Эта модель рассматривает системные изменения семьи на определенных этапах и связывает наличие обязательных адаптационных способностей семьи с этапами семейного развития (П. Вацлавик, Р. Викленд, М. Фиш, 1974). Авторы исходят из того, что переход на новый этап семейного цикла приводит к более или менее глубоким изменениям семейных коммуникативных и ролевых стереотипов и требует приспособления и адаптации.
В подходе М. Перре (1997) представлено понимание семейного стресса как центрального фактора в дисфункциональном семейном развитии. Считается, что стресс во многих случаях может являться причиной девиантного поведения в семье (например, применение насилия), формирования и развития внутренних и внешних отклонений как у детей, так и у родителей, а также может привести нуклеарную семью на грань распада.
Особое положение в зарубежной психологической науке по данной проблематике занимает изучение стресса и копинга в сфере супружеских отношений.
Стрессы и трудности, переживаемые супругами, различаются по источнику их возникновения, по последствиям, по специфике их переживания и совладения с ними.
Выделяют несколько источников возникновения семейного стресса внутри супружеских отношений. К ним относятся профессиональные нагрузки, финансовые трудности, низкое качество супружеских отношений, нарушения коммуникации и высокая частота конфликтов, неустойчивость семейных ролей, нагрузки, связанные с детьми.
Профессиональные нагрузки характеризуются большим объемом работы и сверхурочными работами. Они сокращают время и возможности быть в семье и интересоваться положением дел у членов семьи, признавать их значение.
Исследования, проведенные в Германии, показали, что 87% выборки из 600 супружеских пар указали стресс на работе как ежедневный источник нагрузки, который 37% мужчин и 29% женщин описывают как сильно обременяющий. Причем данное исследование подтверждает, что по рабочим дням конфликтов у супругов наблюдается больше, чем в выходные дни (Г. Боденманн, 2000).
Если работают и муж, и жена, то ситуация может еще больше обостряться. Как сообщает Р. Раппопорт (1969), два супруга - «добытчика» часто отмечают ролевую перегрузку, а вынужденное жесткое планирование времени (регулирование распорядка дня, организация семейных и профессиональных обязанностей, распределение времени для работы, домашнего хозяйства, детей, супружества) является важным источником стресса. При этом отмечается различие между распределением реального времени и «эмоционального» времени (то есть времени, которое пара имеет для совместного и интимного общения и взаимодействия). Профессиональный стресс приводит к значительным ограничениям реального времени, и особенно сильно он влияет на «эмоциональное» время. При стрессе оно изменяется не только количественно, но и качественно.
Следующим источником стресса часто выступают финансовые затруднения, которым современная семья подвержена особенно сильно.
Исследование Р. Бюхер и М. Перре (2000) показало, что треть из 552 опрошенных семей указали от «часто» до «очень часто», что финансовые проблемы в прошлом году стали для них стрессом. В целом, финансовый стресс стоит на четвертом месте по степени трудности для супругов (57,5% опрошенных указали среднюю и сильную степень его воздействия).
Кроме того, финансовые затруднения часто связаны с качеством жилья (люди вынуждены жить в более дешевых, маленьких или менее привлекательно расположенных квартирах), количеством свободного времени (недостаточное или ограниченное количество свободного времени или отказ от желаемого количества свободного времени), а также с недостаточной культурной, социальной и интеллектуальной активностью членов семьи (сокращение или отмена посещений образовательных учреждений и курсов, культурных мероприятий).
Весьма острым является также такой источник семейного стресса, как низкое качество супружеских отношений вместе с нарушениями общения и высокой частотой конфликтов.
Так, 60% из 600 опрошенных пар указывают стресс, связанный с супружескими отношениями, который 11% мужчин и 14% женщин обозначили как сильный. Стресс, связанный с воспитанием детей (непослушание и т.д.), 34% женщин и 48% мужчин описывают как средний, 14% женщин и 11% мужчин - как сильный. Сильные эмоциональные нагрузки в связи с общением с прародительскими семьями указывают 12% женщин и 5% мужчин.
Стресс в супружеских отношениях может быть связан также с неудовлетворительным распределением функций в домашнем хозяйстве (указали 71,4% супружеских пар), различием в потребностях мужа и жены в совместной жизни (84,3%) и различными целями мужа и жены (64,7%). Сексуальные проблемы у 55,6% пар вызывают стресс; различие в ценностях и мировоззрении около 54,8% пар оценивают как источник стресса, споры / конфликты с супругом создают напряжение у 52% пар (Г. Боденманн, 2000; Р.С. Кесслер, 1998).
Еще одна область актуальных эмоциональных нагрузок супругов представлена сегодняшней неустойчивостью семейных ролей. Действительные в прошлых столетиях ролевые стереотипы для женщин-жен и мужчин-мужей уступили место современным ролевым представлениям и привели к изменениям, часть которых еще не закреплена в действительном поведении и требует наполнения ролей определенным смыслом и требованиями. В современном нам обществе встречаются семьи, где женщина-мать выполняет функцию «добытчика, кормильца» семьи или же просто стремится к достижению карьеры, тогда как мужчина занимается домашними делами, воспитанием детей, общением с родственниками. Бывает, что оба супруга-родителя заняты построением карьеры и зарабатыванием денег, а большая часть семейных забот ложится на прародителей (бабушек и дедушек).
Существенным источником стрессов для супругов-родителей выступают нагрузки, связанные с детьми. По данным зарубежных исследователей, ведущую роль среди факторов стресса в семье для большинства родителей играют дети (Р. Левис, А. Хендерсон, 1989).
То, что дети приводят к трудностям и нагрузкам в супружеских отношениях, давно известно и особенно очевидно в исследованиях перехода супругов к родительству. Одно из исследований (1982) показывает, что переход к родительству в большинстве случаев связан со стрессогенным снижением удовлетворенности супружеством. Результаты исследования 600 супружеских пар свидетельствуют, что больше половины опрошенных указывали на стресс, связанный с детьми: 76% матерей и 62% отцов описали его как сильный. Причем оказалось, что наиболее часто супруги-родители переживают стресс, связанный со школьными проблемами детей и проблемами их поведения.
Стресс, связанный с детьми, сопровождается:
) большой ограниченностью собственной свободы действий (сокращается время для себя или партнера);
) большими материальными затратами и эмоциональными «вложениями»;
) заботами о состоянии здоровья и благоприятном развитии детей;
) необходимыми воспитательными ситуациями и отказом от эгоистических чувств.
Подчеркивается, что этот перечень далеко не исчерпывает весь спектр возможных причин возникновения стрессов и трудностей в семье и в супружеских отношениях, в частности. Он служит лишь показателем основных, наиболее остро переживаемых ситуаций в сфере супружеских отношений.
Зарубежными исследователями отмечается, что в ситуации переживания стресса потенциальная эмоциональная нагрузка каждого супруга возрастает. При этом супруги нередко концентрируются на собственных потребностях, не понимая и игнорируя потребности другого супруга и детей по причине обусловленного стрессом эгоцентризма восприятия и намерения контролировать и экономно распределять ставшие скудными при стрессе ресурсы. Вместе с тем происходит уменьшение позитивных подкреплений для партнеров (например, внимание и интерес к партнеру, его значимость, подарки, совместная деятельность, проявления нежности, сексуальные встречи), или же эти подкрепления становятся менее заметными.
Все это выражается в сильном раздражении, повышенной конфликтности (как в отношениях с партнером, так и в отношениях с детьми) и в тенденции ухода или уклонения от семейного общения.
Партнеры, испытывающие стресс, обладают пониженной толерантностью к внешним условиям (например, детский шум, бытовые обязанности, потребности других членов семьи, социальные требования) и реагируют на них чаще неадекватно, с упреками, с тенденцией оборонительного поведения, обесценивания супруга или детей, с враждебным юмором и сарказмом.
При этом возрастает тенденция избегания - ухода в поведении супругов. Партнеры, испытывающие стресс, стремятся к большему покою и замыкаются в себе, стремятся к избеганию проблем и конфликтов и начинают бояться дальнейших семейных задач и требований.
Такое поведение провоцирует другого партнера «взваливать» на себя большую часть семейных нагрузок.
Взаимодействие с детьми (например, совместные игры, выполнение школьных заданий и т.д.) ограничивается и становится минимальным, поскольку шум, непоседливость и требование к себе внимания детьми оцениваются как все более и более непереносимые.
Все эти процессы подтачивают отношения, снижают семейную сплоченность и адаптационные способности семьи. При этом усиливаются нагрузки, связанные с детьми, напряжение и конфликты с партнером (вследствие чего снижается удовлетворенность супружескими отношениями), могут возрасти враждебность и агрессия по отношению к партнеру и детям. В дополнение к этому может возникнуть также конфликт с самим собой.
Тем не менее, несмотря на патогенность описанных последствий переживания стрессов в семейной жизни, в большинстве случаев масштаб негативных последствий зависит от семейных ресурсов, умения решать проблемы и справляться со стрессами, то есть от адекватного совладающего поведения супругов (Г. Боденманн, 2000). В психологии совладания большое внимание уделяется изучению совладающего поведения внутри супружеских отношений, которое понимают не только как способ преодоления стрессов и трудностей, но и как важнейший ресурс стабильности и жизнестойкости семейной системы.
Указывается на значение партнера как важнейшего копинг-ресурса во время трудной ситуации. Аргументируется это тем, что супружеские отношения - это единственные социальные отношения, которые отличаются высокой степенью эмоциональной близости, ответственности, доступности и человеческой интимности и предлагают эффективную поддержку.
В 1990-х гг. С. Коэни Т. Смит (1994) предложили новый термин - центрированный на отношениях копинг в дополнение к проблемно - ориентированному и эмоционально - ориентированному копингу (Р. Лазарус, 1984).
Согласно их определению, центрированный на отношениях копинг имеет две стратегии: активную поддержку и оказание защиты. Стратегия активной поддержки предполагает такие действия супруга, которые направлены на то, чтобы стимулировать партнера для обсуждения проблемы, выяснения его чувств и выработки совместного конструктивного разрешения трудной ситуации. Посредством стратегии оказания защиты партнер эмоционально «разгружает» другого, например, тем, что не обсуждает беспокоящую тему, проявляет заботу, сдерживает негативные чувства и уступает партнеру, чтобы избежать размолвки. Но нужно отметить, что этот теоретически весьма интересный тезис до сих пор не был подтвержден эмпирическими исследованиями.
А. Де Лонгис и Д.Б. О'Брайн (1990) продолжают разработку центрированного на отношениях копинга и говорят о том, что адекватное совладание со стрессом и напряжением может базироваться не только на решении проблемы и контроле эмоций. Они считают, что центральное значение должна иметь регуляция социальных отношений, так как здоровье и самооценка человека в значительной степени определяются через социальное взаимодействие (социальную поддержку, расположение, симпатию и т.д.). При этом авторы фокусируют свое внимание на эмпатическом копите, понимая под ним «способность и, соответственно, попытку понять в стрессовой ситуации аффективный мир другого человека и это аффективное понимание разделить». В качестве форм выражения эмпатического копинга они называют демонстрацию симпатии, доброжелательность, понимающее выражение лица и теплую интонацию.
Интересную концепцию диадического совладания со стрессом предложили Д. Терри (1989) и Т. Ревенсон (1994). Эти авторы исходят из идеи о соответствии двух моделей копинга у партнеров («кошшг-конгруэнтность»). Согласованность двух индивидуальных моделей совладания (конгруэнтность в применении копинг-стратегий) принимается как зависимая переменная уровня самочувствия и уровня функциональности копинга. При этом высокое соответствие индивидуального эмоционально-ориентированного копинга обоих супругов представляется благоприятным, в то время как использование супругами проблемно-ориентированного копинга может быть различным, но не наносящим вреда качеству супружеских отношений и самочувствию обоих партнеров.
В дальнейшем было предложено понимание диадического копинга как совокупности стратегий, состоящей из индивидуальных действий и поступков обоих совладающих супругов (Г. Пакенхэм, 1998).
Отличной от ранее представленных теорий является концепция диадического стресса и диадического копинга Г. Боденманна (1998). Базируясь на теоретических тезисах французских авторов, которые обнаружили высокие корреляции между переживанием стресса партнерами в браке и установили, что супружеская пара реагирует на стресс как единая система, Г. Боденманн понимает стресс и копинг в рамках супружеских отношений как системное событие.
Диадический стресс определяется им как требования к одному или обоим партнерам, вносящие дестабилизацию в общую систему. При этом причина стресса может лежать внутри или вне супружеской пары. Прямой диадический стресс касается обоих супругов в одинаковой степени (например, предстоящее рождение ребенка, переезд и т.д.), косвенный диадический стресс представляется в форме напряжения, возникающего на основе недостаточного или неэффективного индивидуального копинга одного из супругов.
Под диадическим копингом понимается также форма преодоления напряжения, которая:
) учитывает сигналы о стрессе от одного партнера и ответную реакцию (вербальную и невербальную) другого партнера на эти стрессовые проявления;
) предполагает разделение задач и деятельности с партнером (делегированный диадический копинг);
) включает совместный и согласованный подход супругов к напряженной ситуации (совместный диадический копинг).
Под совместным диадическим копингом понимаются такие попытки преодоления напряжения, когда происходит активное сотрудничество и согласование копинг-стратегий супружеской пары. Это могут быть: совместные обсуждения для принятия решений, равномерное распределение между партнерами деятельности, совместный поиск информации, деловая поддержка в трудной деятельности, понимание, совет, утешительные слова, помощь в принятии ситуации, взаимная солидарность, совместные упражнения для расслабления, помощь в успокоении, вера в партнера и т.д.). При этом диадический копинг предполагает деловую и эмоционально-ориентированную поддержку одним партнером другого. Также супруг готов взять на себя в стрессовой ситуации определенную часть нагрузки другого супруга.
Функциями диадического копинга в супружеских отношениях являются:
) стрессо-ориентированные аспекты (сокращение напряжения через действительное решение проблемы, эмоциональная и социальная регуляция);
) ориентированные на супружеские отношения аспекты (построение и укрепление чувства «мы», укрепление доверия партнеров друг к другу, осознание супружеских отношений как помогающих, поддерживающих и ценных и т.д.) (Г. Боденманн, 2000).
Такие данные российских и зарубежных
ученых, исследователей в области семейных отношений представляют интерес,
показывают возможности и перспективы дальнейшего изучения семейного стресса и
совладания, позволяют проанализировать и соотнести накопленный опыт зарубежных
авторов с отечественными разработками. Это важно, поскольку за рубежом данная
проблематика и теоретически, и эмпирически в настоящее время разработана
гораздо лучше, чем в России, и западные исследования включают в себя большое
количество направлений и аспектов изучения. (1)