Взгляды А.И. Введенского на задачи духовно-академического образования
Олейникова Юлия Анатольевна. Дальневосточный федеральный университет
Аннотация
В статье рассматриваются взгляды Алексея Ивановича Введенского на функции и задачи образования в духовных академических учреждениях. Показан вклад ученого в становление учебно-воспитательного процесса Московской духовной академии, его педагогические установки. Подход А. Введенского к образовательному значению академического преподавания философии основывался на обучении студентов мыслить самостоятельно; роль преподавателя понималась им больше как вспомогательная, только вводящая в науку.
Ключевые слова и фразы: Введенский Алексей Иванович; Московская духовная академия; духовно-академическое образование; учебный процесс; педагогическая деятельность; наставничество; духовная философия; богословие.
Abstract
The article considers the views of Alexei Ivanovich Vvedensky on the functions and tasks of education in spiritual and academic institutions. The contribution of the scientist to the formation of the educational process of Moscow Theological Academy, his pedagogical attitudes are shown. The approach of A. Vvedensky to the educational value of academic teaching of philosophy was based on teaching students to think; he understood the teacher's role more as a subsidiary one, only introducing into science.
Key words and phrases: Vvedensky Alexei Ivanovich; Moscow Theological Academy; spiritual and academic education; learning process; educational activity; mentoring; spiritual philosophy; theology.
Исполнилось 100 лет со дня ухода из жизни яркого представителя московской духовной академической философской школы А.И. Введенского. Его работы были опубликованы и при его жизни, и после отдельными изданиями, в журналах («Богословский вестник», «Вопросы философии и психологии»), часть трудов размещена на научном портале «Богослов». Философское творчество А.И. Введенского нельзя назвать не изученным в отечественной литературе, однако развернутых исследований его воззрений, системы духовно-академического «трансцендентального монизма» крайне мало, в том числе и работ о биографии философа, деятельности как педагога и наставника. Список печатных работ о А.И. Введенском и его наследии в дореволюционный период почти полностью исчерпывается несколькими работами: «Из академической жизни» (1912) [7], некролог, написанный Дмитрием Введенским [4]; статьи С.С. Глаголева «Профессор А.И. Введенский. Некролог» [5] Л.А. Тихомирова [15]; А.И. Пешков упоминает также такие работы, как «Профессор Алексей Иванович Введенский» в книге «Памяти почивших наставников: издание Императорской Московской духовной академии ко дню ее столетнего юбилея» (1915) [12], а также статьи И. Соловьева «Памяти бывшего редактора “Душеполезного чтения”, заслуженного профессора Московской духовной академии Алексея Ивановича Введенского» в журнале «Душеполезное чтение» (1913, № 3), Н.И. Виноградова «Критическое обозрение статей профессора Московской духовной академии А.И. Введенского» (М., 1891) [Там же].
И в более поздний период становлению А.И. Введенского как русского философа-теиста, восприятиию авторской концепций наукой и обществом, их связи с воззрениями его идейных предшественников посвящено также немного публикаций. В основном сведения о философе представлены в рамках истории Московской духовной академии или в связи с исследованием философского наследия дореволюционной России в целом [6; 8; 9; 10-14; 16]. Таким образом, целостной оценки его вклада в развитие русской религиозной философии и философского образования в литературе дано не было. А.И. Введенский состоялся в достаточной степени не только как ученый, но и как педагог, и представляется, что и деятельность его в качестве педагога, вклад в течение учебно-воспитательного процесса Московской духовной академии, педагогические установки философа раскрыты также недостаточно.
Необходимо отметить, что в процессе формирования философской мысли в духовных академиях в конце XIX - начале ХХ в. большую роль играли методы изложения различных дисциплин. Философская интерпретация основных идей религиозного сознания, предпринятая академистами, осуществлялась на высоком профессиональном уровне и включала в себя основные философские разделы - онтологию, гносеологию, психологию, космологию, антропологию [16, с. 24]. Большое внимание уделялось истории философии вместе с анализом и оценкой философских систем, переводам учебных пособий и трудов знаменитых философов, изданию собственных сочинений и учебников по философии [10, c. 239].
Духовно-академические философские работы, как правило, были обусловлены потребностями развития философских учебных дисциплин в академиях, создавались для чтения соответствующих курсов и, соответственно, имели традиционную философскую структуру: в них на высоком профессиональном уровне анализировались и обсуждались онтологические, гносеологические, психологические и антропологические проблемы [16, c. 25].
Одним из ведущих в Московской духовной академии являлось направление христианской метафизики, онтологии и истории философии. А.И. Введенский возглавил кафедру логики и метафизики после В.Д. Кудрявцева-Платонова в 1892 г. Значение этой кафедры как для самой академии, так и в духовной жизни России было велико. А.И. Введенский, помимо исторического, имел ученое звание заслуженного (1912) ординарного (1905) профессора (1896) по кафедре систематической философии и логики (до 1910 - кафедра Метафизики и логики) [3]. В 1906-1913 гг. он - член правления МДА, в 1909-1910 гг. - представитель МДА в комиссии при Святейшем Синоде по разработке нового устава духовных академий. С 1911 г. А. Введенский читал также лекции в Московском педагогическом институте [14].
Педагогическую деятельность А.И. Введенский строил в соответствии со своими представлениями о состоянии современного ему российского общества и уровнем развития философской мысли.
Во многих трудах начала ХХ в., как публицистических, так и научных, отмечена широкая разносторонность, отличающая А. Введенского от многих представителей академической профессуры [7, с. 397]. По свидетельству современников, Алексей Иванович пользовался в академической корпорации большим весом. Его голос в академическом совете едва ли был не решающим [14].
А. Введенский как педагог в своей деятельности придавал большое значение разностороннему развитию и умению студентов как философов мыслить самостоятельно. Обращаясь к своим ученикам, на лекциях он отмечал особенности текущего момента, как он его себе представлял: «Теперь, по всем признакам, наступают лучшие времена: богословские вопросы весьма предупредительно включаются теперь в ряд других, волнующих современное общество, вопросов, ? научных, общественных, литературных - и богословы-профессионалисты охотно допускаются к участию в их обсуждении и притом допускаются не в качестве сторонних, так сказать, слушателей, но в качестве активных участников в прениях с полноправным голосом» [1, с. 240].
В своих лекциях А. Введенский отмечал перемену взглядов и отношения к религии, к представителям богословской науки и мысли, которая за два десятилетия произошла в России. Философ полагал, что современная ему философская мысль ставит задачу служить выражению и развитию христианских идей, проводит их последовательно и выдерживает религиозную точку зрения во всех частностях. Вследствие этого создается особый тип философии - христианской.
А.И. Введенский считал обязательным раскрывать студентам современную ситуацию. Он говорил о богословской науке как обособленной и замкнутой до последнего времени области, акцентируя внимание на тех задачах, выполнение которых для богословия в целом и для студентов в частности указывал важными и актуальными:
«Прежде богословов чуждались, как “врагов прогресса и свободы”, ? по любимой тогдашней формуле, ? говорил профессор на лекциях, ? теперь же к ним относятся со вниманием и прислушиваются, как к людям, которые, благодаря охранительному влиянию на них начал православного христианства, едва не одни только сумели сохранить неприкосновенным, среди всеобщего шатания умов, правильный взгляд на мир и на жизнь» [2, с. 77].
«…теперь, при вашем первом вступлении на поприще высшего богословского образования, когда, через вступление в Академию, вы впервые …призываетесь к участию в великом современном споре о высших интересах разума и веры, ? именно теперь почитаю, со своей стороны, весьма благовременным остановить ваше внимание на тех обязанностях, которые кроются в предоставляемом вам праве слова, праве на общественное внимание» [1, с. 241].
А.И. Введенский обращал внимание и на то, что люди, не имеющие отношения к специальному богословскому образованию, все чаще обращаются к богословию как таковому «ввиду запросов общественной мысли». Духовное же образование должно опираться, по Введенскому, в значительной степени на внутреннее требование «своих собственных изысканий» [Там же].
Будущему православному богослову, считал А.И. Введенский, если он хочет быть активным участником процессов современности, необходимо учитывать запросы времени, духовные интересы общества, их отражение их в литературе.
Непременным качеством студента А.И. Введенский полагал широкостороннее развитие - при раскрытии христианских истин воспитанники должны основываться на знании и учитывать все достижения научной мысли, философские, литературные и художественные тенденции, которыми по преимуществу живет светское общество. Он считал, что в так называемой «светской» литературе ? исторической, философской, художественной - много ценных приобретений философской мысли, которые важны и для богословской науки. В конечном счете они, обращенные на служение богословской науке, через нее служат самой «Вечной истине».
«Почему не пользоваться “светской” литературой для раскрытия богословских истин? - пишет Введенский по этому поводу. ? Это не только возможно, но так в действительности и было - в “золотой век” христианского просвещения» [Там же, с. 244]. Автор считал, что расхождение духовной и светской школ - продукт позднейших времен, и древняя церковь его не знала.
По его мнению, чтобы достичь глубины философской мысли, студентам-богословам необходимо развивать духовность на основе разнообразных источников, при этом не пренебрегая способами и «красотой» выражения мыслей.
Таким образом, А.И. Введенский ставит еще одну задачу студентам на их пути: в целях успешной духовной миссии им необходимо не только оживить в своем сознании заветы «золотого века» христианского просвещения, но и внимательно относиться не только к содержанию, но и к языку выражения своих воззрений, к их литературной форме, приемам, чтобы говорить с обществом «его» языком. Это Введенский считает одним из условий положительного раскрытия христианской истины.
Сам А.И. Введенский уделял значительное внимание языку лекций. Его отношение к тщательности изложения как в устной, так и письменной форме, авторитет как педагога и лектора в немалой степени объясняются публицистическими навыками. Как писал Л.А. Тихомиров, он был первоклассным публицистом, соединяющим в себе ученого, критика и проповедника [15]. С 1892 г. А.И. Введенский активно сотрудничал с газетой «Московские ведомости», заведовал отделом «Критические заметки», написал большое число статей о русских и зарубежных писателях, активно публиковал статьи и рецензии в журналах «Богословский вестник», «Вера и Разум», «Вопросы философии и психологии», «Душеполезное чтение», а с 1902 по 1907 гг. был редактором журнала «Душеполезное чтение».
В этой связи стиль лекций А.И. Введенского яркий, точный и выразительный, с применением эмоциональных и оценочных приемов, метафор. Например, затрагивая тему новых требований времени к богословам, учитывая перемены в общественной жизни и в ее духовных основах, новые достижения философской мысли, он говорит: «С хранителями, казалось бы, бесспорных “истин” традиционной богословской науки на наших глазах иногда совершается то же, что …в старинные времена нередко случалось с иными, слишком бережными, хранителями бумажных денежных знаков: приносит такой хранитель для размена на звонкую монету ассигнацию, но разменять не может, так как - увы! - появились уже ассигнации нового образца, а для старых прошел даже и последний срок давности» [1, с. 243].
Или, говоря об универсуме человеческих знаний («globus intellectualis»), он образно представляет его так: «В общем, получается нечто подобное громадному военному стану, в котором собраны вместе представители различных народностей, иногда даже плохо понимающих друг друга: воины расположились отдельными и обособленными группами, из которых каждая греется у своего костра, время от времени бросая пытливые взгляды на группы, расположившиеся у соседних костров; в промежуточных, слабее освещенных пространствах местами вырисовываются причудливые тени, которые сидящим у костра рассмотреть можно лишь при помощи направляемого на них издали рефлектора, с его характерными преломлениями и отливами; в дополнение к этому зрительному впечатлению над станом стоит смешанный шум разноязычных голосов - то равнодушных и безучастных один к другому, то враждебно-возвышенных и вызывающих» [Там же, с. 250].
Часты в языке его лекций исторический параллелизм, сравнения: «Быть может, кто-нибудь теперь спросит: как …усвоить курс? В ответ на этот вопрос позволю себе напомнить вам один анекдот из области истории философии…» [2, с. 91], и далее следует пример.
Незаурядность текста, образность, широко используемый метод аналогии, иногда экспрессивная лексика делали его лекции запоминающимися и яркими.
Самым главным требованием, при котором имеет «истинный смысл» и выполняется главная современная миссия богослова, А.И. Введенский полагал следующее: выступая перед «светским» обществом, богословы должны опираться на свои авторитеты православно-христианской Истины. Целесообразно и оправдано при раскрытии христианской истины пользоваться «приобретениями естественного человеческого ума, но - лишь под условием сохранения ее подлинной сущности и духа» [1, с. 248].