Как бы то ни было, саму проблему нам все-таки пришлось поставить (и высказать, ввиду ограниченного размера статьи, лишь несколько очень кратких соображений в связи с ней). А решаться она, возможно, будет еще долго, если вообще когда-нибудь получит статус решенной.
«Остров Тамань», Боспор Синдский и город Гаргаза
Популярный еще недавно тезис о существовавшей в Античности «Таманской Полинезии» (см., например: Паромов 2006) ныне приходится подвергнуть серьезной корректировке. «Полинезия» по самому греческому термину, выбранному для обозначения этого понятия, должна являться неким архипелагом, состоящим из множества островов.
Недавно достаточно убедительно было показано, что «историко-географические представления о Таманском полуострове как архипелаге дельтовых островов палео-Кубани, широко используемые при описании его ландшафтно-геоморфологических условий в период греческой колонизации, не получили своего подтверждения», поскольку «в историческую эпоху ни один из рукавов дельты палео-Кубани не впадал в Таманский залив» (Горлов 2007: 87).
К западу от устья Кубани существовали один очень крупный остров (самый крупный в тогдашнем Понте, более того, многократно превосходивший размерами все остальные) и пара-тройка примыкавших к нему мелких (Голубицкий остров, остров Кандаур - так их ныне условно называют, опираясь на современные топонимы).
Большой остров можно обозначить просто как «остров Тамань» (мы все-таки закавычиваем это выражение, дабы подчеркнуть его сугубую условность). Как он назывался в Античности, мы не знаем. Похоже, просто «островом». Точнее, «Островом» (? н?упт, с определенным артиклем) В боспорских надписях упоминается должностное лицо ? ?р? ф?т н?упх..
Чем же отделялся этот остров от тогдашней линии материка? Здесь представляются имеющими значительную ценность осуществленные в последние несколько лет разработки российско-германской группы археологов, возглавляемой Д. В. Журавлевым и У. Шлотцауером Из достаточно многочисленных работ, опубликованных этой группой ученых по интересующей нас проблематике, сошлемся здесь лишь на некоторые наиболее важные (Журавлев и др. 2010; Журавлев, Шлотцауер 2011; 2014; Kelterbaum et al. 2011; Schlotzhauer, Zhuravlev 2014)..
Эти исследователи ответственно, с приведением большого количества аргументов заявили, что им удалось открыть «второй Боспор» - пролив, существовавший в I тыс. до н. э. восточнее Керченского и тоже входивший в число путей, по которым шла Великая греческая колонизация.
Автор этих строк после достаточно долгих колебаний и детального осмотра местности, о которой идет речь, счел возможным решительно присоединиться к предложенной коллегами точке зрения (Суриков 2013). Впрочем, хоть и решительно, но не безоговорочно. Оговорки заключаются в следующем.
Во-первых, Д. В. Журавлев и У. Шлотцауер «окрестили» обнаруженный ими ныне исчезнувший пролив «Боспором Кубанским». Нас в этом квазитопониме несколько смутило режущее глаз смешение античного элемента («Боспор») с современным, заведомо позднейшим («Кубань»).
Поэтому мы предложили называть данный водный путь «Боспором Синдским», опираясь на то обстоятельство, что он отделял «остров Тамань» именно от Синдики, а не от чего-либо иного, а также на одно упоминание «Синдской щели» у архаического поэта Гиппонакта (как бы это упоминание ни трактовать). Д. В. Журавлев и У. Шлотцауер в работе, вышедшей уже после только что упомянутой статьи автора этих строк, отметили, что знают о нашем предложении, но предпочитают, как говорится, «остаться при своем». На то их полное право - как первооткрывателей. Ведь назвал же, допустим, американский летчик-полярник Ричард Бэрд впервые обследованную им область Антарктиды «Землей Мэри Бэрд» в честь своей супруги, хотя, наверное, в мировой истории имелось немалое количество лиц, в большей степени заслуживавших увековечения на карте.
Процитируем только аргумент Д. В. Журавлева и У. Шлотцауера: «По мнению И. Е. Сурикова, согласившегося с нашими аргументами о существовании морского пролива, стоит изменить его название на “Синдский Боспор”… Мы продолжаем оставаться сторонниками нашего названия - Боспор Кубанский, объединившего в себе античный и современный топонимы» (Журавлев, Шлотцауер 2014: 152).
Этот довод: название хорошо-де тем, что оно объединяет в себе античный и современный топонимы, - представляется автору этих строк странным. Эклектика неуместна нигде и ни в чем, поскольку она ломает стиль вместо того, чтобы его выдерживать.
Во-вторых, наша точка зрения относительно времени, в которое «второй Боспор» перестал функционировать как полноценный морской путь, разнится с той, какой придерживаются Д. В. Журавлев и У. Шлотцауер. Мы считаем, что это случилось несколько раньше, чем им кажется. Но это - предмет отдельного разговора.
И сии строки мы пишем отнюдь не затем, чтобы полемизировать с вышеупомянутыми учеными (напротив, в нашем лице они в целом имеют союзника, отнюдь не оппонента). Мы хотим указать на одну из тех интересных перспектив в прочтении нескольких важных для Северного Причерноморья нарративных свидетельств, которые открываются в связи с выкладками группы ГИМа - DAI DAI (Deutsches archдologisches Institut) - известнейшее учреждение, имеющие филиалы (Abteilungen), можно сказать, по всему миру (в Афинах, Стамбуле, Каире, Пекине, Тегеране и др.)..
Некоторые архаические греческие поселения в восточной части Таманского полуострова (если назвать наиболее значительные, ими будут, в частности, Голубицкая 2, Стрелка 2, Ахтанизовская 4), ныне рассматривающиеся как «безымянные», производят сильное впечатление ранних полисов, основанных в колонизационный период, а затем «заглохших» ввиду прекращения использования Боспора Синдского Это и дальнейшее следует читать обязательно с учетом нашей предыдущей разработки (Суриков 2013). Без ее учета многое в последующем изложении останется неясным, а повторять или пересказывать выводы, сделанные в указанной статье, мы здесь, понятно, не будем. Эти полисы (как теперь становится ясно, основанные не где-то в глубине материка, а на тогдашнем побережье), естественно, так или иначе назывались, но мы их названий не знаем - именно потому, что в тот период, когда работали основные античные географы, они уже перестали быть полисами.
Можно ли обнаружить в источниках какие-то следы информации о наименованиях этих деградировавших впоследствии городов? Нам кажется, что к интересующему нас сюжету можно удачно «привязать» загадочный топоним, встречающийся в едва ли не самом пространном свидетельстве о ранней боспорской истории - рассказе Диодора Сицилийского о междоусобной распре Сатира, Притана и Евмела, сыновей Перисада I О значимости личности Перисада I для раннебоспорской истории см.: Суриков 2014, со ссылками на предшествующую литературу, в последнем десятилетии IV в. до н. э.
В этом свидетельстве не раз упоминается город Гаргаза, более нигде в нарративной традиции не фигурирующий. После гибели Сатира «начальник наемников Мениск, сняв осаду, отвел войско в город Гаргазу и оттуда по реке перевез останки царя в Пантикапей к брату его Притану. Последний, устроив великолепные похороны и положив тело в царскую гробницу Какой именно курган скрыл тело Сатира II - отдельный и интересный вопрос. Надеемся к нему еще вернуться в будущем, затем быстро явился в Гаргазу и здесь принял начальство над войском и царскую власть… Притан, оставив в Гаргазе гарнизон, возвратился в Пантикапей, чтобы упрочить свою власть. В это самое время Евмел при помощи варваров захватил Гаргазу…» Диодор Сицилийский. Библиотека XX: 23-24. Цит. по: Латышев 1947: 265.
Из контекста абсолютно ясно, что описанные здесь события происходили на Азиатском, а не на Европейском Боспоре. Прежде всего чуть выше в рассматриваемом пассаже Диодора указано, что военные действия между Сатиром и Евмелом проходили в районе реки Фат.
Совершенно не приходится сомневаться, что этот топоним связан с таким этнонимом, как «фатеи». Последний упоминается в ряде боспорских надписей (КБН 9; 972; 1015: 21, 553, 588). Фатеи с какого-то момента правления Перисада I начинают перечисляться в его титулатуре, а именно - в списке варварских племен, над которыми он являлся «царствующим» (вбуйле?щн) (Завойкин 2013: 324). Стало быть, при нем этот народ и был подчинен Спартокидами.
Локализация фатеев на Азиатском Боспоре, где-то по соседству с меотами, тоже не подлежит сомнению. Стало быть, и река Фат должна была находиться там же (собственно, фатеи и Фат у Диодора стоят рядом, и поставлены они так вполне сознательно, то есть историк понимал, что название фатеев происходит от Фата А скорее всего, «фатеи» - не самоназвание, а обозначение, данное греками племени, жившему у Фата (и именно потому-то и данное).). Вероятно, под Фатом имеется в виду какой-то из многочисленных рукавов обширной дельты Кубани.
Далее, напомним, Диодором указано, что после гибели Сати-ра II его тело было доставлено в Гаргазу и оттуда перевезено по реке в Пантикапей (дй? фп? рпфбмп?... е?т Рбнфйк?рбйпн). Строго говоря, напрямую по реке (то есть минуя море) в крымский Пантикапей можно было что-либо доставить только из Крыма же. Но здесь об этом явно не может идти речи.
Во-первых, в Восточном Крыму нет таких крупных рек, какой представлен у Диодора тот же Фат. Во-вторых, абсолютно все говорит в пользу того, что «война трех братьев» развертывалась к востоку, а не к западу от Боспора Киммерийского. В частности, ниже Диодор рассказывает, что из района Гаргазы Евмел оттеснил Притана «к перешейку близ Меотийского озера» (е?т ф?н ?уим?н ф?н рлзу?пн ф?т Мбй?фйдпт л?мнзт). Судя по артиклям, подразумевается какой-то определенный перешеек. Но перешейков в строгом смысле слова (подобных, например, Коринфскому Истму в Греции) на Боспоре (ни Азиатском, ни Европейском) не было и нет. Есть полуострова, косы…
Снова и снова убеждаемся, что Диодор весьма смутно ориентировался в топографии региона, события в котором он здесь описал. Но стоит ли удивляться этому, коль скоро сам Геродот, хоть он, в отличие от сицилийца, и бывал в Северном Причерноморье, абсолютно превратно представлял себе очертания Крыма? Поэтому понимать слова Диодора в прямом смысле не стоит. Судя по всему, дело обстояло так, что тело погибшего Сатира было по реке вывезено к морю, а потом уже морем доставлено в Пантикапей.
Топографический контекст борьбы сыновей Перисада - предмет отдельного исследования; а здесь нас интересуют единственно город Гаргаза и его возможная (в любом случае гипотетическая!) локализация. Этим вопросом, насколько нам известно, никто всерьез не занимался. Что же можно сказать в связи с ним?
а) Гаргаза - эллинский, а не варварский город. То, что он носил, судя по всему, негреческое название, никоим образом не должно нас смущать. Как известно, даже сам Пантикапей носил негреческое название. А были еще Тиритака, Корокондама… И все они являлись населенными пунктами греков, а не какого-либо иного народа.
Сохранение пришедшими извне новыми обитателями значительной части субстратной топонимики - это вообще одна из наиболее общих закономерностей человеческой истории. Не знаем, стоит ли лишний раз напоминать, что и наша Москва - не исключение (угро-финские корни очевидны).
б) Гаргаза для времени, к которому относится свидетельство Диодора, может считаться достаточно значительным центром. И действительно, какой-нибудь мелкий поселок Спартокид Притан вряд ли избрал бы местом своего «венчания на царство» Разумеется, о таковом «венчании» приходится говорить лишь cum grano salis. Только при сыне Евмела Спартоке III правители Боспора стали величаться официальным титулом вбуйле?т. Да и у Диодора говорится, что Притан в Гаргазе принял ф?н дхнбуфе?бн. «Принял… царскую власть» - это некоторая вольность переводчика (В. В. Латышева). Но все-таки….
в) Гаргаза, если следовать изложению Диодора, находилась на реке. Была ли это упомянутая им же ранее река Фат или же какая-то иная? Судить трудно. Более того, за точность самих топографических описаний у нашего историка, как было продемонстрировано выше, ручаться нельзя. Так что нельзя считать безоговорочно доказанным фактом расположение Гаргазы непосредственно на каком-то речном побережье. Зато можно считать однозначно верным следующее.
г) Гаргаза - город на восточной, азиатской стороне Боспора Киммерийского. Это, как нам кажется, безусловно следует из предшествующего анализа.
Теперь, сопоставляя данные нарративного источника с результатами исследований на местности, проведенных группой под руководством Д. В. Журавлева и У. Шлотцауера (группой, подчеркнем, междисциплинарной: в нее входили и входят не только археологи и историки, но также специалисты в области геофизики, топографии, археоботаники, археозоологии, геоархеологии, археометрии [Schotzhauer, Zhuravlev 2014: 203-204]), нельзя не прийти к выводу, что Гаргаза должна быть отождествлена с каким-то открытым или пока не открытым (последнее менее вероятно ввиду тщательнейших археологических разведок региона) ранним античным поселением в восточной части нынешнего Таманского полуострова.
Или даже еще восточнее - но не чрезмерно, то есть, во всяком случае, где-то в местностях, прилегающих к тогда еще существовавшему «второму Боспору». Но никак не к «первому» (то есть Боспору Киммерийскому), в ближайших окрестностях которого рек (или рукавов рек) нет, да и в рассматриваемую эпоху не было (см. сказанное в начале данного раздела статьи).