иноземному влиянию, прогуливающийся в числе 275 тысяч особ в чужих краях, воспитывающий русских детей за границей и добровольно лишающий их благ народности, пятящийся назад, когда его приглашают проявить себя тяжелою гражданскою службою в Западных губерниях, тратящий тысячи на французские перчатки и ложи в итальянской опере и жертвующий копейки на облегчение страждущих братии, на содействие русской народности в Западном крае! А теперь, силою судеб, вопрос польскорусский сложился именно так, что мы не найдем ему разрешения, если будем попрежнему самоублажать себя в своем патриотизме и довольствоваться отечественною деятельностью, хотя бы и очень почтенною, английских клубов Российского царства; если не противопоставим полонизму всех наших нравственных сил, освободя их от внутренних недугов и плевел; если не будем так же готовы для гражданской и общественной борьбы, как и для военной; если не выдвинем в поле, рядом с военного ратью, крепких убеждений, личных нравственных подвигов и несокрушимой любви не только к единству и целости России, но и к тому, ради чего желанно единство и целость, -- к высокому нравственному призванию русской народности! Здесь есть где и над чем потрудиться каждому и каждого ждет успех, только бы верил он, как сказано нами вначале, что много может личная воля человека, много блага дается сотворить -- всякому хотящему блага!
Впервые опубликовано: "День". 1863. N 42, 19 октября. С. 2-5.