Есть ли будущее у юридической профессии
Артем Семенович Генкин, доктор экономических наук, профессор, президент АНО «Центр защиты вкладчиков и инвесторов», учредитель
Электронное СМи «инвест-Форсайт» Российская Федерация, Москва
АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ МИХЕЕВ, доктор экономических наук, доцент кафедры государственного управления
МГиМо Университет МиД России Российская Федерация, Москва
Аннотация
В связи с развитием технологии распределенного реестра и иных сопутствующих инновационных технологий буквально в ближайшие годы мы столкнемся с исчезновением многих старых функций в сфере управления и с появлением новых. Будущее профессии нотариуса - лишь один частный случай в рамках поистине глобального тренда. На XI Гайдаровском форуме в январе 2020 года этой теме была посвящена секция «Юридическое образование и рынок труда. Трансформация или стагнация в условиях цифровой экономики?» В статье приведен ряд примеров того, как различные цифровые технологии помогают более эффективно реализовывать функции, которые выполняли и сейчас выполняют «человеко-юристы». Рассмотрены чат-бот роботы, которые все чаще начинают применяться в целом ряде секторов для выполнения юридических задач. Приведены примеры (в частности, ОАЭ), как целые правительства пытаются упростить работу своих юридических служб с применением новейших технологий. Авторы делают вывод: юристам в ближайшем будущем придется обладать междисциплинарной компетентностью, авторы солидарны с мнением Илона Маска о необходимости проактивного регулирования искусственного интеллекта. Вопрос о соотношении правовых норм и требований нового технологического порядка в статье проиллюстрирован примером противостояния Департамента автотранспорта Калифорнии и генерального прокурора штата с компанией Uberиз-за деятельности ее самоуправляемых автомобилей. В завершение авторы призывают объединить усилия и оценить те последствия, которые имеет для юридического рынка и для рынка юридического образования появление цифровых технологий.
Ключевые слова: блокчейн, технологии, юристы, договор, чат-бот, смарт-контракт, искусственный интеллект, компетенции
DOES THE LEGAL PROFESSION HAVE A FUTURE?
ARTEM S. GENKIN, Dr. Sci. (Economics), Professor, President of the ANO `Center for protection of bank clients and investors', Founder
`Invest-Foresight' digital media Moscow, Russian Federation
ALEXEY A. MIKHEEV, Dr. Sci. (Economics), Associate Professor of the Department of Public Administration MGIMO University MFA of Russia Moscow, Russian Federation
Abstract: Due to the development of distributed ledger technology and other related innovative technologies, in the coming years we will face the disappearance of many old management functions - and the emergence of new ones. The future of the profession of notary is only one private case within a truly global trend. At the XI Gaidar Forum, in January 2020, the section `Legal Education and the Labour Market. Transforming or stagnating in the digital economy?' was devoted to this topic. The article provides a number of examples of how various digital technologies help to more effectively implement the functions performed by `human lawyers'. Chat bot robots are considered, which are increasingly being used in a number of sectors to perform legal tasks. Examples (in particular, the UAE) are given as governments try to simplify the work of their legal services using the latest technologies. The authors conclude that lawyers will have to obtain interdisciplinary competence in the near future. They stand in solidarity with Elon R. Musk's view on the need for proactive AI regulation. The issue of correlation of legal norms and requirements of a new technological order in the article is illustrated by an example of a confrontation between the California Department of Motor Vehicles and the state attorney general with Uber over the activities of its self-driving cars. In conclusion, the authors urge to combine efforts and assess the consequences that the emergence of digital technologies has for the legal market and for the legal education market.
Keywords: Blockchain, technology, lawyers, contract, chat bot, smart contract, AI, competences
Введение
Примерно два года назад авторы этой статьи выпустили монографию о развитии технологии блокчейн [Генкин, Михеев, 2018]. Книга была в целом позитивно встречена профессиональным сообществом. Однако среди профессионалов возникли и продолжаются дискуссии. Так, некоторые коллеги настроены довольно скептически: «Нотариус - это посредник, который олицетворяет некий закон. И если я нотариально заверил некий документ, то могу быть уверен, что это истинный документ. В этом смысле с появлением технологии блокчейна естественно возникает вопрос: «А зачем нотариус, если я сам в среде блокчейн могу рассматривать себя нотариусом?»1 Одновременно высказывалось и мнение, что юридическая профессия никуда не денется, блокчейн и автоматизация юридических процедур ей не страшны. В книге приводились оценки, согласно которым в связи с развитием технологии распределенного реестра и иных сопутствующих инновационных технологий буквально в ближайшие годы мы столкнемся с исчезновением примерно 20% старых функций в сфере государственного управления и с появлением новых [Генкин, Михеев, 2018. С. 273]. Будущее профессии нотариуса - лишь один частный случай в рамках поистине глобального тренда.
Симптоматично, что Европейская комиссия (ЕК), законодательный орган экономического блока Евросоюза, еще осенью 2017 года запустила исследование, целью которого являлась оценка целесообразности и потенциала блокчейн-инфраструктуры в масштабах ЕС. Исследование, стоимость которого составила 250 тыс. евро, было посвящено тому, сможет ли блок- чейн помочь стратегии Еврокомиссии по созданию условий для надежной, прозрачной и совместимой с законодательством ЕС «среды данных и транзакций». блокчейн договор искусственный интеллект
В объявлении о тендере на проведение исследования ЕК заявляла: «Это исследование оценит, прежде всего, смогут ли, когда и каким образом технологии блокчейна помочь государственным органам предоставить европейские услуги и проводить политику оптимизированным способом» Так высказался Дмитрий Свириденко, совладелец компании «АЙЛАЙН Технологии», доктор физико-математических наук, профессор НГУ Цит. по: Уваров Д. Бой за транзакцию: http:// oko-planet.su/finances/financesnews/33 2285-boy-za-tranzakciyu. html Sundararajan S. European Commission to Assess Potential of. В документе говорилось, что будет рассмотрен «целый ряд вариантов», включая существующие инициативы на национальном или местном уровне. Далее будет рассмотрен вопрос о том, как масштабировать такую инфраструктуру на уровне Европейского союза и какие сервисы могут работать на такой системе.
Заменит ли искусственный интеллект живых юристов?
В экспертном и научном сообществе активно обсуждается динамика спроса на юридическую профессию в будущем. На XI Гайдаровском форуме, который прошел в РАНХиГС в январе 2020 года, этой теме была посвящена секция «Юридическое образование и рынок труда. Трансформация или стагнация в условиях цифровой экономики?» Практически каждый из выступавших на ней отметил, что цифровые технологии будут обязательно оказывать существенное влияние на объем спроса, на специфику юридических услуг, а также на количество юристов, которых выпускают сегодня и будут выпускать завтра отечественные вузы. Однако же выступавшие не дошли до конкретных цифр, никто не сказал о том, какое конкретно влияние окажут эти цифровые технологии. Например, насколько именно снизится спрос на юристов, на 5% или на 10%?
Убеждены, что, если бы на одной дискуссионной площадке с выступавшими оказались руководители крупных коммерческих компаний, диалог был бы выстроен совсем по-иному. Возможно, разгорелся бы спор о влиянии тех или иных технологий, о том, какой объем рынка они бы «поглотили» [Макгиннис, Пирс, 2019. С. 1230-1250; Поляков, Колосова, 2017. С. 131-144]. Глубоких исследований по этой тематике пока мало. Например, как оценить, насколько появление смарт-контрактов на технологии блокчейн повлияет на объем работы, которую выполняют юристы? Абсолютно каждому понятно, что технологии реально заменяют многие тысячи юристов уже сейчас, а в ближайшем будущем это число будет только расти.
Как ни парадоксально, но работники в данном вопросе солидарны с работодателями. Согласно отчету AnnualTrendsSurveyReport 2019-2020EU-Wide Blockchain Infrastructure. 2017. Nov, 13: www.coindesk.от компании RWB, в ходе онлайн-опроса более чем 1 000 топ-менеджеров в сентябре 2019 года чуть более половины опрошенных (51%) заявили, что робот был бы лучше при принятии решений, чем их начальник - это ошеломляющий рост на 17% по сравнению с предыдущим годом.
Очевидно, что объем работы не уменьшается, просто различные цифровые технологии помогают более эффективно реализовывать те или иные функции, которые выполняли и сейчас выполняют эти юристы. Например, одна из программ - JotForm- может очень быстро составлять договоры, ведь фактически любой договор - это база данных, в которую необходимо ввести лишь несколько изменяемых полей, а основная часть договора является неизменяемой, она прописана в Гражданском кодексе, а также в существующей базе договоров, потом ее читают юристы, клиенты, суды, исполнители судебных решений - они все работают с одной и той же информацией.
Так почему бы это не автоматизировать и не ввести стандартные формы [Гринь, 2019. С. 49-57], как это пытаются делать такие структуры, как JotForm?
Другой пример - это чат-бот роботы, которые все чаще начинают применяться в целом ряде секторов для выполнения юридических задач [Митин, 2019. С. 83-86]. В США подобный робот формирует исковые заявления и принимает участие в административных действиях, связанных с начислением штрафов со стороны полиции (речь о чат-боте DoNotPay). Как он работает? Видя квитанцию о штрафе на лобовом стекле машины, автовладелец ничего не заполняет, а всего лишь звонит по указанному телефону, и чат-бот задает ему вопросы. Система распознавания речи записывает ответы, заполняет необходимые формы, отправляет их по назначению. Одну форму автовладелец отправляет в страховую компанию, другую - в полицию, если необходимо, а третью форму, если имеет место требование к третьему лицу, отправляет противоположной стороне. По статистике, робот - программа, которая была один раз написана и не задействует труд людей - уже оспорил 160 тыс. штрафов в США. Если посчитать, что у человека в среднем на одну жалобу уходило полдня, то сэкономлено 80 тыс. трудодней юристов. Переведя эти цифры на годы, получаем, что 350 лет работы одного человека-юриста «съела» одна эта маленькая программа. Также следует учитывать, сколько денег она сэкономила своим клиентам. В среднем штраф в США составляет от 200 до 1 000 долл., то есть программа сэкономила своим пользователям около 100 млн долл., что объясняет, почему «робо-юристы» на сегодняшний день являются конкурентами для «человеко-юристов» и юридической сферы в целом.
Зарубежный опыт: пример ОАЭ
Можно найти примеры, как целые правительства упрощают работу своих юридических служб. Например, земельный департамент Дубая (ОАЭ) для привлечения инвестиций и облегчения работы иностранных инвесторов разработал онлайн-систему осуществления операций с недвижимостью. Теперь абсолютно любой пользователь, который арендует недвижимость, просто заполняет специальную онлайн-форму, причем в ней есть вся изменяемая часть, а дальше дополняется неизменяемая часть договора и приложения к ней.
Власти Дубая передали функцию по регистрации таких договоров в земельный департамент, который одновременно контролирует и заполнение этих форм, и регистрацию. Таким образом, абсолютно отпала потребность в юристах, которые в других странах представляют интересы своих клиентов, встречаются, обсуждают массу вопросов в связи со сделкой аренды. В Дубае теперь этого не нужно: риелторы встретились, подписали договор, а дальше сразу же в земельном департаменте его зарегистрировали.
Проект из свободной финансовой зоны DIFC- Международного финансового центра Дубая, управляемой властями эмирата, - предложил сервис для учредителей бизнеса, который упрощает передачу права владения.
В странах региона MENA(Ближний Восток и Северная Африка) самый распространенный вид бизнеса - семейный, однако три четверти семейных компаний терпят неудачу при передаче прав управления новому поколению владельцев. Только в странах региона MENA(а также в Южной Азии) благосостояние, находящееся в процессе передачи от одного поколения другому, оценивается примерно в 1 трлн долл. [Генкин, Михеев, 2018. С. 277-278]. С помощью завещаний и контрактов, хранящихся в блокчейне, эта проблема может быть преодолена.
Исполнение договорных обязательств: сегодня и завтра
Следующий вопрос: каким образом сейчас обеспечивается выполнение обязанностей и прав сторон, которые участвуют в договорах? До сих пор мы пользуемся системой, которая сложилась несколько тысячелетий назад (для того, чтобы обеспечить выполнение обязанностей сторон). Если кто-то, допустим, поставил товар, а контрагент его не оплатил, или наоборот, кто-то оплатил товар, но не получил его, что делать в таком случае участникам сделки? Они обращаются к своим представителям-юристам, юристы пытаются договориться.
При этом оппоненты читают с различных позиций один и тот же текст. И дальше имеет место весьма сложная процедура. Сначала каждый читает заключенный договор, юристы формируют свое собственное мнение, они пытаются его обсудить между собой, а потом обсуждают его с судьей; у судьи появляется еще одно мнение, после этого подключается служба судебных приставов, которая пытается исполнить принятое решение в случае необходимости. Впоследствии подключается еще целый ряд инстанций, которые также участвуют в общей системе принуждения к исполнению условий заключенного договора...
С точки зрения цифровой экономики такая ситуация абсурдна, ведь возможны только два вероятных сценария. Либо условие выполнено - и это «единичка», и должны пройти расчеты, либо, если условие не выполнено, - это «нолик», и все взаиморасчеты должны вернуться на исходные позиции. В формате цифровой экономики это просто смарт-контракт, в котором заранее прописаны все условия конкретного договора [Генкин, Маврина, 2017. С. 136-149]. Либо они исполняются, и тогда сам смарт-контракт их выполняет, выступая одновременно в роли судьи и всех остальных сторон по этому делу (точнее говоря, он элиминирует их, устраняя необходимость в наличии субъектов с подобным функционалом для эффективного решения задачи), либо, если они не исполняются, интересы каждой стороны оказываются защищены как минимум в том, что ее активы (денежные средства или товар, соответственно) будут сохранены.