92
Теоретические предпосылки анализа капитализма вынужден стабилизироваться, исходя из им самим порожденных несо- ответствий и разрывов, Гегель понимает как “источник потребности в философии”… Вследствие того, что модерн пробуждается к самосозна- нию, возникает потребность в самоподтверждении, которую Гегель трак- тует как потребность в философии»
1
. Отнесенность модерна к самому себе, называ емая Гегелем субъективностью, раскрывает противоречи- вую творческую конструктивную природу модерна, которая достигает самотождественности и тем самым выделяет основной критерий его существования и продолжения. И философия становится философией модерна, помогая в достижении идентичности этой новой эпохой. Позже нам пригодится этот аргумент для суждений о том, заканчива ется ли эпоха модерна на каком-то из этапов его изменений и преобразований, сохраняется ли парадигма современности.
Парадигма современности включает представление о новом как не- прерывно инновационном и о Новом времени, протекающем не в ритме естественной эволюции, а иначе — в ритме чрезвычайного обновления и ускорения. «Время» становится центральным словом эпохи, равно как понятие «прогресс», включающее максимальное количество достижений в единицу времени, а также разрыв с прошлым, про которое уже нельзя сказать, что «наш (“современный“) период является чем-то аналогичным тому или другому периоду в прошлом»
2
«вызов» Запада и «ответ» остального мира
Достаточно ли оснований, чтобы говорить о вызове Запада? Слово «вы- зов» предполагает наличие некоторых требований, которые Запад предъя- вил миру. Существуют ли такие требования? И если да, то каким образом они предстали перед миром? Рассмотрим это на примере такой неза- падной страны, как Россия.
Можно привести исторические примеры как прямого, так и косвен- ного давления Запада на незападные страны. Однако суть вызова Запада проявляется не столько в этих примерах, сколько в необходимости всем странам реагировать на существование Запада путем изменений, уско- ренного развития даже независимо от того, понуждает их Запад к этому или нет.
Российской цивилизации пришлось осуществить консолидацию в ответ на вызов Азии и самоидентификацию, отличную от монгольской,
1
Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. С.
16–17.
2
Jameson F. A Singular Modernity. Essay on the Ontology of the Present. L.,
N.Y.,
2002. P. 21.
93
1 ... 5 6 7 8 9 10 11 12 ... 69
Глава 2.Два способа формирования и распространения капитализма в мире: модернизация и глобализация— закрепление своих духовных и хозяйственных достижений, оседлого земледелия; ответить на вызов Запада стремлением догнать Запад — общественные реформы Петра I, поворот к Европе с последу ющим ду- ховным и материальным развитием по западному образцу (христиан- ство, светская культура, промышленность). Но главные «вызовы и отве- ты» Россия переживала внутри себя. В ней был свой «внутренний Восток», внутренняя Азия как в прямом (азиатские народы, исламский фактор), так и в переносном (отсталость, азиатчи на) смысле слова. В ней был свой внутренний Запад в виде прозапад ных элит, оторвавшихся от наро- да, живущих и мыслящих, как на Западе. Эта ситуация, говоря словами Хантингтона, делала Россию (так же, как Турцию и Мексику) разор ван- ной страной. Эти восточно-западнические, азиатско-европейские про- тивостояния гасли в российской провинции, хранившей сначала тради- ции старины, но быстро превратившейся в условиях индустриализации в массовые общества с потерянными традициями, но родовыми связями, контактами с деревней, стремлением к накоплению новых устойчивых форм жизни. Последние были особенно важны для определения преде- лов российской модернизации. До сих пор деревня изолировалась от участия в ней. Только раскрепощение крестьян и столыпинская рефор- ма свидетельствовали о понимании невозможности модернизации в аграрной стране без реформ в деревне. Связанная с деревней городская провинция образует тот внутренний монолит, который трудно сдвига- ется и поддается реформам, тем более, если курс этих реформ рассчитан даже теоретически на большие города.Вызов и ответ создают черты биполярности в развитии. Еще до того, как мир стал биполярным в глобальном масштабе, цивилизационный процесс имел локальные оппозиции.Посмотрим, как определяет понятия «вызов» и «ответ» А. Тойнби. Он говорит: «Общество в своем жизненном процессе сталкивается с рядом проблем и каждая из них есть вызов»1. «Иными словами, — утверж- дает Тойнби, — можно сказать, что функция “внешнего фактора” за- ключается в том, чтобы превратить “внутренний творческий импульс” в постоянный стимул, способствующий реализации потенциально воз- можных творческих вариаций»2Согласно концепции «вызова-ответа» вызов — это прежде всего то внешнее воздействие, которое способно создать в стране внутренний импульс собственного развития.
1
Тойнби А. Дж. Постижение истории. М., 1991. С. 108.2 Там же
.
94
Теоретические предпосылки анализа капитализма
Первый вызов, который испытала Россия, — природный. Она не могла осуществить адекватное суровой природе интенсивное хозяйство- вание и пошла по экстенсивному пути расширения земель, единственно возможному для традиционных обществ.
Дальнейшие вызовы последовали из Азии (Монголии) и с Запада
(его форпостов — Польши и Швеции).
Прежде всего, Россия испытывала вызов Азии. Он был создан по- ходом на Русь монгольского хана Батыя. «Этот случай еще раз доказы- вает, — пишет А. Тойнби, — что, чем сильнее вызов, тем оригинальней и созидательней ответ»
1
. В чем же этот ответ состоял? Вот как описыва- ет его маститый историк: «В России ответ представлял собой эволюцию нового образа жизни и новой социальной организа ции, что позволило впервые за всю историю цивилизаций оседлому обществу не просто выстоять в борьбе против евразийских кочевников и даже не просто побить их... но и достичь действительной побе ды, завоевав номадиче- ские земли, изменив лицо ландшафта и преобразовав в конце концов кочевые пастбища в крестьянские поля, а стойбища — в оседлые де рев- ни»
2
. Опираясь на достижения зем ле дельческой цивилизации, ее более развитую материальную базу, Россия ответила на вызов Азии. Ее ответу способствовало и духовное состояние России, развитое православием.
Недостаток внимания завоевателей к идейной стороне дела, завоевание с целью собирания дани способствовали собственному развитию русс кой духовности и культуры даже и в условиях неволи.
Вызов со стороны Запада (в лице Польши и Швеции) Россия испыта- ла в XVII веке, пережив «страшное давление со стороны Запад ного мира»
3
:
«Временное присутствие польского гарнизона в Москве и постоянное присутствие шведской армии на берегах Нарвы и Невы глубоко травмиро- вало русских, и этот внутренний шок подтолкнул их к практическим дей- ствиям, что выразилось в процессе “вестернизации”, которую возгла вил
Петр Великий»
4
. Само процветание Польши и Швеции Тойнби связы вает с тем, что они были направленными против России форпостами Запада, но когда Россия окрепла, они пришли в упадок вме сте с этой функцией.
Один из ответов на западный вызов — вестернизация, другой, как мы уже отметили, — евразийство. По мнению А.С. Панарина, «перед лицом
западного вызова России необходима идея евразийского устрой-
1
Там же. С.
140.
2
Там же.
3
Там же. С.
142.
4
Там же. С.
147.
95
Глава 2. Два способа формирования и распространения
капитализма в мире: модернизация и глобализация
ства в двух планах — государственно-политическом и ци ви лизацион- ном»
1
. Эти слова пишутся, однако, в условиях, когда такой от вет, как модернизация, является официальной политикой, как бы плохо она не осуществлялась.
Кроме того, это происходит, когда Россия, терпя неудачи в модерни- зации, начинает восприниматься Западом не как нынешний или бу- дущий партнер, а как страна, которой недовольны все и к ко торой у всех есть претензии.
А.С. Панарин показал, что Россия испытывает угрозы со стороны
Запада, Востока и Тихоокеанского региона
2
. Запад стремится потеснить
Россию на границах, оказывает слабую помощь в ее модернизации, яв- но многократно меньшую, чем Китаю или Мексике. При чина этого — не только неудачи модернизации, но геополитические особенности России, делающие ее монолитным блоком Евразии, что, с точки зрения Запада, представляет собой потенциальную опасность
3
. С другой стороны, угро- за существует и с Востока, — как с «внутреннего Востока», тянущегося к исламу, так и с внешнего, стремящегося к его распространению и со- здающего нестабильность на южных границах. Тихоокеанский регион завоевывает позиции лидера, способного диктовать условия.
Эти угрозы А.С. Панарин называет термином А. Тойнби — «вызовы», а реакцию на них — «ответами».
Появление Запада как более развитого и сильно изменившего свой менталитет в результате модернизации образования оказало на мир огромное влияние. С его появлением история превратилась во всемир- ную. Она стала таковой не в смысле наличия какого-либо всемирного закона развития человечества (как это полагал, например, Гегель), а эмпирически. Мореплавание, а затем развитие транспорта, экономики связало мир. Именно Запад сделал это, показал миру новые возможно- сти, воззвал мир к новому виду пафоса, включавшего в себя идею бы- строго развития, самостояния, свободы.
Каждая страна обладала чем-то особенным, что отличало ее от дру- гих. Великие цивилизации противостояли варварству окружения, но
1
Панарин А.С. Россия в Евразии: политические вызовы и цивилизацион- ные ответы//Вопросы философии.
1994, № 12. С. 27.
2
Там же.
3
Преувеличение этой опасности может быть сходным с преувеличением угрозы коммунистической России для Запада. Запад убедился, что рас- пад СССР и антикоммунизм в России не уменьшили числа проблем, не увеличили стабильности в регионе.
96
Теоретические предпосылки анализа капитализма слабо взаимодействовали между собой. Их существование было лишь до некоторой степени вызовом варварам в силу локальной зам кнутости этих цивилизаций. Народы мира находились как бы в разных лодках, медленно плывущих в несогласованных направлениях. Они обладали чрезвычайными особенностями по отношению друг к другу, не дающи- ми основания для сравнения, сопоставления, соперничества или вос- приятия другого как взывающего к каким-то переменам.
С появлением Запада их очевидные различия оказались в значитель- ной мере стертыми их общими отличиями от Запада. Запад на столько в корне отличался от других регионов мира, что стало возможным гово- рить о незападном мире. Западный мир был неболь шим и чрезвычайно динамичным, полностью изменившим свою прежнюю, сходную с други- ми народами «средневековую природу». Незападный мир был огромен, мно гообразен, но един в своей незападности — в меньшей скорости сво- его развития, в недостижимости для него трех новых черт сознания — индивидуализма, свободы, веры в науку, нового психологического склада, включающего оптимизм, уверенность, полагание на собственные силы.
С появлением Запада человечество оказалось как бы в разных лодках, плывущих в одном направлении. Незападные страны не мо гли не ощу- тить своей отсталости, того, что направление движения задается Запа- дом, одновременной привлекательности Запада и исходящей от него опасности для их традиционного существования.
Вызов Запада предстал как вызов современности прошлому. Он был в идее прогресса, утверждавшей в теории то, что уже начало осущест- вляться на практике, — общую линию развития по пути, предлагаемому лидирующим Западом.
Концепция прогресса —
это легитимизация вызова Запада в условиях превращения истории человечества во всемирную.
Важно отметить, что порыв к модернизации часто не был навязан- ным извне, а представал как внутреннее стремление правящего слоя незападных стран преуспеть в развитии, избежать зависимости, кон- фликта с населением в будущем. Скажем, Петр I еще не был в том по- ложении, когда России грозила судьба завтра деградировать, дезинте- грироваться, превратиться в колонию Польши или Швеции. Возможно, он мог бы сделать свое царствование похожим на сонное благоденствие своего отца — царя Алексея Михайловича «Ти шай шего». Но Петру хва-