Материал: Sovetskaya_Rossia_Aravia_i_Persidskiy_zaliv

ЧАСТЬ II. ДИППРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО СОВЕТСКОЙ РОССИИ В ДЖИДДЕ 265

и не привелу к расколу в правящем семействе. Когда они вошли в его покои и встали по разные стороны постели, на которой он лежал, то король сказал следующее. Дети мои, возьмитесь за руки и, держа их над моим телом, поклянитесь, что когда меня не станет, вы будете помогать друг другу, и, действуя заодно, рука об руку, управлять делами в интересах нашего королевства и правящей в нем династии Аль Са’уд. Поклянитесь, что если вы и будете спорить, то только наедине. Помните, что согласие и единство в Доме Са’удов, во многом зависящее именно от вас, это – основа основ сохранения нашей власти в королевстве. Окружающие вас люди и особенно лица из влиятельных семейно-родовых и родоплеменных кланов в нашем уделе не должны узреть ни малейшего признака наличия между вами несогласия, а тем более раздора, дабы не сыграть на этом и не пошатнуть власть Дома Са’удов.

Выслушав наставление отца своего и взявшись за руки, братья поклялись, что, идя по жизни бок о бок и действуя совместно, Са’уд, как король, и Файсал, как наследный принц, они верой и правдой будут служить королевству, и ничем не измарают честь и достоинство династии Аль Са’уд.

На деле, однако, клятву, данную ими отцу, они не сдержали. Са’уд управлял королевством единолично. Советовался, и то только время от времени, исключительно с лицами из своего ближайшего окружения. Никого другого, за исключением своих сыновей да нескольких родственников, к управлению делами и близко не подпускал. А братьев своих, равно как и членов других колен семейно-ро- дового клана Аль Са’уд, и вовсе держал на расстоянии вытянутой руки, что не могло не вызывать у них недовольства и даже злобы. Особо раздрожало братьев Са’уда то, что их от управления делами в их же королевстве потеснили «чужаки», арабы из «чужих земель», состоявшие на службе короля, тот же Йусуф Йасин, к примеру, или Джамаль-бей Хусайни, не говоря уже об ‘Иде ибн Салиме.

Из членов правящего семейства Аль Са’уд в ближний круг короля Са’уда, кроме его сыновей, входили только ‘Абд Аллах ибн ‘Абд ар-Рахман и Муса’ид ибн ‘Абд ар-Рахман. Они были братьями его отца, Ибн Са’уда. Родила их женщина из племени бану халид, к которому принадлежала, напомним, и мать короля Са’уда.

266 И. П. СЕНЧЕНКО. СОВЕТСКАЯ РОССИЯ, АРАВИЯ И ПЕРСИДСКИЙ ЗАЛИВ

Выслушивать советы, которые были ему не по душе, либо же долго дискутировать, защищая свою точку зрения по тем или иным вопросам, король Са’уд терпеть не мог. Он хотел, чтобы его обожали и беспрекословно с ним всегда и во всем соглашались, чтобы он ни говорил и ни делал. Потому-то все высшие посты в королевстве и занимали его сыновья, недостаточно поднаторевшие еще в делах житейских и государевых, но внемлющие ему беспрекословно, а не опытные, но спорящие с ним братья. К весне 1958 г., то есть ко времени возникновения первого в правящем семействе кризиса, принц Фахд, к примеру, сын Са’уда, являлся министром обороны, другой сын, Муса’ид ибн Са’уд, – командующим Национальной гвардией, а еще один, Са’уд ибн Са’уд, – начальником личной гвардии короля. Складывалось впечатление, отмечают арабские историки, что король Са’уд создавал новую правящую династию внутри уже существующей, и хотел подвинуть от участия в управлении королевством всех 30 других сыновей Ибн Са’уда, своих братьев, и видеть таковыми только своих сыновей, носителей его крови, и их потомков.

Помимо всего сказанного выше, рост недовольства представителей других колен в правящем семействе Аль Са’уд ведением дел в государстве Са’удом ибн ‘Абд ал-‘Азизом, подстегивало и крайне тяжелое финансовое положение, в котором оказалось королевство. Характеризовалось оно возникшим к тому времени, к весне 1958 г., крупным долгом американским банкам, в размере $92 млн., и многомесячной задолженностью по выплате заработных плат госслужащим и военным. И все это – на фоне огромных личных расходов короля и его двора, шедших на оплату возводимых все новых и новых дворцов и приобретение новых автомобилей, число которых и так уже было, мягко говоря, внушительным.

Несостоятельная финансовая политика короля привела страну на край банкротства, а его неудавшийся план по «взрыву ОАР изнутри» – к «потере лица» династии Аль Са’уд в арабском мире. И члены правящего семейства, равно как и улемы, стали склоняться к тому, чтобы предъявить королю требование насчет передачи управления текущими делами в королевсте, то есть функции пре- мьер-министра, в руки наследного принца Файсала. И таковое было

ЧАСТЬ II. ДИППРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО СОВЕТСКОЙ РОССИИ В ДЖИДДЕ 267

ему предъявлено – вечером 22 марта 1958 года (в ряде источников называется дата 24 марта). Активными участниками подготовки этого требования, содержавшего в себе и перечень конкретных предложений по внесению преобразований в структуру власти и в деятельность ее институтов, выступили девять братьев короля: ‘Абд Аллах, ‘Абд ал-Мухсин, Миша’ал, Митйаб, Талал, Мишари, Бадр, Фавваз и Навваф. Главные их требования, помимо передачи полномочий премьер-министра наследному принцу Файсалу, сводились

кследующему:

–кардинальным образом преобразовать старый Консультативный совет (маджлис аш-шура’) – превратить его из декоратив- но-протокольно органа, которым он стал при короле Са’уде, в действенный инструмент системы управления королевством;

–сделать более властным и деятельным Семейный совет правящего семейства Аль Са’уд;

–незамедлительно провести изменения в структурах власти на местах, в провинциях и округах;

–повысить эффективность работы всех органов власти королевства, в том числе кабинета министров во главе с наследным принцем Файсалом, путем введения в их состав более опытных и умудренных жизнью членов семейства Аль Са’уд. Под этой формулировокой скрывалось требование братьев короля насчет их участия в деятельности кабинета министров и других высших институтов власти.

Обсуждение всех требований продолжалось не больше часа. Акцент ставился на незамедлительной передаче полномочий пре- мьер-министра, в том числе и управление финансами, что подчеркивалось особо, в руки наследного принца Файсала, и на невмешательстве короля в его дела, а также на уравнении в правах сыновей ‘Абд ал-‘Азиза ибн Са’уда с сыновьями короля Са’уда ибн ‘Абд ал-‘Азиза. Имея против себя большинство в клане Са’удов и не найдя опоры в армии, отмечает в своем фундаментальном исследовании «История Саудовской Аравии» российский историк А. М. Васильев, король Са’уд вынужден был принять ультиматум принцев.

Втот же день, по окончании трансляции вечерней проповеди по мекканскому радио, население королевства официально уведо-

268 И. П. СЕНЧЕНКО. СОВЕТСКАЯ РОССИЯ, АРАВИЯ И ПЕРСИДСКИЙ ЗАЛИВ

мили о том, что дела правительства, согласно повелению короля, переданы в руки наследного принца Файсала, который отныне и будет заниматься всеми текущими делами в королевстве. Вскоре (31 марта) был опубликован и соответствующий королевский декрет, гласивший что «полная ответственность в наблюдении над осуществлением всей административной власти в том, что касается внешних и внутренних, а также финансовых дел» предоставлена главе кабинета министров, наследному принцу Файсалу.

Позже он не раз говорил, что если бы только знал, насколько плачевным было финансовое состояние королевства, то никогда бы не решился занять пост премьер-министра, доверенный ему королем по настоянию членов семейства Аль Са’уд и улемов. И пояснил, что когда он решил проверить наличие денег в казне, чтобы покрыть текущие расходы, то обнаружил в ней только 317 риалов, что составляло тогда меньше 100 долл. США.

Надо сказать, что с тех самых пор «выражение 317 риалов» сделалось у саудовцев чуть ли не поговоркой. Им они обозначают и свое стесненное, или «худое» в речи аравийцев, финансовое положение, и многое другое. Так, будучи в Эр-Рияде и задав вопрос местному жителю о том, как обстоят его дела, можно услышать в ответ: «На 317 риалов», что значит, что хотелось бы лучшего.

О том, что финансовое состояние королевства было критическим, говорит и отказ принцу Файсалу в предоставлении займа (на сумму в 25 млн. саудовских риалов) крупнейшим в то время финансовым институтом Саудовской Аравии – Национальным коммерческим банком. И причиной тому – невыполнение заемщиком, королем Са’удом, взятых на себя обязательств по возврату денег по нескольким ранее уже выданным ему банком займам.

Владел этим банком, как сообщают саудовские историки, Салим ибн Махфуз, южноаравиец, родом из Хадрамаута. Как и многие другие его соотечественники из того тогда еще султаната в Южной Аравии, он решил попытать счастья на Севере – в Джидде или в Мекке. Начав клерком в меняльной конторе на рынке, прееуспел и создал Национальный коммерческий банк, один из крупнейших сегодня в мире.

Следует отметить, что целый ряд нынешних известных саудовских бизнесменов являются потомками тех хадрамаутцев, которые

ЧАСТЬ II. ДИППРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО СОВЕТСКОЙ РОССИИ В ДЖИДДЕ 269

в 1930-х годах в поисках удачи подались в Саудовскую Аравию. Бизнес-колыбелью своих торговых родов они называют бойкий рынок Джидды. Наиболее именитые из них – это семейные кланы ал-‘Амуди, Бен Ладан, Бен Загр и Барум.

Как бы то ни было, но принцу Файсалу удалось все же и получить заем (правда, у другого банка), и договориться с АРАМКО, чтобы компания выступила его гарантом и помогла ему решить вопрос с отсрочкой платежей, подлежавших к выплате банкам Нью-Йорка (тех самых упоминавшихся нами $92 млн.). Дабы поправить ситуацию с финансами, он ввел временный запрет на приобретение новых автомобилей членами правящего семейства, равно как и на вывоз капитала из страны. Аннулировал субсидии, установленные королем Са’удом для ряда арабских стран, в том числе для Иордании (в размере 5,5 млн. фунтов стерлингов).

Тогда же был сверстан и первый, как сообщали английские дипломаты, достойный похвалы, государственный бюджет королевства, предусматривавший сокращение расходов государства до уровня его доходов. Установлены бюджетные субсидии для членов королевского семейства. Траты, превышавшие размер этих субсидий, они должны были покрывать за счет их личных сбережений. Сумма, выделявшаяся из бюджета на содержание короля и его двора, определялась в размере 258 млн. саудовских риалов, что составляло примерно 18% бюджета королевства в 1,4 млрд. риалов. Широкие полномочия получило созданное принцем Файсалом Денежное агентство Саудовской Аравии, в котором все саудовские банки должны были размещать впредь 15% их активов.

Меры, предпринятые принцем Файсалом привели к тому, что уже в ноябре 1958 г., то есть через восемь месяцев после того, как управление всеми текущими делами перешло в его руки, легендарные 317 саудовских риалов в казне королевства превратились в 60 млн. риалов. И в 1960 г. бюджет королевства, впервые в его истории, оказался сбалансированным. В несколько раз увеличились золотой запас страны и резервы свободно конвертируемой валюты.

Следует, думается, отметить и то, что при деятельном участии саудовского правительства, когда его возглавлял принца Файсал, была создана ОПЕК. Объявление об образовании Организации