Материал: Гусейнов.

первоначально (в надписях на иньских костях XIV—XII веков до н. э.) означавшего

человека с разрисованным туловищем, татуировку, а у Конфуция имевшего смысл

культуры, запечатленной в слове, книжности, учености. "Вэиь" характеризует

неприродные основания человеческого бытия. Цивилизованность состоит прежде всего

в том, что место спонтанных страстей занимает продуманное слово.

Воспитанность ("вэнь"), выводящая человека из природного состояния, может

противостоять природе, в этом случае результатом является особого рода деформация,

которую Конфуций именует начетничеством. Но она же может преобразовать

индивида и стать его новым естеством (тем, что, пользуясь категориями европейской

культуры, можно было бы назвать "второй природой"), и тогда человек достигает

вершины личностного развития — становится благородным мужем. "Учитель сказал:

"Если в человеке естественность превосходит воспитанность, он подобен деревенщине.

Если же воспитанность превосходит естественность, он подобен ученому-книжнику.

После того как воспитанность и естественность в человеке уравновесят друг друга, он

становится благородным мужем" (6, 16). В этом фрагменте выражена суть всего его

учения, рассмотренного в морально-педагогическом аспекте.

Цзюнъ-щы: благородный муж

"Лунь юй" начинается (1, 1) и кончается (20, 3) высказываниями, в которых говорится о

необходимости учиться и о благородном муже. Эти две взаимосвязанные мысли

пронизывают все произведение, свидетельствуя о том, что учение Конфуция есть

одновременно программа личностного самосовершенствования. Важнейшие категории

философии и этики Конфуция ("жэнь", "ли", "вэнь" и др.) являются одновременно

чертами идеальной личности, именуемой благородным мужем. В известном смысле

Конфуция интересуют только вопросы о том, кто такой благородный муж и как можно

им стать. Это — идейная доминанта учения, ставшая в то же время композиционной

основой сочинения.

38

Понятие благородного мужа ("цзюнь-цзы") упоминается в "Лунь юе" почти столь же

часто, как и понятие человеколюбия ("жэнь"), — 107 раз. Благородный муж есть

идеальная личность не в смысле ирреальности совершенной личности, а в смысле

воплощенности идеала. Это — личностный образец, являющийся работающим крите-

рием оценки; он вполне соотносим с определенными живыми индивидами. Об идеале

можно говорить, как минимум, в двух смыслах: а) как о внутреннем образе вещи

(типичный пример: идеальная точка) и б) как о некоем отдаленном во времени или

вынесенном вовне состоянии (таковым является, например, представление о рае). Об-

раз благородного мужа идеален в первом смысле: он не существует вне эмпирических

благородных мужей и в то же время ни в одном из них не воплощается исчерпыва-

ющим образом. У Конфуция понятие благородного мужа имеет два смысла:

принадлежность к аристократическим сословиям и человеческое совершенство.

Принадлежность к аристократическому сословию не гарантирует человеческого

совершенства, ибо оно достигается в процессе упорной духовной работы. В то же

время на человеческое совершенство могут претендовать не только привилегированные

индивиды. Учитель сказал: "В [деле] воспитания нельзя делать различий между

людьми" (15, 38). Однако человеческое совершенство, которое в принципе, с точки

зрения природных потенций открыто всем людям, является конкретной обязанностью

определенных сословий.

Понятие совершенного человека, или благородного мужа, заключает в себе

противоречие. Вопрос в том, является ли тот или иной человек совершенным, по опре-

делению может быть удостоверен только им самим. Но если он сам удостоверяет свое

совершенство, то это как раз свидетельствует о том, что он несовершенен. Пред-

лагаемый Конфуцием выход из этого парадокса состоит в следующем: есть

определенные сословия, которые являются благородными, совершенными в том

смысле, что человеческое совершенство является для них социальным

предназначением и обязанностью. Следовательно, благородный муж эмпирически

реален как постоянное усилие определенных индивидов стать благородными, соответ-

ствовать своему назначению. У Конфуция "благородный муж", с одной стороны,

описательное понятие, обозначающее определенный класс людей. "Если благородный

муж не ведет себя с достоинством, он не имеет авторите-

39

та" (1, 8), — читаем мы у Конфуция; очевидно, что здесь речь идет о сословной

принадлежности. С другой стороны, понятие благородного мужа является

аксиологическим, оно обозначает эмпирически труднодостижимый или вовсе

недостижимый идеал человека. "Цзы-лу спросил о благородном муже. Учитель

ответил: "Совершенствуя себя, будь уважителен". [Цзы-лу] спросил; "Этого

достаточно?" (Учитель] сказал: "Совершенствуя себя, приноси успокоение другим

людям". [Цзы-лу] спросил: "Этого достаточно?" [Учитель] сказал: "Совершенствуя

себя, приноси успокоение народу. Это было трудно даже для Яо и Шуня!" (14, 42).

Из этого фрагмента ясно, что под благородным мужем подразумевается такое

совершенство человека, которое переливается в совершенное общество, что было

чрезмерно даже для Яо и Шуня — идеальных, по конфуцианским представлениям,

правителей древности. Себя Конфуций также не считал благородным мужем; такая

самооценка многозначительна, особенно на фоне того, что составившими "Лунь

юй" учениками образ Учителя подается так, как если бы он был самым

благородным из благородных мужей.

Благородный муж является средоточием всех совершенств, персонификацией

конфуцианских представлений о человеке. Он стремится познать дао, правильный

путь, думает о том, чтобы быть искренним и правдивым в словах, честным и

почтительным в поступках, не стыдится своих поступков: "Не зная воли [неба],

нельзя стать благородным мужем" (20, 3); "Благородный муж думает о морали"

(4,11). Он человеколюбив, обладает "жэнь", человеколюбие имеет для него

нравственную значимость, оно важнее, чем вода и огонь: "Благородный муж

обладает человеколюбием даже во время еды. Он должен следовать

человеколюбию, будучи крайне занятым. Он должен следовать человеколюбию,

даже терпя неудачи" (4, 5). Он ограничивает себя правилами ритуала, все делает

должным образом, ясно сознавая, что только ритуал преобразует естественные

стремления в человеческие поступки: "Благородный муж ко всему подходит в

соответствии с долгом; совершает поступки, основываясь на ритуале..." (15, 17). Он

постоянно учится, ибо только "тот, кто, повторяя старое, узнает новое, может быть

наставником [людей]" (2, 11). Он не стремится подлаживаться под других и не

пытается других подчинить своей воле, гармония для него не сводится к

единомыслию: "Благородные живут в согласии [с другими людьми], но не следуют

за ними" (13, 23).

40

Человек не рождается благородным мужем, даже если он принадлежит к

благородному сословию. Он становится или, точнее, всю жизнь трудится над тем,

чтобы стать им. Для процесса становления благородного мужа существенное

значение имеют: а) как он относится к себе и к другим людям; б) как в его

жизнедеятельности соотносятся между собой практическое поведение и книжное

знание.

Место благородного мужа в системе человеческих отношений можно определить

тремя предложениями: благородный муж ко всем относится одинаково; заимствует

у людей хорошее и сближается с лучшими; судит только самого себя. Он относится

ко всем ровно, "не проявляя пристрастия" (2, 14), ибо уважает в каждом

человеческое достоинство и ясно сознает, что без этого в человеческом сообществе

не будет согласия, его отношение к людям характеризуется тем, что он соединяет, а

не отсекает: "Учитель сказал: "Когда любят отвагу и ненавидят бедность, это может

привести к бунту" (8, 10), У людей всегда можно чему-нибудь научиться, надо

только "взять то хорошее, что есть у них, и следовать ему" (7, 23) и избавиться от

нехорошего; благородный муж умеет это делать и еще он умеет "сближаться с са-

мыми человеколюбивыми из образованных людей" (15, 9). Наконец, благородный

муж исходит из убеждения, что у него есть единственное средство благотворного

воздействия на окружающих, на дела в государстве — это безупречность

собственного поведения ("если же не можешь усовершенствовать себя, то как же

сможешь усовершенствовать других людей?" — 13, 13); поэтому он не винит

других, не дает им оценки (14, 29), "благородный муж предъявляет требования к

себе" (15,20).

Конфуций считал, что "у людей с красивыми словами и притворными манерами

мало человеколюбия" (1, 3); поэтому соответствие между словами и делами —

предмет особой заботы благородного мужа. Дела благородного мужа должны

предшествовать словам. В воспитании и обучении решающую роль играет

практический выбор — отношение человека к родителям, друзьям, государю,

соблюдение ритуала. Что касается речи, то она должна быть сдержанной;

благородный муж "прежде осуществляет задуманное, а потом уже говорит об этом"

(2,13).

Основной практической средой, в которой благородный муж может наиболее полно

развернуть свои качества, является сановная деятельность. Для Конфуция большая

политика — всего лишь продолжение и завершение

41

задаваемой ритуалом упорядоченности общественной жизни, наряду и до

государственного управления существует управление, состоящее в том, чтобы

проявлять сыновнюю почтительность и быть дружным с братьями (2, 21). Сановная

деятельность благородного мужа призвана гарантировать соответствие

государственного управления этим первичным формам управления — ритуалу; через

благородного мужа осуществляется синтез политики и этики. Насколько политике

необходим благородный муж, настолько же благородному мужу нужна политика, ибо

она предельно расширяет его возможности воздействия на состояние дел в обществе.

Но как быть, если государство управляется неправильно и охвачено беспорядками? В

этом случае Конфуций предлагает отойти от активной государственной деятельности:

"Если в Поднебесной царит спокойствие, будьте на виду; если в Поднебесной нет

спокойствия, скройтесь. Если государство управляется правильно, бедность и не-

знатность вызывают стыд. Если государство управляется неправильно, то богатство и

знатность также вызывают стыд" (8, 13). Между бедностью и незнатностью при

хорошем управлении и богатством и знатностью при плохом управлении есть то общее,

что они являются следствием порочности поведения, хотя, правда, речь каждый раз

идет о разных пороках. Конфуций дает еще один совет, который касается не только

отношения к государственно-чиновничьей деятельности, а вообще способа поведения

благородного мужа в спокойные и неспокойные времена: "Учитель сказал: "Когда в

государстве осуществляются правильные принципы, то можно прямо говорить и прямо

действовать. Когда же в государстве не осуществляются правильные принципы,

действовать можно прямо, но говорить осторожно" (14, 3). С точки зрения Конфуция,

во взаимоотношении этики и политики приоритет принадлежит этике. Этим

определяется политическая активность благородного мужа, она оправдана в той мере, в

какой политика покоится на прочном этическом фундаменте.

Благородному мужу в учении Конфуция противостоит низкий человек (сяо жэнь).

Понятие сяо жэня многозначно: это человек низкий по своим нравственным помыслам,

темный по умственному развитию, возможно также, простолюдин по социальному

положению (во всяком случае несомненно, что не всякий простолюдин обречен

остаться сяо жэнь). Словом, он во всем является

42

антиподом благородного мужа. Это своего рода аити-идеал; то, от чего человек должен

уходить. Термин "сяо жэнь" употребляется в "Лунь юе" 24 раза, из них 20 раз в

значении человека, лишенного добродетели. Если взять основные признаки низкого

человека, то они состоят в том, что он смотрит вниз, думает о том, как бы получше

устроиться, извлечь выгоду, не умеет переносить трудности, нужду, не имеет в себе

человеческого терпения и "предъявляет требования к людям" (15, 20), склонен к

раздорам, даже "может заняться разбоем" (17, 22). Словом, в поведении низкого