В-пятых, проводился психологический анализ семантических связей лексического состава выделенных категориальных групп. Результаты интерпретации данных группы «Норма» приведены ниже (Таблица 1).
Таблица 1. Классификация терминов социально-ролевого функционирования женщин в группе «Норма»
В группе «Норма» испытуемые распределили слова на четыре группы: образцовая жена, труженица, девочка и любовница. В целом равномерная умеренная факторная нагрузка на каждую группу указывает на оптимальный баланс предметно-функциональных и аффективных признаков, используемых испытуемыми при классификации слов. Понятие «образцовая жена» выступает гиперонимом по отношению к входящим в данную группу словам. Основным денотативным признаком, по которому включались слова в эту группу, выступают культурные представления о благополучной семье. Образцовая жена - это и идеальная мать, и идеальная женщина, и, конечно же, это сама испытуемая - Я. Следует отметить логичность последовательности ролей: сначала я - идеальная жена, поскольку большинство женщин вступает в брак с идеализированными представлениями о замужестве; затем я - идеальная мать, поскольку потребность в рождении ребенка обусловлена идеальными представлениями о материнстве; реализация предыдущих ролей идеализирует осознание себя как женщины, поскольку существует устойчивый социальный стереотип «любая женщина должна выйти замуж и родить ребенка». Включение в данную категорию Я указывает на самоидентификацию испытуемых с обобщающей ролью «образцовой жены», а также на благополучие семейной жизни женщин группы «Норма».
В категорию «труженица» вошли понятия, характеризующие каждодневный, порой тяжелый труд: старуха и домохозяйка. Труд женщины зачастую не оценивается должным образом. Старуха, в которую с возрастом превращается любая женщина, утрачивает свою внешнюю привлекательность и вынуждена находить хоть какое-то социальное признание, даже берясь за работу в трудных физических и психологических условиях. Такой образ престарелой женщины мы встречаем в рассказе И. А. Бунина «Старуха»: «Хозяйка, которой по годам уже давно следовало стыдиться ревновать, с ума сходила от ревности и наконец-таки поставила на своем - наняла в кухарки старуху. Хозяин, который уже давно красился, но все свои помыслы устремлял только на женский пол, решил сжить эту старуху со свету. И правда, была старуха куда как нехороша собой: высокая, гнутая, узкоплечая, глухая и подслепая, от робости бестолковая, готовила, несмотря на все свои старания, из рук вон скверно. Она трепетала за каждый свой шаг, из сил выбивалась, чтобы угодить. Не радостно было ее прошлое: ну, конечно, муж разбойник и пьяница, потом, после его смерти, чужие углы и поборы под окнами, долгие годы голода, холода, бесприютности... И уж как же была старуха счастлива, что опять она стала не хуже людей, - сыта, тепла, обута, одета, служит у чиновника» [2, с. 258]. Кроме того, в отечественной культуре и психологии семейных отношений принято перекладывать обязанности по ведению хозяйства в доме на пожилых родителей, в то время как молодые семейные дети полностью отдаются профессиональной работе. Этим объясняется включение в категорию «труженица» понятия домохозяйка. Итак, труженица, старуха, домохозяйка - это те роли, в представлениях о которых нивелированы признаки женщины как женщины.
Категория «девочка» включает понятия девушка, дочь. Данные слова обобщены по возрастному признаку. Взрослые женщины группы «Норма» психологически адекватно ассоциируют обозначенные понятия с младшими по отношению к ним по возрасту и со своими детьми.
Понятие любовница тесно связывается испытуемыми с понятием деловая женщина. Объяснением этому могут служить социальные стереотипы замужних женщин и данные социологических опросов [12] о том, что их супруги чаще заводят внебрачные романы с коллегами по работе. Кроме того, в сознании россиян доминируют представления о ведущей роли мужчины в бизнесе и деловых отношениях, а достижения деловых женщин (business woman) оценивают исключительно как результат их возможных интимно-личностных отношений со статусными представителями мужского пола.
Таким образом, представленная классификация терминов обобщена по предметно-функциональным признакам, имеет адекватное распределение факторной нагрузки, семантика обобщенных слов логична и соответствует психологической норме. Это позволяет принять в нашем исследовании данное распределение социальных ролей женщины как речеязыковое отражение её нормального, недеформированного языкового сознания.
Далее приступим к анализу результатов исследования языкового сознания женщин из группы «ТЖС» (Таблица 2).
Таблица 2. Классификация терминов социально-ролевого функционирования женщин в группе «ТСЖ»
Из Таблицы 2 видно, что в группе «ТСЖ» отмечается существенное (на 50%) снижение количества категорий с 4-х до 2-х. Факторная нагрузка между категориями распределена равномерно - 34,6% и 31,2%. Однако отмечается увеличение, по сравнению с группой «Норма», числовых показателей уровня значимости обеих категорий, что указывает на эмоциональную акцентуацию данных категорий в сознании женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации.
Ключевыми понятиями, которые объединяют остальные слова, выступают труженица и мать (слова с наивысшим факторным весом в своих группах). Категория труженица включает слова, в значении которых нивелированы женские характеристики. Отметим, что помимо старухи в группу входят девочка, девушка, дочь, деловая женщина, любовница, Я и женщина. У женщины, которая не воспринимает отмеченные роли как женские, в том числе не воспринимает как женщину саму себя (Я), может быть психологическая травма, приведшая её к самоотвержению. Восприятие через призму труженицы таких социальных ролей, как девочка, дочь, девушка, возможно, есть следствие прошлых проблем в семейном воспитании испытуемых, а также деструктивных актуальных детско-родительских отношений.
Зачастую в психологически проблемных семьях дочери наблюдают хронические конфликты родителей, которые исключают уважительное отношение мужа к жене как к женщине. Отсутствие у молодой девочки позитивного социального образца взаимоотношений мужчины и женщины обусловливает дальнейшую стихийность в формировании поло-ролевых норм. Понятие деловая женщина включено в данную категорию по внешнему сходству смысла: дело - предмет упражнения, работа, труд, занятие и пр. [15]. Социальная роль `любовница' расценивается женщинами из группы «ТСЖ» не как компенсация нереализованных в актуальных отношениях стремлений к душевной близости, заботе и вниманию со стороны партнера, а как удовлетворение биологической потребности.
Категория мать включает слова идеальная мать, мой идеал женщины, образцовая жена, жена, домохозяйка. Примечательно, что «конкретное» понятие мать объемлет идеализированные значения: идеальная мать, мой идеал женщины, образцовая жена. Психологическая трактовка подобных семантических отношений может быть следующей. Женщина в семье фактически исполняет функции матери. Однако характер отношений с близкими, удовлетворённость семейным укладом, «образ семьи» и пр. не соответствуют её представлениям, потребностям, социально-психологическим установкам. Женщина не видит себя в «такой» семье. Выражаясь языком психодрамы [9], она не живет «здесь и сейчас», а действует, исходя из того, что было когда-то в прошлом или может случиться в будущем. В её сознании актуальны мысли: «Вот, если бы я была лучше, моя жизнь была другая», «Моя мать была настоящей женщиной, а я, к сожалению, не могу быть такой» и т.п.
Гипонимо-гиперонимичная связь понятий мать и жена психологически объясняется субъективным переносом запечатлённого в детстве деструктивного сценария родительских отношений на отношения с собственным супругом. В этом случае жена воспринимает мужа как своего ребёнка и взаимодействует с ним либо авторитарно, либо попустительски. Включение в категорию мать понятия домохозяйка указывает на депривацию позитивной оценки её домашнего труда со стороны родных и близких. Не видя в ней женщины, муж и дети воспринимают работу жены/матери как должное, как само собой разумеющееся.
Таким образом, анализ категоризации терминов социально-ролевого функционирования женщины группой «ТСЖ» позволяет утверждать о трансформации (деформации) языкового сознания у испытуемых под длительным воздействием аффекта. На это указывает: а) существенное снижение категорий при дифференциации терминов; б) аффективная акцентуация выделенных категорий, о чем свидетельствует значительное повышение цифровых значений факторных нагрузок на выделенные категории; в) неадекватное изменение состава ключевых слов, образующих категории; г) усиление ключевыми словами аффективных компонентов слов, входящих в данную категорию; д) изменение характера обобщения слов с предметно-функционального на аффективный; е) соответствие семантических связей лексического состава выделенных категориальных групп психологическому содержанию переживаний женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации.
Далее приведем краткий анализ классификаций терминов социально-ролевого функционирования женщин группы «ТСЖ» по типам трудной жизненной ситуации.
Классификация терминов испытуемых по типу «Женщины, подвергшиеся семейному насилию» представлена в Таблице 3.
Таблица 3. Классификация терминов социально-ролевого функционирования женщин по типу «Женщины, подвергшиеся семейному насилию»
Анализ приведенной в Таблице 3 классификации показывает, что группировка слов осуществлялась только по одному (!) ключевому слову домохозяйка. Факторная нагрузка выделенной категории высокая - 62,2%, что указывает на выраженную эмоциональную фиксацию данной социальной роли в сознании женщин, подвергшихся семейному насилию. Этим объясняется неспособность испытуемых разделить другие термины по предметным (денотативным) признакам. Глубокие эмоциональные переживания женщины, связанные с психологическим или физическим насилием в отношении неё со стороны мужа, «стирают» в её сознании значимость других аспектов жизни - работы, друзей, матери, молодой женщины и, конечно же, её как личности, т.е. Я [10].
Классификация терминов испытуемых по типу «Одинокие женщины, перенёсшие или находящиеся в ситуации развода» представлены в Таблице 4.
Таблица 4. Классификация терминов социально-ролевого функционирования женщин по типу «Одинокие женщины, перенёсшие или находящиеся в ситуации развода»
сознание жаргон коммуникативный
Как видно из Таблицы 4, испытуемыми выделены только две категории, что существенно (на 50%) отличается от количества категорий группы «Норма». Факторная нагрузка на выделенные группы высокая и распределена неравномерно. Это указывает на разную степень аффективной фиксации данных категорий в сознании испытуемых. В качестве ключевых слов групп выделены слова с наибольшим факторным весом: женщина и старуха. Категория женщина включает наибольшее количество слов, характеризующих «семейные» социальные роли. С психологической точки зрения такое обобщение закономерно. Развод лишает женщину привычных социальных функций - заботиться о муже (роль жены), о домашнем хозяйстве (роль домохозяйки), быть привлекательной для своего мужчины (роль любовницы), быть самой собой (Я). Глубокие эмоциональные переживания разведенной женщины фиксируют в сознании образы прошлых отношений и выступают некой «призмой» при восприятии окружающего мира. Фатальность мыслей о невозможности возврата былых отношений, обретения счастья с другим мужчиной обусловливает постановку личностных «табу» на восприятие себя и другими как женщины. Чтобы снизить остроту душевных переживаний, она начинает избегать ситуаций, в которых возможна актуализация её «внутренней женщины», и в итоге выбирает наиболее безопасную роль в этой жизни - роль старухи, которая неинтересна противоположному полу, и её удел - трудиться. Поскольку принятие решения в отношении будущей роли сопровождается когнитивной переработкой эмоциональных переживаний, то это логично объясняет разницу в степени факторных нагрузок на выделенные категории.
Классификация терминов испытуемых по типу «Женщины, перенёсшие потерю близкого (-их)» пред-ставлены в Таблице 5.
Таблица 5. Классификация терминов социально-ролевого функционирования женщин по типу «Одинокие женщины, перенёсшие потерю близкого (-их)»
Приведённая в Таблице 5 классификация показывает, что испытуемые выделили лишь две категории для распределения терминов. Выраженная высокая факторная нагрузка на группы (51,4%, 33,4%) свидетельствует об эмоциональной фиксации социальных ролей в сознании женщин данной группы. Это позволяет утверждать о категоризации предъявленных испытуемым объектов по аффективным, а не предметным признакам. Неравномерность распределения значений факторной нагрузки говорит о различиях в соотношении когнитивных и эмоциональных компонентов образов сознания, соответствующих выделенным категориям. Ключевыми словами категорий выступают старуха и идеальная мать. Слова из категории старуха обобщены в основном по аффективным признакам. В ситуации смерти близкого человека образ старухи ассоциируется с образом смерти [15]. Сильные эмоциональные переживания горя, утраты приводят к вытеснению из сознания всех прежних ролей любовница, труженица, женщина, деловая женщина, девочка, Я, дочь, девушка. В подобной ситуации женщина не видит смысла в этих социальных функциях, так как сильная эмоциональная привязанность к утерянному человеку не позволяет представить себя в этом качестве без «обратной связи». Единственная роль, которую она не может потерять даже в горе, - это роль матери. Данное обстоятельство и усиливает когнитивные компоненты категории мать.
Анализ классификаций по другим типам трудной жизненной ситуации также показал снижение количества категорий, изменение ключевых слов выделенных групп, существенное увеличение факторных нагрузок, а также соответствие семантических связей лексического состава групп психологическому содержанию типа трудной жизненной ситуации.
Результаты проведённого экспериментального исследования языкового сознания женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации, позволяют сформулировать следующие выводы.
1.Нахождение под воздействием длительного аффекта приводит к трансформации (деформации) языкового сознания людей. В таком психоэмоциональном состоянии человек неспособен адекватно воспринимать и оценивать окружающий мир, производить отбор жизненных ситуаций.
2.Трансформация (деформация) языкового сознания проявляется в уменьшении размерности семантического пространства по предметно-функциональным признакам и упрощённом обобщении объектов окружающего мира по эмоциональным признакам.