Материал: Лекции по зарубежной литературе_Набоков В_2000 -512с

_

Заметки Набокова о «структурном переходе»

в «Госпоже Бовари».

ПОСТАВ ФЛОБЕР 211

бирая и, так сказать, наскоро проверяя их свойства. Мы

начинаем с Эмминого возвращения домой после того,

как ничего не вышло из ее беседы с кюре (она пыталась

унять вызванную Леоном горячку), и ей тягостна до-

машняя тишина, когда у нее в душе бушует такое

волнение. В раздражении она отталкивает ластящуюся

к ней дочку, Берту, — та падает, царапает себе щеку.

Шарль спешит за пластырем к аптекарю Омэ, наклеи-

вает ей на ранку. Он уверяет Эмму, что царапина

пустячная, но та решает не спускаться к обеду и сидит

с Бертой, пока та не засыпает. После обеда Шарль

возвращает пластырь и остается в аптеке, где Омэ и его

жена обсуждают с ним опасности, которым подвергают-

ся дети. Отведя Леона в сторону, Шарль просит его

узнать в Руане, сколько может стоить дагеротип — по

трогательной тупости он хочет подарить Эмме свой

собственный портрет. Омэ подозревает, что у Леона в

Руане какая-то интрижка, и трактирщица, госпожа Леф-

рансуа, спрашивает о Леоне у налогового сборщика

 А затем разговор Леона с

 очевидно, помо-

гает Леону осознать утомление от бесплодной любви к

Эмме. Изображены его страхи перед переменой места,

затем он решается ехать в Париж. Флобер добился чего

хотел, и от настроения Эммы к настроению Леона и его

решению уехать из Ионвиля создан безупречный пере-

ход. Еще с одним аккуратным переходом мы встретимся

позже, когда появится Родольф Буланже.

* * *

15 января 1853-го, приступая ко второй части, Фло-

бер писал Луизе Коле: «Я пять дней просидел над одной

страницей. <...> Очень волнует меня, что в книге моей

мало занимательного. Недостает действия, а я придер-

живаюсь того мнения, что идеи и являются действием.

Правда, ими труднее заинтересовать, я знаю; но тут уж

виноват стиль. На протяжении пятидесяти страниц нет

ни одного события; развертывается непрерывная карти-

на мещанского существования и бездейственной любви,

тем труднее поддающейся описанию, что это любовь

робкая и в то же время глубокая; но, увы, она лишена

внутреннего горения, ибо герой мой наделен весьма

212 ВЛАДИМИР НАБОКОВ

умеренным темпераментом. Уже в первой части моего

романа имеется ряд аналогий: муж любит свою жену

почти такой же любовью, что и любовник, оба они —

посредственности, оба принадлежат к одной и той же

среде, и тем не менее они должны отличаться друг от

друга. Это картина, где краски наложены одна на дру-

гую, без резкой грани в оттенках (что труднее). Если я

этого добьюсь, то получится, пожалуй, очень здорово».

Все дело в стиле, говорит Флобер, или, точнее, в осо-

бенном развороте и ракурсе того, что увидено.

Смутная надежда на счастье, вызванная чувствами к

Леону, невинным образом ведет к Лере (буквально —

«счастливый»; имя, иронически подобранное дьяволь-

скому орудию судьбы). Лере, торговец тканями и рос-

товщик, является предложить амуницию счастья. И сразу

же доверительно сообщает Эмме, что ссужает деньги в

долг; спрашивает о здоровье хозяина кафе, Телье, кото-

рого, как он знает, лечит муж Эммы, и говорит, что ему

как-нибудь придется посоветоваться с доктором о болях

в спине. С точки зрения композиции все это предвос-

хищения. По плану Флобера, Лере будет ссужать день-

гами Эмму, как ссужал Телье, и разорит ее, как разоряет

умирающего Телье, — более того, о своих болезнях он

скажет знаменитому врачу, которого вызовут в отчаян-

ной надежде на спасение Эммы, когда она примет яд.

Вот план настоящего произведения искусства.

Измученную любовью к Леону Эмму «убожество

домашнего быта толкало... к мечтам о роскоши, суп-

ружеская нежность — к жажде измены». Вспоминая

монастырский пансион, «она почувствовала себя оди-

нокой, слабой, словно пушинка, подхваченная вихрем;

она безотчетно направилась в церковь, готовая на любой

благочестивый подвиг, только бы он поглотил ее душу,

только бы в нем растворилась вся жизнь». О сцене с

кюре Флобер писал Луизе Коле в середине апреля

 «Наконец-то я начинаю разбираться в прокля-

том диалоге со священником. <...> Я хочу показать

следующую ситуацию: моя бабенка охвачена религиоз-

ным пылом, она отправляется в церковь и встречает у

входа священника. <...> [Он] обнаруживает столько

глупости, пошлости, недомыслия и грязи...

ГЮСТАВ ФЛОБЕР 213

щенник очень порядочный, даже превосходный чело-

век, но он озабочен исключительно физической сторо-

ной жизни — страданиями бедняков, недостатком хлеба

или дров и не способен угадать моральную слабость,

смутный мистический порыв; он весьма целомудрен и

исполняет все свои обязанности. Это должно занять не

более шести-семи страниц, никаких рассуждений, ни-

какого анализа (только непосредственный диалог)».

Следует отметить, что и этот эпизод построен по методу

контрапункта — кюре отвечает на то, что слышит в

словах Эммы, или, скорее, на воображаемые стандарт-

ные вопросы в рутинной беседе с прихожанкой, не

замечая звучащей в ее словах жалобы, — при этом в

церкви шалят дети, отвлекая доброго священника от

того немногого, что он может ей сказать.

Леона отпугнула внешняя добродетельность Эммы,

поэтому с его отъездом в Париж открыта дорога более

настойчивому любовнику. Переход произойдет от уны-

ния Эммы после его отъезда к встрече с Родольфом и

потом к сцене сельскохозяйственной выставки. Их

встреча — первоклассный образец структурного перехо-

да, и на ее сочинение у Флобера ушло много времени.

Он хочет ввести в повествование Родольфа Буланже,

местного землевладельца, по сути такого же дешевого

пошляка, как его предшественник, но с броским, гру-

бым обаянием. Переход построен так: Шарль зовет в

Ионвиль свою мать, чтобы решить, как быть с Эммой,

которая чахнет. Мать приезжает и решает, что Эмма

читает слишком много книг, вредных романов, и бе-

рется закрыть Эммин абонемент в библиотеке, когда

поедет через Руан домой. Мать уезжает в среду, то есть

в ионвильский базарный день. Высунувшись из окна

взглянуть на ярмарочную толпу, Эмма видит господина

в зеленом бархатном сюртуке (зеленый бархат Шарль

выберет ей на гробовой покров), направляющегося к

дому Бовари с каким-то крестьянским парнем, кото-

рый хочет, чтобы ему пустили кровь. Когда пациент в

кабинете теряет сознание, Шарль зовет Эмму. (Нужно

сказать, что Шарль последовательно выполняет служеб-

ную — в подлинно роковом смысле слова — функцию,

то знакомя Эмму с будущими ее любовниками, то

помогая дальнейшим их встречам.) Следующую милую