности у российской молодежи (на примере русских и татар)

* N- количество респондентов, mean- среднее значение; SD- стандартное отклонение; N- количество случаев; t-коэффициент; df- степень свободы; P- значимость; NS- не значимо

Значимых взаимосвязей эмпатии и тревожности у московских студентов обнаружено не было (юноши F=0,418, p=0,520; девушки F=0,055, p=0,814 по личностной тревожности; юноши F=0,988, p=0,327; девушки F=1,234, p=0,270 по ситуативной тревожности), тогда как у казанцев только у юношей уровень эмпатии был значимо связан с обоими видами тревожности (рис. 4). Таким образом, казанские юноши, оценившие себя как более эмпатичные, имели более высокие оценки как по личностной, так и по ситуативной тревожности (рис. 4).

Обсуждение

Гендерные различия по эмпатии в исследуемых выборках были значимы и для русских, и для татар - девушки оказались более эмпатичными, чем юноши. Схожие результаты были найдены в исследовании русской популяции у В. Косоногова как по опроснику EQ, так и по опроснику Бойко (Kosonogov2014). При этом в таблице 5 видно, что наши показатели по эмпатии Бойко у татар имеют более низкие значения, чем у русских в работе В. Косоногова, то есть русские респонденты в целом более эмпатичны (Kosonogov2014) (Таблица 5). Тогда как у русских мужчин более старшего возраста (33,9 лет) общий балл по эмпатии Бойко был низким - 15,04 (Бутовская и др. 2020). Полученные нами гендерные различия по эмпатии согласуются с результатами многих других работ (Baron-Cohen, Wheelwright2004) (см. Таблицу 5). Во всех ранее исследованных популяциях с использованием опросника EQженщины повсеместно демонстрировали более высокий уровень самооценки эмпатии (Таблица 5/ Самый высокий уровень эмпатии наблюдается у британцев и итальянцев, тогда как самый низкий - у японцев (Таблица 5).

Таблица 5Средние значения самооценок уровня эмпатии EQ60 вопросов (Baron-Cohen, Wheelwright2004) и эмпатии Бойко в ранее исследованных популяциях

Общий уровень эмпатии в соответствии с нормами теста Бойко в казанской выборке являлся сниженным (15-21 балл), также, как и у русских в других работах (Ростовцева, Бутовская 2017; Kosonogov2014), в том числе в работе, проведенной на взрослых респондентах из Казани, хотя этническая принадлежность в данной работе не была указана (Семенова-Полях, Ванюхина 2017), у бурят (Ростовцева, Бутовская 2017). В исследовании, проведенном среди студентов факультета юридической психологии Московского государственного психолого-педагогического университета, юноши и девушки показали чуть более высокие значения общего уровня эмпатии (22,3-22,4 балла без дифференциации по полу) (Дегтярев, Галкина 2016). Тогда как в другой работе, оценивавшей эмпатию у студентов-гуманитариев и студентов-программистов, полученные баллы также имели пониженный уровень (21,45 и 20,90, соответственно) (Буравцова 2009). Исследование большой выборки студентов из Брянска (369 чел.) показало сниженный уровень эмпатии, при этом авторы обнаружили половые различия - средние значения общего уровня эмпатии у девушек были выше, чем у юношей (Бражникова 2014). Однако, данные результаты надо принимать с осторожностью, учитывая низкую надежность значений данного опросника, полученную в нашем исследовании (см. Таблицу 1).

По шкале «гнев» нами не обнаружены значимые половые различия, что согласуется с данными по англичанам, американцам, белорусам, итальянцам, японцам, туркам, танзанийским датога (Буркова и др. 2019; Каспарова 2020; Buss, Perry1992; Butovskaya2015; Madran 2013; Nakano 2001). Тогда как в голландской, немецкой, испанской, шведской популяциях, у бурят, осетин, танзанийских хадза более гневливые были девушки и женщины (Бутовская и др. 2019; Butovskayaet al. 2015; Garcia-Leon et al. 2002; Meesters et al. 1996; Prochazka, Agren 2001; von Collani, Werner2005), а у китайцев мужчины имели более высокие оценки по этой шкале (Gallardo-Pujol et al.2019).

Значимые половые различия по враждебности были обнаружены только в московской выборке - девушки, по сравнению с юношами, были более враждебны. Такие же результаты обнаружены у русских детей и подростков, осетин, бурят, итальянцев (Бутовская и др. 2019; Fossatietal. 2003), тогда как у хадза - это мужская прерогатива (Butovskayaetal. 2015), а у шведов, белорусов, голландцев и китайцев, так же как в исследуемой нами татарской выборке, различия недостоверны (Каспарова 2020; Gallardo-Pujoletal.2019; Meestersetal. 1996; Prochazka, Agren 2001).

Отсутствие противоречивых данных по физической агрессии между исследованными различными выборками говорит в пользу более сильного влияния биологических факторов, связанных с секрецией андрогенов (Бутовская и др. 2019; Butovskayaetal.2015). Гендерные различия в агрессии детерминированы эволюционно и напрямую связаны с выживанием с точки зрения конкуренции за разные ресурсы, что подтверждается и отсутствием значимых кросс-культурных различий по физической агрессии у юношей в исследуемых в данной работе выборках (Таблица 4).

Кросс-культурное сравнение шкал агрессии в исследуемых выборках показало, что по всем показателям (кроме физической агрессии у юношей) общие баллы были выше в московской выборке, чем в казанской. Для сравнения наших данных с данными по уже исследованным популяциям в таблице 6 представлены средние значения по шкалам агрессии Басса-Перри у мужчин и женщин, полученные в более ранних работах с использованием аналогичной 29-вопросной версии опросника (с 5-балльной шкалой Ли- керта) во взрослых выборках. Во всех исследованных культурах мужчины демонстрируют более высокие оценки по физической агрессии, чем женщины (Таблица 6). Самые высокие оценки по физической агрессии наблюдаются у греков, бурят, китайцев, аргентинцев и турок, самые низкие - у испанцев и немцев (Таблица 6). С другой стороны, испанцы имеют наибольшие баллы по вербальной агрессии и гневу. Тувинцы и татары наименее гневливы, а наиболее враждебны греки, хорваты, буряты, итальянцы, русские, турки и южные корейцы (Таблица 6). Тувинцы имеют самые низкие самооценки по вербальной агрессии по сравнению со всеми остальными популяциями. Гендерные различия по всем шкалам кроме физической агрессии варьируют от культуры к культуре.

Сравнительный анализ уровня эмпатии до и после предъявления изображений с инвалидами не показал значимой эмоциональной реакции на стимульные фото, тогда как наша гипотеза предполагала увеличение сопереживания после презентации. Одно из возможных объяснений - влияние средовых факторов, а именно проживание в крупных городах, где ежедневно молодые люди подвергаются воздействию многочисленных раздражителей (реклама, СМИ, фильмы, поведение в транспорте и т.д.) и перестают на них реагировать (Буркова и др. 2019). Другим объяснением может служить индивидуальный уровень агрессивности каждого индивида. В недавней работе К. Винтер с соавторами было показано, что у мужчин с агрессивным поведением в анамнезе отмечалось снижение доли негативного аффекта по сравнению с контрольной группой и снижение эмпатии и сострадания после просмотра эмоционально негативных видеороликов (Winteretal.2017). Дефицит эмпатии у мужчин с агрессивным поведением в анамнезе был обусловлен повышенной алекситимией (ibid.).Авторы также подчеркивают, что взаимосвязь между отсутствием эмпатии и агрессивным поведением не ограничивалась людьми с психическими расстройствами, но также имела решающее значение для понимания агрессии у здоровых людей, в том числе преступников без психопаталогий (ibid). В соответствии с этим представляется резонным после увеличения исследуемой нами выборки разделить всех респондентов на несколько категорий, в соответствии с их агрессивными самооценками, и проанализировать связь агрессии и эмпатии в каждой группе по отдельности.

Нами обнаружена отрицательная связь эмпатии с физической и вербальной агрессией у московских девушек, с вербальной агрессией и враждебность у московских юношей. Таким образом, индивиды с высокими оценками по эмпатии имели более низкие оценки по данным видам агрессии. Схожие результаты получены у подростков и взрослых (Vachon et al.2014). В исследовании 30-летних британских мужчин были найдены отрицательные корреляции эмпатии EQ с гневом и враждебностью опросника Басса-Перри(Sergeantet al.2006). Многочисленные исследования также показывают, что у лиц, страдающих различными психическим заболеваниями, характеризующимися повышенным уровнем агрессивности, эмпатия и сострадание отсутствуют или находятся на очень низком уровне (Baron-Cohen, Wheelwright2004). Исследования у преступников указывают на их проблемы в определении страданий других людей, в распознавании их эмоций и сочувствии (Marianoet al.2017). Дефицит когнитивных способностей к распознанию эмоционального состояния других в социуме является неотъемлемым элементом бул- линга. В исследовании связи агрессии и эмпатии среди подростков из Швейцарии было показано, что когнитивная и аффективная эмпатия отрицательно связана с проактивной агрессией и не связана с реактивной агрессией (Euler et al.2017).

В нашем исследовании выявлена связь между тревожностью и эмпатией, но только у татарских юношей: более эмпатичные студенты имели более высокие оценки как по личностной, так и по ситуативной тревожности. Большинство же работ показывают, что женщины более тревожны, чем мужчины (Paro et al.2014). Отметим, что при сравнении значений по ситуативной тревожности значимо более высокие баллы также наблюдались у татарских юношей, чем у девушек, тогда как у русских студентов девушки имели более высокие оценки по обеим шкалам (таблица 3). По всей видимости, у казанских юношей была более выраженная стрессовая реакция после просмотра стимульного материала - ситуативная тревожность показывает эмоциональную реакцию на стрессовую ситуацию, хотя сами значения в казанской выборке указывают на умеренную тревожность вкупе с заниженными значениями по эмпатии Бойко (см. Таблица 3). Исследователи социальной тревожности указывают на косвенную связь с эмпатией - люди, которые больше зависят от мнения окружающих, больше склонны к тревоге, негативным фантазиям при межличностном общении (Павлова, Холмогорова 2011). Более того, те, кто испытывают интенсивный страх негативной социальной оценки, сообщают, что они часто и легко разделяют переживания других и помогают им. В одном из исследований среди детей было показано, что застенчивые дети мотивированы играть с другими детьми, но они слишком переполнены тревогой для того, чтобы инициировать или поддержать социальное взаимодействие со сверстниками (ibid.).Возможно, наличие такой связи можно рассматривать как результат попыток социально тревожных людей быть социально желательными и принятыми в социоуме. Кроме того, возможным объяснением могут быть культурные особенности данной части выборки - до настоящего времени в среде казанских татар сохраняется традиционное требование к мужчинам соответствовать определенным стандартам поведения, предписанным обществом и религиозными традициями (исламом). Конфликт между реальной реакцией на стимульные изображения и ожидаемом обществом поведением может приводить к увеличению ситуативного стресса. Данное предположение, однако, требует дальнейших исследований.

Таблица 6Средние значения по шкалам агрессии Басса-Перри (29 вопросов) в ранее исследованных популяциях