Кандидаты в народные депутаты СССР - партийные и советские руководители ничего не могли противопоставить таким формам агитации, они действовали по старинке. На встречах кандидатов с общественностью именно оппозиционные кандидаты могли ярко и убедительно выступить в отличие от партийных работников.

Восьмое слагаемое успеха на выборах - это поддержка независимых кандидатов так называемой пеной перестройки - различными хулиганствующими элементами [3. Л. 6]. Действительно, при проведении избирательной кампании недоставало политической культуры проведения дискуссий, нередко доверенные лица некоторых кандидатов на встречах с избирателями вели себя неэтично по отношению к «команде» соперников, были случаи срыва листовок соперников, надписи на листовках негативного характера.

В статье «Антиагитация», опубликованной в «Омской правде» 18 марта 1989 г., говорилось, что по Центральному избирательному округу № 239 можно увидеть лишь плакаты с программами 2 кандидатов - А.В. Минжуренко и А.И. Казанника, остальные - срываются, хотя агитаторы регулярно их вывешивают. В Кемерове распространяли клеветнические слухи о кандидате в народные депутаты СССР Ю.В. Голике, которые приобрели такой масштаб, что студенты юридического факультета КемГУ были вынуждены выступить на страницах «Комсомольца Кузбасса» с публичным опровержением [10]. Подавляющее большинство граждан Сибири, как и всей страны, было не готово к состязательности на выборах, иногда свободу агитации расценивали, как возможность прибегнуть к клевете, оскорблениям. Все эти явления говорят о невысокой политической культуре населения. Хотя необходимо признать, что это, пожалуй, было, объективным явлением, поскольку в СССР впервые проходили реальные выборы, предоставляющие действительное право избрать кандидата, а не просто опустить в урну для голосования бюллетень с фамилией единственного кандидата. И как это ни парадоксально, даже эти факты хулиганских действий способствовали росту популярности тех кандидатов, в интересах которых срывались листовки.

Девятое слагаемое успеха на выборах - непопулярный альтернативный кандидат, который в глазах общественного мнения олицетворял командно-административную систему [3. Л. 7]. И здесь мы согласимся с Ю.Н. Коловым: так было практически во всех территориально-избирательных округах, чем непопулярнее фигура соперника, тем успешнее был его противник. А если еще соперник представителя интеллигенции в общественном мнении определялся как «ставленник партийно-хозяйственного аппарата», то его поражение и победа интеллигента были предопределены. В соответствии с психологией масс одного упоминания в средствах массовой информации, а затем многократного повторения на митингах, что данный кандидат «аппаратчик», было достаточно, чтобы обеспечить его провал.

Десятое слагаемое успеха на выборах - это отсутствие консолидации сил кандидатов «центра» [3. Л. 7]. Здесь можно поспорить с утверждением Ю.Н. Колова, так как в условиях поляризации общественных настроений в 1989 г. «оппозиционер - аппаратчик» представителей центристской позиции просто не было.

Одиннадцатое слагаемое успеха - пассивное созерцание хода выборов со стороны райкомов, горкомов и обкомов» [3. Л. 8]. Действительно, многие руководящие партийные органы растерялись в новой политической ситуации и не знали что предпринять. В отличие от них представители неформальных общественных движений и сама интеллигенция действовали активно, напористо и решительно. Неформалы стихийно использовали особенности массовой психологии населения: многократно повторяли антиаппаратные, антипартийные лозунги, способствуя дискредитации кандидатов от властных структур как «аппаратчиков».

И, наконец, двенадцатое слагаемое успеха на выборах, по мнению Ю.Н. Колова, это противоречие между ростом сознания избирателей о праве на свободный выбор кандидатов в народные депутаты СССР и относительно низким уровнем политической культуры» [3. Л. 8]. Об этом мы уже писали выше - при низком уровне культуры и подверженности масс новым идеям стоило несколько раз повторить на митингах расхожие лозунги, чтобы стать популярным.

В отличие от предыдущих избирательных кампаний, где в одном округе был один кандидат и при 99,9 % голосовании «за» он считался избранным во многих территориальных избирательных округах, 26 марта 1989 г. выборы народных депутатов СССР не закончились. Предстояло провести повторное голосование (в случае при трех и более кандидатов, если никто из них не набрал более 50 % голосов) или повторные выборы, если ни один из кандидатов не набрал необходимого количества голосов или забаллотирован единственный кандидат.

При повторных выборах процедура регистрации стала гораздо либеральнее: во всех территориальных избирательных округах (ТИО) Сибири отказались от практики проведения окружных предвыборных собраний, в результате чего были зарегистрированы практически все выдвинутые кандидаты. И если 26 марта 1989 г. в бюллетенях для голосования было в основном от 1 до 3 кандидатур, то теперь всякие ограничения были сняты, и в Сибири были зарегистрированы случаи выдвижения рекордного для страны числа кандидатов на один мандат. По Ишимскому ТИО № 322 первоначально в избирательный бюллетень было внесено 15 кандидатов, затем четверо сняли свои кандидатуры [12]. По Колпашевскому ТИО № 314 было выдвинуто 14 человек, Усть-Кутскому ТИО № 175 - 7 человек [13. Л. 41, 59-60]. Более трех человек на один мандат было выдвинуто даже в отдаленных районах Восточной Сибири: в Иркутском НТИО № 10 (3 человека), Советском ТИО № 517 (5 человек, г. Улан-Удэ), Баргузинском ТИО № 518 (3), Джидинском ТИО № 520 (3), Кабанском ТИО № 522 (4) [13. Л. 138, 206-209].

По Барнаульскому ТИО № 66, где баллотировался один из лидеров неформального движения города В.П. Овчинников, было зарегистрировано 8 кандидатов, двое затем сняли свои кандидатуры, причем снял свою кандидатуру, чувствуя растущее недоверие общественности к партийному и комсомольскому аппарату, первый секретарь Барнаульского горкома ВЛКСМ Б.А. Трофимов [14]. Но выдвижение неограниченного количества кандидатов при повышенной политической активности населения во многом затруднило саму процедуру выборов - сделав ее многоступенчатой. По Барнаульскому ТИО № 66 голосование проходило в два тура из-за большого количества кандидатов. В Иркутской области при повторном голосовании по Иркутскому НТИО № 10 работниками института «Промстройпроект» был выдвинут известный лидер неформального движения А.А. Сосунов. В его программу был включен вопрос о многопартийности [15].

Самая острая политическая борьба развернулась в Сибири по Томскому ТИО № 313, где окружное предвыборное собрание не зарегистрировало представителя интеллигенции, выступавшего с радикальной политической программой, С.С. Сулакшина, и его кандидатура не была внесена в бюллетень для голосования. Это вызвало резкий протест народных масс. Под влиянием волны неформального движения 26 марта 1989 г. были забаллотированы оба кандидата по этому округу - П.В. Голубев и Р.С. Карпов. В ходе повторных выборов избирательной кампании по этому округу было выдвинуто 13 кандидатур [16]. Среди них были лидеры неформального движения г. Томска - С.С. Сулакшин, В.В. Тирский, Л.Ф. Пичурин, все они - представители вузовской интеллигенции. 9 апреля 1989 г. на стадионе «Труд» состоялся митинг избирателей, посвященный ходу предвыборной кампании. На нем было высказано предложение - не проводить окружного предвыборного собрания, пожелание - стремиться к обеспечению максимальной гласности при выдвижении кандидатов и равных возможностей при пропаганде ими своих программ. На митинге со своими программами выступили Д.П. Добжинский, О.А. Котиков, Л.Ф. Пичурин и С.С. Сулакшин. Уже в первом туре голосования, где участвовало 11 кандидатов, перевес оказался за С.С. Сулакшиным - он набрал 46,37 % голосов [17]. Общественность Томска в большинстве своем поддержала его радикальную программу. Обратный эффект принесло стремление партийно-советского аппарата не допустить избрания С.С. Сулакшина, критика его аппаратом лишь увеличила симпатии рядовых избирателей к нему. Не дожидаясь второго тура голосования, его соперник П.В. Голубев снял свою кандидатуру. При повторном голосовании Сулакшин был поддержан 87,61 % избирателей [18].

Таким образом, и при повторных выборах народных депутатов СССР и в Сибири, и в целом по стране победили представители интеллигенции. Победе интеллигенции на выборах 1989 г. способствовал конгломерат факторов, описанных выше, какие-то факторы имели большее, какие-то меньшее влияние. Но интеллигенция победила и окрыленные новыми демократическими идеями избранные депутаты стали активно действовать и на съездах народных депутатов СССР, и в составе Межрегиональной депутатской группы. Не все в России получилось так, как мечталось представителям интеллигенции в 1989 г., но уже тот факт, что в стране утвердилась система свободных выборов с заранее неизвестным результатом - это уже победа демократических начал.

Литература

1. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 7522. Оп. 13. Д. 51.

2. Российский государственный архив новейшей истории. Ф. 89. Оп. 12. Д. 27.

3. Томский областной центр документации новейшей истории. Ф 5654. Оп. 1. Д. 347. Л. 1-9.

4. Омская правда. 1989. 2 дек.

5. Ильина Т.В. Кто станет народным депутатом? // Социс. 1989. № 6.

6. Красное знамя. 1989. 25 марта.

7. Неформалы: социальные инициативы: Сб. / Сост. С.Н. Юшенков. М., 1990. С. 36.

8. Тюменский комсомолец. 1989. 1 марта.

9. Государственный архив Кемеровской области (далее - ГАКО). Ф. П-75. Оп. 66. Д. 103.

10. Комсомолец Кузбасса. 1989. 25 марта.

11. ГАКО. Ф. П-75. Оп. 66. Д. 36.

12. Тюменская правда. 1989. 30 апр.

13. ГАРФ. Ф. 7522. Оп. 13. Д. 49.

14. Алтайская правда. 1989. 19 апр.

15. Восточно-Сибирская правда. 1989. 16 апр.

16. Красное знамя. 1989. 14 и 15 апр.

17. Красное знамя. 1989. 16 мая.

18. Красное знамя. 1989. 23 мая.