По утверждению Г. Тэшфела, Дж. Тернера, принадлежность к группе определяется только благодаря дифференциации, сравнению с другими социальными объектами [5]. Данные процедуры сравнения имеют разные варианты разрешения: от принятия конструктивной модели взаимодействия до полного несовпадения моделей коммуникативного поведения, в результате которого возникает межличностный или межэтнический конфликты.
Тем не менее роль диалога в полиэтнической среде очень высока, она определяет не только и не столько индивидуальный уровень, сколько социальный и культурный. В теории Дж. Мида это явление обозначено понятием «обобщенный другой», или некий синтез обезличенных аксиологических установок и ценностей общества [10].
Роль межкультурного диалога в теории коммуникации связана с процессами ориентации индивидуального Я, поисками этнического Ego: «...созерцание себя через себя -- не то, что созерцание себя в чем-то другом, что было подобно зеркалу, ибо оно показывает вещь таким образом, каким оно не могло бы видеть себя без него и без проявления в нем» [7, с. 67]. Этот «обобщенный другой», или «культурное зеркало», выполняют функции «социальных фильтров», необходимых и для индивидуальной, и для групповой объективации оценок. Этнические признаки обретают особую значимость для индивида только в условиях поли- культурного окружения: «свое» становится родным и понятным при обнаружении «иного».
Наличие у субъекта самоориентации, понимания возможностей поведенческой среды, заложенных индивидуальным сознанием и особенностями этнокультурного типа, характеризует как самого субъекта, так и состояние этнической границы. Только в случае взаимодействия эти имманентно заложенные возможности и свойства становятся очевидными. Культура, обнажая сущность другого, выявляет и определяет себя. Диалогизм культур или самостоятельных субъектов взаимодействия проявляется как свойство межкультурных коммуникаций и как базовый признак процесса общения в целом. Языковые контакты обеспечивают осознание и принятие как собственной, так и иных систем культурных стереотипов. Проникнуть в инокультурную картину мира, понять ее возможно, только овладев знаниями о национально-специфических прототипах, которые в функциональной совокупности являются воплощением модели мира в сознании нации.
В современных реалиях диалогизм культур проявляется как свойство межкультурных коммуникаций и как базовый признак процесса общения в целом. Диалог важен не только как условие бесконфликтного взаимодействия, как инструмент регулирования межэтнических отношений в процессах преодоления культурного барьера, но и как «социальное зеркало», как инструмент самопознания, формирования позитивных автостереотипов: «...лишь соприкосновение одного языка с другим на почве сравнений, как одна и та же мысль в разных языках по-разному выражены, -- естественным образом останавливает на средствах выражения и делает человека внимательным к тонким нюансам мысли и чувства; приучает человека не скользить по привычным явлениям родного языка, а подмечать разные оттенки мысли, до сих пор не замеченные в родном языке» [13, с. 53].
Итак, лингвокультурные контакты демонстрируют коммуникативные, трансляционные, этноконсолидирующие и аккумулятивные способности языка. Через дискурс ретранслируется весь социокультурный опыт этногруппы. Именно в ситуации контакта, «диалога метафор» выявляется специфичность, самобытность культурного фонда этноса. Этнонациональный колорит языка для его носителя становится узнаваемым и социально наследуемым. Важно понимать, что языковые контакты в полиэтнической среде способствуют самоперцепции, самокатегоризации, а сформированная и обозначенная диспозиционность предписывает языку свойства объективации, а также роль средства идентификаций.
Литература
1.Agar M. H. Language shock: Understanding the culture of conversation. NY, 1994. 284 р.
2.Giddens A. Modernity and self identity: Seif and society inmthe late modern age. Stanford, 1991. 264 р.
3.Giles H., Bourhis R.Y., Taylor D.M. Towards a theory of language in ethnic group relation // Language, ethnicity and intergroup relations. L.: Acad. Press, 1977. Р. 307-348.
4.Heller M. Language, ethnicity and politics in Quebec. Berkeley, 1982. Р. 308.
5.Tajfel H., Turner J. C. The social identity theory of intergroup behavior // Psychology of intergroup relations. Chicago: Nelson-Hall, 1986. P. 7-24.
6.Бахтин М. М. Этика словесного творчества. М., 1986. С. 335.
7.Ибрагим Т. К. Суффийская концепция «совершенного человека» // Человек как философская проблема «Восток -- Запад». М., 1991. С. 67.
8.Истомина О. Б. Языковые контакты в современном российском обществе: сущность, формы, тенденции (региональный аспект) / науч. ред. И. И. Осинский. Улан-Удэ: Изд-во Бурят. гос. ун-та, 2012. 288 с.
9.Коробов В. К. Метастереотипы в диалоге культур // Философия истории: диалог культур. М., 1989. С. 79.
10.Мид Дж.Г. Интернализированные другие и самость / Дж. Г. Мид // Американская социологическая мысль. М., 1994. C. 224-227.
11.Серебренников Б. А. Общее языкознание. URL: http://www.classes.ru (дата обращения: 20.09.2018).
12.Хэллоуэл И. Я через призму культурных воздействий // Реферативный журнал. Философия. 2001. № 1. С. 97.
13.Щерба Л. В. Преподавание иностранных языков в средней школе. М., 1974. С. 53.