Ситуационный подход к установлению причинных связей посредством судебной экспертизы
Игнатьев Михаил Евгеньевич
Игнатьев Михаил Евгеньевич, кандидат юридических наук, доцент кафедры криминалистики Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова
Рассматривается актуальный для современной криминалистики вопрос, связанный с использованием ситуационного подхода в судебно-экспертной деятельности, обосновывается важность указанного подхода для установления причинных связей через проведение судебных экспертиз с целью определения отношений между явлениями, предметами и процессами в механизме преступления.
Ключевые слова: ситуационный подход, причинно-следственные связи, механизм преступления, судебная экспертиза.
Situational approach to establishing causal relationships through forensic examination. Ignatiev Mikhail Evgenievich
The article considers an issue relevant to modern criminology related to the use of a situational approach in forensic activities, substantiates the importance of this approach for establishing causal relationships through forensic examinations in order to determine the relationship between phenomena, objects and processes in the mechanism of crime.
Keywords: situational approach, causal relationships, crime mechanism, forensic examination.
Сущность ситуационного подхода состоит в том, что любое познаваемое событие анализируется субъектом криминалистической деятельности во взаимосвязи и динамике составляющих его ситуаций. Это утверждение сделано Т.С. Волчецкой [1, с. 18], и с ним нужно согласиться. Следует указать, что определения ситуационного подхода в криминалистической литературе практически отсутствуют, и это вполне понятно, так как достаточно трудно выразить существенные признаки данного понятия, ограничив их определенными рамками. Вместе с тем содержательно это понятие разработано достаточно хорошо, что позволяет эффективно использовать его в научных исследованиях и правоприменительной деятельности [см., например: 2].
Использование положений ситуационного подхода актуально для криминалистической деятельности, связанной с расследованием преступлений вообще, назначением и проведением судебных экспертиз в частности, в том числе и для установления причинно-следственных связей.
Проблема установления причинных связей посредством экспертных исследований имеет свою историю. Она активно исследовалась в трудах Т.В. Церетели [3, с. 326], В.Б. Малинина [4, с. 318], Б.С. Антимонова [5, с. 74, 75], З.М. Соколовского [6, с. 138-139] и других известных ученых.
По нашему мнению, решение вопроса о том, назначать или не назначать судебную экспертизу для установления причинных связей в процессе расследования преступления, должно опираться исключительно на положения закона (ст. 57 УПК РФ) о ее назначении при необходимости привлечения носителей специальных знаний.
Анализ вопросов, формулируемых для разрешения экспертами, позволяет разделить их на две большие группы.
К первой группе относятся вопросы, касающиеся задания эксперту установить обстоятельство, которое еще неизвестно и для установления которого требуются специальные знания.
Во вторую группу входят вопросы, которые формулируются, когда обстоятельство известно, оно фигурирует в деле, но от эксперта требуется прокомментировать это обстоятельство, «расшифровать» его, высказать о нем свое суждение на основе специальных знаний.
Возвращаясь к вопросу о том, когда необходимо назначить экспертизу для установления причинных связей, следует разграничить (насколько это возможно) две категории экспертиз причинности.
Первая категория касается экспертиз, устанавливающих наличие (отсутствие) причинной связи между доказываемыми фактами (обстоятельствами) и «главным фактом». В более широком плане это установление причинной связи между доказательственными фактами и обстоятельствами, подлежащими доказыванию.
Вторая категория экспертиз причинности - это те, которые, по выражению А.А. Пионтковского, изучают «случайные» связи, мы же будем именовать их причинными связями отражения криминалистически значимой информации, для изучения которых и создается криминалистическая теория причинности.
Таким образом, так называемые уголовно-процессуальные экспертизы причинности касаются доказательственных фактов и связей между ними, а так называемые криминалистические экспертизы причинности - исследования вещественных доказательств и документов.
Деление экспертиз на две предложенные категории необходимо хотя бы потому, что степень и форма их участия в решении вопросов причинности различаются. Первые напрямую относятся к доказыванию по делу, вторые «поставляют» материал, который может быть использован для доказывания. Первые устанавливают причинную связь в сфере объективной стороны преступления, вторые позволяют судить лишь об отражении события в материальных носителях криминалистически значимой информации, т.е. способствуют доказыванию первых обстоятельств.
Рассмотрим ситуации необходимости назначения экспертиз для уголовно-процессуального установления причинной связи между доказательственными фактами.
В уголовном процессе доказывание начинается с построения и проверок следственной версии. Приступая к расследованию, следователь располагает информацией, в том числе и той, которая заложена в материальных носителях в результате отражения в них механизма преступления. Используя эти отражения как следствие, он стремится установить причины их происхождения, каждого отражения в отдельности и всех в совокупности. Это должно позволить ему получить представление об элементах события преступления. Отсюда понятно, почему проблема установления причинно-следственных связей занимает центральное место в доказывании, а вопросы причинности и доказывания были предметом изучения юристами разных поколений (см. труды В. Владимирова [7], М.С. Строговича [8], Р.С. Белкина [9], З.М. Соколовского [10], И.М. Лузгина [11] и др.).
За установлением причинных связей для получения знаний о механизме преступления последует установление причинных связей между общественно опасным деянием и наступившими последствиями, поскольку в уголовном праве представляют интерес только начало и конец причинного ряда, т.е. причина и следствие. «Фактически под термином причинная связь, - пишет В.Н. Кудрявцев, - нередко кроется ряд взаимодействующих явлений, которые мы в отдельности не дискутируем, так как нас интересует только начало и конец соответствующей цепи, именуемой нами причиной и следствием» [12, с. 188]. В уголовно-процессуальном аспекте перед следователем стоит задача установления причинных связей между обстоятельствами, доказательствами по делу вообще и причинных связей в доказательственных рядах в частности.
Переходя от уголовно-процессуальной причинности к криминалистической (эти условные названия представляются удобными ввиду их краткости и содержательности), мы, естественно, перенесем акцент на исследование вещественных доказательств и документов как носителей информации о событии преступления.
На первое место среди задач, решаемых при исследовании вещественных доказательств, в том числе с целью установления причинных связей, следует поставить криминалистическое отождествление. В пользу этого можно привести как минимум два аргумента. Так, решение задач отождествления предоставляет больше всего фактов, приближающих отождествленный объект к предмету доказывания за счет тех самых «случайных» причинных связей, которые индивидуализируют этот объект. Второй аргумент - это давно и обстоятельно разработанная теория криминалистической идентификации.
С отождествлением, явным или скрытым, мы имеем дело в любом акте познания. Вся жизнь человека состоит из ответных реакций на внешние и внутренние раздражители. В поисках правильного решения мы ищем тождественные образы этих раздражителей (ситуаций), используя отождествление в самом широком смысле этого термина (отождествление рода, отождествление свойства и т.п.). При экспертном исследовании, при решении любой задачи также реализуется акт отождествления, в частности для того, чтобы убедиться в том, что представленный нам объект тот самый, который был изъят и направлен на экспертизу.
В становлении и развитии теории криминалистической идентификации могут быть отмечены как отрицательные, так и положительные моменты в определении задач отождествления (см., например, работы С.М. Потапова [13, с. 66], А.И. Винберга [14, с. 40], Н.В. Терзиева [15, с. 4], А.А. Эйсмана [16, с. 4]).
Значительное влияние на изучение рассматриваемого вопроса оказали появление категории диагностических задач, разработка их четкой классификации и выделение задач классификационных [17].
При решении вопроса о назначении экспертиз, решающих диагностические задачи, следователь должен исходить из того, что диагностика в самом общем плане позволяет определить (выделить, изучить, распознать) свойства объекта и его состояние, установить обстоятельства, свидетельствующие об изменении первоначального состояния объекта как результате отражения в нем события преступления, установить причину этих изменений и ее связь с преступным событием (мера связи будет определена следователем (судом) при оценке всех обстоятельств, собранных по делу). Напомним, что под объектом понимается как отдельный предмет, так и явление, ситуация.
Ю.Г. Корухов так определяет предмет криминалистической диагностики: «Предметом криминалистической диагностики является познание изменений, происшедших в результате совершения преступления, причин и условий этих изменений на основе избирательного изучения свойств и состояния взаимодействовавших объектов с целью определения механизма преступного события в целом или его отдельных фрагментов» [18, с. 100]. Как видно из приведенного определения, диагностика напрямую считает определение причинных связей и условий одной из своих основных задач. Диагностические задачи многозначны и разнообразны, они могут касаться самых различных вариантов установления причинных связей.
Установление механизма отдельных стадий (этапов, фрагментов) события преступления.
Это может быть установление причины возникновения отдельных следов, в частности направления движения транспортного средства (1) при столкновении с транспортным средством (2), их взаимного расположения в момент первичного соударения; определение направления взлома (снаружи - внутрь или изнутри - наружу) по следам пролома в преграде, т.е. выявление, не имела ли место инсценировка взлома, и т.д.
Подобное определение фрагментов преступного события значимо само по себе, а в совокупности с другими обстоятельствами может играть решающую роль в установлении всей цепи причинных связей.
Установление пространственной структуры обстановки преступного события.
Эта задача сводится к определению границ места происшествия, что должно позволить абстрагировать его от иных внешних связей, т.е. обеспечить реализацию одного из требований к установлению причинных связей. Например, где, в каком месте происходило преступное событие, какие следы находятся в причинной связи с приходом лиц (доставкой транспорта) на место происшествия, какие следы свидетельствуют об уходе и его направлении, в каком направлении двигалось ТС. Определение локального участка местности в дальнейшем может быть использовано для отождествления следов от этого места (почвы, семян растений и т.п.) на одежде субъекта (трупа).
Определение вещной структуры обстановки места происшествия. При решении задач этой направленности возможно установление свойств и состояний объектов материальной обстановки места происшествия, характера изменений под действием события преступления, определение того, отображением каких действий являются эти изменения (следы).
Наряду с этим диагностика вещной структуры места происшествия позволяет установить причинную связь между этой обстановкой и выбором преступником данного места для совершения преступления, определить время совершения преступления, подбор средств и выполнение приемов совершения преступления, определяемых обстановкой места.
Определение структуры вещной обстановки позволяет предположить наличие причинной связи между этой структурой и следами, обнаруженными на одежде и теле преступника, на транспортном средстве (проверяемом).
Установление временных характеристик преступного события. Решение задач этой категории позволяет устанавливать: когда, в какой период времени произошло преступное событие; как долго оно могло продолжаться, судя по оставленным следам и примененным техническим средствам; в какой последовательности совершались действия (фрагменты) преступного события; какие следы образовались раньше, а какие позже и т.п.
Признаки, позволяющие устанавливать указанные характеристики, достаточно разнообразны, но должны быть известны следователю и учитываться им при определении причинных связей и назначении экспертизы: это и атмосферные условия (до дождя, после дождя), и сигналы передачи по радио и телевидению, идущие в определенное время; это прорастание плесени и развитие трупных вредителей (их личинок) как показатель длительности нахождения трупа в конкретном месте, это время, требуемое для совершения определенных действий.
Определение свойств действующих объектов (предметов, орудий, лиц, транспортных средств) позволяет устанавливать количество объектов (преступников), характер их функционирования (обладало ли лицо профессиональными или преступными навыками взлома), какое производственное оборудование и какие навыки были применены при изготовлении огнестрельного оружия или взрывчатого устройства, исправно ли транспортное средство, если неисправно, то какова причина этой неисправности, и т.п.
Данная группа обстоятельств позволяет установить причинную связь в отдельном звене, в двух последовательных звеньях (свойства объекта и время его действия), а также во всей причинной связи преступного события в целом.