Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации
Российский университет дружбы народов
КАНТОНСКИЙ ДИАЛЕКТ В СОВРЕМЕННОМ КИТАЕ: ПРОБЛЕМА СОХРАНЕНИЯ
С.А. Баров, М.А. Егорова
Аннотация
Статья посвящена проблеме сохранения кантонского диалекта (языка) в современном Китае, где на протяжении нескольких десятилетий правительством настойчиво проводится политика по распространению общегосударственного китайского языка («рМб^Ьиа» -- путунхуа). Кантонский диалект является самым крупным по численности носителей среди всех китайских языков и родным для большинства жителей провинции Гуандун и Гонконга, тем не менее, в отличие от языков национальных меньшинств Китая, не защищен в полной мере законом и последовательно вытесняется из системы образования и из делового общения. В статье авторы внимательно анализируют лингвистическую историю Китая, роль диалектов в системе китайских языков и историко-политическое значение единой письменной нормы. По мнению авторов, разделение Китая на две большие культурно-исторические общности (северную и южную) соответствует сложившемуся языковому делению, однако в отличие от многих других стран мира, имеющиеся этноязыковые и этнокультурные различия между северными и южными китайцами благодаря многовековым объединяющим усилиям центрального правительства не приводят к разделению китайской нации. кантонский язык китай путунхуа
В статье подробно рассматривается история кантонского языка, проводится лингвистический анализ отличий кантонского от путунхуа и на этом основании делается вывод, что кантонский стоит отнести скорее не к диалектам китайского, а к отдельному, хотя и близкородственному путунхуа, языку сино-тибетской языковой группы. Проанализировав роль кантонского диалекта в складывании особой культурно-исторической общности жителей провинции Гуандун и Гонконга, авторы приходят к выводу, что утрата кантонского диалекта/языка, которая должна произойти в течение нескольких следующих десятилетий, если языковая и образовательная политика китайского правительства не будет изменена, приведет к потери ими своей самобытности, составляющей часть нематериального культурного наследия всей китайской нации.
Ключевые слова: кантонский диалект/язык; провинция Гуандун и Гонконг; лингвистическая история Китая; политика распространения путунхуа; политика «билингвизма» и «трилингвизма»
Annotation
CANTONESE DIALECT IN MODERN CHINA: THE PROBLEM OF CONSERVATION
Sergey A. Barov, Maia A. Egorova Financial University under the Government of the Russian Federation Peoples' Friendship University of Russia (RUDN University)
The artice is devoted to the problem of preserving the Cantonese dialect (language) in modern China, where for several decades the government persistently pursued a policy of disseminating of the nation-wide Chinese language (“phtonghua”). Cantonese is the largest language by speakers among all Chinese languages and it is native to most residents of Guangdong and Hong Kong, however, unlike the languages of the national minorities of China, it is not fully protected by law and is consistently ousted from the education system and out of business communication. In the article the authors carefully analyze the linguistic history of China, the role of dialects in the system of Chinese languages and the historical and political significance of a single written norm. According to the authors, the division of China into two large cultural and historical communities (northern and southern) corresponds to the established linguistic division, but unlike many other countries in the world, the ethnolinguistic and ethnocultural differences between the northern and southern Chinese due to the centuries-old unifying efforts of the central government do not lead to the division of the Chinese nation.
The article examines in detail the history of Cantonese, a linguistic analysis of the differences between Cantonese and Putonghua, and on this basis concludes that Cantonese should be considered not as a dialect of Chinese, but rather as a separate language of the Sino-Tibetan language group, albeit closely related to the Chinese language. Analyzing the role of Cantonese in the formation of a special cultural and historical community in Guangdong and Hong Kong, the authors conclude that the declining of the Cantonese dialect (language) will probably occur over the next several decades, unless the language and education policies of the Chinese government are changed. Otherwise this tendency will lead to the loss of the province's identity, which is part of the intangible cultural heritage of the entire Chinese nation.
Key words: Cantonese; Guangdong and Hong Kong; the linguistic history of China; the policy of spreading Putonghua; the policy of “bilingualism” and “trilingualism”
ВВЕДЕНИЕ
Политическая и историческая традиции, а также китайская классическая философия заложили в менталитете китайского народа идею о том, что интересами отдельных людей следует пренебрегать ради «общего блага». В эту, веками складывавшуюся идеологическую концепцию, современные китайские власти уже на протяжении 70 лет (с момента образования КНР) пытаются внедрить и идею о том, что языками малых народов и различными диалектами надо пожертвовать ради развития общего китайского языка, несмотря на их лингвистическое и культурное значение. Конечно, в самом Китае такой подход повсеместного и жесткого навязывания государственного языка (путунхуа) нравится далеко не всем, однако голоса недовольных не всегда бывают слышны. В основном все укладывается в рамки общественной дискуссии о том, как не дать исчезнуть сохранившимся до наших дней диалектам в условиях определенной государственной языковой политики, согласно которой детей с раннего возраста начинают обучать путунхуа и запрещают им говорить на родных языках или родных диалектах китайского языка уже в стенах детских садов и школ.
Диалекты, как и сам китайский язык, являются носителями региональной культуры Китая, именно они некогда послужили почвой для построения величественной в своей многоликости китайской цивилизации. Выйдя из народной среды, они являются отражением жизни и менталитета китайцев. По нашему мнению, языковое разнообразие, воплощенное в диалектах, их взаимодействие и даже своего рода конкуренция между ними являются неотъемлемой частью китайской культуры, признаком ее богатства и многогранности, поэтому защита диалектов означает одновременно и защиту китайской культуры, а значит и защиту всей китайской цивилизации.
Китайскую культуру можно условно разделить на два крупных образования: южную и северную, в свою очередь подразделяющихся на 56 локальных этно-на- циональных культур (по количеству национальных меньшинств). С этим делением фактически совпадает деление лингвистическое, согласно которому в стране выделяют семь основных крупнейших диалектных региона (см.: [4]):
1. северная группа диалектов во главе с пекинским диалектом;
2. кантонская группа с основным диалектом этого региона -- кантонским (гуанчжоуским) диалектом;
3. диалекты У (группа восточных диалектов -- провинции Цзянсу и Чжэцзян с наиболее крупными городами: Сучжоу, Ханчжоу, Нинбо, Шанхай), где основными диалектами являются сучжоуский и шанхайский;
4. миннаньская группа диалектов во главе с доминирующим сямынским диалектом города Сямынь, близким тайваньскому и иначе называющимся «амойский диалект» по бывшему названию Сямыня;
5. хунаньская группа, в которой основным является диалект города Чанша -- столицы провинции Хунань;
6. группа диалектов хакка, в которой доминирует диалект города Мейчжоу;
7. группа диалектов провинции Цзянси и основной в этой группе -- диалект города Наньчан (тут можно еще выделить диалекты «ичунь» и «цзиань», названные по городам своего распространения).
Каждый из этих крупных диалектов делится на множество более мелких (Ш^уап ^^), а также и на местные говоры (1йуй ^@). Однако наиболее распространенной по количеству носителей является группа северных диалектов, разделенная на северный и северо-западный мандарины, юго-западный мандарин и мандарин «цзянхуай» (Ла^Ьиа1 )Х^, то есть диалекты междуречья Янцзы и Хуайхэ). При этом термин Ш^уап (^^) скорее подразумевает под собой не «диалект» в его западном понимании, а дословно «речь определенной местности», «местный говор».
Следует отметить, что применительно к Китаю даже на уровне терминологии в ее привычном понимании существует особая специфика, в частности, в данном случае в определении понятий «диалект» и «родной язык».
Термин «родной язык», понимаемый как «первый язык», то есть язык, усвоенный человеком с рождения, и так называемый «материнский язык» (тйуй ЩШ -- букв. «материнский язык»), аналогично подразумевающий тот язык, который человек усваивает в детстве, и, как правило, представляющий собой стандартизованный вариант или диалектную форму языка определенной национальности, в Китае не всегда совпадают. В связи с существованием разветвленной диалектной системы в китайской социолингвистике часто наблюдается противопоставление термина «материнский язык» (mйyй ЩШ) термину «материнский диалект» (тйуап Щй, букв. «материнская речь»). Таким образом, функционально «первый язык» (Ш у уйуап Ш--Шй) по ряду причин не всегда совпадает с «родным языком» (см.: [3]).
Если брать за основу рассмотрения функциональный подход, в котором основное внимание уделяется социальной роли лингвистического многообразия, то мы увидим, что «язык» имеет более широкие функции, чем «диалект»: он может быть средством общения между различными диалектными группами и более «развит» в том смысле, что в нем больший процент кодифицированого и стандартизированного «языка», а также, как правило, он обладает более «высоким авторитетом» среди жителей той или иной локации, чем «диалект». Этот подход отражает восприятие разницы между языком и диалектом со стороны многих нелингвистов при сравнении «простого говора» с нечетко определенным или неразвитым языком.
Случай китайских диалектов является исключительным, не позволяющим оценивать его, применяя функциональный подход. В рамках каждой крупной китайской диалектной группы, обычно есть один или два более престижных «над- диалекта», которые служат в качестве регионального общепринятого языка, например, такие, как кантонский среди диалектов Юэ, группа диалектов хакка, в котором доминирует диалект города Мейчжоу, миннаньская группа диалектов во главе с доминирующим сямынским диалектом города Сямынь, сучжоуский и шанхайский диалекты среди восточных диалектов У.
С одной стороны, это оправдывает рассмотрение основных диалектных групп как языков, с другой, существует один часто цитируемый лингвистический аргумент против оценки китайских диалектов как отдельных языков: наличие общего письменного китайского языка (zhбngwлn ф Ф), которым пользуются все диалекты китайского без каких-либо существенных различий и, соответственно, практически полное отсутствие установленной письменной традиции у диалектов.
На протяжении веков императоры Китая предпринимали целенаправленные шаги по созданию общей письменной системы, которая была бы распространена в самом китайском государстве, а также на зависимых территориях (Кореи, Японии, Вьетнама и других), и тем самым объединяла весь «китайский мир». Вслед за политикой создания общей письменности начала закладываться и китайская литература, литература, созданная на классическом китайском. Уже в период династии Мин (1368--1644 гг.) была популярна народная литература, написанная на «байхуа» (ЪаШиа ЙЙ, букв. «простая, народная речь»), которая была официальным письменным языком, приближенным к диалекту мандарина.
Стоит отметить, что современный китайский язык является модернизированной версией байхуа. В связи с тем, что байхуа основан на диалектах северокитайского, а дистанция между северными диалектами и южными огромна, то стремление центральных властей распространять байхуа на территории всей страны встретило оппозицию на юге, где полагали, что говорящие на южных диалектах заслуживали раздельного письменного языка, основанного на их местных вариантах.
Кроме того, северная группа диалектов (севернокитайский язык, то есть основная диалектная группа китайского языка, объединяющая близкие друг к другу китайские диалекты, распространенные на большей части Северного и Западного Китая) не была единственной в развитии своего народного письменного языка в этот период. Другие основные диалекты, такие как диалектные группы Юэ и У, также популяризировали народные письменные языки, используемые в религиозных текстах, местных операх, народных песнях и даже в некоторой публикуемой литературе. Циркуляция этих народных письменных текстов помогла распространять базовую грамотность среди простых людей и способствовала развитию и стандартизации народных письменных языков.
Политические волнения и стремление к промышленной модернизации на рубеже XX века привели Китай к масштабной языковой реформе. Великолепный классический китайский стал ассоциироваться в умах китайских революционеров с отсталостью, а диалектное разнообразие рассматривалось как помеха для сильного и модернизированного китайского государства, способного противостоять альянсу западных империалистов и милитаристской Японии. В качестве нового письменного стандарта был выбран основанный на северных диалектах народный письменный язык байхуа. Народная литература во времена империи существовала, в основном, в фокусе популярной культуры и не могла сравниться с блистательными образцами на классическом китайском. Такие его реформаторы, как Ху Ши, стремились повысить статус нового письменного языка, переписав историю китайской литературы, так что литература на байхуа была представлена как новаторская, а не «вульгарная», как считалось ранее (см.: [14]). По сути, престиж новых письменных стандартов исходил не столько от уважаемой литературной традиции, сколько от назначенной ее роли в модернизации или даже «спасении» нации (см.: [5]).
Другими словами, во время языковой реформы начала XX века простонародный письменный язык, основанный на северокитайском диалекте, был выбран в качестве прототипа письменного стандартизированного китайского (путунхуа) и строго продвигался, а местные письменные формы других китайских диалектов постепенно становились маргинальными или же угасали вовсе. Однако позиции некоторых из них оставались достаточно сильными, несмотря на давление путунхуа, и некоторые региональные диалекты даже сумели установить свои традиции письменности.