Материал: Внешняя политика и безопасность современной России - 2 - Хрестоматия - Шаклеина - 2002 - 446

ной территории, что по определению исключено в рамках упомянутого Договора. При этом американская сторона приглашает нас принять участие в корректировке Договора по ПРО с тем, чтобы «не нарушить его существо и предназначение». Другими словами, нам предлагают превратить Договор по ПРО из запрещающего создание НПРО в Договор по созданию таких систем, то есть в свою противоположность.

Мы готовы решать самые сложные проблемы за столом переговоров на равноправной и честной основе. Но мы не собираемся становиться соучастниками разрушения глобальной стратегической стабильности, неминуемого в случае развала Договора по ПРО. Этим объясняется твердость нашей позиции, а отнюдь не тем, что Россия связывает, якобы, создание НПРО США с резким снижением возможностей российского ядерного потенциала, как следует из комментариев некоторых СМИ. В данном вопросе Россию, Белоруссию и Китай поддерживают подавляющее большинство государств мира, а администрацию США — всего три государства. Разве это не исчерпывающий показатель?

Что такое разрушение глобальной стратегической стабильности, которое мы увязываем с возможным созданием американцами НПРО?

Создание национальной ПРО связано с военным освоением космического пространства, значит — с его милитаризацией. Оно связано также с сущест-

венными прорывами в области новейших и исключительно дорогостоящих военных технологий, а это неминуемо приведет к новой гонке вооружений невиданных масштабов. Ведь те, против кого создается национальная или региональная ПРО, будут искать и найдут способы ее преодоления. Меч всегда, в конечном счете, сильнее щита. Но и это еще не все. Создание национальной ПРО нашими партнерами приведет к полному свертыванию процессов ограничения и сокращения вооруженных сил и вооружений. Это может означать отказ от договоров о запрещении ядерных испытаний, о нераспространении ядерного оружия, о режимах международного контроля за распространением вооружений, а также, как знать, может быть и отказ от Конвенций по запрещению химического, биологического и токсинного оружия. Разве это не катастрофа?

То, что происходит в последнее время в отношении стратегической стабильности, во взаимоотношениях России и Запада, есть сигнал для России, да и не только для нее. Согласитесь, ведь то, что я сказал, является достаточно крутым поворотом в мировой политике. Значит и наша национальная политика должна эти моменты учитывать. Соответствующие выводы сделаны в новой редакции Концепции.

Достаточно болезненной проблемой в российско-американских отношениях, которую активно используют сторонники создания национальной ПРО, является вопрос о сроках ратификации Государственной Думой Договора СНВ- 2, подписанного Президентами России и США еще 3 января 1993 года. Неоднозначно отношение к вопросу ратификации и внутри страны, причем на критике основных положений Договора пыталось сделать себе карьеру уже не одно поколение политиков-однодневок. Со всей ответственностью хотел бы заверить Вас, что скорейшая ратификация Договора СНВ-2 безусловно отвечает интересам национальной безопасности России и руководство страны сделает все возможное для скорейшего разрешения этой проблемы. Первые слушания в Государственной Думе о ратификации Договора СНВ-2 начнутся 21 марта 2000 года.

Кратко остановлюсь на проблемах терроризма.

Как показала наша собственная практика, недооценка опасности терроризма привела к тому, что эта угроза превратилась в акт агрессии международного терроризма против России и на территории России, причем, в ее самом масштабном и жестком проявлении.

Мы с сожалением вынуждены отметить, что мировое сообщество также не вполне адекватно оценило масштабы и интернациональный характер той угрозы, которая исходит сегодня от мирового терроризма, зацепившегося за часть территории России и впитывающего международных преступников со всего мира. Задумайтесь, куда направятся сотни террористов, познавшие вкус крови и легкой наживы, если бы они были просто вытеснены с территории России. Наше общество не сможет забыть террор, осуществленный преступниками в Дагестане, Москве, Волгодонске, как не забудет и тысячи россиян и иностранных граждан, захваченных бандитами в рабство. Действия государства в Чечне поддерживаются подавляющим большинством российских граждан, через сердце пропустивших причиненную бандитами боль.

Контртеррористическая операция в Чечне будет доведена до логического конца. В ее ходе решаются три взаимосвязанные задачи. Во-первых, защищается территориальная целостность России. Во-вторых, государство исполняет свою функцию по обеспечению прав и свобод граждан своей страны, по восстановлению цивилизованных норм жизнедеятельности. В третьих, ведется борьба с одним из наиболее мощных анклавов международного терроризма и тем самым защищаются интересы народов Европы и всего мира.

Однако эта операция предусматривает не только военные меры. Она включает в себя меры политического, экономического, информационного и иного характера. Она рассчитана также на всемерную помощь и содействие мирового сообщества.

Между тем, наиболее часто тиражируется суждение, что Россия неадекватно применяет в Чечне военную силу. Хочется в этой связи задать вопрос: а как же представляется адекватное применение силы к бандформированиям, составляющим десятки тысяч до зубов вооруженных и прекрасно подготовленных наемников и выстроившим мощные линии обороны по всей республике?

Пока же ближайшей целью России является физическое уничтожение

основы существования бандитов-террористов, как и их самих, на террито-

рии России с привлечением всех имеющихся средств и создание нормальных человеческих условий для жизни многонациональной Чечни, обеспечение права граждан России на безопасное существование. И именно проблемам восстановления государственных институтов и социально-экономической сферы в Чеченской Республике было посвящено последнее заседание Совета Безопасности Российской Федерации.

Ни эти, ни дальнейшие наши действия не мыслятся без объединения уси-

лий мирового сообщества в борьбе с терроризмом. Важные шаги нами уже предприняты. Как вы знаете, в январе 2000 г. на совещании глав государств — участников СНГ принято решение о создании Международного антитеррористического центра.

Эта проблема также получила отражение в новой редакции Концепции.

Остановлюсь еще на военных аспектах Концепции, вызвавших такую оживленную дискуссию в СМИ, особенно на Западе.

ВКонцепции отмечено, что уровень и масштабы угроз в военной сфере возрастают. Причины этому — как внешние, так и внутренние, экономического характера.

Вцелом военная политика России основывается на безоговорочной приверженности нормам международного права, принципам ООН и ОБСЕ и имеет исключительно оборонительный характер. В ней органически сочетаются приверженность миру и твердая решимость защитить национальные интересы и безопасность России и ее союзников. При этом приоритет отдается преду-

преждению войн и военных конфликтов политическими, дипломатическими, экономическими, правовыми и другими невоенными методами, а также коллективным действиям мирового сообщества в отношении предотвращения угрозы миру, нарушения мира или актов агрессии.

Всвязи с приданием такого значения невоенным средствам обеспечения мирного развития государства, сейчас важнейшей задачей России, то есть задачей всего государства, а не только военного ведомства, как было в предыдущей редакции Концепции, является сдерживание агрессии любого масштаба, в

том числе и ядерной.

Для решения этой задачи Россия должна обладать современными средствами вооруженной борьбы, включая и ядерное оружие, которое мы продолжаем рассматривать как политическое средство сдерживания агрессии. В Концепции определено, какими должны быть силы общего назначения и ядерные силы России.

Решению задачи сдерживания подчиняется все, что планируется и исполняется в военной сфере. Это ключевое положение для дальнейшего понимания проблемы.

Россия никогда не заявляла и не заявляет о возможности применения ядерного оружия первой. В то же время Россия не берет на себя обязательст-

ва не применять ядерное оружие первой. В этом заключена глубочайшая диа-

лектика сдерживания.

Вразвитие упомянутой диалектики Россия не связывает возможность

применения ядерного оружия с условным делением вооруженных конфлик-

тов по признакам масштаба, интенсивности и тому подобное. Она связывает такую возможность с наступлением определенных событий, а именно:

—цели сдерживания с использованием всего комплекса невоенных средств не достигнуты;

—Россия подверглась агрессии;

—использование неядерных сил и средств в совокупности с невоенными средствами оказалось неэффективным и агрессию не удается остановить.

Таким образом, внимательное рассмотрение условий и последовательности применения всей совокупности средств и способов предотвращения и пре-

кращения агрессии показывает, что применение ядерного оружия Россией обу-

словлено наступлением некой критической для государства ситуации.

Всвязи с этим хочу сказать, что заявления некоторых СМИ о снижении Россией порога применения ядерного оружия не отражают существа вопроса, четко изложенного в Концепции. Важно понять, что Россия все подчиняет достижению целей сдерживания и всей своей мощью решительно и твердо даст соответствующий отпор агрессору. Россия же никогда не станет агрессором,

что обеспечивается как ее законодательством, так и настоящей Концепцией национальной безопасности.

Следует также отметить, что, в отличие от западных политиков, военные эксперты НАТО более прагматично оценивают новую редакцию Концепции национальной безопасности и не склонны драматизировать или считать чем-то чрезвычайным провозглашенную задачу поддержания ядерных сил, способных «гарантированно обеспечить нанесение заданного ущерба любому государствуагрессору». Они исходят из того, что ядерное сдерживание изначально предусматривает применение ядерного оружия исключительно в качестве «самого последнего средства». Согласно оценкам военных, в условиях России, характеризующихся известным ослаблением обычных Вооруженных Сил, ставка на ядерные силы и повышение их значения как гаранта безопасности страны и сохранения за ней статуса великой державы является «логически оправданной». В том, что именно такой подход к Концепции разделяют и большинство американских политиков, я убедился лично в ходе визита в США по приглашению помощника президента США по национальной безопасности Сэмюэла Бергера, а также во время сегодняшней встречи с помощником вице-президента США Л. Фертом. И вся шумиха вокруг основных положений Концепции в США носит ярко выраженный конъюнктурный, предвыборный характер.

А.А. КОКОШИН

ЯДЕРНОЕ СДЕРЖИВАНИЕ

ИНАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ РОССИИ

Проблема ядерного сдерживания представляет собой комплексную междисциплинарную тему, поле совместной деятельности множества ученых — как естественников, так и обществоведов. Это сфера для социологии, социальной психологии, экономики, политологии (теории принятия решений), климатологии

инауки по изучению экосистем, биологии, радиологии, теории международных отношений; остается простор и для классических исторических исследований общего плана, для специальных работ по исследованию конкретно-исторических ситуаций и для целого ряда других научных дисциплин.

Ядерное оружие отличается исключительно высокой наукоемкостью. В

СССР оно было создано огромным напряжением сил практически всей страны в тяжелейших условиях первых лет после окончания Великой Отечественной войны. Неоспорима при этом роль отечественных ученых, отечественной науки, несмотря на все заслуги разведки, оказавшей немаловажное содействие в создании советского ядерного щита.

Создатели отечественного ядерного (а затем и термоядерного) оружия Ю.Б. Харитон, Я.Б. Зельдович, И.В. Курчатов, Н.А. Доллежаль, Г.Н. Флеров, А.Д. Сахаров, И.К. Кикоин, Л.А. Арцимович и др. навсегда останутся гордостью отечественной науки, символом неоценимого вклада науки в национальную безопасность страны. В этом же ряду стоят и имена наших выдающихся создателей ракетных и авиационных средств доставки ядерного оружия — академиков

С.П. Королева, М.К. Янгеля, В.Н. Челомея, В.Н. Макеева, А.Н. Туполева, В.М. Мясищева и др.

* * *

Изначально, в силу наличия двух сверхдержав — СССР и США и возглавляемых ими крупнейших военно-политических союзов, — ядерный баланс принял глобальный характер, однако в наше время в нем можно выделить несколько уровней. Это связано с тем, что имеется уже не один тип ядерных держав и существуют различные виды взаимоотношений между ядерными и неядерными державами. У каждого ядерного государства есть своя специфика структуры и состава ядерных сил, ядерной политики, философии ядерного сдерживания.

В современных условиях для интересов национальной безопасности России как никогда важно учитывать не только так называемый центральный ядерный баланс Россия–США (доставшийся в наследство от баланса СССР– США), но и все остальные компоненты «мирового ядерного уравнения», сколько бы малыми они ни выглядели на сегодняшний день в чисто количественном выражении. Только учет всех этих компонентов позволяет представить

Опубликовано: Мировая экономика и международные отношения. — 1999. —

№7. — С. 3-11.