Взяв их с собой, он отправился к королю Хлотарю и рассказал, как его заживо похоронил епископ. Окружающие были удивлены. «Только Нерон или Ирод, – заявляли они, – могли совершить подобное преступление, захоронив человека заживо». Каутин предстал перед королем Хлотарем, но когда Анастасий стал обвинять его в совершенном преступлении, то немедленно вышел, потому что не смог ответить. Король Хлотарь дал Анастасию новые документы, подтверждавшие наследственное право на его собственность и передачу земли потомкам.Для Каутина же не было ничего святого, и он никого не уважал. Каутин ничего не читал, ни духовную, ни светскую литературу. Он находился в приятельских отношениях с евреями, и они сильно повлияли на него. Каутин не старался обратить их в христианство, хотя это входило в его обязанности священника, и делал это потому, что покупал у них товары. Он легко поддавался лести, и евреи знали, как влиять на него, поэтому продавали ему вещи по более высокой цене, чем они того стоили.13. В то время Храмн жил в Клермоне. Во всех его деяниях он следовал только плохим советам, что и стало причиной его преждевременной смерти. Жители Клермона ненавидели его, и среди них не оказалось ни одного, кто хотел бы дать ему хороший и полезный совет. Храмн собрал вокруг себя шайку молодых и беспутных людей из нижнего сословия. Он ни о ком не заботился и прислушивался только к их советам. Примечательно, что, пользуясь королевским указом, он велел похищать дочерей некоторых сенаторов, чтобы насильственно развлекаться с ними.Он оскорбил Фирмина и отстранил его от управления городом, назначив на его место Саллюстия, сына Еводия. Фирмин и его теща унесли из собора Святые Дары. Был Великий пост, и епископ Каутин должен был отправиться с крестным ходом в приход Бриуд (Бриу), где находился храм Святого Юлиана, чтобы совершить молебен, установленный святым Галлом, как я описывал в предыдущей главе.Отправляясь из своего родного города, он находился в смятении, опасаясь, что на него нападут по дороге, ибо Храмн угрожал ему. Пока Каутин двигался по направлению к Бриуду, Храмн отправил Имнахара и Скаптара, первых людей своей свиты. «Идите и выведите Фирмина и его тещу Цезарию из собора», – заявил он им.Пока епископ двигался во главе процессии, посланцы Храмна вошли в собор и постарались усыпить бдительность Фирмина и Цезарии, рассказывая им разные лживые истории. Они довольно долго расхаживали по собору, разговаривая то об одном, то о другом. Воспользовавшись тем, что беглецы, искавшие в соборе убежище, были поглощены беседой, их постепенно подвели к дверям, которые в это время были открыты. Выбрав момент, Имнахар схватил за руки Фирмина, а Скаптар – Цезарию и вытащили их из храма, где их немедленно схватили люди Храмна.
Фирмина и Цезарию сразу же отправили в изгнание. На следующий день, воспользовавшись тем, что охранявшие их стражники уснули, они сбежали в церковь Святого Юлиана. Таким образом им удалось избежать ссылки, но всю их собственность передали казне. Так как епископ Каутин боялся, как бы и ему не нанесли обиду, он во время вышеупомянутого крестного хода все время держал под рукой оседланную лошадь.Оглянувшись, он увидел приближавшихся к нему всадников, явно намеревавшихся его схватить. «Да поможет мне Господь! – воскликнул он. – Этих людей послал Храмн схватить меня!» Вскочив на лошадь, он с силой вонзил шпоры и вырвался вперед процессии, направляясь к воротам церкви Святого Юлиана, куда добрался полуживым.Рассказывая об этом, я не перестаю думать о том, что Саллюстий ответил тем, кто критиковал историков: «Писание истории трудно по двум причинам: во-первых, потому, что все описываемое должно точно соответствовать фактам. Во-вторых, если историк позволит себе критиковать дурные поступки, большая часть читателей заподозрит его в недоброжелательстве или зависти».82Но позвольте мне продолжить свой рассказ.14. После смерти Теодебальда83 Хлотарь захватил земли рипуарских франков. Когда он объезжал новые территории, ему донесли, что саксы снова поднимают мятеж и планируют восстать против него, поскольку отказываются платить свою ежегодную дань. Услышав это, он разгневался и выступил против них.Как только Хлотарь приблизился к их территории, саксы направили к нему послов. «Мы по-прежнему уважаем вас, – заявили они. – Мы также не отказываемся платить дань, которую отдавали вашим братьям и племянникам84. На самом деле мы готовы платить и больше, если вы на том настаиваете. Мы только хотим мира, чтобы вы и ваша армия и наши люди не втягивались в кровавую битву».Услышав это, король Хлотарь сказал своим воинам: «Эти люди говорят правильно. Мы не должны нападать на них, ибо тогда мы согрешим против Господа». – «Мы знаем, что они лжецы, – ответили его воины, – ибо они никогда не выполняют своих обещаний. Мы должны напасть на них».Во второй раз саксы направили просьбу о мире, предлагая половину того, чем владели. Хлотарь снова сказал своим людям: «Отступите, говорю вам, не нападайте на саксов, иначе мы навлечем на себя гнев Божий». И снова его люди с ним не согласились.
В третий раз пришли саксы, предлагая всю свою одежду, скот и все, чем владели. «Возьмите все это, – говорили они, – вместе с половиной территории, которой мы владеем, только оставьте свободу нашим женам и маленьким детям, не позвольте вспыхнуть войне между нами».И снова франки не согласились. «Отступитесь, – снова попросил их король Хлотарь, – и откажитесь от намерения напасть на них. Вы не правы, задумав то, что хотите сделать. Вы не должны вступать в битву, нас разобьют, если вы это сделаете. Если же вы настаиваете на том, чтобы выступить, делайте это без меня».Франки рассердились на Хлотаря, бросились на него, разорвали на куски его шатер, с силой вытащили его оттуда, осыпали его оскорблениями и поклялись, что убьют, если он откажется выступить с ними. Увидев, как обстоят дела, король Хлотарь поступил против своей воли.Битва разразилась, франки потерпели полное поражение, огромное количество франков было убито противником. С обеих сторон пало так много людей, что никто не мог сосчитать умерших85. Хлотарь был сам не свой, он просил о мире, заявляя, что выступил так не по своей собственной воле. Заключив мир, Хлотарь отправился домой.15. Услышав, что король Хлотарь вернулся с поля битвы с саксами, жители Тура стали искать встречи с ним, чтобы сказать ему, что они все пришли к единому мнению и хотят епископом священника Евфрония. Однако король на это предложение ответил: «Я уже решил, чтобы в епископы Тура посвятили священника Катона. Почему мое распоряжение не выполнили?» – «Мы просили его прийти, – ответили они, – но он отказался».Когда они разговаривали, неожиданно появился священник Катон и попросил короля снять Каутина с должности епископа Клермона и вместо него назначить его, Катона. Король рассмеялся в ответ на его предложение. Тогда Катон снова попросил, чтобы его назначили епископом Тура, хотя до этого он отвергал это назначение.«Вначале я действительно хотел, чтобы тебя рукоположили как епископа Тура, – заявил король, – но теперь, когда я узнал, что ты отказался от епископства, оставь всякую надежду, что тебя когда-либо назначат епископом». Тогда Катон страшно смутился и вышел.После того король велел навести справки об Евфронии, ему сказали, что он приходится племянником святому Григорию, о котором я вам уже говорил86. «Это одна из самых благородных и знаменитых семей в этих краях, – заметил Хлотарь87. – Пусть осуществится воля Божья и воля святого Мартина. Повелеваю избрать его». Подписали нужные бумаги, и святого Евфрония назначили турским епископом, восемнадцатым после святого Мартина.
16. Как я уже говорил, Храмн совершил в Клермоне множество преступлений, причем питал особую ненависть к епископу Каутину. Случилось так, что Храмн серьезно заболел лихорадкой, отчего все его волосы выпали. Среди его окружения оказался некий Асковинд, житель Клермона, человек весьма осторожный и предусмотрительный. Он сделал все от него зависящее, чтобы помешать Храмну совершать дурные поступки, но не преуспел в своих намерениях.У Храмна был другой слуга, по имени Леон из Пуатье, поощрявший его в дурном поведении, его имя соответствовало его характеру, потому что он рычал как лев, когда пытался удовлетворить свою страсть. Говорят, что именно Леон сказал, что святые Мартин и Марциал не оставили ничего ценного для королевской сокровищницы.С помощью чудесной силы обоих святых его тотчас поразила немота и глухота, и вскоре он умер от мучительного безумия. А ведь, страдая, он приходил в церковь Святого Мартина в Туре, выстаивал там ночные службы и преподносил дары, но обычная чудодейственная сила святого не принесла Леону облегчения, и он уходил обратно таким же больным, как и пришел.Храмн же покинул Клермон и отправился в город Пуатье, где жил в огромном поместье. Его сбили с пути советы злых людей, окружавших его, и он решил отправиться к своему дяде Хильдеберту и предать своего отца. Хильдеберт согласился выслушать его, но делал это потому, что в свою очередь намеревался предать его. Они обменялись тайными посланиями и устроили заговор против Хлотаря. Похоже, Хильдеберт забыл, что каждый раз, когда он устраивал заговор против Хлотаря, это плохо кончалось.Сговорившись с Хильдебертом, Храмн отправился в Лимож. Вся эта территория, являвшаяся частью царства его отца, теперь оказалась под его собственным правлением. В то время население Клермона затворилось внутри городских стен и вымирало как мухи, страдая от эпидемии.Король Хлотарь отправил своих сыновей Хариберта и Гунтрамна, чтобы они имели дело с Храмном. Добравшись до Клермона, они узнали, что Храмн перебрался в Лимож. Тогда они дошли до горы Негремон (Черной), где и обнаружили его. Они разбили свои шатры и устроили свой лагерь прямо напротив его лагеря. Затем они отправили к нему послов, чтобы сказать, что он должен или вернуть всю собственность отца, которую захватил, или вступить с ними в бой.Храмн притворился, что согласен подчиниться своему отцу. «Я вовсе не собирался, – заявил он, – захватить все земли, через которые прошел, хочу оставить их под собственным правлением, но во владении моего отца». Хариберт и Гунтрамн настояли, чтобы исход решился в ходе битвы. Оба войска выдвинулись и стояли друг напротив друга, собираясь вступить в бой. Но тут неожиданно разразилась страшная буря с громом и молнией, помешавшая им сразиться.
Они отправились обратно в свои лагеря. Со свойственным ему вероломством Храмн отправил постороннего человека, чтобы тот сообщил его братьям, что их отец убит. Данное событие произошло в связи с войной с саксами, о которой я вам рассказывал. Обеспокоенные, Хариберт и Гунтрамн отступили в Бургундию. Храмн же направился за ними вместе со своим войском. Он дошел до города Шалон-сюр-Сон, осадил его и затем захватил. Потом он устремился в Дижон, куда прибыл в воскресенье. Об остальном я расскажу вам позже.В то время епископом Лангра был святой Тетрик, о котором я вам уже рассказывал. Его священники положили на алтарь три книги: Пророчества, Апостол, Евангелие. Они молились Господу, чтобы Своей божественной властью Он открыл им то, что произойдет с Храмном, займет ли он трон и будет ли править.Они решили, что во время мессы каждый должен открыть книгу и прочитать то, что обнаружит. Сначала открыли Книгу Пророчеств, где нашли: «И он обнес его оградою… а он принес дикие ягоды» (Ис., 5: 2). Затем открыли Первое послание к фессалоникийцам: «Ибо сами вы достоверно знаете, что день Господень так придет, как тать ночью. Ибо, когда будут говорить: «мир и безопасность», тогда внезапно постигает их пагуба, подобно как мука родами