Ниже я проанализирую два характерных случая, показывающих, каким образом проявляется гибридизация двух или трех стратегий, исходя из интерпретации самого актора и поведения окружающих.
Первый случай. Ихтиолог, принеся свежий улов рыбы, выловленной за три последних часа (согласно правилу мониторинга), берет первую рыбу для анализа. Он измеряет ее длину на специальной линейке для рыбы, вносит показатель в единую таблицу данных, взвешивает ее. Затем вскрывает рыбу, определяет пол, возраст, этап полового созревания, берет на анализ желудок (для дальнейшего изучения в лабораторных условиях). Другие сотрудники и участники экспедиции знают о том, что в данный момент производится «обработка» свежей рыбы. Поскольку они, как правило, являются представителями других специальностей, то сам процесс и даже результат подобного анализа для них не является значимым или полезным. Однако поскольку вскрыть рыбу - это значит выпотрошить рыбу, то окружающих интересует, когда данный объект исследования перейдет в другой статус и станет продуктом питания. Поэтому после проведения научного анализа ученого просят разрезать рыбу на кусочки, чтобы можно было ее подать к столу. Так объект исследования в очищенном виде становится пищей ученых и местных жителей. В данном случае стратегия познания окружающей действительности сопрягается со стратегией самообеспечения.
Второй случай. Местный житель, находящийся в дружеских отношениях с некоторыми учеными и обитателями научно-исследовательской базы, проверяет фитили на реке, которые, насколько я могу судить с его слов, проверяются по согласованию еще несколькими акторами по очереди. Почти все ловушки для рыбы оказываются пустыми. На вопрос, в чем причина неудачного улова, он приводит сначала одно объяснение: за последние годы экология существенно ухудшилась, много предприятий вверх по течению от заповедных мест сливают отходы в реку. Рыба пошла мелкая, и ее стало значительно меньше, особенно за последние 10 лет, на его памяти. Проблема - экология, плохое состояние воды, заиленное дно, повышенный уровень воды. Через полчаса, проверяя одну из последних сетей, он уверенно сообщает: «…это все В. виноват. Он все время что-то придумывает. Незачем врать потому что. Всю рыбу своей болтовней распугал» [ЛА. 07/16]. То есть, по его мнению, есть некий актор в сети, который своим поведением, в буквальном смысле, влияет на состояние ихтиофауны данной зоны. Однако если проанализировать глубже, то это не совсем так. Поскольку сам рыбак недоволен своей неудачей, свою неудачу он обосновывает через поведение Другого. Он также говорит о своей ответственности за состояние популяции животных и рыб, говорит о возможности влияния на их численность в ходе своей собственной деятельности: «Япросто… я хочу жизнь посвятить всему этому. Я, например… я регулирую природу. Численность. На это все есть лицензии, охотишься там по лицензии. У нас есть лицензии осенние и весенние. У меня, например, медведь сейчас посещает приваду. И я жду, когда мне выдадут лицензию, и я смогу его отстрелять» [ЛА. 07/16]. И в данном кейсе мы видим сочетание двух стратегий: самообеспечения (приватизации природных ресурсов для жизнеобеспечения) и стратегии упорядочивания пространства вокруг себя и других акторов.
Данные примеры, особенно интервью с информантами, которые являются акторами У-УП типов, показывают, как обыденная мотивация поступков оказывается проникнутой особым смыслом, почерпнутым из общения с учеными. Так, например, местный житель, практикующий охоту и рыболовство и занимающийся данными промыслами достаточное количество сезонов, говоря об охоте по лицензии, в соответствии с законом, видит свою миссию в отстреле тех видов животных, которые нарушают баланс и меняют соотношение биологических видов в природе. Повод для отстрела медведя в охотничий сезон обосновывается, в частности, тем, что «их вообще стало много. Они давят скотину - телят всяких… Их больше развелось, они лосей давят, лосят. Если будет лосиха с маленьким лосенком, он тогуша, маленького, задавит. Не знаю, почему медведей больше стало. Просто никто шибко не добывает их. Нет таких охотников, как были раньше: ходили на лыжах, добывали сами. А сейчас такого не осталось» [ЛА. 07/16]. Говоря об основных видах жизнедеятельности, каждый информант постоянно опирается на различные логики обоснования собственных и чужих действий. Эта закономерность указала на необходимость постоянного учета «неравномерной глубины поля внутри тех отношений, которые актор поддерживает с миром» (Тевено 2004).
Диалог человеческих и не-человеческих акторов в рамках сети
Выше я описала семь условно выделенных типов акторов. Однако стоит отметить, что видов акторов в данной сети несколько больше, поскольку мы учитываем и неживых акторов, суждения о которых могут родиться из двух источников - непосредственного длительного наблюдения за взаимодействием человеческих и не-человеческих акторов и высказываний информантов об их опыте общения с неживыми механизмами и объектами, а также с животными.
Обратимся к полевому дневнику: «На базе находится в пользовании следующая транспортная техника: 2 УАЗа, 1 болотоход ARGO, 2 лодки (большая металлическая и маленькая резиновая). Этот арсенал из 5 основных транспортных средств используется регулярно. Автомобили были приобретены также на грантовые средства для нужд полевых исследований в разных районах. Серебристый УАЗ участвовал в длительной экспедиции на север по р. Лене, проехал более 7 тыс. км. Черный УАЗ совершенно новый, «нулевый». Его пробег на начало полевой работы составлял 3 тыс. км. Однако на этом автомобиле уже есть трещина на стекле от камня, попавшего в ходе продвижения по грейдерной дороге. Кроме того, из-за перевозки тяжелых грузов во время заброски экспедиции на базу по бездорожью была сломана рессора» [ЛА. 07/16].
О степени автономности различных технических объектов и машин один из информантов очень точно сказал, что «проблему техники решает иногда сама техника. Вот в чем идея» [АЛШ. 07/16]. Однако, безусловно, когда техника выходит из строя, ее автономный статус внутри сети подвергается сомнению, и требуется вмешательство человеческого актора: «К сожалению, любая техника… Сами понимаете, глупо создавать прибор, который никак, никогда не сломается. Если бы я купил такую машину, трейлер, тот же микроскоп, который у меня никогда не сломается, выход у всех этих компаний только один: либо цену на него на Луну запнуть (а по исследовательским меркам цена на Луне должна быть колоссальной для обычного человека, просто колоссальной), либо просто сделать так, чтобы какая-то маленькая деталька, а лучше 2-3, а лучше 15, постоянно ломалась. Они бы стоили так небольшое количество денег, чтобы это было не накладно, но какое-то время тебе приходилось бы это докупать» [АЛШ. 07/16].
Проблема диалога исследователя и техники в данном случае обретает особый статус. Исследователи отмечают, что «подобные споры не являются только вопросом языка. В споры вовлечены не только люди, но и значительное количество предметов: например, в случае профессионального спора - это компьютер, данные в котором были стерты; в случае спора между наследниками - это дом или земля; или, в случае домашней сцены, посуда, которую нужно вымыть, и т.д. Система анализа должна быть предназначена для того, чтобы рассматривать споры реального мира, т.е. описывать то, каким образом споры связывают друг с другом людей и предметы» (Болтански, Тевено 2000: 67).
Для того чтобы раскрыть особенности сети, функционирующей в социальном пространстве научно-исследовательской базы и прилегающих к ней территорий, я выделила определенные типы социального взаимодействия, которые обусловливают свойства акторов с различным типом актанности. Эта исследовательская стратегия позволяет, согласно Лорану Тевено, «выявить множество способов «вовлеченности» [engagement], каждый из которых подразумевает особый когнитивный формат, связанный со своим понятием реализма, иными словами - особый тип интерпретации окружающей природной среды и артефактов» (Тевено 2002: 24). Принцип выделения типов взаимодействия основывается на выделении классов явлений (сценариев взаимодействия) в соответствии с частотой упоминаний данных сценариев самими информантами. Каждый тип я прокомментирую высказываниями акторов различных типов.
Партнерство: «Началось с того, что мы у нее просто останавливались, «друзья-друзья»… Постепенно - «давай-давай, поставим к тебе базу…». Она: «не проблема». Вряд ли у нее интерес к научной деятельности возникает. Я думаю, интерес возникает к людям. Люди с людьми могут договариваться, они могут быть комплементарны. И когда мы приезжаем, там есть люди с золотыми руками» [АЛШ. 07/16].
Дружба: «Нет, ну, то есть, у нас взаимовыручка! Это вообще, это не отнимешь» [ЛА. 07/16].
«Это в нормальном смысле слова знакомые, дружба, потому что никакими деньгами это окупить невозможно» [АЛШ. 07/16].
«Мы с ним вместе охотимся, добываем лосей. Мы вместе с ним, короче. Он меня знает, что я хороший человек, я его никогда не подставлю. И он знает, что я хороший друг, я его никогда не подставлю и не брошу в беде» [ЛА. 07/16].
«Вот у него случилось такое, что в доме чуть пожар не случился. Мы все туда пошли. Кто мыл, кто скоблил, кто красил» [ЛА. 07/16].
Соседство: «Это вот только с ними. Поскольку мы - соседи и дружим…. Вот, например, D. Мы с ним познакомились, и я ему очень благодарна, потому что когда мои дети приезжали и непогода была, то его сын встретил в аэропорту моих с детками, привез на трассу, М. там их забрал. И D. потом лично в аэропорт их увозил. А машина наша была здесь, и не выехать было. Вот почему мы сами не могли справиться. А сейчас, вот уже две весны, мы выгоняем машину в Иштан и ставим у F.» [ЛА. 07/16].
Снабжение: «Вот я пришла, они и повара привозили всегда. Повар приготовил, потом они все бросают и уезжают. А я остатки - два, три дня… пашу. Кормлю, развлекаю их тут, вожу на экскурсии. А эти сами организаторы - вот этих всех экскурсий - они уезжают домой»; «они не жалуются, потому что им интересно со мной. Я их вожу везде, я им все показываю, а переводчик с ними. Все говорят на английском, даже китайцы»; «когда N. может, он зимой, допустим, на буране возит»; «я им отнес уже много мяса, пусть варят. Я же не могу нянчиться с ними. Вообще, когда я был студентом, мы сами себя кормили» [ЛА. 07/16].
Контроль: «А вот если этот приезжает… из рыбохраны… X. есть такой, он их начинает гонять здесь, штрафовать. У них нету ничего, ни разрешения»; «У нас есть такой охотовед, он главный охотовед по району. Он должен поймать, изъять, например, оружие, отстрелянного зверя, действовать по закону» [ЛА. 07/16].
«Я привожу в столовую, показываю вот это, вот это, вот это. Все. Все, они все сами. Я только им показала, постельное дала, и все» [ЛА. 07/16].
Обмен, аккумуляция, оптимизация ресурсов: создание «банка разделяемых ресурсов» (транспортных, топливных, ресурсов воды, пищи, электричества, информационных): «Y, он замечательный мужик, он у меня, когда P. (сын. - Л.Р.) хотел съездить к бабушке туда, в N., попроведать, семью показать. Как, на чем ехать? Машина здесь не наша. Если б там была, там бы как-то увезли на тракторе и все. Y. говорит: «Ну а чего машина моя стоит? Бери да едь!». P. взял, поехал» [ЛА. 07/16].
Поддержание статуса границы: «Я их уважаю. Они рыбачат - это их рыбалка. Я рыбачу - это моя рыбалка»; «Я привык так, что я у чужих не лажу на их территорию, я у них ничего не ворую. Я такой человек, что если в лесу что-то лежит, но это не мое. Ты идешь, например, там лодка или мотор валяется - это не твое. Кто-то оставил»; «Дело принципа. Я тебя поймал - я тебе набью морду, чтобы ты больше не лазил. Не надо чужое» [ЛА. 07/16].
Адаптация сообщества партнеров к освоенной ранее сообще - ством-донором окружающей среде: «…когда стали тут жить, он (владелец базы, работодатель Н. - Л.Р.) сразу наладил газовое отопление. Он сразу начал тут все развивать» [ЛА. 07/16].
Взаимообеспечение безопасности всех секторов - людей, техники, пространства: «Они уезжают - мы приглядываем. Я могу одна уехать. Эти остаются. Кто-то - обязательно» [ЛА. 07/16].
Однако не все типы взаимодействия интерпретируются информантами сходным образом. «В дифференцированном обществе каждый человек ежедневно сталкивается с ситуациями, которые относятся к различным мирам…. Поскольку различные принципы справедливости нельзя совместить прямо и сразу, их присутствие в одном пространстве влечет за собой конфликтное напряжение (tensions), которое должно быть разрешено, с тем, чтобы ход действия мог продолжаться нормальным образом» (Болтански, Тевено 2013: 332). Различие позиций является зачастую следствием приверженности логикам различных «миров» или же разным режимам вовлеченности в среду.
Столкновение логик: жизнеобеспечение и правовой статус деятельности
Стратегия исследователя и стратегия человека, занятого контролем над безопасностью снабжением на данной территории, сталкиваются в той точке социального пространства, где значимыми оказываются правовые аспекты организации исследований и самого жизненного уклада. Данный кейс я выбрала для детального анализа еще и потому, что он ярко показывает, что в фокусе исследования зачастую находится «не столько человек или даже человеческий актор, которым занимаются также и другие дисциплины, сколько ухищрения, созданные человеческими существами для оснащения своей совместной жизни» (Тевено 2004). Прислушаемся к комментариям и интерпретациям двух позиций относительно снабжения полевой лаборатории и самой научной базы электричеством.