Материал: Ibragimova_Z_Chechenskiy_narod_v_Rossiyskoy_imperii

российское правительство стало активно использовать возможности, которые открыл перед ним франко-русский политический союз 1891 г., размещая на парижской бирже один за другим государственные займы. Это положение позволяло, используя заинтересованность российского правительства в парижской бирже, вынудить у России новые уступки французскому капиталу. При посредстве Петербургского международного банка Ротшильды, используя своё положение кредиторов, получили возможность более эффективно воздействовать на царское правительство через Министерство финансов.

Таким образом, внедрению Ротшильдов на кавказский нефтяной рынок способствовали коррупция царской администрации, жёсткая кредитная политика парижского банкирского дома, т.е.предоставление дешёвых кредитов, с которыми местные предприниматели попадали в финансовую зависимость и в которых ощущался острый недостаток. Государственные структурынеимеличёткойстратегииввопросебанковско-кредитнойполи- тики,чтовусловияхдефицитасвободныхфинансоввнутристранытолкало местныхпромышленниковкбанкротствуилислияниюсиностраннымикапиталами, с передачей им ведущих позиций в нефтяной отрасли412.

3. Кустарные промыслы

Наряду с земледелием и скотоводством большую роль в хозяйственной жизни горцев играли ремесло и домашние промыслы. Народные промыслы чеченцев, самобытные и высокохудожественные, играли существенную роль в хозяйственной жизни с древнейших времён 413. Чеченцы изготовляли кустарные изделия для себя, на заказ и для продажи на рынке.

По мере развития в Терской области капиталистических отношений происходил упадок кустарных промыслов. После того как было завершено строительство железной дороги, резко возросло количество поступавших в Чечню фабрично-заводских изделий. Тем не менее, кустарные промыслы не исчезли с рынка товаров. Во многом это объяснялось тем, что вечно испытывавшие острый дефицит наличных денег чеченские крестьяне предпочитали приобретать необходимые им товары у кустарей, расплачиваясь с ними натуральными продуктами своего хозяйства.

Вконце XIX века в связи с развитием промышленности в России

иусилением вывоза её товаров, на Северном Кавказе происходило

постепенное вытеснение крестьянских промыслов промышленным производством. Кустарь превращался зачастую в наёмного рабочего, а скупщик – в работодатели414. Однако в острой конкурентной борьбе у кустарей был ряд преимуществ перед промышленниками. Прежде всего нужно выделить неповторимость индивидуальной «ручной» работы мастера, в которую он вкладывал свой взгляд на мир, свою душу, свой национальный колорит, настроение. Ремесленник использовал приёмы, передаваемые из поколения в поколение на протяжении столетий.

У кустаря не было администрации, накладных расходов – его изделия были намного дешевле и оригинальнее фабричных штампованных экземпляров. Раз затративший значительный капитал на первоначальное устройство, нанявший большое количество мастеровых, крупный фабрикант должен был постоянно поддерживать значительное производство. Для мелкого промышленника уменьшение спроса менее чувствительно: он может несколько приостановить производство, продавать не все изделия, переждать кризис 415. Шорный промысел ( изготовление сбруи, седла, пояса, ногаек ) был развит у всех народов Северного Кавказа. Кустарное производство из кожи почти не встречало соперничества фабрик. Особое развитие у чеченцев получила выделка ремней различного назначения. Их изготовление было делом каждого чеченца, хотя имелись и специалисты– мастера. Несмотря на замысловатость техники обработки кожи, изделия отличались высоким качеством и сбывались даже в центральные промышленные районы России416.

Региональное руководство старалось поддерживать и развивать кустарные промыслы, так как именно они являлись неповторимым « лицом» края на многочисленных выставках и распродажах как в России, так и за рубежом. Это производство также способствовало поддержанию политической стабильности в регионе, так как обеспечивало большую занятость населения, особенно в сезон отсутствия земледельческих работ и в отличие от отходничества естественно закрепляло население в местах его традиционного проживания. Вопрос о практической помощи кустарям возник в 1896 году, во время пребывания на Кавказе министра земледелия и гос.имуществ А.С.Ермолова. Благодаря его инициативе 31 декабря 1899 г. был открыт в виде особого правительственного органа – Кавказский кустарный комитет. Комитет был призван выяснить практические нужды кустарей и в силу возможностей приходить им на помощь. Ежегодно на эти цели из средств казначейства выделялось 4 тыс. рублей417.

488Чеченский народ в Российской империи: адаптационный период

В1893 году председатель Статистического комитета С.В.Каханов командировалсекретаряГ.А.ВертеповапоТерскойобластидляизучения кустарных промыслов, поручил ему лично собирать предметы, а начальникам округов предписал принять меры к охране исторических памятников от расхищения туристов. .ГА.Вертепов привёз из командировки 62 предмета и 28 фотографий. В 1895 и 1896годах командировки Вертепова повторились, вместе с ним владикавказский фотограф Л.И.Рогозинский произвёл снимки достопримечательностей Чечни и Осетии418.

Вгорах крупным ремесленным центром Чечни являлось село Шатой, где было много мастеров по обработке металла, камня, дерева, кожи, а также по изготовлению одежды и обуви. Сюда приезжали за товарами из многих высокогорных селений Чечни419. Кустарной промышленностью славились чеченские высокогорные сёла: Ножай-Юрт, Ведено, Харачой420.

Наличие неплохо развитого скотоводства обусловило и распространение в Чечне промыслов, связанных с переработкой продуктов животноводства, прежде всего с обработкой шерсти. Из овечьей шерсти на простом деревянном станке чеченские женщины изготавливали грубошерстное сукно. Ткацкие станки сохранялись в чеченских семьях очень долго, практически до 30-х годов XX века. Из грубого сукна делали мешки, перемётные сумы, изготавливали верёвки и паласы, а из тонкого сукна шили верхнюю одежду421.Чеченские войлоки и бурки на Кавказе считались лучшими422. Производство первоклассных сукон для черкесок и башлыков было сосредоточено в Грозном, Веденском и Аргунском округах. Исследователи отмечали, что чеченские суконщики использовали опыт дагестанцев, кумыков, осетин и казаков423.

Равнинные жители Терской области ткали преимущественно покупную шерсть овец горных жителей Чечни, или перекупали у них готовые сукна, шили из них черкески и башлыки и продавали на ярмарках и базарах. Многие женщины ходили в отдалённые аулы и скупали готовое сукно и бурки. Чеченские бурки отличались плотностью и лёгкостью, что обусловлено тщательным выщелачиванием их в источниках424. Чеченское сукно высокого качества изготовляли в сёлах, расположенных по правому берегу реки Терек, между Моздоком, Грозным и Хасав

– Юртом. Развитию промыслов именно в этом районе способствовало то обстоятельство, что рядом, в отрогах Терского хребта в обилии имелись горячие щелочные минеральные источники, в которых шерсть промывалась перед поступлением в производство425.

Шерсть делилась на два сорта – длинную, идущую на «основу», и короткую, идущую на поперечную нитку « уток». Затем шерсть сучилась в пряжу. На заготовку пряжи на одну черкеску или, на один «кусок» сукна уходило 10 дней. Готовое сукно мыли в тёплой воде с мылом, уваливали его (ногами) и сушили426. Варкой мыла занимались преимущественно в лесогорной полосе. Каждая хозяйка варила его только раз

вгоду, в количестве 1 пуда. Местное горное мыло с виду напоминало известковый камень. Но оно пользовалось большой популярностью и ценилось даже дороже, нежели русское заводское, к которому относились с пренебрежением427.

Искусство окрашивания ткани применялось на Северном Кавказе преимущественно к шерстяным изделиям и сафьяновым кожам и в этом применении оно стояло у кавказских кустарей гораздо выше и было более распространено, чем в России. Наиболее широкое применение в окрашивании имели марена, «желтинник», алыча, ива и дуб. Все перечисленные выше растения встречались на Кавказе почти повсеместно и предварительно не подвергались никакой особой обработке428. До 1872 года марена принадлежала к важнейшим красильным растениям и стоила дорого. В год сбор марены доходил до 80 тыс. пудов и обеспечивал занятость большому числу местного населения429.

Кначалу 70-х годов XIX века применение ализарина вытеснило употребление марены. В 1886 году председатель Астраханского биржевого комитета писал председателю Московского биржевого комитете «…пятнадцать лет назад красильный корень марены, употреблявшийся на фабриках, внезапно был замещён ализарином. Тогда

вследствии этого события жители занимавшиеся исключительно мареневодством, были разорены..» Возделывание марены в некоторых районах Кавказа было основным занятием населения, рассчитанным на снабжение русских текстильных фабрик краской430. Чеченцы для крашения шерстяной материи использовали листья дикой лесной яблони, кору дуба, ольхи, грецкого ореха431. Комбинация травы с ольховой корой давала великолепную чёрную краску для окрашивания бурок, которая пользовалась большим спросом не только в Чечне, но и за её пределами432.

Войлочные ковры изготовлялись трёх видов: для подстилки на пол, на кровать и для вывешивания на стены. Кошмы для пола не красили, остальные красили в яркие цвета, используя, в основном, растительные краски433.

Ещё в 1880 году П. Остряков писал, что «в бурочном производстве в первый раз появляются начала артельного труда так, что несколько семей занимаются делом сообща под руководством опытной мастерицы». Также, для отмывки, обработки и валяния шерсти у чеченцев регулярно устраивались «белхи» – взаимопомощь. В.Борисов в 1883 году отмечал, что в «Терской и Дагестанской областях Северного Кавказа кустарное ткачество сукон выросло из домашнего занятия, сукна стали ткать не только для одного домашнего потребления, но и для продажи на сторону, отчего производительность всё более и более развивалось»434.

Чеченское сукно, изготовленное в Грозненском округе, продавалось главным образом затеречному и сунженскому казачьему населению. На каждого хозяина двора в этих станицах приходилось по одной черкеске и одному башлыку из чеченского сукна. Чеченские женщины из остатков шерсти, перерабатываемой на бурки, ковры и сукна, делали по 4 перемётные сумы на двор435. Почти каждая чеченская семья изготовляла полстяные ковры для дома. Для ковров использовалась длинная, грубая, толстая пряжа. В селении Ачхой производили узорчатые ковры из вшитого друг в другавойлокаразныхцветов436.Приёмыизготовлениявойлоковсвшитым узором очень остроумны и экономичны. По одному и тому же трафарету вырезали узоры из войлоков разной окраски, например, красного и зелёного. После этого красный узор вшивался в зелёный фон и наоборот. Получались два войлока – близнеца обратной расцветки. Ни один сантиметр материала при этом способе не шёл в отходы. Швы прикрывались белой тесьмой, которая или нашивалась сверху или особым образом ткалась одновременно со сшиванием войлока. Белая тесьма чёткой и резкой линией обводила и выделяла узор. Войлоки с вшитым узором представляли значительный интерес по разнообразному сочетанию цветов, богатству узоров, большой декоративности437. На Парижской выставке 1867 года Кавказским комитетом были выставлены работы горянок: ковры ( стоимостью от 5 до 25 рублей ) и войлоки (стоимостью от 2 до 50 рублей)438.

Бурка – очень древняя одежда: ещё 2.300 лет назад греческий историк Геродот, посетивший прикавказские страны, нашёл здесь народ, носивший бурки, или как он их называл « чёрные плащи». Греки так и называли этот народ «чёрными плащами» («меланхлены»).

Процесс изготовления бурок довольно сложен. Укатанную бурку подвергали обработке щёткой с железными остриями, что придавало ей взлохмаченный вид. Затем бурку красили в котле с дубовой корой и с купоросом, после чего её промывали в реке, высушивали на солнце и