æ © æ ± æ
О «деятельной стороне» учения Спинозы
I
Сквозь весь посвященный Спинозе раздел Лекций по истории философии Гегель проводит один суровый упрек: «у Спинозы не получается никакой жизни, духовности и деятельности» 1. Бездеятельна, пассивна, мертва спинозовская субстанция. Гегель не пожалел для нее красочных эпитетов: «окаменелая» и «окостенелая», «неподвижная и застывшая», «эта темная бесформенная бездна» (dieser finstere, gestaltlose Abgrund), в которой «гибнет всякая самостоятельная жизнь»...
Но лишь тот, кто отважился заглянуть в эту гиблую бездну, делается философом: «Быть спинозистом, это — существенное начало всякого философствования» 2.
Историки философии, похоже, проглядели скрытый смысл этого сомнительного комплимента. Несколькими строками выше субстанция Спинозы приравнивалась к категории бытия у элеатов. Именно «чистое бытие», тождественное с «ничто», кладет начало науке логики, а вместе с тем и логическое начало «философствованию». Отсчет истории логики у Гегеля ведется, вопреки хронологии, не от диалектического понятия Логоса, давшего имя этой науке. За точку отсчета им принято метафизическое das reine Seyn. И ту же самую стерильную абстрак-
1 Гегель Г.В.Ф. Лекции по истории философии. СПб.: Наука, . Кн. . С. .
2 Там же. С. . Дословный перевод прозаичнее: «Если приступаешь к философствованию, то надлежит сначала быть спинозистом (Wenn man anfängt zu philosophieren, so muß man zuerst Spinozist sein)». Тут нет ни курсива, ни квантора «всякий», ни оборота «существенное начало»; все перечисленное — личный вклад переводчика, Б. Столпнера, в сокровищницу гегелевской мысли.
Л 2 ( 5 9 ) 2 0 0 7 201
цию, die absolute Indifferenz, он усмотрел в спинозовском понятии Бога, Природы, субстанции.
Мыслить абстрактно — вот что такое «быть спинозистом», равно как и быть элеатом. Какой там «глубоко почтительный реверанс» 3 — скорее уж coup de grâce... Гегель собственноручно выхолостил спинозовскую субстанцию, эту вечно деятельную «Натуру натуранс» — порождающую Природу. Вышиб из нее дух.
По всей видимости, и Маркс был солидарен с гегелевской оценкой философии Спинозы. Иначе разве он написал бы, что «деятельная сторона» (die tätige Seite) развивалась ранее сплошь одними идеалистами 4?
Полистайте «Этику» — там маршируют армии слов «действовать» (agere), «действие» (actus), «деяние» (actio) и прочих того же корня. В дефиниции идеи разъясняется: это ни в коем случае не пассивное восприятие внешней вещи, но — «деяние души» (actio mentis). Природа аффектов заключается в том, что они увеличивают или уменьшают способность к действованию (agendi potentia). Если речь о причинах, то о «действующих» (causae efficientes): никаких иных причин — ни формальных, ни материальных, ни целевых — великий детерминист не признавал.
Как вообще человек, знакомый с теоремами: «нет ничего, из природы чего не вытекало бы какого-либо действия», «чем более вещь действует, тем она совершеннее», и «кто имеет тело, способное ко многим действиям, тот имеет душу, большая часть которой вечна» 5, — мог полагать, что в философии Спинозы нет «деятельной стороны»?! Уму непостижимо.
Спинозизм с ног до головы есть философия Дела. Это понимал еще Гёте, как известно, называвший себя учеником Спинозы. Не в «Этике» ли нашелся первообраз фаустовского «im Anfang war die That»? 6 Так почему же Гегель не разглядел «деятельную сторону» спинозовский философии?
Ответ лежит, в общем-то, на поверхности: у Спинозы и Гегеля кардинально разное понимание деятельности как таковой, не говоря уже о различиях в части «логики Дела». Гегель настаивал, что дух есть субстанция всякой деятельности, у Спинозы же дух всего-навсего модус, способ действия субстанции. В этом пункте спинозовское понимание деятельности прямо противоположно — контрарно гегелевскому. Однако, может статься, заблуждался тут не Спиноза, а как раз Гегель?
3 Ильенков Э.В. Спиноза и философия Ильенков: личность и творчество. М.: Языки русской культуры, . С. .
4 См.: Тезисы о Фейербахе Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. . М.: Политиздат,
. С. .
5 Eth. I, , и V, , .
6 «В начале было Дело» (Фауст, часть I, строфа ).
202 Андрей Майданский
II
Среди русских философов первой, кто ясно понял спинозовскую философию Дела, была Варвара Николаевна Половцова ( — ). В начале XX века она училась в Гейдельберге и Тюбингене, затем преподавала в Боннском университете в должности ассистента именитого Бенно Эрдмана 7.
«Сама сущность есть причина, и она же есть активность», — писала Половцова, уточняя, что активность, в спинозовском ее понимании, «не равнозначна с деятельностью в обычном смысле слова»8. Далеко не любые действия вещи на самом деле являются активными, но лишь те, которые обусловлены ее собственной природой, «вытекают из сущности вещи». Действия, причиной которых является сама действующая вещь, а не навязанные ей извне силой обстоятельств и противные ее сущности.
Характерный спинозовский оборот речи «actu existere» Половцова переводила как «существовать активно» (обычно «actu» переводится словами «актуально, действительно»), что означает быть «действующей причиной», порождать нечто реальное.
Летом года Половцова уехала в Лондон, где и прожила остаток дней. Почти готовая к печати книга так и не увидела свет. Оставил неоконченной свою книгу о Спинозе и Эвальд Васильевич Ильенков — единственный из советских философов, кто понимал и ценил «деятельную сторону» спинозовского учения.
Не кто иной, как Спиноза, первым увидел в мышлении форму предметной деятельности, адекватную формам внешних вещей, утверждал Ильенков. — «А это и есть свобода. Чем человек активнее, чем большее количество внешних тел он вовлекает в свою деятельность... тем больше мера его свободы» 9.
Фактически эти слова Ильенкова в адрес Спинозы исправляют первый Марксов тезис «к Фейербаху»: Спиноза лучше любого идеалиста понимал и развивал «деятельную сторону» — даже Гегель тут «кое в чем отступил по сравнению со Спинозой назад» 10.
Спинозовское предметно-деятельностное понимание мышления и свободы «кое в чем» таки выше, конкретнее, нежели предложенное Гегелем. В чем же? Спиноза лучше сумел понять «первозданную связь»
7 Академик Прусской Академии наук, профессор и какое-то время ректор Боннского университета, Эрдман (Benno Erdmann) сделал себе имя изданием собрания сочинений Канта и участием в нашумевшей полемике с Гуссерлем о характере законов логики. Половцова, к слову, приняла сторону Гуссерля и полностью разошлась с Эрдманом во взглядах на Спинозу.
8 Половцова В.Н. К методологии изучения философии Спинозы. М.: Товарищество Кушнерев и Кº, . С. , .
9 Опередивший свое время Ильенков Э.В. Философия и культура. М.: Политиздат,
. С. .
10 Там же. С. .
Л 2 ( 5 9 ) 2 0 0 7 203
между мышлением и практической деятельностью — «работой человеческих рук», отвечает Ильенков. Потому-то в «Этике», а не в «Феноменологии духа» дается «свод нравственной аксиоматики трудящейся фракции, рабочего сословия» 11.
В том старом споре Гегеля со Спинозой Ильенков принял сторону Спинозы: мыслящий дух — это особый «модус» деятельности, а не ее «субстанция».
III
Глубоко уяснив «деятельную сторону» спинозовской философии, Ильенков в одном важнейшем пункте оказался не на высоте. Развитое в очерке втором «Диалектической логики» учение о том, что идеи, модусы мышления рождаются из движений органического тела человека «по контурам внешних тел», не просто далеко от философии Спинозы — оно самым грубым образом ей противоречит. Этим Спиноза низводится до уровня материалиста-эмпирика, который видит в мышлении одну из функций тела, наряду с дыханием или ходьбой 12.
Спинозовскую «res cogitans» (мыслящая вещь) Ильенков истолковал как «мыслящее тело». Между тем, согласно Спинозе, мыслит в человеке не тело, а душа, притом мыслит она сама по себе, благодаря свой (идеальной) природе — ex sola sua natura, in se sola spectata:
«Человеческую душу мы назвали мыслящей вещью, откуда следует, что благодаря своей природе и рассматриваемая сама по себе она может совершать нечто, именно мыслить, т. е. утверждать и отрицать» 13.
Для Спинозы данное человеку природой тело есть лишь материальная предпосылка мышления — абсолютно необходимое, но далеко еще не достаточное условие возможности мыслительной деятельности.
Досаднее всего то, что сам Ильенков вовсе не считал тело субъектом мышления. Это утверждали как раз его оппоненты, тот же Д.И. Дубровский. Это у них тело думает и мечтает, печалится и сомневается, любит и любуется... Ильенков был страшно далек от подобной плотской философии. Он сознавал ущербность понятия «мыслящего тела» и счел нужным поправить своего псевдо-Спинозу, поместив в конец очерка второго сугубо марксистский постулат:
«Труд — процесс изменения природы действием общественного человека — и есть “субъект”, коему принадлежит “мышление” в качестве “предиката”» 14.
11Там же. С. .
12Почерпнутой у Гоббса аналогией между мышлением и ходьбой Ильенков как раз и поясняет читателям взгляды Спинозы. См.: Ильенков Э.В. Диалектическая логика. М.: Политиздат, . С. .
13Спиноза Б. Избранные произведения. М.: Госполитиздат, . Т. . С. .
14Ильенков Э.В. Диалектическая логика. С. .
204 Андрей Майданский
Истинный субъект мышления — труд. И субъект процесса труда отнюдь не тело, это — «общественный человек», трудящийся посредством тела и, наравне с телом, души. Человек, понятый как «ансамбль общественных отношений» 15. Что же такое, спрашивается, эти общественные отношения? Очевидно, не что иное, как совершаемые людьми поступки, действия по отношению друг к другу. Эти самые общие дела и связывают множество индивидов в единое целое — общество.
В«Богословско-политическом трактате» Спиноза доказывает необходимость «направить силы всех как бы на одно тело, а именно — на общество» 16. В идеале все люди, каждый по-своему, должны делать общее дело, действовать сообща, образуя одно органическое целое (quasi corpus). Спиноза явно понимает общество как форму деятельной взаимосвязи индивидов. Однако о понимании трудовой, рукотворной сущности человека и общественно-исторического происхождения мышления тут говорить еще не приходится.
В«Трактате об усовершенствовании разума» сказано, что разум достался человеку от природы. Этот врожденный ум создает «природной силой» своей простейшие идеи, которыми затем пользуется как «интеллектуальными орудиями» для других «умственных работ», для изготовления более сложных и развитых идей, — «и так постепенно подвигается, пока не достигнет вершины мудрости» 17. Откуда взялась
учеловеческого ума эта «природная сила» (vis nativa) и что это за «умственные работы» (opera intellectualia), Спиноза обещал разъяснить в другой книге, посвященной «моей Философии». Однако слова не сдержал.
Во всяком случае, из приведенных слов Спинозы явствует, что идеи возникают исключительно из работы ума, а отнюдь не из движений человеческого тела по контурам внешних тел.
Все сказанное в очерке втором «Диалектической логики» о возникновении «адекватных идей» относится, на самом деле, не к идеям, а к чувственным образам. В этих контурных образах внешних тел нет ни грана идеального, они всецело материальны. По пространственным контурам блуждает чувствующая душа, что способна лишь «оком бесцельным глазеть, и слушать ухом шумящим, и языком ощущать» 18. Но никак не мыслящий дух. Сколько ни утюжь контуры внешних тел органами чувств и разными конечностями, ни одна, самая простень-
15Известное определение сущности человека у Маркса: «das ensemble der gesellschaftlichen Verhältnisse».
16Избранные произведения. Т. . С. . «Omnium vires ad unum quasi corpus, nempe societatis, redigere». (В тех местах, где я вношу уточнения в русский перевод, приводится соответствующий текст оригинала.)
17Там же. Т. . С. .
18Строки из поэмы Парменида (Фрагменты ранних греческих философов. М.: Наука,
. С. ).
Л 2 ( 5 9 ) 2 0 0 7 205