Реферат: Колониальная экспансия Великобритании в Триполи под флагом борьбы с работорговлей

В марте 1846 г. Уоррингтон информировал помощника министра иностранных дел Великобритании Абердина о том, что французские официальные представители в Триполи собирали сведения у купцов, которые торговали с внутренними районами Африки, интересуясь как состоянием торговли, так и условиями быта и жизни в них африканцев. На стремление французов проникнуть в эти районы обращал внимание министра иностранных дел и приступивший к своей деятельности вице-консул в Мурзуке. Он предупреждал, что свертывание британского консульства в Мурзуке или его закрытие приведет к захвату Францией этого стратегически важного пункта и установлению ею более близких отношений со странами Центральной Африки, что нанесет значительный ущерб английской торговле и поощрит французов на дальнейшую колонизацию.

В 1845 г. "Общество по уничтожению работорговли" направило одного из своих активных членов, путешественника Джеймса Ричардсона, в вилайет Триполи, поручив ему исследовать состояние работорговли, которая велась по транссахарским караванным путям. Ранее Ричардсон уже выполнял подобные миссии в Марокко и Тунисе. После того как английский путешественник добился с помощью Уоррингтона пропуска у турецкого вали на проезд во внутренние районы вилайета Триполи, он вначале направился в Гадамес, намереваясь собрать все данные о работорговле в этом торговом центре, где сходились все караванные пути из Центральной Африки. Затем Ричардсон посетил Гат и Мурзук. Направляемые им "Обществу по уничтожению работорговли" в период путешествия 1845-1846 гг. доклады давали яркие картины работорговли в вилайете Триполи. Их публикация в Англии вызвала широкий отклик и способствовала росту движения за отмену работорговли в Африке.

В этих условиях британское правительство было вынуждено принять определенные меры к уничтожению работорговли на транссахарских путях из Центральной Африки к Средиземному морю. Этому способствовало следующее обстоятельство.

В 1845 г. имам Маската Сейид Саид подписал с британским правительством соглашение о прекращении ввоза рабов в Аравию из африканских территорий Маската. Королевскому военно-морскому флоту Великобритании и торговым кораблям Ост-Индской компании было предоставлено право следить за осуществлением этого соглашения в Красном море и Персидском заливе. В то же время для его претворения в жизнь требовалось участие в борьбе с работорговлей Османской империи и Персии-основных государств Персидского залива, в порты которых направлялись рабы. Через британского посла в Стамбуле Высокой Порте было предложено присоединиться к участникам соглашения.

Порта, находившаяся в тот период под влиянием Великобритании, издала от имени султана фирман о запрещении работорговли в Персидском заливе и закрытии невольничьего рынка в Стамбуле. (Представление, сделанное персидскому шаху через британского посла в Тегеране, не увенчалось успехом.)

В архиве исторического музея Триполи имеется документ - письмо мудира Гадамеса и знатных людей города от 17 декабря 1850 г. к вали Триполи по поводу улучшения обращения с рабами. В письме сообщается о том, что мудир и знатные люди Гадамеса с удовлетворением получили приказ от вали, предписывающий им не унижать рабов и не держать их голодными и раздетыми, что эти указания они учли и будут проводить их в жизнь. В связи с этим мудир, члены его совета и муфтий города собрали всех работорговцев Гадамеса и зачитали им приказ, требуя принять его к исполнению. Отныне купцы были обязаны перевозить невольников на верблюдах, а также обеспечивать их едой, питьем и одеждой. Помимо этого они при появлении очередного каравана представляли доклады вали Триполи, в которых указывалось, сколько рабов имелось у торговца и какое число рабов было размещено на каждом животном.

Однако, несмотря на это, положение рабов, по существу, осталось прежним. Так, генеральный консул Великобритании в Триполи в ноябре 1847 г. в докладе министерству иностранных дел подчеркивал, что положение в вилайете с рабами не улучшится, поскольку сам вали и другие официальные лица занимаются работорговлей и получают от нее колоссальные прибыли. Этот доклад был переслан в Стамбул на имя английского посла, и тот в беседе с султаном довел до него эти сведения.

В связи с этим султан дважды в течение 1848 г. направлял губернатору вилайета послания, в которых запрещал ему "всем находившимся на службе у Высокой Порты заниматься работорговлей. В 1850 г. английскому правительству удалось добиться того, чтобы рабы из вилайета Триполи не перевозились на турецких пароходах, на которых механиками и другими специалистами были подданные Великобритании.

Однако все эти полумеры не только не ограничивали работорговлю и не уменьшали жестокость по отношению к рабам, а наоборот, торговля людьми возрастала. В 1849 г. Гаглиуффи писал из Мурзука, что караван, в котором было 1600 рабов, полностью погиб от жажды, после того как они убили всех верблюдов, чтобы выпить их кровь и воду, имевшуюся в желудках. Через пять месяцев вице-консул известил свое правительство, что 795 рабов из 1770 рабов, направлявшихся из Борну, погибло от жажды. Помимо доклада Гаглиуффи министерство иностранных дел Великобритании получило сообщение вице - консула Гильберга из Бенгази о том, что из 1200 рабов, направленных из Вадаи в Бенгази в 1849 г., погибло 400 человек. В своем докладе генеральный консул Великобритании в Триполи Кроу сообщал, что число рабов, которые были вывезены из вилайета в страны Леванта в 1849 и 1850 гг., возросло. Копии этих докладов были направлены послу Великобритании в Стамбуле Каннингу. Однако британское правительство не требовало от Османской империи решительных действий по отмене работорговли в Северной Африке, опасаясь, что это может ослабить ее при подготовке к войне против России.

Предпринимались попытки развития торговли товарами местного производства и продвижения английских товаров в глубь Африки (не имевшие, правда, большого успеха). Прежде всего были приняты меры по обеспечению безопасности на караванных путях, ведущих из Центральной Африки к портам Средиземного моря, а также отмене раззий (набегов), организуемых турецкими вали в соседние страны с целью захвата пленных для превращения их в рабов. Эти набеги нарушали хозяйственную жизнь и торговый обмен внутри страны.

Против раззий выступил вице-консул Великобритании в Мурзуке. Еще в 1843 г. по пути к месту назначения из Триполи Гаглиуффи встретил шейха, который вез письмо в Триполи от турецкого бея в Феццане, содержавшее предложение тому совершить раззию на соседнюю с Феццаном страну. Гаглиуффи, узнав о планируемом военном набеге, принял меры к его предотвращению. Он писал в Триполи полковнику Уоррингтону о том" чтобы тот добился предотвращения запланированной раззии и приложил все усилия к окончательному запрету набегов на соседние страны и захвата там пленников, которых превращали в рабов. Уоррингтон сумел убедить вновь прибывшего в Триполи вали Мехмеда Эмин-пашу запретить опустошительные рейды на соседние страны. Несмотря на то что запрещение раззии не могло повлиять коренным образом на работорговлю, все же оно способствовало оживлению внутренней торговли и установлению безопасности на караванных путях на территории Феццана и прилегающих к нему районов. Важную роль в этом сыграло то обстоятельство, что Гаглиуффи установил контакты с шейхами племен туарегов и табу, делая все, чтобы завоевать их дружбу и наладить сотрудничество в вопросе безопасности торговых караванов.

Пребывание вице-консула в Мурзуке, через который проходили не только товары, но и потоки паломников, направлявшихся в святые места - Мекку, Медину и Кайруан в Тунисе - и обратно, давал ему возможность оказывать шейхам племен, купцам и другим знатным людям различные услуги вплоть до оказания медицинской помощи. В свою очередь, он получал от них гарантии безопасности караванных путей, проходивших через территории их племен. С целью развития торговли вице-консул Гаглиуффи установил дружественные отношения с великим вазиром султаната Борну, туарегами Гата и купцами Бильмы. Чтобы получать необходимые английским торговцам местные товары, он рекомендовал населению культивировать индиго, хлопок, сенну и другие сельскохозяйственные культуры.

В этот же период генеральным консулом в Триполи предпринимались попытки оживить торговлю между Средиземноморским побережьем и Центральной Африкой. Для этого Уоррингтон стремился привлечь к торговле капиталы английских купцов. С этой целью он намеревался в 1842 г. создать торговую компанию "Африканское общество", которая должна была состоять из 15-30 акций по 1 тыс. долл. каждая (200 ф. ст.). Предполагалось, что деятельность компании будет охватывать внутренние районы Африки и порты вилайета Триполи, а также рынки за границей. Хотя турецкий вали выкупил пять акций будущей компании, Уоррингтону не удалось распродать остальные акции ни в Триполи, ни в Англии. В результате компания так и не была создана.

Кроме того, несмотря на все старания Гаглиуффи, который обращался и к правительству Великобритании и к "Обществу по уничтожению работорговли", его попытки получить капиталы или товары в кредит были безуспешными.

Значительные усилия по активизации торговли товарами в качестве "лекарства" от работорговли прилагал и вице-консул в Гадамесе Диксон. Он неоднократно обращался к премьер-министру Великобритании Пальмерстону и сам выезжал в Лондон для получения кредитов, но его попытки также закончились неудачей. Как Гаглиуффи, так и Диксон на свой страх и риск занимались торговлей, обменивая английские товары на местные. Они имели своих торговых агентов в Туате, Гате, Кукаве, Кано, Зиндере, Сокото и Бильме, которые доставляли туда товары главным образом английского производства и закупали там или меняли на эти товары слоновую кость, гуммиарабик, воск, сенну и золотой песок. Но транссахарская торговля оказалась не такой выгодной, как это предполагалось вначале. Большие убытки были вызваны отсутствием безопасности на караванных путях а также порчей товаров. Учреждение консульств Великобритании в Мурзуке и Гадамесе способствовало установлению относительной безопасности на важном караванном пути из Триполи в Борну и Томбукту через Гадамес и Гат, следствием чего явились оживление торговли и сокращение работорговли. Однако такое положение не устраивало ни турок и ни французов, которые получали от работорговли большие барыши, главное же их беспокойство было вызвано тем, что, расширяя торговлю, англичане укрепили свои позиции вдоль всего караванного пути. В связи с этим обострилась борьба за влияние над туарегами, которые фактически контролировали главную караванную дорогу, проходившую через их территорию.

3. Дипломатия на службе английских торговых интересов в Триполи

Без установления дружественных отношений с туарегами и получения от них гарантии безопасности караванов о развертывании торговли не могло быть и речи. Вот почему английские вице-консулы делали все, чтобы поддерживать хорошие отношения с шейхами племен туарегов и особенно с вождями племени азгир, обитавшего в районе Гат. В то же время турки сами стремились установить контроль над караванными путями с помощью своих гарнизонов в Гате и Гадамесе. Однако регулярные нападения на туарегов, организованные турецким беем в Феццане, привели к ухудшению обстановки в районе прохождения караванной дороги и в самом Гате.

В защиту туарегов выступили английские вице-консулы и генеральный консул в Триполи, которым ранее удалось получить от туарегов гарантии безопасности английских подданных, посетивших их страну. Один из шейхов туарегов отправил даже послание к королеве Великобритании, к которому были приложены подарки. В письме сообщалось, что население Гата находится в дружеских отношениях с английским народом. Подарки состояли из ножей, стрел, копий, щитов из буйволовой кожи и кожаных подушек.

Успехи англичан в укреплении отношений с туарегами были результатом интриг вице-консулов, которые для поддержания авторитета Великобритании и сохранения безопасности караванного пути из Центральной Африки оказывали активное противодействие местным турецким властям, проводившим политику подавления и грабежа туарегов. В частности, вице-консулы неоднократно расстраивали планы турецкого бея в Феццане, который готовил нападения на непокорный Гат. Так, в 1846 г. Гаглиуффи и Ричардсон обратились к Уоррингтону, а тот, в свою очередь, к вали Триполи с настоятельным требованием прекратить подготовку к нападению на Гат. К 1852 г. положение в этом районе еще более обострилось в связи со столкновениями интересов турок и англичан.

Турецкая политика грабежа и притеснений вызвала волнения среди туарегов, и турки вновь приступили к подготовке к нападению на Гат. Все это нарушало спокойствие и безопасность торговли, за развитие которой отвечали вице-консулы. Гаглиуффи и Диксон направили доклад генеральному консулу в Триполи о положении в районе Гата, в котором содержалось требование прекратить насильственное подавление туарегов и приостановить подготовку военного нападения на Гат. Однако попытки британского генерального консула убедить вали Триполи в необходимости прекратить чинить насилия над туарегами не увенчались успехом. После этого Кроу направил в министерство иностранных дел Великобритании доклад с предложением устранить правителя Феццана Хасана и таким путем нормализовать положение в районе. Британское правительство через своего посла в Стамбуле оказало давление на султана, который заявил, что он не в курсе развития событий в Феццане, однако тут же дал указание прекратить подготовку нападения на Гат и отозвать турецкого бея в Феццане. Но не только турки препятствовали развитию торговли англичан в этом районе.

Пришедший к власти Наполеон III поставил своей целью захватить все африканские территории, находящиеся между Алжиром на севере и Сенегалом на западе. Губернатор Сенегала Фейдехерб и генерал-губернатор Алжира маршал Рандон стали проводниками его планов в жизнь. В 1852 г. французские войска оккупировали Лагуат, а в 1854 г. - Туггурт и таким образом вышли на границу Сахары - родины туарегов. Их наступление в юго-восточном направлении было приостановлено из-за восстаний, вспыхнувших в Кабилии и в других районах Северного Алжира. Сопротивление алжирцев заставило французов маневрировать в отношении туарегов. Они, например, стали бурить артезианские колодцы для нужд сельского хозяйства туарегов. В то же время французы приняли меры, чтобы повернуть транссахарскую торговлю из Триполитании на Алжир.

Для этого маршал Рандон отменил декрет 1853 г., который запрещал импорт местной продукции из Судана и Сахары в Алжир. Чтобы успешнее конкурировать с турками, которые облагали товары, поступавшие в Триполи, пошлиной в размере 20-25%, он на 25 лет отменил все пошлины на импортируемые в Алжир товары. Кроме того, он направил миссии для установления дружественных отношений с вождями племен туарегов, а также с жителями Туата и Гата. Наиболее важная роль отводилась миссии во главе с Сейидом Хамзой, шейхом крупного арабского племени ауляд сейида аш-шейх, который в 1854 г. был послан в Гат, где ему удалось убедить вождей туарегов племени азгир предоставить гарантии французам в обеспечении безопасности караванов, проходящих через их территории, а также отказаться брать с них пошлины. После этого, в 1856 г. генерал-губернатор Алжира направил караван с товарами в Гат. Таким образом был проложен новый караванный путь через Алжир. Достоинство его заключалось в том, что он был более безопасным, чем путь через Гадамес и Триполи. Кроме того, пошлины на товары здесь были более умеренными, нежели те, которые взимались турками. Но главным было то, что французы не только не вводили ограничений в работорговлю, а, наоборот, поощряли ее.

Хотя французское правительство после революции 1848 г. запретило работорговлю в своих африканских колониях, однако этот запрет был чисто формальным. Работорговцы продолжали ввозить рабов во французские колонии под предлогом свободной эмиграции рабочей силы из одной страны в другую, что разрешалось французским законодательством. Французы расселяли рабов в малонаселенных районах на южных границах Алжира, создавая из них военные подразделения, которые использовались как для защиты южных районов, так и для колониальных походов под руководством французских офицеров и сержантов.

Перемещение транссахарской торговли из вилайета Триполи в Алжир нанесло значительный ущерб развитию английской торговли. В своем письме в министерство иностранных дел Великобритании британский генеральный консул в Триполи Джерман в 1858 г. писал, что караванные пути из Центральной Африки к Средиземному морю, ранее проходившие через Мурзук, Гадамес, Триполи и Тунис, а также через Мурзук, оазис Ауд - жила, Бенгази и Верхний Египет, в настоящее время ориентированы исключительно на Гат, который внезапно стал перевалочным торговым пунктом. Оттуда товары направлялись в Алжир и в Центральную Африку. Таким образом, англичанам пришлось потесниться под натиском колониальной экспансии французов.