ВОПУ утвердило положение об Уральском промышленном комитете, на который возлагалось, наряду с выработкой общего плана организации промышленности Урала, составление планов транспортного строительства38. Предполагалось в перспективе обсудить вопрос о необходимости окончания постройки железнодорожной линии Сарапул -- Екатеринбург, принимая «во внимание ее общегосударственное значение». Но предметное рассмотрение вопроса было отложено с мотивировкой «не имеющий особой спешности»39.
В октябре 1918 г. Временное областное правительство выделило 14,8 тыс. руб. на нужды коневодства. Планировалось в восстановлении грунтовых дорог и гужевого транспорта использовать возможности частного капитала, например посреднические услуги возобновившего свою деятельность на Урале торгово-промышленного товарищества «Износков и другие»40.
Вместе с тем Временное областное правительство Урала было в значительной мере искусственным и слабым образованием. У него отсутствовали достаточные финансовые средства, налаженный аппарат управления. Оно находилось в постоянных тисках между Временным Сибирским правительством и Комитетом Учредительного Собрания, размещавшимся в Самаре, которые вначале не желали признавать ВОПУ, а впоследствии мало с ним считались. Именно финансовое бессилие ВОПУ стало решающим фактором доминирования Временного Сибирского правительства в данном регионе. Сибирский Минфин распоряжался в уральских отделениях Госбанка как в своих. Несмотря на протесты Уральского правительства, часть уездов Уральского региона (Челябинский, Верхнеуральский, Шадринский, Камышловский, Златоустовский, Ирбитский) была присоединена к Сибири. Против Екатеринбурга развернулась настоящая таможенная война. На железных и грунтовых дорогах были выставлены заставы, которым вменялось в обязанность препятствовать торгово-экономическим связям Урала с Сибирью. Руководство воинских частей Белой Сибирской армии, находившихся на Урале после его захвата ее вооруженными силами, неоднократно вмешивалось в дела управления транспортом41.
Многие мероприятия, намечавшиеся Временным областным правительством Урала, были локальными и не способными к решению даже текущих транспортных проблем.
Социальная политика Временного областного правительства Урала формировалась представителями социалистических партий, которые возглавляли Главное управление труда, занимавшееся рабочим вопросом. Предложенная социалистическими партиями программа внешне выглядела достаточно привлекательно. В пакет требований об охране труда вошли положения о 8-часовом рабочем дне, страховании на случай болезни и производственной травмы, примирительных камерах, биржах труда, защите интересов трудящихся при увольнении и т. д. Меньшевики и эсеры считали, что не сразу и не всё, что было введено большевиками, необходимо отменять; реформы, затрагивавшие широкие слои населения, не нужно скороспело прекращать без обстоятельного их обследования и рассмотрения.
Однако осуществлять данные замыслы ввиду серьезных финансовых затруднений, а также сопротивления кадетов, занимавших ответственные правительственные посты, меньшевики и эсеры оказались не в состоянии. Постепенно была свернута система социального страхования рабочих. Деятельность профсоюзов допускалась при обязательном отказе их от политической деятельности и выполнении функций исключительно экономического и профессионального характера. В профсоюзные комитеты не могли входить лица, ранее состоявшие в Советах и их исполнительных органах. Была повсеместно введена сдельная оплата труда, что не всегда было выгодно42.
Декларация Временного областного правительства Урала предусматривала отмену продовольственной монополии, введенной советской властью, и восстановление свободной торговли. Основываясь на этом заявлении, торговцы в условиях продовольственного дефицита подняли цены на хлеб и другие продукты, что привело к снижению жизненного уровня рабочих и служащих промышленных и транспортных предприятий. По сравнению с довоенным уровнем главный продукт питания -- хлеб поднялся в цене с 2 до 12-14 руб. за пуд, картофель -- с 50-60 коп. до 6-8 руб. за пуд, масло, молоко и другие молочные продукты подорожали в 10-15 раз43.
На этой почве отмечались волнения и выступления рабочих, вылившиеся в октябре 1918 г. в урало-сибирскую железнодорожную забастовку, в которой участвовали транспортники Челябинска, Уфы, Екатеринбурга, Томска, Омска, Кургана, Ишима44. Ход забастовки показал, что от поведения транспортников зависело жизнеобеспечение всей территории востока России. В то же время он выявил, что государственная власть была не способна решить проблемы, послужившие причиной забастовки.
Обострение социальной напряженности не могло не отразиться на состоянии перевозочной работы транспорта. Происходило сокращение объема железнодорожных перевозок. В период октябрьской забастовки 1918 г. во многих местах работа предприятий транспорта почти полностью приостановилась. Обстановка на транспорте настолько осложнилась, что властям пришлось применить насильственные действия. Были проведены аресты лиц, причастных к организации забастовки, расстрелы. Временное областное правительство Урала вынуждено было обратиться к командованию чехословацкого корпуса с просьбой о содействии в продвижении маршрутных поездов с хлебом из Сибири45.
Происходило падение рентабельности перевозок, что приводило к росту их убыточности. Мы согласны с исследователем В.М. Рынковым в том, что для преодоления негативных явлений необходимы были меры финансового оздоровления и технической модернизации железных дорог, но шаги, предпринятые управленческими структурами путей сообщения, лишь отчасти способствовали укреплению материально-технической базы транспорта. Усилия администрации железнодорожного и водного транспорта были сосредоточены в основном на ремонте подвижного состава46.
Государственная власть обладала ограниченными внутренними источниками модернизации транспортных путей. Попытки получения помощи от стран Антанты не увенчались успехом, поскольку они не хотели сотрудничать с находившимся в составе правительств «демократической контрреволюции» социалистами. Они рассчитывали на контакты с общероссийским правительством, которого пока не было47.
Попытки объединить усилия правительств «демократической контрреволюции» в сентябре 1918 г. на «государственном совещании» в Уфе путем образования Директории, которая представляла собой прообраз единого всероссийского правительства, не дали позитивных результатов. Аморфность и непоследовательность их социально-экономической политики обусловили сдержанное отношение к ним местного населения и отсутствие активного сопротивления военному перевороту 18 ноября 1918 г., в результате которого был положен конец контрреволюционно-демократическому режиму и в восточных районах России на некоторое время установилось полновластие «белого движения» во главе с провозгласившим себя Верховным правителем России адмиралом А.В. Колчаком.
Таким образом, «третий путь» в российской революции оказался несостоятельным; не имело заметного успеха и стремление временных правительств «демократической контрреволюции» осуществить необходимую реорганизацию транспортной системы. Важнейшей причиной неудач транспортной политики правительств «демократической контрреволюции» являлась ее внутренняя противоречивость. С одной стороны, налицо было намерение в кратчайшие сроки навести порядок в транспортном хозяйстве, а с другой -- серьезные просчеты в определении стержневых направлений его развития и реализации намеченных мероприятий. Правые социалисты были в большей степени людьми слова, а не дела. В их практической деятельности проявилась слабость институтов гражданского общества, на которые они стремились опираться.
Действительность опровергла намерение вернуть Россию назад, к Февральской революции, использовать законодательные акты Временного российского правительства 1917 г., которые в сложившихся условиях расходились с возникающими потребностями. Часто происходило смешение, а порой и противопоставление рыночных и административных методов управления. Сказывались несогласованность и даже взаимная враждебность между временными правительствами смежных регионов, расхождения правых социалистов и кадетов в сфере социальной политики, неудовлетворенность населения ухудшавшимися материально-бытовыми условиями. Безусловно, на транспортной политике правительств отражалась и сложная обстановка военного времени.
Литература
1. URL: http://www.rbc.ru/society/31/10/2013/5704120d9a794761c0ce33a7 (дата обращения: 10.05.2016).
2. Сичинский Е.П. Из истории Временного областного правительства Урала // История СССР. 1992. № 1; Журавлёв В.В. Рождение Временного Сибирского правительства: из истории политической борьбы в лагере контрреволюции на востоке России // Гражданская война на востоке России: проблемы истории: межвуз. сб. научн. тр. / под ред. В.И. Шишкина. Новосибирск, 2001; Лапандин В.А. Комитет членов Учредительного собрания: структура власти и политическая деятельность (июнь 1918 -- январь1919 гг.). Самара, 2003; Чураков Д.О. «Третья сила» у власти: Ижевск, 1918 // Вопросы истории. 2003. № 5.
3. Рынков В.М. Экономическая политика контрреволюционных правительств Сибири (первая половина 1918--1919 гг.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. Новосибирск, 1998; Никонова О.Ю. Социально-экономическая политика правительств «демократической контрреволюции» и диктатуры Колчака на Урале (1918--1919): автореф. дис. ... канд. ист. наук. Оренбург, 2000; Салазникова С.С. Антибольшевистские правительства Сибири и Урала в период «демократической контрреволюции» (январь-ноябрь 1918 г.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. Екатеринбург, 2005; Плешкевич Е.А. Органы государственной власти и управления правительств «демократической контрреволюции» и диктатуры А.В. Колчака на Урале (1917-1919 гг.): автореф. дис. канд. ист. наук. Н. Тагил, 2005.
4. Богданов А.А. Вопросы социализма: работы разных лет. М., 1990. С. 299, 302.
5. Сичинский Е.П. Из истории Временного областного правительства Урала. С. 164-171.
6. Журавлёв В.В. Рождение Временного Сибирского правительства. С. 26-27.
7. Государственный архив Российской Федерации (далее -- ГАРФ). Ф. р-176. Оп. 5. Д. 43. Л. 14-15.
8. Временное Сибирское правительство (26 мая -- 3 ноября 1918 г.): сб. документов и материалов / сост. и науч. ред. В.И. Шишкин. Новосибирск, 2007. С. 36, 39.
9. Законодательная политика Временного правительства. URL: www.bibliotekar.ru/ istoria-prava-rossii.56.htm (дата обращения: 04.06.2016).
10. История социалистической экономики СССР: в 7 т. Т. 1. М., 1976. С. 319.
11. ГАРФ. Ф.р-161. Оп. 1. Д. 140. Л. 220, 221, 228, 230.
12. Aus Sibirien-2005: научно-информационный сборник. Тюмень, 2005. С. 70.
13. Ратьковский И.С. Лето-осень 1918 года: хроника чехословацкого мятежа // Мир экономики и права. 2015. № 11-12. С. 47-54.
14. Плотников И.Ф. Средний Урал в годы Гражданской войны (1918-1920 гг.). Свердловск, 1990. С. 12.
15. История социалистической экономики СССР. Т. 1. С. 328-329.
16. Временное Сибирское правительство (26 мая -- 3 ноября 1918 г.). С. 94.
17. Сербин А.И. Национализация банков и транспорта Советами Сибири в первой половине 1918 г. // Общественно-политическая жизнь Сибири. XX век. Новосибирск, 1994. С. 26-34.
18. Законодательная политика Временного правительства. URL: www.bibliotekar.ru/isto- ria-prava-rossii.56.htm (дата обращения: 04.06.2016).
19. ГАРФ. Ф.р-176. Оп. 5. Д. 43. Л. 147-150.
20. Там же.
21. Собрание узаконений и распоряжений Временного Сибирского правительства. Омск. 1918. 31 окт. № 21. Ст. 178. С. 2-3.
22. Рынков В.М. Финансовая политика антибольшевистских правительств востока России (вторая половина 1918 -- начала 1920 г.). Новосибирск, 2006. С. 32.
23. ГАРФ Ф. р-4335. Оп. 1. Д. 10. Л. 10 об.-12 об.
24. Там же. Ф.р-190. Оп. 2. Д. 43. Л. 147-150 об.
25. Там же. Ф.р-157. Оп. 1. Д. З. Л. 104.
26. Рынков В.М. Социальная политика антибольшевистских режимов на востоке России (вторая половина 1918-1919 г.). Новосибирск, 2008. С. 142-143.
27. ГАРФ. Ф.р.-176. Оп. 5. Д. 1. Л. 19-20.
28. Там же. Ф. р-341. Оп. 1. Д. 39. Л. 181; Рынков В.М. Социальная политика антибольшевистских режимов на востоке России... С. 171, 178, 240.
29. Государственный архив Свердловской области (далее -- ГАСО). Ф. р-569. Оп. 2. Д. 8. Л. 20-25.
30. Таняев А. Колчаковщина на Урале // Колчаковщина на Урале (1918-1919 гг.) в документах и материалах. Свердловск, 1929. С. 24.
31. Собрание узаконений и распоряжений Временного областного правительства Урала. 1919. 27 авг. № 1. Ст. 1.
32. Колчаковщина на Урале (1918-1919 гг.) в документах. С. 6.
33. ГАСО. Ф. р-569. Оп. 2. Д. 7. Л. 10, 18.
34. Колчаковщина на Урале (1918-1919 гг.) в документах. С. 9.
35. ГАСО. Ф. р-569. Оп. 2. Д. 67. Л. 4; Д. 42. Л. 53-53 об.
36. Там же. Ф. р-569. Оп. 2. Д. 18. Л. 9-12.
37. Собрание узаконений и распоряжений Временного областного правительства Урала. 1918. 16 сент. № 3. Ст. 12.
38. ГАСО. Ф. р-569. Оп. 2. Д. 7. Л. 3 об.
39. Там же. Д. З. Л. 85-87.
40. Сичинский E.П. Из истории Временного областного правительства Урала // История СССР 1992. № 1. С. 167; Московкин В.В. Противоборство политических сил на Урале и в Западной Сибири в период революции и гражданской войны (1917-1921 гг.). Тюмень, 1990. С. 121.
41. ГАСО. Ф. р-569. Оп. 2. Д. 34. Л. 35; Таняев А. Колчаковщина на Урале. С. 29.
42. Васьковский О.А., Ниренбург Я.Л. и др. Урал в гражданской войне. Свердловск, 1989. С. 108.
43. Объединенный государственный архив Челябинской области (ОГАЧО). Ф. р-596. Оп. Д. 330. Л. 140-148.
44. ГАСО. Ф. р-569. Оп. 2. Д. 52. Л. 73 об.
45. Рынков В.М. Экономическая политика контрреволюционных правительств Сибири. С. 39.
46. Лившиц С.Г. Временное Сибирское правительство (июль-ноябрь 1918 гг.) // Вопросы истории. 1970. № 12. С. 103.
References
1. Aus Sibirien-2005: nauchno-informatsionnyysbornik (Tyumen, 2005).
2. Bogdanov A.A. Voprosy sotsializma: Raboty raznykh let (Moscow, 1990).
3. Churakov D.O. '“Tretiya sila” u vlasti: Izhevsk, 1918', Voprosyistorii, no. 5, 2003.
4. Istoriya sotsialisticheskoy ekonomikiSSSR, vol. 1 (Moscow, 1976).
5. Lapandin V.A. Komitet chlenov Uchreditelnogo sobraniya: struktura vlasti i politicheskaya deyatelnost(June 1918-1918 -- January 1919) (Samara, 2003).