.4 К вопросу об
экспериментальном исследовании социального интеллекта
Несмотря на многочисленное изучение «Отечественными умами» социального интеллекта и его способностей, наше современное сообщество не отстает в этом вопросе и также продолжает делать крупные шаги вперед. Связи с этим, хотелось бы отметить и рассмотреть точку зрения О.В. Шешуковой, ст. преподавателя Сахалинского государственного университета, которая по этому поводу имеет свое мнение, включающее в себя определенную тематическую идеологию. Непосредственно в статье указано определение социального интеллекта, видимое преподавателем и подтверждаемое научно в ходе исторического процесса, а также предложенные ею методики изучения столь интересного и в некой степени непонятного явления, как социальный интеллект. Теперь, обратимся к самой статье и, тем самым нам представится возможность ощутить и проникнуться вглубь данного изучаемого вопроса.
Социальный интеллект трактуется как способность человека понимать не только других, но и самого себя в постоянном видоизменении психических состояний и межличностных отношений, прогнозировать результаты, как собственного поведения, так и поведения партнеров по взаимодействию. [13]
Социальный интеллект (имеющий особую структурную базу когнитивного развития и эмоциональные основы нравственности) представляет собой относительно независимое образование-то, что нестрого можно определить как «практически-психологический ум» (Л.И. Уманский, 1986).
В настоящее время существует множество психодиагностических методик, позволяющих выявить устойчивые психологические особенности человека, в том числе общие интеллектуальные способности. Однако для успешности в некоторых видах жизнедеятельности необходимо умение понимать личность другого человека и разбираться в межличностных отношениях. Поэтому встает вопрос об использовании в психологической практике методов диагностики способности к пониманию поведения других людей.
Психометрический подход к социальному интеллекту берет свое начало в предложенной в 1920 г. Э.Л. Торидайком трехкомпонентной модели, включающей способности понимать и оперировать идеями (абстрактный интеллект), конкретными предметами (механический интеллект), людьми (социальный интеллект). Последний был определен как «способность понимать людей - мужчин и женщин, мальчиков и девочек - и управлять ими, поступая мудро в человеческих отношениях». Это определение уже десятки лет встречается в научной литературе, оставаясь простым и интуитивно понятным. Однако оказалось, что ясно очерченный предмет этой способности не влечет за собой легкой операционализации, и дальнейшая история темы сопровождалась взлетами и падениями исследовательского интереса. Дать определение социального интеллекта оказалось гораздо проще, чем его измерить.
Исследование социального интеллекта периодически выпадало из поля зрения ученых. Это обусловливается неудачами при попытках определить границу социального интеллекта и отделить его от абстрактного, или академического. Трудности при выявлении этой границы, скорее всего, объясняются особенностью подходов, которые преимущественно обращены на когнитивные аспекты социального интеллекта и на методы, относимые главным образом к вербальной оценке. Исследователи признали многомерную природу социального интеллекта. Однако до последнего времени преимущественное внимание уделялось когнитивным аспектам, например, социальному восприятию. Для того, чтобы определить эти когнитивные характеристики, ученые полагались на результаты вербальных измерений. Оценка поведенческих аспектов, связанных с социальным интеллектом, также осуществлялась при помощи вербальных методов (например, самоотчета). Из обзора литературы ясно, что подходы ученых, которые основывались на поведенческих или невербальных способах определения социального интеллекта, имели значительно больший успех, чем базирующиеся на вербальных или когнитивных, позволяя выявить особенность социального интеллекта и его отличие от абстрактного.
В дополнение к поведенческим способам измерения социального интеллекта ученые предложили различать социальный и академический интеллект через их невербальную оценку, когда определяется невербальное восприятие знаний. Методики измерения социального интеллекта можно разделить на две основные группы: ► способы, связанные с оценкой реальных людей, и ► тесты «карандаш-бумага».
v Методики первой группы обладают определенным преимуществом: у тестируемого создается впечатление о целостном человеке, а не о карточках с рисунками. Можно, например, пригласить двух испытуемых, дать им возможность пообщаться, потом попросить высказать суждения друг о друге. Проблема, возникающая в этом случае, заключается в том, какое мнение о наблюдаемом человеке принимается за истинное. Тесты этого типа трудоемки и неудобны в применении - нужно приглашать сразу двух испытуемых, давать им время для знакомства и т.д.
Д. Штейнмец предлагал испытуемым предсказывать поведение других людей. Подсчет баллов велся на основе количества совпадений с ответами тех, чье поведение предсказывалось. Также для диагностики социального интеллекта испытуемым предлагалось наблюдать за поведением незнакомцев на экране, а затем отвечать на вопросы о них. Р. Даймонд предложила еще в 1966 г. исследовать эмпатийные способности для определения уровня развития социального интеллекта. Испытуемые оценивали себя и своего собеседника по десяти противоположным качествам.
За оценкой другого человека может стоять целая система способностей: от понимания языка мимики и жестов до знания социальных норм. Кроме того, познание других людей зависит от ситуации, в которой оно происходит.
v Тесты «карандаш-бумага» имеют свои преимущества и свои недостатки. Они ставят испытуемого в искусственную ситуацию, но зато позволяют более детализировано выявлять различные компоненты социального интеллекта. Некоторые методики основаны на заданиях по оценке испытуемыми невербальных компонентов социальных ситуаций.
Данная статья позволяет убедиться в возможности изучения социального интеллекта, как общественного явления, с его методиками измерения многими специалистами этой области, предположительно делая выводы и представления, касающихся этих вопросов.
.5 Социальный интеллект,
как сверхсложный общественный феномен. Состояние социологии знания, тенденции и
перспективы
Состояние социологии знания, тенденции и перспективы развития были предложены к рассмотрению многими специалистами, занимающимися вопросами исследования социального интеллекта, да и вообще областью социологии, но необходимо отметить огромнейший вклад в общественный прогресс работы В.В. Чичилимова и его единомышленников. Их адекватная, коммуникативная способность позволит и нам придерживаться их идеологии. [9]
Данное теоретико-экспериментальное вторжение в отрасли современной социологии (процессы, структуры, институты, основные сферы жизнедеятельности, социальные практики и т.п.) с целями обновления, оживления или инвентаризации их нынешнего состояния позволяет начать с его основной отрасли, в рамках которой и будет реализована необходимая социологическая программа - отрасль социологии знания.
Проблема ЗНАНИЯ (т.е. разрыв между тем, что ИЗВЕСТНО о нем, что изучено и уже исследовано и тем, что НЕИЗВЕСТНО, не изучено, не исследовано, тем, что хотелось бы, желательно или НЕОБХОДИМО узнать, исследовать) имеет очень обширную предысторию. Редкая из множества философских концепций могла бы обойти её своим вниманием. Особенно отечественная, русская, где слово знание составляет фундаментальную основу центральной категории: СОЗНАНИЕ
Сам термин «социология знания» для обозначения самостоятельной предметной области был введен в научный оборот в 1926 г.
У исследований интеллекта весьма непростая и преимущественно философско-психологическая предыстория, т.е. в начале это были чисто философские разработки и много позднее, с начала 20 века стали преимущественной епархией психологической науки.
Среди отечественных социологов понятиям ²ЗНАНИЯ² и ²социология знания² придается весьма разное значение. Так, В.А. Ядов считает важнейшим предметом социологии знания идеологию, а Ж.Т. Тощенко включает понятие ЗНАНИЯ, как одно из ключевых, в свое определения предмета всей социологической науки. Приведем его полностью, поскольку считаем, по многим основаниям, весьма своевременным и весьма весомым в затянувшейся на 50 лет дискуссии, и почти полностью совпадающим с нашей точкой зрения, выделяя то, что считаем особо важным.
²…социология - это наука о движущих СИЛАХ сознания и поведения людей…
Предмет социологии включает:
è РЕАЛЬНОЕ общественное СОЗНАНИЕ во всем его противоречивом развитии,
è деятельность, действительное ПОВЕДЕНИЕ людей, которые выступают как предметное воплощение (по форме и содержанию) ЗНАНИЙ, установок, ценностных ориентаций, потребностей и интересов, фиксируемых в ЖИВОМ сознании;
è условия, в которых развиваются и осуществляются РЕАЛЬНОЕ сознание и деятельность, действительное поведение.
Представители данной разработки отмечают некоторый аспект, который по своей сущности является достаточно важным моментом для дальнейшего изучения социологической сферы: «А почему, собственно, вот уже много десятилетий социологи зациклились на понятии ПРЕДМЕТ науки? Предметы, как известно, изучают естественные науки - физика, химия, астрономия, механика и т.д. Может быть гуманитарные дисциплины, в абсолютном большинстве изучающие совсем не предметы, а СУЩНОСТИ (вспомните Л. Витгенштейна и его классификацию понятий) и не нужна эта суета вокруг ² предмета²? Может, все они, включая социологию, просто НЕПРЕДМЕТНЫ? Может быть, достаточно того, что ты коротко или длинно, но толково объяснишь, что ты исследуешь, в обществе, кому и зачем это НАДО? Иными словами - не надо бояться, если гуманитарную дисциплину ²обзовут² беспредметной. Может, истина именно в этом?» [8]
Ситуация с информацией и новое качество проблем в сфере знания создают ШЛЕЙФ социальных последствий, общественных проблем, которые сегодня нельзя оценить ни знаком плюс, ни знаком вопроса или минуса. Они неоднозначны и переплетены, требуют неотложной диагностики. России на дигитальный вызов нужен свой национальный ответ, у нее собственный ряд релевантных проблем, по которым не достает рефлексии и понимания со стороны научного и политического сообществ, общественности. [6]
Завершая, пусть краткий, обзор состояния наукотворчества, всего, что наработано, прежде всего, теоретически, в этой области, можно, казалось бы, сделать вывод, что «все хорошо», состояние - нормальное, много идей, публикаций, концепций и т.п.
Но вот открываем один из последних британских социологических словарей (Н. Аберкромби, С. Хилл, Б.С. Тернер) и читаем буквально следующее:
«Социология знания - несмотря на частые упоминания о ней, данная отрасль социологии во многом остается НЕРАЗВИТОЙ… Вслед за Мангеймом эту дисциплину определяют крайне обобщенно как исследование отношения между знанием и его социальной базой. Такое отношение понимается преимущественно каузально, с точки зрения производства видов знания на основе определенной социальной базы… В рамках самой социологии знания был проделан довольно не большой объем эмпирической работы…².
Возникает вопрос - справедлива ли столь суровая оценка состояния наукотворчества в этой области социологии, столь суровый ²приговор²? Думается, что да и, по меньшей мере, по 5-ти основаниям, говоря о которых, попробуем, одновременно, обозначить и основные цели проекта:
* 1-е основание Материалы обзора говорят о том, что классики, как им и положено, дали массу идей, которые нам, современникам, специалистам в области социологии знания, надо было постоянно ДОРАБАТЫВАТЬ теоретически и экспериментально.
И, прежде всего, конструкцию понятий, терминов, категорий
ЗНАНИЕ, ЗНАНИЯ.
Обратите внимание, в русском языке эти два слова обладают буквально немереной, в смысле, почти неизмеримой ЕМКОСТЬЮ, служат для обозначения не только, собственно, научных терминов, но и ЧЕГО-ЛИБО ВООБЩЕ, т.е. чего угодно, вплоть до самых обыденных, повседневных вещей. Что бы не стало объектом внимания личности (предметы, вещи, явления природы, ситуация, условия деятельности, соседи, начальник, своя работа, как работают другие, своя семья, другие семьи, цены, погода, состояние законности и правопорядка, настроение жены, сотрудников и т.д., и т.п.), она ВСЕГДА, с пеленок до глубокой старости, об этом ЧТО-ЛИБО знает, или НЕ ЗНАЕТ, или затрудняется ответить ОПРЕДЕЛЕННО.
А еще точнее, дает оценку в ОПРЕДЕЛЕННОМ ФАЗОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ. В таком многосложнейшем мире своего ЗНАНИЯ, своих ЗНАНИЙ и живет каждый из нас.
Складывается впечатление, что социология ЗНАНИЯ должна быть в этом мире ПЕРВОЙ хозяйкой, быть, иными словами, ПЕРВО-СОЦИОЛОГИЕЙ, в сравнении с которой все остальные ²социологии² изучают лишь части, фрагменты этого мира. Социологи, запускающие ныне свои анкеты, как-то забыли, что в каждой из них они фиксируют, прежде всего, ЗНАНИЕ личностью того, что они исследуют (досуг, быт, работа, общение и т.д.), а используемые ими шкалы фиксируют фазовые состояния определенности такого знания.
ЗНАНИЕ, ЗНАНИЯ - это и есть то, что, прежде всего, и следует назвать социальной ИНФОРМАЦИЕЙ, т.к. никакой другой, ²более² социальной, просто нет.
Обозначений ЧЕЛОВЕКА в разных сущностных ипостасях сегодня на страницах изданий можно встретить множество:
Человек F экономический,
Человек F играющий
Человек F космический
Человек F креатор, хозяин своей судьбы,
И даже такая экзотика, как ²человек F голограмма вселенной². Однако, ни одному из них все же не ²переплюнуть² ТОГО, самого первого, самого емкого измерения
И, суть F ЗНАЮЩИЙ
В сравнении с этим все вышеперечисленное - лишь части, фрагменты этой перво-сущности, этого человеческого ИЗМЕРЕНИЯ.
Cоциология знания и нужна, необходима обществу как наука, дающая, по меткому замечанию О. Тоффлера,
²знание О ЗНАНИЯХ².
Есть и другая причина, по которой социология знания не сделала то, что могла бы сделать.
* 2-е основание В современных, и не только отечественных, социологических публикациях чрезмерно много СЛОВ, текста. Даже в большинстве периодических журнальных изданий до 98% - ²слова, слова, слова² и только 1-2% - цифр, таблиц, параметров, моделей, т.е. того, что экспериментально должно ПРОВЕРЯТЬ то, что изложено словесно. Много изданий, учебников даже вообще без всякой цифири. Спрашивается - можно ли так ²обходиться ² с аналитикой сверхсложных, уникальных по сверхсложности ОБЩЕСТВЕННЫХ ЯВЛЕНИЙ?
Если социология - это ВТОРАЯ, после философии, МАКРОдисциплина об обществе, (ещё О. Конт назвал социологию «наукой наук» об обществе, имея ввиду, что все остальные, любые как-то история, экономика, право и т.п. лишь её ответвления, фрагменты, дескрипторы), то и отличается от нее, прежде всего тем, что это ИЗМЕРЯЮЩАЯ наука, обязательно экспериментально оснащенная, способная и призванная экспериментально ПРОВЕРИТЬ любые философско-теоретические экзерсисы. Расхожий термин ²эмпирическая социология² так же глупо звучит, как ²эмпирическая физика², ²эмпирическая биология², или ²эмпирическая химия² и лишь по недоразумению, по недогляду нашему (нас - социологов) так долго используется. Зачем игнорировать опыт естественных наук в обозначении ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ стадии любого исследования? Ведь инструментарий, точнее - экспериментарий (у физиков - ускорители, приборы, у астрономов - телескопы и радиотелескопы, в медицине - электронные и просто микроскопы) в социологии, особенно если речь идет об информации, получаемой ОТ ЛИЧНОСТИ, тоже есть - это АНКЕТЫ, интервью. Придумал что-то теоретически, заложил в анкету, и - вперед, проверяй экспериментально свои теоретические конструкции, позаботившись только о том, чтобы ОНА была не менее НАДЕЖНЫМ инструментом, чем у медиков - микроскоп, у астрономов - телескоп, а у физиков - ускоритель. (Анкета - инструмент, та же лопата, которой можно просто набросать кучу бесполезной земли, а можно сделать что-то толковое, нужное - все решают цели и квалификация)
К сожалению, многие (едва ли не все) идеи теоретиков философии и социологии знаний так и не были экспериментально проверены, что и заставляет согласиться со строгой оценкой британскими социологами состояния этой области социологии.
Добавим от автора: «Если собрать ²здесь и сейчас² все анкеты, которые ²запускают² сегодня социологи, и не только в этой области, получится, скорее всего, кошмарная картина состояния инструментария, ²оборудования² - сродни той, как если бы мы обнаружили, что все ²технари², все медики и биологи измеряют температуру каждый СВОИМ градусником, по СВОЕЙ шкале, ²чихая² на Цельсия, Фаренгейта и т.п. Большинство социологов сегодня вообще не публикуют экспериментарий, ²секретят оборудование²».