Материал: Серия Разыскиваемые #1 Перевод Евгения Гладыщева Редактор и оформитель

Мышцы Габриэля так напряглись, что он практически почувствовал боль. — Слышал, что Романи объявился, и я предполагаю, что он наконец вернулся к своим?

Снова информация.

— У тебя впечатляющие осведомители, — заметил Габриэль. Он оглянулся на обеспокоенную Еву, его мозг продолжал лихорадочно работать. — Говоришь, едешь ко мне? — Он снова отвернулся к стене. — И да, Винсент здесь. — Если Люциан не в курсе.

— Я рад. Когда кусочки начинают складываться воедино, все становится легче. Скоро буду в Сиэтле. Решил, ты можешь оценить, что кто-то еще сделает за тебя кровавую работу, если придется. Тебе или кому-то из твоих парней нет нужды жить с этим. А мне, ты знаешь, плевать.

Почему-то Габриэль не поверил браваде о безразличии к убийствам, но было не время выяснять этот вопрос. Или про какие кусочки Люциан имел в виду.

— Проведи остаток дня со своей женщиной, Габриэль, и постарайся не слишком переживать. Мы со всем разберемся, когда я приеду.

— Люциан?

— Да?

— Спасибо, брат. Я ценю предупреждение больше, чем ты думаешь.

— Тебе не нужно благодарить. Я просто делаю то, что правильно. — Щелчок.

Габриэль засунул телефон в карман, чувствуя более сильную связь с семьей Романи, чем раньше. Он повернулся к компании и сел на место, прервав вялый разговор за столом.

Заставив себя не обращать внимания на нетерпеливый хмурый взгляд Евы, Габриэль пересказал разговор с Люцианом, снова оставляя девочек и Пейна в неведении, так как говорил на русском. Закончив, отправил сообщения с переводом Джаку и Куану, давая им возможность подготовиться к худшему. И таким же способом получил ответы, хотя парни и сидели прямо напротив.

Джак: Постараемся. Давай покончим с этим.
Куан: Услышал и в первый раз, но спасибо за повторение. Кстати, ты должен мне отпуск.
Высокомерная задница. Похоже, вместе с китайским, немецким и французским, он как губка впитал и русский язык. Что весьма кстати, так как он собирался долго быть рядом.

— Кто-нибудь хочет объяснить? — проворчал Пейн, намазывая булку маслом. Прежде чем положить нож рядом с тарелкой

, он повертел его меж пальцев, словно собирался искать в батоне золото.

— Я тебя позже просвещу, — ответил Винсент, когда все промолчали. Он тоже взглянул на Джака и пальцем обвел круг в воздухе, отправляя на разведку, словно Люциан ему лично озвучил указание. Или просто был так же крут, как и румын. Джак немедленно вышел.

Задумавшись, Габриэль поймал выбившуюся прядь волос Евы и начал играться с ней, наматывая на палец и отпуская. Снова и снова. Накручивая на палец... отпуская... накручивая... отпуская... накрутить... отпустить...

— Ладно. — Ева так резко подала голос, что он подпрыгнул. Это ему нужно говорить, ради всего святого. У всех нервы натянуты до предела. Он поцеловал ее в висок и взглядом велел Максу продолжать.

— Не думаю, что нам это необходимо. — Он знал, что все равно это сделают. — Но я хочу, чтобы вы выяснили побольше про Энум...

— Население чуть больше десяти тысяч, — прервал его Максим, делясь информацией, о необходимости которой знать не мог. — Есть аэропорт, но еле живой, маленькое отделение полиции и крошечная больница. — Он поднял взгляд и перешел на родной язык. — И, как хотел сказать механик, это идеальное место, когда хочется уединения. Стефано может раствориться с ней в том лесу, и никто ничего не услышит и не увидит.

— Парни, вы можете перестать это делать? — устало попросила Ева. — Мне начинает казаться, что вы говорите что-то страшнее того, что есть на самом деле. Давайте на английском. Или испанском. Можно даже немного на французском. Я их знаю.

Максим пожал плечами.

— Прости, сладкая, привычка. И я лишь сказал, что согласен с ним. Нам, вероятно, не понадобится эта информация, потому что мы разберемся со всем отсюда.

Габриэль медленно выдохнул, мозг лихорадочно работал.

— Самолет наготове? — спросил он у Алека.

— Конечно.

— Хорошо. Тогда мы все ночью отправляемся домой. Оставим команду разобраться со Стефано, и к утру будем в Нью-Йорке.

Ева выглядела шокированной от изменений в планах. Ника была встревожена и начала паниковать. Пейн стал подозрительным.

А все остальные — нет.

Потому что Максим, Винсент, Алек и Куан знали достаточно, чтобы не верить подобной хрени. Хотя в ней и была доля правды.

И он только что решил, что Ева и Ника должны ехать на восток под присмотром и охраной байкеров. Но Габриэль с парнями останутся, чтобы покончить со всем раз и навсегда.

Габриэль закрыл за собой дверь номера, озадаченный явной потребностью Евы касаться его. Девушка сжимала его пальцы, когда они покидали переговорную комнату. Рассеянно поймала руку при разговоре с Никой. Мягко барабанила ноготками по костяшкам, пока ждали лифт. Переплела пальцы, идя по коридору, и не отпустила, даже когда обнимала Нику. Рыжая девушка нервничала и скрылась в соседнем номере вместе с братом и Винсентом.Это была полная противоположность той ярости, которую Ева выказала пару ночей назад, и он возбудился, хотя и знал в глубине души, что так не может продолжаться. Он видел, как вся история со Стефано повлияла на нее. Но так же видел, как она пережила это. Как адаптировалась. Становилась сильнее прямо у него на глазах.Нет никаких сомнений, что она откажется от подобной жизни, будь у нее выбор.Но даже если согласится, позволит ли он ей? Вчера он бы сказал «нет». Но теперь? Он не был уверен. Потому что все изменилось. Ревность к ее отношениям с байкером открыла ему глаза на тот факт, что Ева не просто красивое лицо и тело. Смешно, но здесь были замешаны чувства. Он увидел девушку со всех сторон. Видел, какой она была внутри. И ему нравилось.Габриэль бросил ключ-карту и высвободил руку, чтобы первым войти в гостиную. Она хоть понимала, что делает? — Почему Ника так упорно противится поездке в Нью-Йорк?Когда в лифте он озвучил решение о поездке девушек в клубный дом в Нью-Йорке, Ника отказывалась, словно от этого зависела ее жизнь. Им придется сильно потрудиться, чтобы убедить ее хотя бы остаться на ночь в отеле.Ева издала нервный смешок. — Вероятно, потому что Кевин слетел с катушек. Ему не нравится, когда она выходит в магазин, и еще меньше понравится путешествие через страну.Они оба замолчали.Габриэль посмотрел на нее с тоской такой силы, о которой и не подозревал. Ее отец скоро будет здесь, и кто знает, как это отразится на них? Его время с ней, нравится ему или нет, ограничено. И когда все закончится, придется дорого заплатить за это.Боже, он не хотел отпускать ее.Ева наклонила голову, словно чувствовала его взволнованность. Но это невозможно. Он и сам не осознавал, насколько всепоглощающим окажется чувство при мысли потерять ее. Но, тем не менее, это неизбежно.Мужчина пересек комнату, не говоря ни слова, поднял девушку на руки и понес в спальню.— Габриэль?— Ты нужна мне. Прямо сейчас. — Он ногой захлопнул дверь и добрался до кровати. Но не опустил Еву, а просто смотрел на нее, отчаянно желая, чтобы ей передались его чувства.

В ее глазах светилось исступление, но кончики пальцев, словно дуновение ветерка, пробежались по его щеке и линии подбородка. — Да, — прошептала она, обхватив ладонями его лицо и притягивая к себе для поцелуя. — Прямо сейчас, — выдохнула напротив его губ.Он поставил ее на ноги, и они принялись раздевать друг друга. Огонь в глазах, касание губ, ласкающие руки повсюду. Но в какой-то момент Габриэль остановился, ошеломленный потрясающей обнаженной красавицей, дрожащей от желания. Волосы разметались по плечам, ниспадая вниз и исчезая за спиной, упругое смуглое тело, великолепная грудь, аккуратный пупок. И сапфировые глаза, наполненные такой же тоской, как и у него.И, господи-боже, прямо сейчас он желал обладать ею. Взять от нее все, что хотел. Всеми возможными способами. Он раздел ее и уложил на спину, накрывая своим телом, жадно целуя. Прижался, наслаждаясь ощущением податливого тела под собой. — Не могу насытиться тобой, — прорычал он.— Знаю. — Ева тяжело дышала, двигаясь под ним, ее пальцы провели по лицу, шее и зарылись в волосы.Габриэль снова вжался в нее бедрами, а член оказался прямо у жаркого входа. Она вскрикнула от вызванного близостью ощущения.— Я хочу быть в тебе, милая, — хрипло прошептал он, проложив дорожку поцелуев по шелковистой шее и прикусив нежную кожу плеча.— О боже, Габриэль.Он продолжил спускаться ниже, обхватив одну грудь ладонью и целуя вторую, языком и зубами вызывая столь любимый им утробный звук. Девушка хрипло застонала в ответ.— Прямо сейчас, — он потерся об нее, головка члена раздвинула влажные складочки. — Там, где был только я. — Острые, чисто мужские ощущения пронзили его, когда Ева заерзала под ним в попытке прижаться сильнее, ногти царапали спину.— Да, — шептала она, извиваясь, ее голодный взгляд вторил его.И это чертовски бы льстило, не прячься за жаждущими глазами страх.— Сейчас. Пожалуйста.Он быстро отстранился и схватил из ящика тумбочки презерватив. Габриэль обещал быть ответственным, а значит, будет, черт побери. Хотя рядом с ней было совершенно невозможно здраво мыслить. Надев защиту, он вернулся и снова прижался к ней.Ее бедра рванулись навстречу. Ноги обхватили его за талию. Габриэль, не в силах устоять, схватил основание члена и скользнул внутрь, медленно проникая в жар ее тела.Они вдвоем издали нетерпеливые стоны,

когда он начал двигаться, но этого все еще было недостаточно. Габриэль схватил Еву за руки и перевернул их, насаживая девушку на себя, чтобы хорошо видеть происходящее. Ему нужно было не только ощущать, но и смотреть.

Чувства нахлынули на него при виде девушки, которая, замерев лишь на миг от новой позы, снова приноровилась к ритму так, что у мужчины перехватило дыхание. Она сжимала руки на его животе, впиваясь ногтями при каждом толчке, принимая его в жар своего естества. Такая горячая, влажная и узкая. Габриэль прикрыл глаза. Напряжение ее стройных бедер при подъеме и вид исчезающего внутри нее блестящего от влаги члена завораживали.

А от вида упругой груди и словно моливших о внимании сосков кружилась голова. И он потянулся к ним, наслаждаясь тихими стонами, которые Ева издавала при прикосновении.

Она задвигалась быстрее, резче. Вдруг внутренние мышцы сжались вокруг члена, ее спина красиво изогнулась, и тихий стон чистого удовольствия стал последней каплей для самообладания Габриэля. Этот звук стрелой пронесся по позвоночнику, заставляя бедра вторить сбившемуся на волнах ее оргазма ритму.

— Так чертовски красива, — прохрипел он.

Едва соображая, что делает, потерявшись в застившем разум эротическом тумане, Габриэль перевернул их, оказавшись сверху. Она раздвинула ноги еще шире, открываясь навстречу его движениям. Он смотрел, как соединялись их тела, как ее голова откидывалась назад, обнажая уязвимую линию горла, ее пальцы крепко сжимали одеяло, а на прекрасном лице читалась новая волна удовольствия.

Затем он приподнял ее голову, их взгляды встретились, и связь между ними стала сильнее, чем Габриэль когда-либо чувствовал.

От ее вида и издаваемых звуков, запаха секса и ощущения узкой киски по позвоночнику вновь пронесся разряд удовольствия. Габриэль держался как можно дольше, но теперь был вынужден сдаться. Потеряв контроль, он испытал самый мощный оргазм в своей жизни.

Понадобилось время, чтобы сознание вернулось к нему, и он тихо пробормотал извинения за то, что мог причинить ей боль.

— Ты был на высоте, глупыш, — уверила она его слабым голосом. Ее ладони погладили плечи и опустились по спине. Девушка поцеловала его в шею.