Материал: Sovetskaya_Rossia_Aravia_i_Persidskiy_zaliv

Стороны примирились только в 1880 г.; и племя ал-кубайсат возвратилось в Абу-Даби. Однако натянутость в отношениях между правителями этих уделов, шейхом Заидом и шейхом Джасимом ибн Мухаммадом Аль Тани (правил, 1878–1913), сохранилась. В 1888 г. она переросла в открытую междоусобицу. Причиной тому – убийство одного из сыновей шейха Джасима в схлестке Абу-Даби с Катаром. Разразившаяся между ними война длилась несколько лет. Хотя мир и тишина, в конце концов, между Абу-Даби и Катаром восстановились, но вот вопрос о принадлежности Хор-эль-‘Удайда так и оставался нерешенным, и вновь встал во весь рост в 1974 г., о чем уже упоминалось выше (9).

Непросто складывались в те годы отношения ОАЭ и с Саудовской Аравией. Несмотря на то, что урегулировать вопрос о принадлежности оазиса Бурайми и заключить пограничное соглашение сторонам все же удалось (1974), в Абу-Даби со временем стали высказывать неудовольствие насчет зафиксированных в нем прав сторон на нефтедобычу в одной из так нызываемых разделенных приграничных зон, скроенных в свое время Англией. По мнению эмиратцев, соглашение это предоставило Эр-Рияду необоснованно преимушественные, по сравнению с ОАЭ, права (80%) на добычу нефти с тамошних месторождений.

Что касается Султаната Оман, то, несмотря на то, что соглашение о демаркации границы с ОАЭ султан Кабус, правитель Омана, ратифицировал только в мае 1999 г., отношения между Маскатом и ОАЭ, федерацией семи эмиратов, в землях которых долгое время властвовал Оман, с его приходом к власти (23.07.1970 г.) заметно улучшились. Шейх Заид ибн Султан Аль Нахайан, правитель Абу-Даби и президент ОАЭ, был первым главой государства, побывавшим в Маскате после восшествия на престол султана Кабуса (1940–2020). До этого он посещал Маскат в 1968 году. Но и этот его приезд туда, что интересно, также запомнился хронистам Омана, так как стал единственным визитом в Оман иностранного лидера за 38 лет правления сеййида Са’ида ибн Таймура (1910–1972), отца султана Кабуса. В годы его властвования журналисты и дипломаты отзывались об Омане как об «Аравийском Тибете», крае, наглухо для всех закрытом и недоступном.

466 И. П. СЕНЧЕНКО. СОВЕТСКАЯ РОССИЯ, АРАВИЯ И ПЕРСИДСКИЙ ЗАЛИВ

Нормализация отношений между Советским Союзом и ОАЭ и обмен посольствами произошли спустя 15 лет после установления дипломатических отношений. Причин тому несколько. Главные из них – это идеологизированный характер внешней политики СССР,

ввод советских войск в Афганистан и связанная с этим настороженность монархий Аравии, подпитываемая США и Англией, относительно целей и задач Москвы в Аравии и в зоне Персидского залива в целом.

Негативные последствия от одной только «афганской акции» для интересов Советского Союза в данном районе мира были настолько глубокими и масштабными, что устранить их полностью не удалось и к началу 1990 –х годов. Эта акция обернулась для для нашей страны резким всплеском антисоветских настроений в нефтедобывающих монархиях Аравии, приведших к замораживанию политического диалога, а потом – и к политико-дипломатическому, и к экономическому бойкоту СССР.

Ввод советских войск в Афганистан сделался доминантой появившихся новых американских доктрин для зоны Персидского залива. После окончания 2-ой мировой войны в Вашингтоне вплотную занялись разработкой разного рода схем по более плотному взаимодействию с расположенными там странами. Цель всех их сводилась к тому, чтобы добиться доминирования США в данном районе мира и не допустить расширения влияния в нем СССР. Доктрины США, модифицируясь со временем, в главном – в противодействии

СССР – оставались неизменными, что в значительной мере препятствовало деятельности советской дипломатии в 1970–1980-х гг. по налаживанию отношений с монархиями Аравии.

Примечательным в контексте сказанного выше является заявление, сделанное в 1987 г. в американском конгрессе Каспаром Уйнбергером (1917–2006), тогдашним министром обороны США. В нем он признал, что главной целью деятельности США в районе Персидского залива на протяжении 40 последних лет (с 1946 по 1986 гг.), при восьми президентах, являлось противодействие там советскому влиянию (10).

Знаковыми событиями для ОАЭ и других монархий Аравии в 1980-е годы стали, как уже говорилось в этой книге, создание ими

Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ, 1981) и восьмилетняя ирано-иракская война (1980–1988).

Объявление об образовании Совета сотрудничества состоялось, напомним, на встрече глав государств шести монархий Аравии в Абу-Даби (ОАЭ, 25–26.05.1981), столице «федерации семи».

Толчком к формированию «союза шести», стала, повторимся, цепь событий, крайне обостривших военно-политическую обстановку в зоне Персидского залива. Речь идет о приходе к власти в Иране аятоллы Хомейни (1979), вводе советских войск в Афганистан (декабрь 1979 г.) и о начале ирано-иракской войны (сентябрь 1980 г. – август 1988 г.), вооруженном противостоянии Ирана и Ирака, двух крупнейших в то время «центров силы» в зоне Персидского залива.

Становление ССАГПЗ явилось отражением объективной потребности монархических стран Аравии в сотрудничестве и координации действий в целях противостояния вызовам времени. Учредив Совет сотрудничества, его участники укрепили их роль и место в системе международных отношений, нашли действенную форму общения с внешним миром. Взаимодействие и совместное – в рамках ССАГПЗ – развитие дает каждой из стран-членов «аравийской шестерки» те или иные дивиденды, либо политического (для Саудовской Аравии, Катара, Кувейта и ОАЭ), либо финансово-эконо- мического (для Бахрейна и Омана) характера (11).

Совет сотрудничества – это организация, действительно, обладающая сегодня весомым влиянием в ЛАГ, ОИК и ОПЕК. Располагая крупными финансово-нефтяными ресурсами, она способна заставить прислушаться к ее мнению по тем или иным актуальным для зоны Персидского залива вопросам ЛАГ и ОИК, ЕЭС и БРИК, Англию, Францию и США, равно как и другие промышленно развитые государства мира, политико-экономические блоки и международные организации.

С экономической точки зрения «аравийская шестерка» представляет собой один из значимых компонентов энергетического, финансового и торгово-экономического потенциалов мирового сообщества. На долю шести государств-участников Совета сотрудничества приходится 43% общемировых подтвержденных запасов

468 И. П. СЕНЧЕНКО. СОВЕТСКАЯ РОССИЯ, АРАВИЯ И ПЕРСИДСКИЙ ЗАЛИВ

нефти, 23% общемировых запасов газа и свыше 50% мировой торговли нефтью. Суммарные активы за рубежом составляют примерно $2,5 триллионов; более половины из них (не менее $1,3 трлн.) размещены в США. Накопления государственных сберегательных фондов будущих поколений оцениваются в $4 трлн., а зарубежные активы банков – в $400 млрд. Вполне обоснованно поэтому можно утверждать, что страны-члены ССАГПЗ играют сегодня заметную роль в поддержании рабочего ритма мировой экономики, торговли

ифинансов (12).

В1990 г., для сравнения, когда уже все страны-члены ССАГПЗ нормализовали отношения с Советским Союзом (последней из них был Бахрейн, 1990 г.), суммарные капиталовложения «аравийской шестерки» за границей оценивались в $670 млрд.; объем ВВП составлял $183,5 млрд. (на долю ОАЭ в нем приходилось 16%) (13).

Внаше время ССАГПЗ – это «энергетический резервуар мира», крупный узел международных морских и воздушных коммуникаций, влиятельный финансовый центр планеты, емкий потребительский рынок товаров, солидный и финансо-обеспеченный к тому же покупатель оружия, заказчик многомиллиардных контрактов, связанных с реализацией масштабных планов по модернизации и развитию экономики. В силу всего сказанного выше страны-члены ССАГПЗ выступают сегодня в качестве одного из важных структурных элементов системы обеспечения (в глобальном масштабе) торгово-экономических, финансовых и военно-стратегических интересов и США, и ведуших стран Европы.

К весне-лету 1985 г., то есть ко времени заметных изменений во внешней политике СССР, наметились подвижки и в позиции государств-участников Совета сотрудничества по отношению к

СССР. Они постепенно стали отходить от антисоветской риторики, выстраивать с Москвой диалог и налаживать связи. В 1985 г., в ходе работы 40-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, министры иностранных дел СССР и ОАЭ договорились об обмене посольствами. Вслед за ОАЭ свои отношения с СССР нормализовал Султанат Оман, а в 1988 г. – Катар, и в 1990 г. – Бахрейн.

Поведение СССР во время «танкерной войны» в Персидском заливе, практические действия Советского Союза по обеспечению

там безопасности морского судоходства еще больше укрепили монархии Аравийского полуострова во мнении о правильности взятой ими линии на «выправление отношений» с Москвой.

Один из острых моментов в новейшей истории ОАЭ, имевший место во второй половине 1980-х годов, – это попытка насильственного отстранения от власти нынешнего эмира Шарджи шейха Султана Аль Касими. Предпринял ее брат правителя, шейх ‘Абд ал-‘Азиз, летом 1987 года.

В 1972 г., после смены правителя в Шардже, два старших брата нынешнего эмира добровольно отказались от права на престол в пользу шейха Султана, предложенного Семейным советом правящего там семейно-родового клана Аль Касими. Впоследствии, однако, у них появились к нему претензии. Остро разногласия между братьями проявились в 1986 году. Из-за падения цен на нефть Шарджа оказалась в трудном финансовом положении, усугубленном, по мнению старших братьев эмира, финансовой политикой шейха Султана. Задолженность правительства Шарджи перед местными и иностранными банками на время попытки переворота составляла $1 млрд.

Воспользовавшись отъездом брата в Лондон, шейх ‘Абд ал-‘Азиз, командовавший в то время национальной гвардией, численностью в 3 тыс. чел., захватил власть и сам себя, минуя Семейный совет, объявил правителем Шарджи. Произошло это 11 июня 1987 года. В тот же день по телевидению Абу-Даби было передано его заявление, явно не соответствовавшее действительности. В нем утверждалось, в частности, что шейх Султан добровольно, дескать, отказался от власти в пользу шейха ‘Абд ал-‘Азиза.

Резко негативно и даже жестко отреагировал на происшедшее Дубай, потребовавший незамедлительно созвать Высший совет ОАЭ, представленный правителями семи входящих в федерацию эмиратов. По решению Высшего совета для урегулирования ситуации в Шардже сформировали так называемую согласительную комиссию. В нее вошли правители Ра’с-эль-Хаймы (в качестве председателя), ‘Аджмана и Фуджайры, а также член правящего семейства Дубая шейх Хамад Аль Мактум. Действовала комиссия тонко и дипломатичено, но решительно. И уже 20 июня прежний status quo в