Приднестровский государственный университет им. Т.Г. Шевченко
Цивилизационные, исторические и социально-политические предпосылки феномена самоопределившихся (непризнанных) государств
С.А. Осипова, д-р полит. наук, профессор
кафедры политологии и государственного управления
О.А. Короткова, преподаватель кафедры социологии
и социальных технологий
Аннотация
В статье представлен детальный анализ цивилизационных, исторических и социально-политических предпосылок возникновения, развития и функционирования на постсоветском пространстве самоопределившихся (непризнанных) государств как политического феномена. Авторами сделан акцент на роли цивилизационного разлома как основания для реализации права народов на самоопределение и собственную государственность. На основе характеристики исторических форм государственности, существовавших на территории Приднестровья в разные эпохи, ими сделан вывод об исторической обусловленности образования Приднестровской Молдавской Республики.
Ключевые слова: самоопределившиеся (непризнанные) государства, исторические и социальнополитические факторы становления и развития государственности, цивилизационный разлом.
The Civilizational, Historical and Socio-Political Background of the Phenomenon of Self-Determined (Unrecognized) States
S.A Osipova,
doctor of political sciences, professor of the department of political science and public administration
O.A. Korotkova,
lecturer of the department of sociology and social technologies, Pridnestrovian State University named after T.G. Shevchenko
Annotation
The article presents a detailed analysis of the civilizational, historical and socio-political prerequisites for the emergence, development and functioning of self-determined (unrecognized) states in the post-Soviet space as a political phenomenon. The authors as well emphasize the role of the civilizational split as a basis for realization of the of peoples' right to self-determination and forming their own statehood. Basing on the characteristics of historicalforms of statehood that existed on the territory of Pridnestrovie in different epochs, they concluded that the formation of the Pridnestrovian Moldavian Republic had historical reasons.
Key words: self-determined (unrecognized) states, historical and socio-political factors of formation and development of statehood, civilizational split.
Введение
В конце XX века мир столкнулся с принципиально иной политической реальностью: раскол СССР привел к тому, что на обломках ранее огромного, сильного государства возникли правопреемники союзных республик: независимые государства и наряду с этим еще ряд суверенных образований, не получивших международно-правового признания, но обладавших (да и обладающих по настоящее время) основными признаками государственности, позволяющими им три десятка лет благополучно функционировать, доказав, таким образом, свою состоятельность.
Методика
Для выявления причин и предпосылок возникновения новых государств современности нами был применен детерминистический подход, позволивший обнаружить в процессе государствообразования системность, который сделал также возможным сформулировать прогностические выводы. Метод системно-исторического анализа позволил определить цивилизационные, исторические (в незначительной ретроспективе) и политические аспекты возникновения и развития самоопределившихся (непризнанных) государств. Структурно-ценностный метод в совокупности с аксиологическим подходом помог ответить на вопрос о самоидентификации таких государств, об их ценностных приоритетах, о политических целях и задачах.
Результаты
Главными историческими предпосылками возникновения постсоветских самоопределившихся государств являются собственно сам распад СССР и неэффективная и в определенной степени алогичная политика построения административно-территориальных границ, проводимая руководством советского государства в период его существования [14, с. 182]. По мнению Е. Мелешкиной, несовпадение административных, этнолингвистических, экономических и прочих границ служит причиной возникновения «переходных» территорий, наиболее очевидными примерами которых являются Абхазия, Крым, НКР, Приднестровье, Южная Осетия, относительно бесконфликтное существование которых в параметрах административно-территориального устройства советского государства обеспечивалось благодаря накладываемой общей рамке, но в результате распада СССР «переходные» зоны стали очагами ожесточенных вплоть до военных столкновений, территориальных споров, где возникают альтернативные политические проекты [10, с. 83-84].
В постсоветских самоопределившихся государствах можно наблюдать наличие, как минимум, трех факторов, обеспечивающих адекватное решение проблемы правопреемственности. Первый - это фактор политической воли. Второй - принцип непрерывности (континуитета) государственности. Третий - волеизъявление народа. Исходя из этого тезиса, нельзя не заметить очевидного: с распадом СССР для международного сообщества складывается весьма неоднозначная правовая ситуация [20, с. 9]. С ликвидацией советского государства упраздняется и его правовая база, в соответствии с которой статус субъекта Федерации распространяется исключительно на союзные республики, входившие в его состав, поэтому и международно-правовое признание вне зависимости от всенародного волеизъявления и установления контроля правительств над соответствующими территориями получают только государственные образования, являющиеся правопреемниками союзных республик. По мнению Н. Штански, в 2011-2015 годах главы внешнеполитического ведомства Приднестровской Молдавской Республики (ПМР), в правовом отношении такая позиция представляется «весьма уязвимой для народов, лишенных при распаде Союза приемлемого для них политического статуса или оказавшихся за пределами своих собственных государственных образований» [19, с. 219].
Образование на постсоветском пространстве самоопределившихся государств происходит в условиях некоторого правового вакуума. Возникшая политическая ситуация уже не может быть урегулирована в рамках советского конституционного права, при этом ее разрешение невозможно и в международном правовом поле, поскольку к этому времени полноценной международной правосубъектности союзные республики еще не обрели. К примеру, Приднестровская Молдавская Республика провозглашается 2 сентября 1990 года, практически за год до принятия Декларации о независимости Республики Молдова - 27 августа 1991 года - и более чем за год и 3 месяца до исторических соглашений в Беловежской пуще - 8 декабря 1991 года [9, с. 97]. Это означает, что даже в соответствии с принципом территориальной целостности, на который ссылаются оппоненты приднестровской государственности, к оценке молдово-приднестровского конфликта невозможно применить безусловную квалификацию в силу ее применения исключительно к субъектам международных отношений. Именно факт «непредставления народам Абхазии, Нагорного Карабаха, Приднестровья и Южной Осетии конституционной процедуры выхода из СССР наделяет эти республики правом считать существующий юридический статус Азербайджана, Грузии и Молдовы небезупречным, а их территориальный статус - незавершенным» [12, с. 2].
Самоопределившиеся государства являются продуктом распада социалистической федерации, поэтому логично рассматривать некоторые предпосылки распада СССР как предпосылки становления и развития самоопределившихся государств, возникших на его территории. К таковым в той или иной степени относятся следующие:
- создаваемый в 1922 году в качестве федеративного, с течением времени СССР всё более превращается, по сути, в управляемое из центра унитарное государство, в котором различия между союзными республиками, являющимися субъектами федеративных отношений, нивелируются. В свою очередь, союзные республики аналогично относятся к своим автономиям, политический и экономический суверенитет которых является номинальным, а элементы автономной государственности развиваются слабо;
- единый народнохозяйственный комплекс, сложившийся в СССР, обеспечивает экономическую интеграцию республик, однако рост экономических трудностей приводит к разрыву хозяйственных связей, в республиках проявляются тенденции к самоизоляции, а центр оказывается не готовым к такому ходу событий. Анализ экономических систем автономных образований в составе союзных республик и наиболее развитых в экономическом плане неавтономных регионов указывает на их относительную самостоятельность и некоторую локальность, что позволило их населению экономически обеспечить свое право на независимую государственность [6, с. 25];
- реальным носителем жесткой централизации власти в СССР выступает КПСС, кризис которой обусловливает приход на смену партийным комитетам разного уровня институтов зарождающегося гражданского общества, прежде всего советов трудовых коллективов, способных, в том числе, возглавить борьбу за независимость (как это было в Приднестровье);
- в результате кризиса коммунистической идеологии и основанной на ней системы политических ценностей социализма происходит формирование своеобразного духовного вакуума, который очень быстро заполняется националистическими идеями республик-метрополий, что вызывает крайнее недовольство не только национальных меньшинств, но и русскоязычного населения, составляющего большинство интеллектуальной элиты союзных республик [5, с. 135].
Феномен постсоветских самоопределившихся государств, связан с так называемым вопросом советского наследства [4, с. 191]. Очевидно, что на постсоветском пространстве представлены две группы государств: первые - страны Балтии, Украина, Молдова, Азербайджан - демонстрируют идеологический разрыв с советской государственностью, вторые - Россия, Беларусь - рассматривают советский период как неотъемлемую часть своей истории. Ко второй группе относятся и самоопределившиеся государства - Абхазия, Нагорный Карабах, Приднестровье, Южная Осетия. Приднестровские историки и политологи, в частности И. Благодатских, связывают правопреемство Приднестровья не с Молдавской ССР, а с СССР в целом. В международном праве существует понятие «правопреемство государства на определенной территории», исходя из которого можно утверждать, что на постсоветском пространстве в начале 1990-х годов сложились не пятнадцать, как принято считать по количеству союзных республик, а девятнадцать государств. Поэтому относительно постсоветских самоопределившихся государств вопрос их международного признания приобретает характер «перманентного противостояния двух противоборствующих сил, где на одной стороне выступают правительства образовавшихся молодых государств, на другой - руководство уже признанных субъектов международно-правовых правоотношений» [2, с. 50-51].
С историко-правовой точки зрения Абхазия, Нагорный Карабах, Приднестровье и Южная Осетия - такой же продукт распада СССР, как и Азербайджан, Грузия и Молдова. Поэтому от определенности в вопросе правопреемства во многом зависят их отношения с другими государствами постсоветского пространства. «Следует обратить внимание на то, что из всех возможных и бытующих в исследовательской, публицистической литературе терминов наиболее "прижился" термин "постсоветский". Таким образом, язык решает за нас, подсказывая наиболее адекватный термин» [3, с. 46]. Так, относительно ПМР «наиболее приемлемой и обоснованной является формула, в соответствии с которой Приднестровье признается в качестве "правопреемника Союза на данной территории в соответствии с волеизъявлением народа"». Приднестровскому государству «именно от СССР переходят важные составляющие правопреемства - территория, население, собственность, ресурсы» [9, с. 304].
В число знаковых предпосылок возникновения в конце ХХ - начале XXI века самоопределившихся государственных образований следует включить существование на их территориях исторических форм государственности. В этом случае самоопределение можно рассматривать в качестве возрождения и политических действий по восстановления исторической справедливости.
В отличие от самоопределившихся государств, расположенных на Кавказе, которые на момент распада СССР в статусе автономий входили в состав Азербайджана и Грузии, приднестровское государство к началу 1990-х годов самостоятельной административно-территориальной единицей не являлось и было представлено горсоветами и районами в составе Молдавской ССР.
Одним из главных противоречий в подходах к оценке социально-политических обоснований самостоятельной приднестровской государственности является интерпретация исторических условий вхождения Молдовы и Приднестровья в единое государство. Представители кишиневского научного сообщества характеризуют левобережные районы Днестра как неотъемлемую часть Республики Молдова; в свою очередь, приднестровские эксперты отмечают, что до 1940 года Молдова и Приднестровье никогда не составляли единого молдавского государства - образование же Молдавской ССР следует оценивать в качестве искусственного политического шага, вызванного политической конъюнктурой того времени. При этом неоспоримым фактом является существование на территории Приднестровья в 19241940 годах самостоятельной государственности, правда, автономной и в составе Украинской ССР. Площадь Молдавской Автономной Советской Социалистической Республики - 8,1 тыс. км2 (11 районов), население - 545,5 тыс. человек, столица - г. Балта, а с 1929 года - г. Тирасполь [16, с. 34].
В 1918 году правобережные районы Днестра - Бессарабия - входят в состав королевской Румынии. Советское правительство факта присоединения Бессарабии к Румынии не признает и продолжает считать ее своей территорией. В советских школьных учебниках упоминается интересный факт: «в процессе работы над первой картой советского государства В. Ленин предлагает заштриховать территорию Бессарабии на ней красными линиями как аннексированную буржуазно-помещичьей Румынией часть страны, границей МАССР считать линию по рекам Прут и Дунай, а реальную границу по Днестру признать в качестве временной демаркационной линии» [8, с. 285]. Идея по созданию молдавской автономии коррелируется с желаемой перспективой советского руководства под флагом воссоединения молдавского народа вернуть в состав СССР территорию Бессарабии. Однако если в Молдавской АССР молдаване действительно выступают в качестве титульной этнической группы, то Приднестровская Молдавская Республика демонстрирует альтернативную государственность по отношению к Республике Молдова, подчеркивая паритет трех основных этнических групп (молдаване, русские, украинцы), характеризующих ее население, несмотря на то что в названии де-факто независимого государства значится определение «молдавская». Общественным сознанием современных приднестровцев образование, становление и развитие МАССР воспринимается в качестве неотъемлемого элемента приднестровского опыта построения государства [15, с. 9].