На сегодняшний день наиболее полно проблему социальных корней информбюровского движения исследовал именно черногорский историк Б.Ковачевич. Впервые он сформулировал их в середине 1980-х гг., а затем немного дополнил во второй половине 1990-х гг. Но сделал он это применительно к черногорцам и с учетом социальной, культурной и исторической специфики Черногории. Тем не менее, если отделить из его анализа собственно черногорское, получается несколько причин, толкавших людей в информбюровцы. Во-первых, это традиционная любовь к России, перенесенная на Советский Союз, и воспитанная компартией вера в непогрешимость Сталина. Во- вторых, это политика привлечения технических специалистов на руководящие должности в системе госуправления, вызывавшая недовольство кадровых революционеров. В-третьих, недовольство граждан моральным разложением партийно-государственных функционеров. В-четвертых, недовольство привилегированным имущественным положением, которое они занимали, предательством коммунистических идеалов. В-пятых, политика превращения партии в массовую, начатая после V съезда, возмущала старых партийцев, поскольку с одной стороны в партию шли карьеристы, а с другой, она как будто на деле доказывала справедливость одного из сталинских обвинений. В-шестых, насильственная коллективизация, хлебозаготовки, налоги, принудительные мобилизации рабочей силы породили в народе, особенно среди крестьян, недовольство, которое тоже способствовало появлению информбюровцев [15, 145-147; см. также более ранние оценки Б.Ковачевича: 14, 235-237].
В самом конце 1980-х гг. научная общественность Югославии получила возможность ознакомиться с книгой диаспорного хорватского историка И.Банца об информбюровском движении. И.Банац провозглашал, что по своим корням информбюровское движение очень разнородно, но вообще склонен был сводить изучаемое явление к национальным истокам. Одна из главных идей Банца в том, что оно связано с национальными культурно-идеологическими особенностями того или иного народа Югославии. Он указывает на русофильскую Черногорию, ее партиархально-семейные традиции. Отмечает русофильство ин- формбюровской эмиграции и ее ориентацию на сербскую культурно-историческую традицию. Еще один источник информбюровского движения он видит в недовольстве несербских национальностей утвердившимся в Югославии жестким централизмом [16, 171, 178]. Также он связывает информбюровцев с фракционной борьбой предыдущих лет. С привлечением обширного материала по истории
КПЮ 1920-1930-х гг. Банац убедительно показал, что несколько высокопоставленных информбюровцев оказались не столько жертвами конфликта со Сталиным, сколько старых фракционных дрязг. Он убедительно объясняет случай Хебранга и других руководителей из Хорватии, а также из Македонии. Но эти объясненные им случаи -- лишь капля в общем море. Да и в качестве основной причины фракционной борьбы он рассматривает расхождения по национальному вопросу.
По-видимому, объяснения Банца пригодны как объяснения второго порядка, помогающие выяснить, почему в разных районах Югославии и у разных национальностей этой страны информбюровское движение проявлялось с разной силой. Но ничего принципиально изменить в общих характеристиках движения эти замечания не могут. Таким образом, они скорее могут служить дополнением к оценкам Б.Ковачевича, чем их опровержением.
Подводя итог следует заметить, что основные оценки социальной природы информбюровского движения были сделаны за время существования югославской федерации или, как принято говорить в современных югославянских историографиях, второй Югославии. Эти оценки прошли период от чрезвычайно тонких объяснений высшего партийного руководства, которые так и не стали достоянием ученых, до вульгаризации, когда бытовало стремление представить информбюровцев агентами иностранных разведок и отрицать за их движением какое бы то ни было социальное основание. Югославская историография 1980-х гг. ввела в оборот новые данные, которые позволили отказаться от упрощенных штампов и вновь открыть социальную подоплеку в информбюровском движении. Однако эти достижения остались неразвиты в первую очередь из-за недоступности важнейших источников. Тем не менее, нельзя подвергнуть сомнению, что социальные истоки информбюровского движения существовали. Впрочем, после распада СФРЮ историография не имеет по данной проблеме никаких достижений. Историки, которые работали в период существования Союзной республики Югославия (третья Югославия) ограничивались эмпирическими исследованиями информбюровской проблемы, то же самое касается сербской историографии и других региональных югославянских историографий, которые постепенно обосабливались по мере распада некогда единого государства. Проблема ждет своих дальнейших исследователей.
Литература
1. Полетаев Г. Поколение Голого острова // Эхо планеты. -- 1990. - № 37-38.
2. Гиренко Ю.С. Сталин-Тито / Юрий Станиславович Гиренко. -- М., 1991.
3. Васильева Н., Гаврилов В. Балканский тупик?... (Историческая судьба Югославии в XX веке) / Васильева, Гаврилов. -- М., 2000.
4. Васильева Н.В., Гаврилов В.А., Миркискин В.А. Балканский узел, или Россия и «югославский фактор» в контексте политики великих держав на Балканах в XX веке / Нина В. Васильева, Виктор Александрович Гаврилов, Виктор Александрович Миркискин. -- М., 2005.
5. Москва и Восточная Европа. -- М., 2008.
6. Гуськова Е.Ю. Судьба македонцев, пострадавших в репрессиях конфликта Сталин-Тито / Елена Юрьевна Гуськова //В «интерьере» Балкан. Юбилейный сборник в честь Ирины Степановны Достян. -- М., 2010. -- Режим доступа: http://guskova.ru/w/yuhis/2010-feb
7. Zapisniki Politbiroja СК KPS/ZKS, 1945-1954. - Ljubljana, 2000.
8. Zapisnici Politbiroa Centralnog komiteta Komunisticke partije Hrvatske. -- Zagreb, 2006. -- Sv.2.
9. Radonjic R. Izgubljena orijentacija / Radovan Radonjic. -- Beograd, 1985.
10. Gabric A. Inforbirojevstvo na Slovenskem / Ales Gabric // Prispevki za novejso zgodovino. -- 1993. -- №1-2. - S.163-175.
11. Krzavac S., Markovic D. Informbiro. Sta je ta? Jugoslavija je rekla: ne / Savo Krzavac, Dragan Markovic. - Beograd, 1976.
12. Dedijer V. Novi prilozi za biografiju Josipa Broza Tita / Vladimir Dedijer. -- Beograd, 1984. -- T.3.
13. Petranovic B. Istorija Jugoslavije, 1918-1988. / Branko Petranovic. -- Beograd, 1988. -- Knj.3.
14. Markovic D. Istina о Golom otoku / Dragan Markovic. -- Beograd, 1987.
15. Kovacevic В. О Informbirou u Crnoj Gori / Branislav Kovacevic // 1948. Jugoslavija і Kominform: pedeset godina kasnije. -- Beograd -- Podgorica, 1998. - S.127-150.
16. Banac I. Sa Staljinom protiv Tita: Informbirovski rascjepi u jugoslovenskom komunistickom pokretu / Ivo Banac. -- Zagreb, 1990.