Источник: Библиотека Конгресса США. Из коллекции Американского Красного Креста. URL: https://www.loc. gov/item/2017671461 (дата обращения: 10.03.2021)
Ситуация начала меняться после того, как в начале лета 1919 г. колчаковские войска стали терпеть поражения и отступать. Среди американского персонала ходили слухи, что якобы в Советской России был выпущен приказ о расстреле на месте членов АКК за сотрудничество с Колчаком. В июле, чтобы обсудить планы возможной эвакуации, собрались на совещание американцы представители армии (У. Грейвс), дипломатического корпуса (Р. Моррис, Э. Харрис), железной дороги (Дж. Эмерсон), АКК (Ф. Манже). В итоге решили немедленно эвакуировать женский персонал Красного Креста из пределов Западной Сибири в Иркутск и Верхнеудинск. Иркутский летописец Н. С. Романов отмечал, что американские медсестры приехали 7 августа и разместились в доме Шафигуллина на Большой улице30. В конце августа такая же мера была распространена и на мужчин, которые отправились в Восточную Сибирь в сентябре31.
28 октября Совет министров принимает решение об эвакуации Омска. К тому времени американцы успели вывезти из Омска больницу и большую часть имущества. Лишь несколько составов выезжали последними вместе с чехословацкими войсками, которые они обслуживали. Некоторые высокопоставленные лица стремились попасть именно в поезда АКК. Так, например, поступили министр иностранных дел И. И. Сукин и министр финансов П. А. Бурышкин. Колчак, желая продемонстрировать важность взаимодействия с АКК, награждает орденом св. Владимира 4-й степени Р. Тьюслера, а также нескольких других представителей этой организации32.
К декабрю 1919 г. военные действия стали приближаться к Восточной Сибири, которая в то время была охвачена пожаром эпидемий. В Иркутске 12 декабря скончался от тифа при исполнении служебного долга на перевязочном пункте врач АКК Джонсон33. Много медработников переболело различными видами тифа и простудных заболеваний. Усилились требования к АКК в Европе в связи с завершением Первой мировой войны, что распыляло ограниченные средства этой организации. В силу указанных обстоятельств Центральный совет Американского Красного Креста в Вашингтоне принимает решение о завершении работы в Сибири. Тьюслеру рекомендовалось не брать на себя долгосрочных обязательств. Предполагалось, что все действия удастся завершить к 1 мая 1920 г. К моменту издания приказа в Сибири и Дальнем Востоке числилось 1429 работников АКК, в том числе 330 из США. Уже в январе первая партия отплыла домой.
К середине мая осталось 340 чел. Множество медработников покидали Сибирь с чувством разочарования, поскольку видели, что регион еще остро нуждается в помощи, а их уход преждевременен и связан с политическими мотивами34. американский красный крест сибирь
Отношения АКК с атаманом Г М. Семеновым, дислоцировавшимся в Забайкалье, были неоднозначными в силу его прояпонской ориентации. Единственное распределение помощи от АКК в Забайкальской области относится к октябрю 1918 г. Долгое время атаман обходился без посторонней помощи, но эпидемический шквал зимой 1919-1920 г. заставил его пересмотреть свою позицию. Вероятно, к этому его подтолкнуло распространение от имени АКК одежды и предметов первой необходимости рабочим и служащим железной дороги и горного ведомства. Раздача осуществлялась в разных регионах Сибири и Дальнего Востока в декабре 1919 г, из нее на Забайкалье пришлись три вагона. Г М. Семенов обратился за помощью к американцам в начале 1920 г., и уже 14 января в Чите произошла раздача, подобная той, которая производилась раньше. Подали 3325 заявок на 11 355 чел. Распределение на этот раз осуществлялось посредством разверстки по организациям, в том числе врачебно-санитарному отделу, отделу просвещения и т. д.35 В феврале прибыл состав с припасами специально для каппелевцев, а в марте -- для железнодорожников36.
По мере продвижения Красной армии к Восточной Сибири американцы выводили свои контингенты. В Иркутске АКК передал больницу в распоряжение Главного военного госпиталя, но на это учреждение претендовали городские власти. Планировалось превратить прекрасно оборудованную больницу с массой медикаментов в первоклассную городскую больницу на 250 коек. В то же время у городского самоуправления отсутствовали средства на ее содержание. Тогда заведующий врачебно-санитарным отделом П. Мальков- ский и городской голова П. Зицерман обратились к Политическому центру, захватившему власть в ходе декабрьского восстания 1919 г в Иркутске. В итоге 15 января вышло распоряжение о приеме больницы, на содержание которой выделили 1800 тыс. руб. в месяц37. Впоследствии на ее базе развернули соматическую больницу г. Иркутска.
В Верхнеудинске не было больницы для крестьянского населения, поэтому АКК передал свое учреждение земству. Врач М. В. Танский так написал об этом событии: «Американцы уже в январе 1920 г. смотались и удалились, оставив по себе свой хорошо оборудованный лазарет городу с большим запасом перевязочного материала. Возглавил больницу, переименованную в Земскую, доктор Г. Я. Любарский... Земская больница недолго существовала и слилась с городскою, которая была развернута на 100 кроватей. Как бы в приданое больница получила рентгенаппарат, два зубных кабинета с полной обстановкой и много ящиков с перевязочными материалами, которыми буквально завалили завозню. Но больнице из этого материала потом оставили немного. По распоряжению главсанупра Ф. Н. Петрова он был направлен на фронт на Дальний Восток»38.
Кроме упомянутых больниц, имеются смутные сведения о некоей лечебнице в Чите. Так, забайкальские исследователи А. В. и Н. Н. Константиновы без ссылок на источник сообщали: «.американцы оказывали помощь населению. В Чите работал госпиталь, организованный Американским Красным Крестом»39. Других сведений об этом госпитале нет, как нет о нем данных и в американских источниках.
Интересные сведения о выезде из Иркутска содержатся в письме американской сестры милосердия Хелен (Бридж) Полман:
В полночь поступил приказ об эвакуации... под покровом темноты отвезли к реке Ангаре... где нас ждал наш поезд. Все, что мы знаем, -- это то, что нам пришлось оставить наших раненых и беспомощных людей в госпитале, который вскоре должен был попасть в руки вторгшихся красных. Это было за день до Рождества. Весь день мы были пленниками в поезде. Мы умоляем, чтобы нам позволили сделать одну поездку назад в больницу. Мы снова находимся в старых знакомых коридорах и огромных помещениях того, что раньше было техническим училищем, связанным с монастырем. Мы бежим по палатам, делая все возможное, чтобы бедные, больные русские солдаты знали и видели, что мы вернулись, что мы не бросили их перед лицом опасности. Слишком больные, слишком обескураженные, они не реагируют. Кто-то думает о сумках с подарками, и мы бежим получить их. Нагружаем себя сумками и на этот раз идем в нашу любимую палату -- «чешскую», где, как мы знаем, нас ждет радушный прием. Когда мы поднимаемся по лестнице, что когда-то была часовней, мы слышим гомон в коридоре. К нашему изумлению, видим, что у каждой стены выстроились в ряд наши старые друзья, немецкие военнопленные. Бросаемся к двери, распахиваем ее и, как можем, здороваемся с удивленными мужчинами. Мы проходим между рядами кроватей, вручая каждому по сумке с подарками, и на ломаном немецком, английском и русском языках желаем им счастливого Рождества.40
Письмо раскрывает некоторые интересные подробности. По-видимому, в больнице нашли приют русские солдаты, которые в связи с произошедшими событиями опасались за свою жизнь. К тому же они не демонстрировали интереса к празднику чужого народа. Гораздо более внимательно к этому отнеслись чехи и немцы. Любопытно, что распределение внутри учреждения осуществлялось по нациям.
Вследствие декабрьского восстания в Иркутске образовалось большое количество железнодорожных составов, обострилась проблема вывоза эшелона с находившимся в ведении доктора Н. А. Рагозинского имуществом больницы № 2 АКК, эвакуированной из Томска. К тому же американцы считали, что это имущество и не следует вывозить, поскольку на месте есть громадная потребность, поэтому они связались с РОКК. Член ВГУ РОКК М. Г Кушнир поручил это дело доктору И. П. Михайловскому, ответственному за работу в Иркутске. В то время Политический центр вмешался в ход дела, послав своего уполномоченного по Красному Кресту доктора Ф. В. Гусарова. Последний обратился к заведующему складами АКК г-ну О'Брайну с просьбой выделить значительные объемы медикаментов и предметов ухода для формирующегося санитарного поезда № 141. К 30 января врач РОКК П. И. Поликарпова и заведующий складом А. Т. Замараев приняли солидный груз: 260 пудов муки-крупчатки, 120 пудов гороха, 390 пудов фасоли, 370 пудов гречневой крупы, 47 ящиков с носками, 18 кип одеял, 140 железных кроватей с запасными частями, 120 подушек, 60 ящиков с аптекарскими товарами, 1 автоклав, 2 ящика с хирургическими инструментами и некоторое количество посуды. Доктору Рагозинскому выдали 50 тыс. руб. для расчета с персоналом42. Наиболее квалифицированный персонал пригласили в резерв медицинских работников Политцентра43.
В АКК не все лица были согласны с политикой руководства. Часть персонала считала, что Красный Крест должен оставаться нейтральной организацией и помогать всем участникам конфликта. Сам Р. Тьюслер еще в середине января 1920 г. высказался за отправку помощи в Западную Сибирь44. Однако у Сибирской комиссии АКК не имелось прямых контактов с большевиками.
В декабре 1919 г. в Новониколаевске из-за затянувшейся раздачи больницам медикаментов задержался небольшой отряд АКК под руководством капитана Э. Чаретте. В последний момент пять оставшихся вагонов с припасами и персоналом были присоединены к польскому эшелону, который попал в огромный затор под Красноярском. Из-за этого американцы не смогли эвакуироваться и в январе 1920 г. были задержаны красными. Советские власти намеревались объявить представителей АКК военнопленными как пособников Колчака. Далее события развиваются довольно странно. Чаретте смог повлиять на военкома, предложив ему всяческую помощь в работе больниц. На следующий день на него вышли уполномоченные московского правительства и договорились забрать медикаменты из Иркутска, чтобы помочь облегчить бедствия на территории большевиков45. При этом Чаретте явно не имел полномочий вести такие переговоры. Одно из двух: либо он был авантюристом и шел по наитию, чтобы выкрутиться из сложной ситуации, либо у него имелись какие-то договоренности с руководством Сибирской комиссии АКК. Если верен второй вариант, то можно предположить, что таким оригинальным способом Тьюслер попытался установить контакт с большевиками.
Вскоре капитан Чаретте встретился в Красноярске с А. М. Краснощековым, который ехал в Забайкалье с полномочиями от Ленина на организацию буферного государства. Захватив американского пленника, Краснощеков выехал на лошадях в Иркутск, куда они прибыли в середине февраля. Будущий глава Дальневосточной Республики стремился использовать Чаретте в качестве связного, чтобы договориться с АКК о поставках, поскольку лекарственный голод в Сибири при катастрофическом объеме эпидемий сыпного тифа привел к огромным жертвам среди населения. С этим намерением Чаретте поехал в Читу, а затем во Владивосток. Здесь он сообщил Сибирской комиссии, что Советская Россия отчаянно нуждается в помощи. Вскоре пришел еще один запрос из Иркутска доктору Г. О. Эверсолу, возглавлявшему работу АКК в Забайкалье. Вероятно, в Москве советское руководство было готово пойти на контакт с интервентами. В качестве знака доброй воли большевики вернули в целости всех представителей АКК. Сибирская комиссия была готова отправить до 10 эшелонов с предметами первой необходимости в Западную и Центральную Сибирь, но штаб-квартира АКК в Вашингтоне не давала никаких ответов на все запросы относительно работы на территории, контролируемой большевиками. В мае 1920 г. Сибирская комиссия получила распоряжение об эвакуации, которая в основном завершилась к июлю. Лишь горстка сотрудников АКК под руководством доктора Лайвли оставалась до 1921 г. для окончательного решения судьбы имущества АКК46.
Таким образом, Американский Красный Крест в годы Гражданской войны в Сибири в результате политических игр американского правительства превратился в орган непрямого действия, потеряв нейтральный характер. Руководство Сибирской комиссии пыталось вернуться к первоначальной модели, но, не получая санкций штаб-квартиры в Вашингтоне, вынуждено было свернуть свою деятельность. Американцы всеми силами стремились создать положительный образ США у местного населения, при этом следует признать существенную их роль в снабжении Сибири и Дальнего Востока медикаментами и товарами первой необходимости, которые порой предоставлялись безвозмездно. Вместе с тем львиная доля поставок приходилась на фронт, из-за чего появились обвинения в том, что АКК снабжает армию Колчака. Восточной Сибири досталась небольшая часть поставок. Американцы обратили внимание на этот регион только летом 1919 г., когда армия Колчака терпела поражения и распространялась эпидемия сыпного тифа. Благодаря стараниям АКК в Иркутске и Верхнеудинске были открыты и оборудованы две больницы, но уже в конце года в связи с эвакуацией их передали местным властям. Также советским властям достался груз медикаментов в Иркутске, смягчивший медикаментозный голод в 1920 г.
Ссылки
1. См., напр.: Березкин А. В. США -- активный организатор и участник военной интервенции против Советской России. М., 1952; Иванов С. А. Американская агрессия на советском Дальнем Востоке. Владивосток, 1952; Курас Л. В. Борьба за власть Советов в Восточной Сибири: советская историография борьбы большевиков Восточной Сибири за власть Советов (вторая половина 1950-х -- 80-е гг.). Улан-Удэ, 1991; и др.
2. См., напр.: Пантюхина Т. В., Садченко В. Н. Американский Красный Крест: история создания и деятельность в ситуации конфликтов и вызовов для гуманитарной деятельности (последняя треть XIX -- начало ХХ вв.) // Гуманитарные и юридические исследования. 2016. № 4. С. 128-132.
3. См., напр.: Дятлова Н. И., Луцукович О. А. Из истории деятельности Американского Красного Креста по спасению петроградских детей в годы Гражданской войны в России // Культура. Наука. Образование. 2018. № 1 (46). С. 128-130; Русинов А. А. Конкуренция между американскими благотворительными организациями в контексте международной помощи голодающим в Советской России (1921-1923 годы) // Вестник Северного (Арктического) федерального ун-та. Сер. Гуманитарные и социальные науки. 2015. № 5. С. 34-40.
4. Дмитриенко Н. М. Американский Красный Крест в Томске // Сибирская старина краеведческий альманах / под ред. Н. М. Дмитриенко. Томск, 2010. С. 17-19.