Эвакуация немецкого населения из оккупированных районов Ленинградской области зимой -- весной 1942 г.
Мартыненко Владимир Леонидович
канд. ист. наук, докторант, Институт украинской археографии и источниковедения им. М. С. Грушевского Национальной академии наук Украины (Киев, Украина)
Аннотация
В статье подробно рассмотрен процесс эвакуации немецкого населения оккупированных районов Ленинградской области зимой -- весной 1942 г. Основное внимание уделено планированию, организации и осуществлению этой акции германскими властями на занятых территориях. Разрастание масштабов гуманитарной катастрофы в захваченном регионе, а также интенсивные боевые действия вынудили командование 18-й армии вермахта приступить к поэтапным эвакуациям гражданского населения из прифронтовой зоны в конце осени 1941 г. Эти мероприятия также затронули представителей немецкой национальности и членов их семей, находившихся под покровительством местных оккупационных властей. С января по апрель 1942 г. из предместий Ленинграда и ряда населенных пунктов области проходила эвакуация этнических немцев. Данный контингент в количестве 3749 чел. временно был размещен в лагерях на территории рейхсгау Данциг -- Западная Пруссия. Переселенцы из Ленинградской области стали первым и наиболее многочисленным немецким контингентом, который в организованном порядке был вывезен из прифронтовых территорий в начале 1942 г. за пределы СССР. Несмотря на декларированные заявления о заботе над соплеменниками, отношение властей Германии к этническим немцам из СССР имело в значительной степени утилитарный характер. Прибывшие в Рейх переселенцы рассматривались прежде всего как ресурс для германизации аннексированных польских территорий. Этнические немцы с точки зрения национал-социалистической идеологии не считались однородной общностью. Ценность каждого из них должна была определяться в ходе проверочных процедур.
Ключевые слова: этнические немцы, Ленинградская область, эвакуация, оккупация, вермахт, Германия, Управление по делам этнических немцев, Центральное бюро по иммиграции, регистрация.
Abstract
The article details the evacuation of the German population of occupied areas in the Leningrad Oblast in the winter-spring of 1942, especially planning, organization, and implementation by German authorities. The increase in the scale of the humanitarian catastrophe in many settlements of the region, as well as intensive fighting, forced the command of the 18th Army of the Wehrmacht to begin stage-by-stage evacuation of civilians from the front zone in late autumn of 1941. Those events also affected representatives of the German ethnic minority who were under the auspices of the occupation authorities. From January to April 1942, ethnic Germans were evacuated from the suburbs of Leningrad and a number of settlements in the region. That contingent of 3,749 people was temporarily placed in camps on the territory of Reichsgau of Danzig-West Prussia. Despite statements about the care of ethnic brethren, the attitude of the German authorities towards ethnic Germans from the USSR was largely utilitarian. Upon arrival in the Reich, the settlers were considered primarily as a resource for the Germanization of the annexed Polish territories. At the same time, ethnic Germans, from the position of national-socialist ideology, were not considered a homogeneous community. The value of each of them was determined during verification procedures.
Keywords: ethnic Germans, Leningrad Oblast, evacuation, occupation, Wehrmacht, Germany, Ethnic German Liaison Office, Central Immigration Office, registration.
Политика Германии в отношении немецкого населения СССР в годы Второй мировой войны на протяжении долгих лет привлекает значительное внимание в академическом сообществе некоторых бывших советских республик и стран Запада. Это обусловлено в первую очередь тем, что данная проблематика тесно переплелась со многими важными аспектами исследования оккупационного периода. Например, малоизученной страницей в контексте данной темы по-прежнему остаются санкционированная германскими властями эвакуация этнических немцев, проживавших на захваченных советских территориях. В немецкой и англоязычной историографии зачастую содержатся обобщенные сведения о масштабных переселенческих акциях 1943-1944 гг., проходивших прежде всего в ряде регионов Украины. Однако первые этапы эвакуации этнических немцев относятся уже к первой половине 1942 г. Их основная особенность заключалась в том, что они затронули лишь отдельные, главным образом прифронтовые оккупированные области СССР. Своеобразной точкой отсчета стала начавшаяся в январе 1942 г. эвакуация нескольких тысяч человек из ряда районов Ленинградской области на территорию Рейха (в данном случае подразумеваются границы Германии военного времени с учетом произведенных аннексий).
Научная значимость данной темы видна и в более широком контексте, так как в целом переселенческие процессы среди гражданского населения оккупированных советских регионов по-прежнему остаются малоизученной страницей военного периода.
В историографии тема административного переселения этнических немцев зимой -- весной 1942 г. еще не получила подробного освещения. Краткая информация о тех событиях содержится прежде всего в работах некоторых немецких авторов. Так, выделим исследования И. Флешхауэр1 и М. Лени- гера2, в которых контекстуально представлена общая картина эвакуации немцев из оккупированных районов Ленинградской области на территорию Германии в начале 1942 г. В современной российской историографии, где к истории немцев в Российской империи и СССР традиционно привлечено повышенное внимание, данный аспект почти не затронут. Одно из исключений -- объемная публикация И.В.Черказьяновой3. Рассматривая жизнь немецкого этнического меньшинства в оккупированных районах Ленинградской области, автор не могла обойти вниманием и их последующую эвакуацию на территорию Рейха в феврале 1942 г. Источниковую базу при рассмотрении этой проблематики составили главным образом мемуарные свидетельства и некоторые опубликованные источники.
В настоящей статье предпринята попытка раскрыть ряд ключевых аспектов эвакуации гражданского немецкого населения Ленинградской области в начале 1942 г. Основное внимание уделено планированию, организации, осуществлению и результатам этой акции. Привлеченные в ходе исследования документы отдельных государственных органов, являвшихся частью аппарата СС, которые хранятся в Федеральном архиве Берлина, позволяют восстановить подробную картину событий.
Как известно, начавшаяся 22 июня 1941 г. война с Германией и ее союзниками спровоцировала новую волну превентивных репрессий против ряда национальных меньшинств в СССР. На острие этой политики оказались в первую очередь представители немецкого этноса. Главным результатом внезапно усилившейся германофобии в национальной политике советского руководства стали масштабные репрессии и депортация этнических немцев, охватившие многие регионы страны. Та многочисленная часть немецкого населения СССР, которая осталась на захваченных территориях, также оказалась вовлечена в поэтапные миграционные процессы, носившие уже иной характер.
Масштабные переселения этнических немцев начались в первые месяцы 1942 г. в некоторых оккупированных советских регионах, находившихся под юрисдикцией вермахта. Миграционная динамика в этой зоне оккупации, как правило, зависела от интенсивности боевых действий на тех или иных участках советско-германского фронта, от ресурсных возможностей военной администрации обеспечить более или менее достаточный уровень жизни для гражданского населения на подконтрольной территории, а также от партизанской активности.
Вышеперечисленные факторы были особенно характерны для оккупированной немецкими войсками части Ленинградской области, где в конце 1941 г значительная часть гражданского населения оказалась перед лицом надвигающейся гуманитарной катастрофы. Уже осенью стало очевидно, что военная администрация не сможет обеспечить необходимый для выживания местного населения объем продовольствия и топлива. Попытки хоть как-то решить эту проблему на уровне Верховного командования вермахта также не увенчались успехом4. Тяжелее всего приходилось жителям ряда населенных пунктов, составлявших пригородную зону Ленинграда (Стрельна, Красное Село, Красногвардейск (Гатчина), Пушкин, Слуцк (Павловск), Красный Бор, Ульяновка, Тосно и Мга), где интенсивность боевых действий была особенно высокой. Исходя из сложившейся ситуации, в начале октября командование 18-й армии приняло решение о поэтапной обязательной эвакуации гражданского населения из прифронтовой полосы в тыловые районы группы армий. В общей сложности с октября 1941 по май 1942 г. было переселено более 75 тыс. чел.5 Отдельную обеспокоенность со стороны военных властей вызывала судьба проживавших в оккупированных районах Ленинградской области некоторых национальных меньшинств: немцев, эстонцев, финнов и ингерман- ландцев. В более привилегированном положении (особенно в плане снабжения продовольствием) оказались все же представители немецкой национальности, системный учет которых в конце 1941 г. по поручению командования 18-й армии производила айнзатцгруппа «А» (Einsatzgruppe A)6.
В середине ноября 1941 г. руководство айнзатцгруппы «А» обратилось к Управлению по делам этнических немцев (Volksdeutsche Mittelstelle (VoMi); далее -- ФоМи) с просьбой как можно скорее организовать помощь представителям немецкой национальности в оккупированных окрестностях Ленинграда. Информацию о плачевном положении этнических немцев ФоМи получало и по другим каналам. Например, еще ранее некоторые сведения предоставила подчинявшаяся Министерству иностранных дел группа Кюнсберга7. В нескольких донесениях этого подразделения подчеркивалось, что проживающим в прифронтовой полосе этническим немцам, как, впрочем, и остальному гражданскому населению, грозила смерть от голода и надвигающихся морозов8. Поэтому для получения более подробной информации о сложившейся ситуации в оккупированные районы Ленинградской области выехала специальная группа от зондеркоманды «Россия»9 во главе с оберштурмфюрером СС Пройссе. Ее представители должны были также обсудить с гауляйтером Г. Лозе возможность переселения этнических немцев на территорию рейхскомиссариата «Остланд». При этом группа не могла без приказа из Берлина принимать какие-либо предварительные самостоятельные решения относительно эвакуации немецкого населения.
24 ноября сотрудники ФоМи прибыли в Красногвардейск, где в тот же день встретились с бригадефюрером СС В. Шталекером, который ввел их в курс дела. Глава айнзатцгруппы «А» настаивал на том, что проживающих в оккупированных районах Ленинградской области этнических немцев необходимо переселить в рейх, так как именно там, по его убеждению, они принесут больше пользы. Территория же Эстонии, которая первоначально рассматривалась в качестве основного пристанища для размещения нескольких тысяч эвакуированных, оказалась малопригодной. Основная же сложность в реализации предложения Шталекера заключалась в том, что Г Гиммлер ранее запретил переселять немецкое население из оккупированных советских регионов в рейх10. Уже 25 ноября группа Пройссе представила свои соображения относительно предстоящих эвакуационных мероприятий. Рассматривались два варианта: немцев из Ленинградской области предполагалось расселить на территории Латвии в окрестностях Гольдингена или же в Литве возле Мариямполе, где были расположены бывшие немецкие деревни, которые могли послужить в качестве лагерей для размещения переселенцев11. На следующий день Шталекер и Пройссе отправили в Берлин совместную телеграмму с кратким изложением ситуации и вышеупомянутыми инициативами.
Ввиду того что на протяжении нескольких дней от руководства ФоМи в Берлине не поступало никаких дальнейших распоряжений, Пройссе принял решение не медлить и приступить к переговорам с администрацией рейхскомиссариата «Остланд». Так, с 5 по 9 декабря в Риге проходило обсуждение возможности эвакуации немецких семей на территорию Латвии. Результат этих переговоров был в целом положительным. Власти генерального округа согласились разместить эвакуированных в сельской местности, а также обеспечить их работой. Организация приема, опеки и снабжения продовольствием немецких семей возлагалась на ФоМи. 10-12 декабря в Каунасе состоялись аналогичные переговоры с администрацией генерального округа «Литва», которая также выразила готовность содействовать в деле оказания помощи эвакуированным. Немецкие чиновники согласились взять на себя часть ответственности за обеспечение данного контингента продовольствием12.
15 декабря группа Пройссе возвратилась в Берлин, где вскоре было принято решение об эвакуации железнодорожным транспортом этнических немцев из оккупированной части Ленинградской области на территорию Литвы, представлявшуюся более подходящим вариантом для размещения переселенцев. Непосредственное осуществление этой операции возлагалось на две специально сформированные оперативные группы -- команду для регистрации «Петербург» {Erfassungskommando Petersburg) и команду для организации приема переселенцев «Кауен» {Auffansgkommando Kauen). Однако вскоре в разработку планов вмешались непредвиденные обстоятельства. В начале января 1942 г. армейское командование обратилось в Берлин с просьбой приступить к эвакуации этнических немцев как можно скорее из-за внезапного контрнаступления нескольких армий Волховского фронта с целью деблокады Ленинграда. Эти внезапные известия вынудили ФоМи не только изменить сроки проведения операции, но и внести в свои планы некоторые организационные коррективы -- например, две вышеназванные команды были объединены в одну под начальством Пройссе13.
15 января сотрудники ФоМи прибыли в Каунас с целью проверки состояния жилищ, предназначенных для вселения эвакуированных, а также обсуждения деталей плана с немецкой гражданской администрацией. В ходе встречи с генеральным комиссаром Литвы Т. фон Рентельном был согласован ряд ключевых организационных вопросов. В частности, весь переселенческий контингент предполагалось разделить на две группы (примерно по 1500 чел. в каждой), расселить которые решили в районе Шяуляя и Паневежиса. Для обеспечения эвакуированных на месте питанием вермахт предоставил девять полевых кухонь. В свою очередь, власти генерального округа также пообещали выделить необходимое количество одежды из фондов изъятого у евреев имущества14.